Школьный клуб "о добре"

Мы думали, что взрослыми быть здорово. Мы думали, что повзрослеть – легко. -Уже двенадцатый раз за месяц, Чайлд, – человек с выстриженной на лысо макушкой своей неприятной толстой физиономией уткнулся лицом в собственные бумаги. Судя по всему, это было портфолио ученика, стоящего перед ним. Пробегаясь глазами по тексту, он угрюмо повел бровями и снова поднял свой взгляд на юношу. Его лицо исказилось в еще большем недовольстве, чем раньше. -Нет, это даже тринадцатый раз за месяц, когда ты затеваешь драки с учениками. Вот скажи, тебе самому не надоело? Воздух в кабинете казался тяжелым и парнишка с трудом вдыхал его носом – было до ужаса душно, словно в тюремной камере. Тюрьма? Интересное сравнение, которое отлично подходит для данной ситуации и места. Наверное, их директор был бы самым блатным в подобном месте и пользовался не малым авторитетом среди всех. Тарталья представил его в наколках и оранжевой форме, как в тех самых фильмах, где главный герой по стечению обстоятельств попадает в место лишения свободы. У него бы точно была кликуха или прозвище "Бульдог". Названный собачьей породой директор Михаил Васильевич поднял свои разъехавшиеся углубления на лице, из которых виднелись небольшие глазные яблоки и нахмурил брови, смотря на Аякса. Как долго еще ему придется терпеть этот глубокий взгляд? Он не знал. -Выиграл хотя бы? — тяжело вздохнув, спросил он скорее для собственного интереса, чем для решения ситуации. -Да, – с уверенностью и гордостью заявил парень, сопровождая ответ резким кивком. Его довольное лицо позабавило Михаила Васильевича и он только покачал головой, приговаривая себе под нос что-то вроде : «Ох, Чайлд...» На памяти самого Тартальи существовал только один человек, который мог бы с легкостью его одолеть. Но, что было довольно любопытно, на него он никогда не лез. То ли намеренно, то ли потому, что эта персона не размахивала кулаками направо и налево. А если бы он так делал, то добрая половина школы лежала бы в больничном отделении с переломами и сотрясениями разной степени. К сожалению, а может и к счастью, имени его Чайлд не помнил от слова совсем. В памяти метались буквы "М", "К" и "Т". Его имя либо начиналось, либо состояло из этих букв, которые вертелись огромным водоворотом в голове рыжего школьника. Репутация у этого "МКТ" была довольно хорошей ; сдержанный спортсмен из десятого класса, написавший ОГЭ на высшие баллы среди всех учеников. Может и не на совсем высшие, но для большинства это выглядело именно так. Учителя промывали с его результатами всем мозги, гордились и ставили в пример всей средней школе. С ним на почетном месте стоит его друг из одиннадцатого, который написал экзамены не хуже него. В этом году на него возлагали огромные надежды. Сдавать он должен будет уже ЕГЭ. И если сдаст хорошо, то счастливое будущее будет обеспечено не только ему, но и его преподавателям, в особенности — классному руководителю. Однажды Аякс даже видел его в кабинете физики, но внимания не заострил. Он не его ярая фанатка, какой была большая женская половина школы. Девчонок привлекают не парни, подходящие под представление «Bad boy», к типу которых относился сам Аякс, а милые мальчики-отличники. Это лишь подтверждало уровень их высокой репутации среди многих классов. У самого же Чайлда с хорошей репутацией были проблемы. Оче-е-ень большие проблемы… Он был персоной небезызвестной - что довольно очевидно с его драками - но славился не добрыми поступками или достижениями в учебе. Вопрос, который интересовал многих, так это почему его еще не исключили из школы. А директор в то время перечислял все проступки Аякса, которые только смог вспомнить. И было их далеко не две, не три и даже не десять штук. Поток недовольств лился на рыжеволосого парнишку, который словно робот стоял молча, уставясь в пол, будто он не являлся причиной гнева этого мужчины. Директор, почувствовав свое преимущество перешел на более громкий тон и через пару минут уже кричал на ученика. После, в его голосе что-то щелкнуло, треснуло, скрипнуло и он хрипло прокашлялся, закрыв рот ладонью. Тарталья даже улыбнулся. Старый пень же, что с него взять? Возраст берет свое. -Бульдог погавкал и успокоился, – усмехнулся парниша себе под нос, прикрыв глаза, пытаясь скрыть улыбку от «собачьих» глаз. -Всю глотку на него рву, а ему хоть бы хны, – продолжил возмущаться мужчина, сидя в кресле, но уже гораздо тише, с явно заболевшим горлом. Дверь за спиной виновника торжества скрипнула. В комнате появилась учительница младших классов, имени которой Чайлд не знал. Перед парнишей предстал изящный, хрупкий, словно