Александра

      Китай запомнился необычным шармом и уникальностью: он не был похож ни на Швейцарию, ни на один город Америки. Жил своими особенными традициями, хранил древние писания и просто увлекал в удивительное путешествие. Звание «Поднебесной» этот город, безусловно, заслужил.       А по прибытии во Дворец Ада, Люцифер отвлекся на демона и оставил Аммит в тронном зале. Девушка беззаботно прошлась по помещению, осматриваясь. И все равно дрогнула, когда вошла Абаддон. Рыцарь выглядела не особо приветливой, — она стояла в закрытой позе — скрещенными руками у груди и собранными вместе ногами. Ангелесса цокнула, вздохнув.       — Привет, Абби, — дружелюбно произнесла Аммит, попытавшись улыбнуться, но демоница была против любезностей.       В памяти Рыцаря всплыли слова Джека. Потому она и не видела причин сдерживаться. Хотелось одного — отомстить подруге за связь с архангелом.       — Как ты можешь так лицемерно смотреть мне в глаза и стараться делать вид, будто не спала с ним?       Ангелесса опешила: Абаддон умела считывать других и делала это виртуозно. Девушка была хитра и умна. Она догадалась.       Демоница налетела на Аммит с ревностью и жаждой расплаты. Но подруга увернулась. Тогда Рыцарь исчезла из поля зрения. А появилась позади нее и провела лезвием клинка по предплечью.       — Ты больная?! — возмутилась Аммит, шикнув от неприятного ощущения в руке.       — Я больная? — прошипела Абаддон, сильнее сжав рукоять холодного оружия. — А кто из нас не может определиться с мужиком?       Рыцарь сверкнула черными глазницами, замахнувшись на подругу снова, однако лезвие внезапно покрылось коркой льда и разлетелось на осколки. Те не задели никого из девушек, к которым вышел недовольный Люцифер. Ошеломленная случившемся Аммит убрала руку от головы, посмотрев за хмурым мужчиной. А тот заговорил с Абаддон:       — Не смей ее трогать, — жестко сказал, как отрезал, архангел, блеснув красными зрачками в Рыцаря.       Демоница оторопело и обидчиво смотрела в ответ, поджав губы. Однако Люцифер передумал и приложил два пальца ко лбу Абаддон. Так он заставил ее напрочь забыть произошедшее минутой ранее и добавил уже вслух:       — Предлагаю тебе заняться полезным делом. Поищи души для пополнения Ада. Ну как ты умеешь их воровать.       Абаддон безропотно подчинилась, уже бросив на подругу совершенно спокойный взгляд, и отправилась на выполнение задания. А Люцифер обратил внимание на кровоточащую руку оставшейся ангелессы.       — Дай, — он прошел к ней, аккуратно взявшись за предплечье. Часть тела озарилась свечением, и эффект исцеления был налицо.       — Спасибо. Я могла бы и сама, но что-то… растерялась.       — Мне не жалко, — мягко произнёс архангел, сменив местоположение ладони с предплечья девушки на ее скулу.       Второй рукой Люцифер провел по макушке Аммит, в итоге остановив у второй скулы, и притянул ангелессу к себе, завлекая в чувственный поцелуй.       …Во Дворце присутствовала роскошная спальня с кроватью, обрамленной шелковым бордовым балдахином. Интерьер комнаты выглядел как мечта вампира — темно-красные тона преобладали в расцветке. Возможно, автор дизайна и был фанатом клыкастых созданий. Чёрная люстра со свечами напоминала пентаграмму, чем забавляла Аммит.       Лежа на кровати, Люцифер удовлетворенно «плевал» в потолок, гладя девушку по оголенному плечу. А на одном из его плеч расположилась голова ангелессы с копной взъерошенных волос. Мотая коленкой от одеяла к стене и обратно, Аммит, в свою очередь, смотрела куда-то вниз, не желая вообще о чем-то думать.       — На свободе, конечно, лучше, — протянула девушка.       Ангелесса переплела пальцы с пальцами Дьявола и чуть задрала голову на него.       — Ты ждешь «да» или опровержения? — со смешком выдал он, сжав ее ладонь.       — Констатирую просто.       — Спасибо ведьме за невидимость амулетов, — отметил Светоносный, кратко поцеловав Аммит в висок. — А то не валялись бы как тюлени на пляже сейчас.       Ангелесса вдруг посмеялась, перевернувшись, и оперлась ладонями о мужскую грудь, глядя в глаза Люцифера.       — Я думаю, нам надрали бы зад. И очень сильно!       — Тебя это забавляло бы, как передо мной в эту минуту? — съязвил Дьявол.       Аммит помотала головой, не убрав прежнего задора. Эйфория радости и счастья вновь окутала девушку. И она не сдерживалась в эмоциях. Как и в забытом поведении демона, коим была на протяжении долгих столетий. Ангелесса потянулась к лицу мужчины и завела того в одурманивающий поцелуй, проскользнув свободной рукой по его груди. Архангел привычно перевернул обоих, оказавшись уже сверху. И, прервав слияние губ, всмотрелся в выражение лица возлюбленной.       Оно снова отдавало азартом, а вызывающий взгляд напоминал о любимом занятии девушки в прошлые времена — об искушении мужчин. Осознав это, Светоносный расплылся в гордой улыбке — подобное качество в каждого демона закладывал он сам, правда, раскрывалось оно по-разному. И в случае с Аммит раскрылось на полную.       — Не надо отбирать мой хлеб и власть, — с шутливой угрозой произнёс он, встретив усмешку.       — Я однажды побывала на троне, скажу так — скука смертная, никакого драйва.       — Вот и посажу тебя в наказание, если ещё раз попробуешь свои штучки против меня.       Аммит с театральным возмущением вскинула бровями и посмеялась. Ее заглушил Люцифер, вернувшийся к губам девушки, и затянул в долгий и жаркий поцелуй.

