Не небо без него

Цвета темной ночи волосы Потекли ручьями по плечам В тишине родится всё что так нужно нам Скоростью опасных горных рек Забурлила в жилах алая Быть с тобою рядом целый век мало мне... "Рядом быть" – "После 11" Старая дверь предательски скрипнула, заставив Ярослава вздрогнуть. Он тихо выругался и вышел из дома в ночную темень. Раздался едва слышный шелест. Казалось, что кто-то крадется следом. Парень в ужасе оглянулся, но заметил лишь зелёные глаза кота. Увидев его, животное зашипело и юркнуло в дыру в заборе. Яр сплюнул и быстро пошёл по дорожке. Калитка тихо щелкнула, выпуская парня на проселок. Вне двора стало даже легче дышать. Ярослав шёл, с наслаждением втягивая слегка прохладный и такой свежий воздух. Было темно, но он знал этот путь очень хорошо и не боялся заблудиться. Ему не впервой было идти в ночи. Миновав маленькую церквушку, он свернул с прямой дороги в поле, а после в лесок. Здесь приятно пахло травами и ночной свежестью. Деревья, как безмолвные стражи, охраняли покой леса, не позволяя никому его нарушить. Было тихо-тихо, слышалось лишь стрекотание сверчков, да редкое уханье сов, вылетевших на охоту. Парень шёл, слушая шелест травы под ногами и поминутно оглядываясь. Всё кругом было знакомое и привычное, однако внутри то и дело скребся, как настырный кот в дверь, непонятный страх. Вот уже и речка виднеется. Ярослав поспешил перейти её по бревенчатому мостику, пугаясь звука собственных шагов. Оказавшись на другом берегу, он вынул из кармана маленький свисток и призывно дунул в него три раза, прислушиваясь к ночи. Сперва тишину нарушали лишь эхо и шум реки, и парень было забеспокоился, но тут послышался ответный свист. Ярослав усмехнулся, прикрыл глаза и замер в ожидании. - Бу! Яр вскрикнул от неожиданности, когда тёплые руки обняли его сзади за талию. - Саш, ты что так пугаешь? - возмутился парень, выпутываясь из хватки, и состроил деланно-обиженное лицо. - Яр, ну ты чего, и правда испугался? - Саша выглядел таким виноватым, что Ярослав смутился. - Немного, - признался парень. Саша снова обнял его, мягко целуя в щеку. Ярослав улыбнулся, успокаиваясь. Страх пройденной дороги отпустил. - Тебя никто не видел? – крестьянин уткнулся носом в шею Яра, запустил руку в мягкие волосы. Ему нужно было знать, что любимый добрался без приключений. - Нет, я по-тихому ушёл, не волнуйся. Это было их далеко не первое ночное свидание. Ярослав познакомился с Сашей случайно, но встреча эта произошла по воле затейницы-судьбы, не иначе. Он в тот день шёл по дороге, неся в руках корзинку с яблоками, которые матушка попросила купить для пирога - за неимением свободных рук барыня часто давала сыну подобные поручения - да так задумался, что не заметил лежащий на пути камень и растянулся на земле, рассыпав спелые плоды. - Что ж вы так невнимательно, барин? Осторожнее нужно-с, - язвительно произнёс Саша, протягивая руку упавшему. - Благодарю, - Ярослав ухватился за неё и неуклюже поднялся. - Да было б за что, - Саша махнул рукой, помогая сгоравшему от непонятного стыда Яру собирать яблоки. - И как же вас зовут, мой спаситель? – поинтересовался барин, когда последний фрукт был уложен в корзину. Он даже с крестьянами старался разговаривать уважительно. - Саша я, - ответил тот. - Очень приятно. А меня зовут Ярослав. - Рад познакомиться, Яр-о-слав, - последнее слово Саша произнес медленно, будто желая распробовать получше. Ну ладно, пора мне. Может свидимся ещё. - Хорошего дня, - улыбнулся Яр. На прощание Саша смотрел в глаза нового знакомого чуть дольше положенного, и ясно осознал, что уже не сможет их