фарфоровой куклы образ. Две русые пряди, высвободившиеся из высокой причёски, свободно раскачивались вдоль нежной шеи, едва касаясь обнажённых плеч. Короткая юбка карандаш, которая облегала женские бедра и белая блузка с расстёгнутыми верхними пуговицами. Выглядела она как девушка легкого поведения. Особенно со своими полуприкрытыми глазами... И Чайлд так и подумал, если бы не ее профессия учительницы. Имя ее рыжеволосый все таки вспомнил – Мария Олеговна. Она была преподавателем у его младшего брата и нужно отдать должное - младший отзывался о ней со всем детским теплом. Но Тарталья не сомневался, что у детей учительница вызывает щенячий восторг, а у парней старших классов стояк в штанах. -Михаил Васильевич, вы просили меня зайти к вам после окончания дополнительных занятий с детьми, – проговорила она нежным, певчим голоском и переступила порог, цокая каблучками по паркету. В голове невольно зазвучала песня "Саша Грей". Наверное, это было лучшее сравнение, включая в себя факт, что женских групп Аякс не знал. Было бы очень иронично, если бы вместо Маши она была бы Александрой. «Бульдог» смутился, раскраснелся, и отведя взгляд от Чайлда, как-то нервно хихикнул. Такой реакции ни учительница, ни ученик не поняли. Хотя, последний успел подумать, что стояк в штанах Мария Олеговна вызывает не только у школьников, но еще и у директора... -Пишешь объяснительную и можешь быть свободен. Мы рассмотрим вопрос о твоем отчислении на педсовете, если на тебя поступит еще хоть одно доказанное обвинение, - строго проговорил он, обратившись к ученику, хотя его жадный взгляд был направлен не на его фигуру, а на женскую сзади. -Хорошо Михаил Васильевич, – отозвался виновник торжества, резво подав голос. Он передразнил директора и заполнив бумажку уже не в первый раз вышел из кабинета, метнувшись за дверь, оставив «Бульдога» наедине с личной проституткой. Почему-то Тарталья не сомневался, что болтать директор с Машенькой будет отнюдь не на учебные темы. *** -Тевкр, Антон, Тоня, я пришел! – прокричал во весь голос Аякс. Парень остановился в дверном проеме с пакетом, в котором находились несколько игрушек из игрового автомата и три шоколадных батончика. Энергетик, предназначавшийся для себя, Чайлд засунул в дальний карман портфеля, скрывая от детских глаз данную покупку. Квартира встретила его родным запахом, от которого тут же появилось ощущение тепла и уюта. Деревянный пол, старый пыльный коричневый шкаф, черная обувница и мрачноватое зеркало в прихожей, грязное и все в пятнах. Этот "пейжаз" встречал юношу семь дней в неделю, от чего он даже перестал удивляться мраку. Раньше, когда он был по младше, он сравнивал прихожую в квартире с прихожей из какого-то фильма ужасов, где семья переезжает в загородный дом, наполненный призраками. Иногда маленький Чайлд даже думал, что из шкафа вылезет какой-нибудь монстр, а из зеркала призрак, который затащит его в зазеркалье. Это быстро прошло и квартира вошла в список ежедневной рутины, которой не стоило удивляться. Первым на пороге двушки показался Тевкр. Он подпрыгнул от радости и обнял старшего брата за шею. Аякс опустил пакет, что с приглушенным стуком упал на пол и подхватил младшего на руки, тиская, как маленького котенка. Тевкр вызывал только такие асоциации. Детские прохладные ладони обняли горячую шею Аякса, вжались в кожу, словно ища в ней утешение и спасение, но от чего — ни Тевкр, ни сам юноша не знали. Пришедший натянул улыбку на свое уставшее лицо, дабы не стеснять его своим видом, и погладив брата по голове, громко и восторженно заявил: -Старшему братику белочка передала подарки для вас! Тоня, Тошка, идите сюда-а! Рыжеволосый отпустил такого же рыжего Тевкра и сняв ботинки с пальто, захватив при этом рюкзак с собой, пробежал на кухню, держа в руках подарочный пакет. -Белочка наконец проснулась ото сна и решила порадовать вас за успехи в учебе и за то, что вы держите дом в чистоте и порядке! — легенда про белочку работала на всех младших и Аякс был уверен, что и подарки от нее вызовут настоящий восторг. Сумка рухнула на квадратный темно-коричневый стол с двумя тарелками, наполненными супом. Рядом на полотенце лежал половник и крышка от кастрюли. Рыбный суп… Значит, сегодня без обеда. Тоня и Антон подтянулись спустя некоторое время. Девочка стояла в поношенной голубой футболке и клетчатых штанах. Волосы были заплетены в аккуратный хвост с которым старший бился не один час каждое утро. Тарталью ну очень сильно бесило, если прическа единственной девочки в семье не получалась так же аккуратно, как и у настоящих принцесс, которым всегда хотела подражать Тоня. Попытки