Пустые мосты

После прогулки два мужчины решили вернуться в квартиру Литвы. Ну как решили… Беларусь просто схватил литовца за воротник и потащил в его квартиру. А Торис и не мог сопротивляться. В самой же квартире они быстро стали приготавливать ужин. Беларусь написал брату, что сегодня переночует у Литвы, на что последний был только рад. Когда же Коля написал Ане, та позвонила ему, что очень удивило последнего. — Сестра звонит. — пролепетал белорус. Литва кивнул, продолжая смотреть в книгу рецептов, чтобы придумать, что им сегодня пожрать! — Да? — встревожено спросил белорус. [Ты же знаешь, что я буду волноваться, Коля.] — Конечно сестра… Я буду в порядке. [Да не ты, Коля! Я боюсь за Ториса! Ты его можешь выебать!] Беларусь хихикнул. Оперившись у окна в гостиной, он посмотрел на ночное небо. — Как прошла встреча с Китаем? Бинго. Коля знал сестру, как облупленную, поэтому завести с ней тему о новом парне, значит перескочить с тему о Литве. [Ох, Коля! Он такой романтик! Он пришёл на наше первое свидание с букетом цветов! Пригласил меня в ресторан! Он… Он такой галантный!] Николай усмехнулся, продолжая слушать восхваление сестры товарищем Китаем. А перед глазами вспоминалось их первое свидание с Торис. Никаких цветов, никакого кофе или ресторана. А много крови и ножи, что швырял Беларусь, пытаясь, таким образом, хотя как-то отцепится от Литвы! Но тот сука, будто специально нарвался на ножи! И само свидание закончилось только тогда, когда Торис схватил белорусам за волосы и притащил в жаркий поцелуй. Николай помнит эту по истине ужасающую картину. Торис… Весь в крови и с ножами в груди и в животе, тянет его на себя. Углубляет поцелуй… И только тогда Коля и решил посмотреть на литовца по-другому. Не как на раздражающего дебила! А как на друга? Товарища. И боже упаси любовь! Но тогда Беларусь просто поразило такое спокойствие Литвы. В него кидали ножи, избивали, ломали ноги и руки! А он продолжал идти, чтобы украсть сердце Беларуси. И настырный черт же! Сумел! [Коль…] Беларусь тут же вышел из ступора, услышав нотки грусти в голосе сестры. — Что случилось, Ань? Россия молчала, похоже, подбирая слова. Неужели у них ничего не вышло с Китаем? [Я ведь нравлюсь Украине, да?] — В каком плане? — прохрипел белорус. Он держал любовь брата к сестре в тайне, откуда она узнала? [Он меня любит… Ведь так?] Коля сглотнул, надеясь, что его молчание не убедит её в правоте своих мыслей. [Я так и думала.] — послышался выдох облегчения в трубке. — Как ты узнала? — с удивлением спросил белорус. [Я ваша старшая сестра. И знаю вас, как облупленных. Я просто… Догадывалась. Он слишком, влюблено на меня смотрел, хотя и скрывал.] — И что ты будешь делать? [Ничего. Пусть всё также и остаётся. Если когда-нибудь встанет такой вопрос… Я не хочу разбивать ему сердце. Хотя понимаю, что уже могу. Из-за встречи с Китаем.] Беларусь выдохнул. — А сама ты его любишь как брата? [Да.] — А меня? Аня замолчала, не понимая, к чему клонит младший брат. [Ты тоже меня любишь больше чем сестру?] Беларусь хихикнул. Он нервно погладил свои волосы, смотря в отражение окна. Его фиолетовые глаза, будто начинали светиться безумием. — Нет. — уверено ответил белорус. — Я люблю тебя, как старшую сестру. Не более… Но может. Тебе лучше поговорить с Украиной? [Я не хочу… Это… Это ужасно и неправильно. Да и я думаю, и сам Олег это понимает!] — Он понимает. Поэтому и не хочет тебя тревожить своими чувствами. — Коля нахмурился, смотря в своё отражение. [Спасибо, Коля. Спасибо, что выслушал. Я… Пойду домой.] — Хорошо, сестра. [И только вздумай Ториса вые-] Но на последних словах, Коля выключил телефон. Опять сестра со своими нравоучениями. — Как всё прошло? — с интересом спросил Литва, заходя в комнату. Коля улыбнулся