забыть. После этого случая они частенько пересекались. Сначала просто здоровались, порой сдержанно улыбались друг другу, но не более. И вот однажды, при очередной встрече, наконец завязался разговор. Оказалось, что Саша - сын простого крестьянина. Он жил в соседнем имении, что Николаю Сандалину принадлежало. Барин, как Саша рассказывал, был человек подневольный. Всем заправляла жена его, Агафья Семёновна, женщина злая и возражений не терпящая. Она всё и всех держала в кулаке. Чуть кто из крепостных ослушается - плеть. А то и похуже что могла придумать. Все её боялись, даже муж слова поперёк не смел сказать. Наказывала Сандалина за мелочи разные. Например: не успеют девки бельё постирать вовремя, или мужики зерно в срок не доставят – запирала в погребе на несколько дней, держала на хлебе и воде, а иногда и вовсе морила голодом. Виноватых служанок нагружала работой сверх меры, заставляя обстирывать дворовых или в одиночку убирать урожай с поля. Ежели у девушки была длинная коса, барыня могла отрезать ее, а после выдать бедную крестьянку замуж за любого холостого без согласия обоих. Провинившегося мужчину тоже ждали не легкие часы дополнительной работы; Агафья Семёновна заставляла колоть дрова на усадьбе, пахать землю, работать на мельнице. Случалось даже, что крестьяне умирали от непосильной нагрузки. Порка была обычным делом. Били и розгами и плетьми. Никого Агафья не жалела. Даже детишек малых за невинные шалости могла поколотить. Саше и самому от неё в детстве частенько доставалось. У Ярослава положение было получше. Как-никак, сын барина. Но вот с родителями ему как рас и не повезло. Отец был человек строгий, иногда даже слишком. К спиртному слабость имел. Бывало, напьётся, да начнёт буянить. То ружьё возьмёт, домашних попугать, то по деревне с ним пойдёт с той же целью. Ежели матушка или кто ещё его остановить пытались - бил и дом громил. Проклятиями направо-налево сыпал, однажды едва человека не убил. Крепостных он тоже презирал, за людей их не считал. Девкам на сеновале юбки задирал, а если какая упрямилась... Мать о похождениях мужа знала. Она боялась сплетен и осуждения со стороны общества, поэтому прикладывала все силы, чтобы её семья хотя бы выглядела пристойно. К слугам она относилась терпимо. По пустякам не свирепствовала, но и ласковой никогда не была. Наказывала строго, но только за дело и никогда не трогала детей. Ярослав же считал, что, в каком бы ты ни был сословии, стоит оставаться людьми. Он всегда ласково разговаривал с прислугой и развлекал деревенских ребятишек, плёл с ними венки, пел песни. Все крепостные его любили. Родители были не довольны таким поведением сына, но Ярослав не обращал на это внимания. Вот и Саша его полюбил, да признаться боялся. Думал, что барский сын на смех подымет или того хуже, хозяину расскажет. В таком случаи его ждала более чем незавидная участь. Но однажды, на большом празднике, он выпил чарку-другую и, не осознавая, что делает, зажал желанного барина за домом. Но рассудок быстро к нему вернулся и дальше нескольких грубых поцелуев не зашло. На утро Саша пришёл, чтобы извиниться, но этого не понадобилось, Ярослав тоже был влюблён. Так и родился их мир. сперва Саша чувствовал себя неловко рядом с образованным и хорошо воспитанным Яром. Он не знал, как себя вести. Пытался быть вежливым и галантным, насколько сам понимал значение этих слов: обращался к барину на "вы" и называл полным именем, боялся оскорбить или причинить боль касанием. Но Яру был не по нутру весь этот официоз и однажды он высказался: "Саш, я не фарфоровая кукла, и не разобьюсь от малейшего