сделать более сложную прическу редко увенчивались успехом, зато теперь он может сделать хвост хоть с закрытыми глазами. Антон выбежал в тонком свитере и спортивных штанах, сжимая в руках ручку – писал упражнение с учебника. -Итак, все в сборе! – объявил Чайлд, дважды хлопнув в ладоши, как будто это не он собирался дарить подарки, а дарили ему. Он приблизился к столу и словно ведущий какого-нибудь телешоу сообщил о первом участнике программы - Первый подарок белочка просила передать Тоше! Рука опустилась в пакет и достала из него плюшевого вязанного медведя бурого окраса с пришитыми глазами-пуговками. Он держал в руках "Сникерс"и улыбался всей своей медвежьей улыбкой. Антон запрыгал от радости и вскочил с дивана, обняв сначала медведя, а после брата. За благодарил белочку за такой подарок, но Тарталья знал, что эта счастливая детская улыбка направлена не какой-то там белочке, а ему самому. На лице первоклассника она светилась ярче любого фонаря и грела потертую душу. Вскрик "Спасибо" вылетел из набитого карамельной нугой рта и тот понесся к себе в комнату искать для нового друга место. Хотя Аякс знал привычку Тошки спать со всеми новыми игрушками в первую ночь после их появления и не сомневался в том, что вскоре найдет медведя в объятиях спящего брата. Тоне достался плюшевый заяц оттенка кофе с молоком, как обозвал бы Тарталья этот оттенок у себя в голове, а после и молочная шоколадка. Девочка поблагодарила брата, белочку и ушла к себе. Тевкр молча стоял в стороне дожидаясь своей очереди. И она не заставила себя долго ждать - подарок в виде одноглазого странного существа-робота был у него. Ну и шоколадный батончик в придачу. Измотанный Чайлд медленными шагами побрел в сторону родительской спальни, надеясь найти там мать или отца. Двуспальная кровать одиноко стояла у стены и крохотного окна, из которого исходил лунный свет, сочившейся через тюль. В воздухе летала пыль, приземлявшаяся на шкаф и тумбочки. Сделать уборку здесь в ближайшее время никому не помешает. Скомканное пальто отца лежало на небрежно заправленной кровати. Из кармана торчала пачка сигарет и Тарталья почти успел разозлиться : если бы дети нашли сигареты, то это могло бы закончиться явно не самым лучшим образом. Рядом змеей вился красный шарф матери, купленный на какой-то распродаже, на которую Чайлда затащили насильно. Но никого из родителей дома не было. Парень вздохнул, открыв банку с энергетиком, осмотрел пустую спальню во второй раз, словно родители могли прятаться где-то в ящичках и вышел из комнаты. Он смирился с тем, что потерял их не в ящиках, а в огромном мире. Они, конечно, платили за квартиру, но видел их Аякс в лучшем случае раз в месяц. А младшие так вообще почти никогда. Он никогда не чувствовал любви от них и близости. Он больше и не хотел. Что нельзя было сказать о детях. Аякс хоть и старался заменить им отца и мать, но выходило это с трудом. Нежность и ласка все еще не могли перекрыть желание жить с родителями. *** Ночь медленно пожирала изнутри. Парень не мог сомкнуть глаз уже четвертый час подряд. Мысли вились толстой нитью, проходя вокруг шеи и медленно, но верно ее сдавливая, выполняя удушающий прием. Нужно признать, что делали они это как явные профессионалы. Тарталья молчал, чувствуя, как тьма поглощает его изнутри, заволакивая здравые остатки мыслей и укутывая больное тело. Он приносил только несчастья – и родителям, и одноклассникам, и... Из гнетущего чувства опустошенности рыжеволосого вывел истошный женский крик, отчетливо раздавшийся с улицы. Он был протяжным и пугающим, словно кричавшего начали резать заживо, сдирая с лица кожу, погружая орудия пыток в недры организма и раздавливая все органы в огромное красное месиво. Кричала его одноклассница - Синьора. Чайлд машинально вышел из состояния скованности больного тела, вскочил с кровати и рывком оказался у открытого окна. Двое мужчин держали девушку – один схватил ее за руки и оттянул назад, заставив согнуться от боли, а второй пытался засунуть ей в рот кляп, чтобы никто не слышал ее воплей и криков. Та брыкалась, сопротивлялась, за что получала сильные шлепки по заднице от первого. Противостоять двум большим амбалам она была не в силах и ее единственной надеждой на помощь и спасение был этот крик. Отбросив лишние раздумья, Аякс выбежал из своей комнаты и забыв о спящих младших, стал шумно собираться. Они не пропадут, пока он будет помогать однокласснице отбиться от двух уродов. Единственное, за что переживал Тарталья, так это за то, что они услышат этот крик. Нужная мысль появилась в голове вместе с хлопком входной двери. Синьору пытались изнасиловать.