самой искренней улыбкой. — Всё хорошо. Поговорили с сестрой о наших семейных делах, во и всё. Литва кивнул, подходя даже слишком близко к Беларуси. И тут Николай увидел в глазах мужчины напротив, весьма нездоровый интерес. — Нет, Ториса, я же обещал сестре. — застонал белорус. На что Литва лишь шире улыбнулся. — Она не узнает ~ — Давай после того, как покушаем? — закатываю глаза, спросил белорус. Литва фыркнул, недвусмысленно проводя по штанами Беларуси. Конечно же Коля понял намёк Литвы. Так тот ещё специально так улыбался! Будто только и ждал, чтобы последний сорвался! — Может, ты хочешь сейчас? — сладко промурлыкал Литва, на ушко своему парню. Коля хохотнул. И схватив мужчину за задницу, злобно прорычал в ухо. — Только потом не проси пощады, Тори. В знак согласия Литва быстро чмокнул белоруса в губы. Игриво намекая на спальню. Беларуси не нужно говорит дважды. -------------------------------------------------------------------------------------------------------- Она вернулась домой. Свидание с Китаем было потрясный, но её все время напрягало это странное чувство… Будто она делает что-то неправильно. Она… Она ведь делает всё правильно, да? Она… Любит Китай, а он любит её! Девушка тихо зашла в дом. И также тихо стала переобуваться и снимать пальто. — Как всё прошло? — радостно спросил украинец, выходя из кухни. Россия взвизгнула от удивления, но тут же успокоилась, увидев брата. — Напугал! — усмехнулась Россия. — Не скучно было? — Нет. Всё было хорошо. — с улыбкой сказала украинец. — Коля сегодня ночует у Ториса. — Да. Я знаю, он писал мне. — ответила девушка, проходя в кухню. — Так как свидание прошло? — О! Супер! — коротко ответила Аня. Она рывком открыла холодильник и начала в нём рыться. Когда же она нашла что хотела, мужская рука резко закрыла холодильник. Заставив Аню, выпрямится. Она застыла, чувствуя чьи-то глаза на затылки. Её тело задрожало, когда вторая рука брата легла ей на бедро. — Совсем ничего не скажешь, Ань? — прошептал украинец, будто не своим голосом. Аня сглотнула, не моя поворачиваться. П-Почему… Что? Почему её брат звучит так безумно, и- Она закричала, когда Украина резко схватил её. И стал вдыхать запах её волос. Держась одной рукой за грудь, а второй за бедро. — О-Олег! Т-Ты чего! — кричала Россия. — ты сводишь месяц с ума сестра, — прохрипел украинец, вдыхая запах сестры. — я не могу перестать о тебе думать, каждую ночь! А ещё это платье… Аня запаниковала, когда рука брата скользнула ей под платье! — С-Стой, Олег! — хрипела она. Её тело дрожал от ужасов, а вот лицо горело от стыда! — Почему ты хочешь, чтобы я остановился? — хрипел Украина, замерев на месте. — Т-Ты… — она в панике пострела в глаза брата. Они светились безумием… О нет… О, черт, черт, черт, черт, черт! — О-Олег… М-Можно мне в ванну? У меня… М-Месячные. Украина, как невдупленыш похлопал глазами, но потом все-таки отпустил сестру. — Тебе прокладки принести? — НЕТ! — заорала русская, от чего Украина вздрогнул от неожиданности. — У меня всё с собой! Украина с интересом рассматривал сестру, что быстро убежала в уборную. А задница то у неё ничего…

***

{Что он сделал? } — Л-Лапал меня… — в ужасе шептала Россия. Она закрылась в ванной в другой стороне, прекрасно зная, ЧТО Украина её выломает. {Идиот хренов! } — ругался Беларусь.- {Ты уверена, что это из-за радиационного ожога? } — Да. — сглотнув ответила русская. — Такие же симптомы были и у тебя, но они были направлены ещё тогда на других. Не на Ториса слава богу. {А как можно помочь Украине? }— услышала она в трубке голос Ториса. Ой… Она совсем забыла, что они там вместе. — Для начала… Мне нужно, чтобы вы приехали. Чтобы он не… Ну… Ничего со мной не сделал. {Беларусь уже собирается, мне оставаться на трубке? } — Аня! С кем ты разговариваешь? Россия вскрикнула от удивления. Неужели Украина всё слышал! — САМА С СОБОЙ! НЕ ВХОДИ! МНЕ НУЖНО ПОСРАТЬ! — она закрыла часть трубки своей рукой, нервно шепча. — Лит… Где, Беларусь? {Уже отправился к вам, мисс Россия. Я собираюсь следом! Может, нужно пистолет?