***

      В доме Чака раздавался стук пальцев Метатрона по клавиатуре. Он горделиво поднял подбородок, сочиняя новую главу живой истории. Ширли остался доволен внесением ссоры в сюжет, и теперь же накалить обстановку он решил пуще прежнего. Но весьма необычным образом.       — Ангелесса отправилась в Рай, оставив адские хоромы. Она сама не поняла, почему так спешно оставила Люцифера и вернулась туда. Вероятно, предчувствовала нечто веселенькое на Небесах.       Писарь послушно вбил текст в электронный документ и повторно прочел содержание. В повествовании уже были упомянуты и Швейцария, и Китай. Ныне Метатрон готовился к описанию некогда Дома. Ведь следующие события должны были произойти там.       — Начни так… Габриэль не мог сдержать желание озвучить брату свое условие. Ему не понравилось перемещение на Землю. И что Бальтазар отвлек его от других дел. Для исполнения задумки Михаилом Габриэль выбрал занимательное событие для всего Рая.       Писарь вывел текст, любопытно глядя на Чака, и спросил:       — А что ещё за событие?       — Нечто необычное, связанное с природой, — пощурившись, Ширли задумался. И сказал первое, что пришло на ум. — Ну, допустим…

***

      Погода в Раю будто решила скопировать мир Апокалипсиса хоть на малую долю, и теперь на небе красовались тучи, изредка показывалась молния, холодный ветер пробирал до костей, — как сказали бы люди. Облака плотно закрыли солнце, не выпуская из своих оков. Но столь плохая погода не могла нарушить грядущие планы ангелов на вечер. Даже на ночь.       Отпустив гарнизон по жилищам, Ханна направилась на главную площадь, не забывая посматривать на часы своего сосуда. Привычка оказалась полезной: так девушка четко фиксировала время ухода Габриэля на посиделки с Бальтазаром и его возращение, сопоставляя с тем, во сколько архангел обещал вернуться. Да и другие функции часы выполняли блестяще: с ними и дисциплина у солдат выстроилась идеально.       — Ханна!       Ангелесса засмотрелась на часы и чуть не дрогнула, когда её окликнули.       Она развернулась на Аммит, сидевшую на скамейке и с интересом разглядывающую командиршу. Ангелесса вернулась в Рай пару часов назад, при этом совершенно не разобравшись с причиной такого скорого возвращения. Будто ее кто-то вынудил. Но Аммит отпустила это и смеялась, глядя на изобразившую инфаркт подругу. Та подошла быстро и села рядом, слегка толкнув ангелессу в плечо.       — Привычки из прошлого остались? — хамовато выдала Ханна, посмотрев на спокойно вскинувшую бровями вверх Аммит, и чуть расширила глаза, тут же глубоко выдохнув. — Ладно, прости, я что-то грубо начала.       — Я не обижаюсь.       — Просто Габриэль куда-то запропастился, да ещё и вот это, — она потыкала ладонью в небо, где тут же сверкнула молния, как бы на ее ответ. — Ты чего не прячешься, кстати?       — Ой, да перестань, гроза, дождь — моя прошлая жизнь этим ознаменована достаточно. А своего суженого так «пасти» не надо. Убежит же.       — И куда? В Ад? В гости к Люциферу, которого еле угомонили некоторое время назад.       — Он уже угомонился на все сто, — усмехнулась Аммит, но осеклась и добавила: — Там же ещё Абаддон, Джек… Не соскучишься.       Ханна отвернулась и махнула рукой. Аммит же решила привлечь внимание и сменила тему.       — Как ты знаешь, сегодня полная луна будет. Очень-очень близко. Такое событие у нас ещё никогда не происходило — хотя может я пропустила, — потёрла подбородок она, тут же отходя от размышлений. — Что я хотела спросить… ангелы пойдут все, ты не хочешь сходить?       — Зачем смотреть на луну? На Землю спустись, да смотри, любуйся.       — Но это не просто луна, а полная луна и очень близко. Пойми уже. Главное, чтоб тучи расступились к ночи…       — Попроси Михаила, он наколдует. А, вообще, идея занятная. Давай тогда встретимся там?       — Вот тут не могу согласиться. Мне надо подождать Михаила, точнее, я хочу. Хочу его оторвать от этой бумажной работы, хотя бы на вечер. Или ночь, смотря как луна покажется.       — Если покажется.       Нравоучительно подняла указательный палец вверх Ханна и, будто подчинившись её жесту, облака начали рассеиваться. Природа словно желала, чтобы интересное её явление не прошло незамеченным. А девушки разошлись кто куда: Ханна ушла в кабинет главнокомандующего, Аммит направилась в спальню во дворце. Первая не обращала внимания на занятость Михаила и настойчиво ждала его прихода, чтобы наконец выяснить, где был Габриэль; ждала архистратига и вторая ангелесса. В отличие от Ханны, в комнате, где сидела Аммит, были развешаны полотна с изображением ангелов. И не простых: выдающихся пернатых со времён сотворения Рая и чуть дальше. Несколько знакомых ангелов девушка встретила, но они не вызвали радостную реакцию. Перед глазами резко пронеслись события прошлого, в которых ангелы с портретов сыграли свою роль.