касания. Будь собой. Забудь о приличиях и сословиях. Захочешь коснуться меня - пожалуйста, поцелуешь - я буду рад. И не бойся говорить мне всё, что захочешь. Ты никогда не будешь выглядеть глупо в моих глазах, запомни это". И Саша отпустил предрассудки, что были навязаны ему с рождения. Стал вести себя свободнее. Больше не боялся сказать или сделать что-то не так. Он говорил порой нелепые, но такие искренние комплементы, как мог ласкал грубыми, ещё не привыкшими к нежностям руками хрупкое тело любимого и всегда получал в ответ любовь, сладкую, пьянящую. И Саша открылся, доверился Ярославу, не скрывал от него более ни мыслей, ни желаний. Яр отвечал тем же. Это сблизило их ещё больше. С тех пор минуло два года. Чтобы не попасться никому на глаза, парни встречались тайно. Почти каждую ночь они сбегали в лес на несколько тревожных часов до рассвета. Гуляли, говорили, любились страстно, а могли просто сидеть, обнявшись, глядя друг другу в глаза. Саша любил Ярослава: его искреннюю и иногда смущенную улыбку, алеющие щёки, ежели крестьянский сын говорил барину о его красоте или целовал немного смелее и развязней, светящиеся счастьем синие глаза, когда они были вместе, по-детски добрый, немного наивный характер. Яру нравилось, когда любимый оставлял полевые цветы у него в волосах и всегда хранил даже засохшие и увядшие бутоны, как счастливую память об их тайных и желанных свиданиях. Бывало, что Саша приходил мрачный и уставший после тяжёлого дня. Тогда Ярослав прятал улыбку и спрашивал о его несчастьях. Крестьянский сын рассказывал всё, как на духу, а потом Яр, немного помолчав, утишал парня, мягко целуя в щеку, от чего плохие мысли отступали, и улыбка расцветала на губах. Саша был безмерно благодарен за заботу. Яр жаловался редко, но если уж делился своими бедами, то со всей страстью. Почти всегда это заканчивалось слезами. Саша не мог видеть любимого таким. Он обнимал Яра, прижимал к себе и укачивал, как ребёнка, от чего тот сразу засыпал. О том, чтобы рассказать кому-нибудь об их связи и речи не шло. Ярослав знал о горькой доле мужеложцев. Он слышал, что таких насильно ведут в церковь и заставляют отречься от любви своей, при отказе могут выпороть на площади, а если и это не помогает, вешают. Яр никогда бы не смог оставить Сашу, даже под страхом казни, и знал, что любимый тоже этого не сделает. *** Они удобно устроились под большим раскидистым дубом, прятавшим, если нужно, от посторонних глаз. Ох, сколько всего произошло под этим деревом. Саша расстелил на земле принесенное с собой покрывало, которое он когда-то стащил у барыни, и теперь они сидели на нём, касаясь друг друга плечами. Ночь была не ветреная, но всё же немного прохладная. Луна уже во всю хозяйничала на небе, наблюдая за влюбленными. Ярослав жался к Саше, прося ласки и ища тепла. Тот уложил его голову к себе на колени, мягко перебирая тёмные волосы. - Чего ты такой хмурый сегодня? - заботливо спросил он. Ярослав сел, притянул любимого к себе, уткнулся в плечо. - Понимаешь, - спустя минуту произнёс парень, - у меня такое ощущение, будто скоро случится что-то очень плохое. Я не знаю, что именно, но чувствую - страшное. И оно связано с тобой. А я не могу, не хочу потерять тебя, Сашенька. - Ну что ты, душа моя, - Саша погладил его по голове, - не тревожься, всё хорошо, я здесь, с тобой. Я всегда буду рядом и никуда не денусь, - последовал нежный поцелуй в губы. Ярослав действительно успокоился и утонул в осторожных прикосновениях. В тёплых зелёных глазах Саши читалась любовь и понимание. Они жарко целовались, забыв о ночи, о том, что скоро домой. Саша