} — Н…Нет… Бляха… Почему я проглядела это?! {Извините за такой вопрос, в самой не нужный момент… Но… Причём здесь радиация? } Аня выдохнула, судорожно смотря на дверь. Она начала вздрагивать. Каждый раз, когда Украина начинал стучать и звать её по имени. — Б-Безумие… Из-за огромной радиации в их телах. Они… Они оба подвержены приступа безумия. — она сглотнула. — Конечно… Украина в меньшей степени. Но К-Коля… {У него тоже такое? } Она нервно рассмеялась. — Да… Но он умеет сдерживать безумие в отличие от Олега. А всё… Из-за концентрации радиации в их организме! Она закричала, когда Украина стал выламывать дверь. {Что помогает в таких случаях? } Аня удивилась такому спокойствию Ториса, когда она уже была готова полностью обосраться тут от страха! — О-Обычно… Я просто… Била Беларусь по голове, в такие моменты. Н-Но… Украина сильнее и- Дверь слетела с петель. Аня в панике закричала. И схватив под руку, что попало, она наставила оружие на Украину. Тот лишь злобно усмехнулся, вдыхая воздух. — Глупое решение, Аня. — рычал украинец. Аня в удаче смотрела на безумие брата. Глаза стали светится ещё сильнее. О нет! Брат полностью впал в безумие! — О-Олег! — завопила Россия, когда Украина направился к ней, очень быстро. — Г-ГЕНЕРАЛ МОРОЗ ПОМОГИ! На последних криках в ванную ворвался белорус. Она быстра ударом в плече старшего брата, швыряя в ящик с бельем. — ПРЯЧЬСЯ В ВАННУЮ! — ревел белорус. Аня так и сделал, став, молится Генералу Морозу. Почему конкретно сейчас его нет! — Ты же был с Торисом, Колька. — прорычал украинец, улыбаясь поистине сумасшедшей улыбкой. Белорус лишь фыркнул, смотря на безумие брата. — Слабак. Даже не способен безумие сдержать, подаешься ему так легко. — ЗАКРОЙ ПАСТЬ! — взревел украинец, кидаясь на брата. Беларусь быстро схватил брата за шею, скрепляя собственные пальцы в замок и быстрым рывковым движением, упустил брата на свое колено. Тем самым, вырубив его. Беларусь, нервно дыша, глотая воздух. — Т-Ты как Ань? — хрипела белорус. Девушка вылезла из ванны, с шоком смотря на брата белоруса и брата украинца. — Я в-впорядке. А т-ты как? Беларусь усмехнулся, вытирая пот со лба. Аня нервно сглотнула, увидев свечение в глазах младшего брата. — Вот бы сегодня бахнуть твоих пельмешек. -------------------------------------------------------------------------------------------------------- По заказу белоруса Аня реально сделал пельмешки. И поэтому он как не в себя уплетал их за оби щеки. Пока Аня батрачила с Украиной. Тот потерял сознание от явно, очень сильного, удара белоруса. Но к её облегчению, сейчас рядом был и Литва. — С ним это впервые? — слабо спросил литовец. Аня напряжённо кивнула.— Было когда-то… Но не так сильно, как сегодня. Он будто в конечном итоге сошёл с ума! Литва напряжённо посмотрел на Россию, а потом перевёл взгляд на Беларусь. — А с Колей такое часто было? Аня кивнула. — И ещё хуже. Но. Тогда Коля концентрировал своё безумие на другие страны. И мы с Олегом были в безопасности. Но сегодня… — А, как это вылечивается? Аня нервно улыбнулась. — Никак. — Серьёзно? — Литва был у полном ахуе. — Да… — Пиздец. — Ты очень красноречив, Тори. — даже слишком весело пропел белорус. Литва тут же покраснел, а Россия усмехнулась, смотря на брата. Что так вкусно уплетал её пельмешки. — Коля… Может, ты попробуешь Олега сдерживать его безумие. Николай оставил тарелку со съеденными пельмешками и задумался. — Можно попробовать. — Ань, лучше тебе вернутся в комнату. Вряд ли