***

      — Сегодня же интересная ночь, да? — задал наводящий вопрос Габриэль, впившись в брата пытливым взглядом. — Ну, луна будет. Ради такого даже площадь вторую открыли. Где ее лучше видно. Да ещё и так быстро. И дня не прошло! Что на тебя нашло?       — Открою тебе тайну! Это не я придумал!       — А кто?!       Михаил не ответил, лишь загадочно улыбнулся и исчез.       …День стремительно близился к завершению. Совсем скоро должны были появиться на небе звёзды и луна. Некоторые уже собирались группами и рассаживались на ухоженной площади, не теряя зря времени. Ангелы, как ни странно, сильно хотели увидеть чудо природы, которое не создавал никто: только она сама.       Бальтазар отсиживался в стороне, хмуро смотря на ангелов, лица которых светились от счастья. Но, в отличие от них, он думал совершенно о другом.       — Освободили вас от тренировок вечерних из-за приготовлений к этому дню, а вы актёров включили! Фи!       — А тебе никого включать вообще не требуется, уже совсем переигрываешь, — язвительно подчеркнул Захария, стоявший с подчинёнными. — На Дне рождения нефилимов ты вел себя отвратительно. Весь в Габриэля.       — Босс пришёл, значит я сваливаю, — заявил ангел и испарился.       Их конфликт с заместителем Михаила никак не хотел заканчиваться, да и Бальтазар с Захарией сами не горели желанием заключать мир. Слишком разные у них были характеры. Да и взгляды на жизнь тоже.       Издалека за ними наблюдал Михаил. Мужчине пришлось выслушивать ругань Ханны на брата и сохранять важный вид. Ведь видеть, как архангела отчитывает женщина — зрелище интересное. Фирменной фразой ангелессы как обычно выступило «Дипломатия не мое, поэтому рот закрой». Однажды архистратиг всё-таки не сдержался и издал краткий смешок — более не позволил статус и характер. Но этого хватило, чтобы завести Габриэля. Его вторая часть спора показалась Михаилу сложнее, чем даже битва. Ведь с женщинами никогда не бывало легко.       Михаил, который шел в спальню, до этого заметил, что Захария наблюдает за Габриэлем на параде звёзд и луны и взял с него обещание постоянно держать брата под контролем. Ханна решила отдохнуть от всегда сбегающего возлюбленного, потому словила Наоми и Кастиэля, едва вырвавшегося от Винчестеров, и отвела их подальше от архангела.       Архистратиг вынужденно ускорил шаг, когда послышался звук разбитого стекла. Его напрягло неспокойствие в спальне — вроде бы самой тихой комнате дворца. Прибыв туда, он оторопел: Аммит разбила зеркало, бросив в него ручку от полки возле кровати, а на полу лежали полотна с изображением красот Рая, которые девушка ещё не успела прибить к стене клинком.       — Все вранье! Это ложь! Не вся история!       Кричала ангелесса, сорвав очередное полотно, и недовольно выдохнула с дрожью, когда мужчина попытался захватить её. Но в итоге оказался напротив, в метрах двадцати. Архистратиг вдруг немного растерялся.       — Аммит, ты чего?       Взбешённая девушка остановила взгляд на нем и чуть прикрыла глаза, выкрикнув:       — Не трогай меня!       — Тихо-тихо, — он уверенно выхватил осколок зеркала и заблокировал руки девушки, которая буквально истерично плакала из-за своего же странного поведения.       — Зачем здесь изображение Метатрона?! Он уже убил меня однажды! Зачем…       — Тихо!       Михаил более настойчиво призвал Аммит успокоиться и положил руки по две стороны головы, останавливая её взгляд на себе. Девушка чуть-чуть умерила пыл, и архангел прижал её к себе, от чего она обмякла в его объятиях, расслабляясь. Он же за секунду перенёс их на кровать, сидя в её середине. В то же время Михаил избавился от беспорядка в комнате, восстановив зеркало и полотна. Но развернув последние лицом в стену. Находясь друг напротив друга, ангелесса отдышалась и тихо произнесла, лениво моргая.       — Пойдём… посмотрим на луну…       — Я пришёл сюда, а ты хочешь убежать? А как же «спасибо» за твоё душевное равновесие?       Девушка нахмурилась. Такого нехарактерного для себя архистратига она не видела давно. И потому оживилась, чему уже не удивлялся Михаил: ангелесса всегда проявляла непостоянство, благо показывала их не во всех сферах жизни.       — Я вся во внимании.       — Помнишь твоё первое возвращение сюда в образе демона? — завёл локон за ухо девушки архангел, улыбаясь.       — Мне вспоминать день или ночь? — улыбнулась Аммит.       — Всё.       Она прекрасно представляла те сутки. Занятие в кабинете особенно подробно. И специально отгоняла плохие мысли. Михаил полюбовался девушкой — та выглядела по-прежнему превосходно, хоть и устроила переполох десять минут назад. И он сделал шаг навстречу беззаботной ночи. Впился в губы довольной Аммит страстным поцелуем, уронив её на подушки, в то время как руки стали гулять по телу ангелессы. Она никогда не была хрупкой, мужчина чувствовал силу, но и та меркла рядом с ним. Девушка всецело расслаблялась, раскрепощалась. Что повторила сейчас.       Михаил сел, осматривая её. Он пожирал Аммит влюблёнными глазами, будто видел после долгой разлуки… которую устроил сам постоянной работой.       — Опусти бретельку.       Продолжая смотреть, изогнул бровью архистратиг. Ангелесса помедлила, изучая его, и закусила губу, всё-таки исполнив просьбу. Только немного внесла коррективы, освободив оба плеча.       Пока архангел любовался, ангелесса выгнулась в спине, а следом повела коленкой по паху мужчины и повторила действие несколько раз. Двойная волна возбуждения накрыла его с головой. Ранее он и подумать не мог, что сможет ставить что-то выше правления, но жена убедила в обратном.       Михаил быстро расстегнул пуговицы белоснежного платья девушки, пока она с ловкостью избавила его от свободной рубашки. Взгляд прошёлся по торсу, и Аммит улыбнулась вновь. Ждать уже не было сил.       Такой неожиданный и желаемый момент настал. Надавив на него, точно побудив к продолжению, ангелесса откинулась на подушки и снова ощутила такое забытое и приятное чувство. Михаил не торопился, наблюдая за эмоциями Аммит, которая выгибалась под его действиями как кошка и безустанно кусала губы, дабы не издать стоны. Она знала, что муж не любит шум. Но её покорность лишь прибавила целеустремлённости архистратига, и он больше не щадил ангелессу. Темп нарастал, отчего сбилось дыхание, и рот уже не мог сдержать блаженных выкриков.        Архангел не боялся последствий таких ночей. Он всегда был сосредоточен и держался, однако в этот раз что-то сбивало его настрой, нагло заставляло войти в кураж и разделить с Аммит наслаждение на полную.       Габриэль же, зацикленный на споре, выглянул из-за кустов, когда все ангелы скрылись для наблюдения за полной луной. Он, конечно, сделал вид, что идёт туда же, но тогда бы он не был проказником… Хитрый архангел обманул всех, создав копию себя, и послал с Захарией, а сам принялся следить за занятием подруги и брата.       «Извращенец!» — сказал бы любой.       Однако Габриэля мало интересовал секс. Ему был интересен результат. Голодный зверь непредсказуем, а таившийся в Михаиле — вдвойне. И если сбить настрой, будет, как минимум, забавно. Потому именно Габриэль являлся причиной несобранности архистратига.       — Захлебнись в экстазе вместе с Аммит, братец.