Украина сегодня будет в порядке. А мы если что защитил тебя. — Х-Хорошо. — согласилась Аня. Она быстро вышла из комнаты. Оставив, всех трех мужчина в одном месте. — Иди за ней, Тори. Ты мало чем поможешь, будешь больше вмешаться. — скучающим тоном сказал белорус, вставая с места. Литва был глубочайши возмущён! Но тут же заткнулся, почувствовав на своей макушке любимую ладонь белоруса. — Я справлюсь. От холодного лица белоруса, от которого все люди шарахались, Литва только сильнее покраснел. Что не вольно вызвало улыбку и второго мужчины. — Как ты думаешь ему помочь? — напоследок спросил Литва. Беларусь сделал пальцы в виде пистолета, приложил к виску, и выстрелил. Конечно не настоящим пистолетом. Но это только сильнее убедило Литву, что Беларусь не очень то и в своём уме…

***

— Как твоя голова? — без какой либо тревоги спросит белорус, у недавно проснувшегося украинца. —П-Плохо… Гудит. — прошептал украинец. — Что я успел сделать? — Никого не убил, — ответил белорус сдержано. — но приставал к Ане. — ЧТО?! — вскрикнул украинец, вскакивая с места. — Она в порядке? Николай утвердительно кивнул. — Почему не сказал мне? — Что не сказал? — с непонимание спросил украинец, всё ещё прибывая в шоке. — То что у тебя уже были подобные приступы. — уже более нервно говорил белорус, но голос держал ровно. — Не хотел беспокоить вас… — прошептал мужчина, держась за волосы.— Дебил… Аня же могла погибнуть. Или ещё хуже… — Всё обошлось, Олег. Главное сейчас понять, как нам справится с этой проблемой. — холодно ответил белорус. Украина с шоком в глазах смотрел на младшего брата. Но тот отвечал ему жутким спокойствием. Иногда Коля… Был таким пугающим. — А как ты справляешься с безумием? Николай Арловский даже бровью не повёл. Он молча достал свой пистолет с кармана. Положив на край столика, он покрутил его. Украина с непонимание смотрел на то, как крутится пистолет. Когда он остановился, Беларусь схватил его и приставал к своему виску. Украина засел в крикет, ожидая звук выстрела. Но услышал щелчок. — Пуууффф… — безумно улыбнулся белорус. — Вот в чем секрет. Украина с ужасом смотрел на спокойный холод брата. Реально не понимая, на что намекал последний… — О… О чем ты? — «Русская рулетка». Во время безумия… По крайней мере, меня. Одолевает огромное желание кого-то пристрелить, распотрошить. И везде видится кровь и трупы. — он спокойно выдохнул, смотря в испуганные глаза брата.— Когда я играю в эту игру. Вся та жажда смерти и адреналин, перемещается на эту игру. Тут не знаешь… Может и выстрелит. И такой адреналин только лучше мне помогает. Беларусь нервно усмехнулся. —Странно, знаю. Но последние годы это помогает… — У тебя… Безумие началось, после аварии на ЧАЭС? — дрожавшим голосом спросил украинец. Беларусь в задумчивости покрутил пистолет. — Раньше… Думаю раньше. ЧАЭС и радиация стали более сильным катализаторам. Украина нахмурился. — Почему же… — Не знаю. — прохрипел белорус, проводя по своим платиновым волосам.— Но я научился сдерживать это. Просто приняв… Свое желанию убивать. И направив всё на себя. — Это неправильно! — прорычал украинец, сжимая руки до крови. — Уж лучше так. Чем приставать к сестре. Такое холодное заявление белорусам, очень больно кольнуло по самому украинцу. Он с шоком посмотрел на брата. Так спокойно говорить о таком… Будто они говорили о погоде. — Я не хочу навредить ей… — с горечью в голосе ответил украинец. — Она заслуживает самого лучшего! А я могу только всё испортить. Если уже не испортил. Беларусь холодно смотрел на старшего украинца, обдумываю мысли последнего. Нет… Даже благодаря методике, что пользуется Коля, они не смогут долго держать безумие. Им нужно обследование и как можно скорее! — Думаю нам нужно в больницу. Обоим. — заключил белорус. —Сегодня я буду спать в комнате с Аней. Для её же безопасности. Такие слова лишь сильнее разыграли у Украины желание врезать младшему брату по роже! БЕЗОПАСНОСТИ? — А разве ты сам не опасен для неё? — лицо старшего стало таким серьёзным, но оно не могло сравниться с Арловским. Хотя сейчас мам Арловский был очень вымотан этой ночью. И последнее, что он хотел — это что-то доказывать старшему брату! — Мне она не интересна. Как тебе. — отстранённо навал белорус. —У меня мала вероятность ей навредить. Но если ты так волнуешься, я могу спать на полу. — Н-Нет… — опешил украинец, нервно почесывая волосы. — Не надо… Беларусь сделал вид, что задумался, продолжая размышлять. — Можно конечно было Ториса попросить. Но вряд ли кто-то из нас согласится видеть его с нашей сестрой. Украина усмехнулся таким намёкам. Он прекрасно знал, что сам белорус готов будет придушить литовца, если тот постарается хотя бы посмотреть на Россию. А сам украинец… Вообще готов любого убить. Если они что-то сделают с его Аней!

***

Россия и Литва тихонько сидели в комнате девушки, прислушиваясь. И раз они не слышали криков и оров, а гробовую тишину, значит всё хорошо. Россия, сидела на кровати. Борис же сидел в противоположном месте. Уже на стуле. — У Коли… Получается такое же может случится? — перебил тишину литовец, от чего сама русская вздрогнула. — Ты не знал о безумии Коли? — с удивлением спросила девушка. — Вы же так долго знакомы. Литва лишь нервно потёр затылок. — И да и нет… Я думал у него такой характер и он… Ну… Больше ко мне так относится. Потому что ненавидит. Аня выдохнула, прекрасно понимая логику литовца. До начала отношений с Торисом, Беларусь был… Страны парнем. Аня не замечала этого, потому что она буквально вырастила его! И когда страны жаловались на его довольно странный характер. Ну, холод вперемешку со вспышками гнева. Она не обращала на это внимание. Как и Олег. Хотя украинец вырастил их обоих. Но у Николая и правда был сложный характер. Он пережил столько войн, столько смертей, столько раз оставался один. Это не могло не сказаться на его отрешенности от всех. Может, поэтому он держался только за семью. Только за Аню и Олега! А маленький, надоедливый Торис его просто раздражал. Белорус сам часто об этом говорил. Но после аварии на ЧАЭС к его итак странному, для остальных, характеру, добавилось ещё и безумие. Жуткое желание владеть чем-то. И Аня была шокирована поняв, что… А ей повезло! Как же хорошо, что в неё не втрескался ещё и белорус! А то она бы не представляла, как бы братья тут глотки драли друг другу за неё. Хотя… Будто сейчас легко. — А ты как сама? — внезапно спросил литовец, выбивая русскую из раздумий о братьях. Аня нахмурилась. —Без Коли я бы не справилась. — она выдохнула, будучи пораженной осознанием. —А ведь когда-то я сама его защищала от всех. А сейчас… Даже отпор собственному брату не могу дать. А он… Смог. — Да… Я думал, что он не справится с Украиной. Он ведь, намного опытнее, сильнее и… — Коля не такой уж и слабый. — хихикнула Россия, а потом задумалась. —Ты когда-нибудь замечал, чтобы Коля желал чего-то очень сильно? Торис как-то странно посмотрел на девушку. Он нервно игрался со своими штанами, пытаясь понять логику мисс России. —Меня. Аня с удивлением посмотрела на мужчину, не понимаю его слов. — Что? — Он… Меня желает. Аня с ужасом сглотнула. Но почему-то спокойное и даже задумчивое лицо мужчины её сильно пугало. — О ч-чем ты? — заикалась русская. — Ну… До того, как мы начали отношения.- литовец усмехнулся. — Он часто старался меня убить. Ломал пальца, рвал волосы… Ну, ты помнишь. Аня кивнула. Тогда она часто пыталась вразумить младшего брата. А он говорил, что так защищает её от врагов. — А сейчас… Ну, он стал нежным. — он пожал плечами. — Но при этом его желание убивать или вредить мне, превратилось в желание донести мне удовольствие. Аня нахмурилась. А нормальны ли такие отношения? Где один из партнёров тебя избивает, а ты только и рад этому. — Торис… А ты не думал лечиться? Торис тут же замер в удивление. Как и сама Аня. Черт, неужели она это сказала?! — О чем ты? — смущённо спросил литовец. — Думаешь, мне приятно, когда меня избивают? — Ну… Ты же почему-то влюбился в моего брата. А он так и делал! Литва ничего не ответил на рассуждения России. Он просто молча отвернулся, смотря в стену. Оставив саму девушку на размышления о братьях. За эту ночь… Её братья открылись с разных сторон. Некогда грубый и холодный белорус оказался нежным и храбрым внутри. Но при этом он продолжал быть жестоким даже с человек, которого любит! Украинец же… Из милого, спокойно, рассудительного и доброго старшего брата. Оказался весьма нетерпеливым, нервозным и агрессивным внутри. И тут оставался лишь один вопрос. Действительно ли на них влияет радиационный ожог? Как она помнила… Чем больше радиационной ожог, тем больше оно влияет на воплощение страны. 20% всей Беларуси до сих пор загрязнены. В Украине радиацией загрязнено около 5% территории страны. Что конечно сильно влияло и влияет на её братьев. Да что там… Она ведь тоже пострадала! Но это не сравнится с тем, что пережил её младший брат. И ещё при всём этом. Беларусь пытается защитить её. Хотя прекрасно знает, что она и сама может себя защитить! И… Чёрт. Да он вообще не говорит никому, что он где-то сильнее пострадал, чем они. Во Второй мировой все говорят, что пострадала больше всех Польша. Но из республик бывшего СССР, пострадал больше всего Беларусь. Из-за аварии ЧАЭС говорят, что пострадал больше Украина. Хотя и он, и Аня всё время кричат, что больше пострадал младший белорус! Но тот молчит. И лишь холодно смотрит на попытки его семьи, вразумить людей правде. Сама Аня не понимала, почему так. Беларусь даже хорошим ничем не хвастался! Он вообще молчал о такой стране, как БЕЛАРУСЬ! Никто и не знает о его существование. Ну… Если не интересуется географией и историей. Но у Ани очень сильно болело сердце за брата. Он ведь столько всего натерпелся, а он даже об этом не говорит. Молчит. И с тяжестью принимает весь тот груз, что за все века свалился на его слабые плечи. Однажды Анечка спросила Колю. Почему же он молчит? Почему не кричит, как другие соседи! Они же все такие голосистые! Так он и ответил… — Пусть орут. Мне главное, чтобы мой народ помнил историю. Остальных, сама история и накажет. Не сказать, что Аня была согласна. Но всё же… Она старалась вразумить другие страны мира. Говорила, что есть такая интересная страна, как Белоруссия! Ой… Он же уже сменил название, Беларусь! Но некому было дела до такой страны. Они бы лучше поговорили с самой Аней Брагинский, чем с какой-то малявкой на её западной границе. А Аня то знала, что они… Зря так думают о её брате. Он совсем другой. Совсем… Он выдохнула смотря на литовца, что уже сам летал в мыслях. В их дверь постучали, заставив подпрыгнуть. — Ань. Мы решили с Олегом, что сегодня я посплю у тебя в комнате. Для безопасности. — невозмутимо сказала белорус, входя в комнату сестры. — Тори. По спишь у меня в комнате. Тор с нервно кивнул. — А Украина? — У себя будет спать. — холодными, как лёд глазами, он посмотрел на сестру. — Утром поедем в больницу. Надо обследоваться. Аня кивнула. — Ты знаешь, где матрас. Беларусь кивнул, и начал готовится ко сну. Вместе с Аней. А Торис пошёл в комнату Беларуси, где последний рассказал что, где да как. И где находится ванна и туалет. Аня же нервно поглядывала на входную дверь. Ожидая, что там снова появляются Украина. Но тот так и не вышел. Похоже… Остался сидеть в своей комнате.