спускался губами к шее любимого, вырывая сладкие стоны. Яр выгибался ему навстречу, прося ещё. *** Они лежали на траве и смотрели в небо. Волна наслаждения отступала медленно, расслабляя тела. Саша то и дело влюблённо поглядывал на разморённого парня. Тот лежал, прикрыв глаза. В какой-то момент Ярослав придвинулся ближе и положил голову крестьянину на плечо. - Люблю тебя, Сашенька. Хоть и знаю, что грешно это, но не могу без тебя, не хочу. Как представлю, что вдруг не стало тебя в моей жизни, сердце так и ноет. - Полно, Ярка, ну что ты, - Саша прижал его к себе. - Ты не останешься без меня, слышишь? Я всегда с тобою буду. Веришь? - Верю, - горячо ответил Ярослав, - верю, милый мой и не беспокоюсь больше, только ты знай: без тебя и меня не будет, ибо давно уж душа моя и тело тебе одному принадлежат. - Я непременно сберегу такое сокровище, - нежно улыбнулся Саша, - коли понадобится, ценою жизни своей. Но ты тоже всегда помни, Яр, что и я весь твой, какая бы беда с нами не приключилась. Ярослав легко вздохнул. Ему нравилось, когда Саша называл его Яром. Он больше никому не позволял так к себе обращаться. Это было лишь их слово, и ни чьё больше. Стало настолько хорошо и спокойно, что он закрыл глаза и уснул, полностью доверившись любимому. А Саша не спал. Лежал и думал, какой же Яр у него красивый, особенно, когда спит. Чтобы не уснуть, парень встал, оделся и принялся собирать цветы, намереваясь сплести венок. Мать научила Сашу этому ещё в детстве. Тогда у него не очень получалось, но сейчас пальцы будто сами складывали нужный узор, пока крестьянин думал о Яре. За работой он и не заметил, как прошла ночь. Когда на небе показалось солнце, парень спохватился. Светало, а Ярослав всё спал. Барину же нужно домой. Внутри Саши боролись два желания: лечь рядом с ним и обнять, оградив от всего мира, и разбудить. В конце концов он, скрепя сердце, отложил готовый венок и, нагнувшись к любимому, на секунду задержался взглядом на красивом лице. - Яр, душа моя, Проснись, домой тебе пора, - прошептал Саша, легко касаясь его волос. Ярослав вздрогнул, просыпаясь. - Боже мой, уже светает? - он начал быстро подбирать свою одежду. - Что бы я без тебя делал. Саша усмехнулся, глядя на Яра, который, отчего-то краснея, пытался натянуть рубашку, путаясь в рукавах и пуговицах. - Ярослав, - театрально ужаснулся он, любуясь его взъерошенным видом, - приличному барину так выглядеть не можно-с. - Ах так?! - Яр, смеясь, повалил его на траву. Несколько минут они, хохоча как дети, катались по траве в шуточной драке. - Всё, сдаюсь, барин, - выговорил Саша, когда Яр, изловчившись, прижал его к земле, оказавшись сверху. В синих глазах плясали чертики. На лице не было ни следа ночных тревог. Саша был счастлив видеть его таким. Немного отдышавшись, Ярослав впился страстным поцелуем в губы любимого. - Беги давай, а то хватятся, да и мне худо будет, - сказал Саша, поднимаясь и отряхиваясь. Яр тоже встал, окидывая парня грустным взглядом. - Ты ещё не ушёл, а меня уже тоска берёт. - Что поделаешь, видать, судьба у нас такая: урывками своё счастье добывать, - заметил Саша и обнял Ярослава. – Правда, ты не очень хорошо выглядишь. - Ты о чём? - Позволишь? – Саша отстранился и принялся осторожно выбирать из Яровых волос листочки и травинки. Яр замер, наслаждаясь лаской родных рук. - Спасибо, я упустил это из виду, - сказал он, когда все травинки были убраны. Ничего, ведь у тебя есть я, Саша усмехнулся. ОН вспомнил про недавно сплетенный венок, наклонился и, отыскав его в траве, надел Яру на голову. - Вот, это тебе. - Ух ты, какая красота! – восхитился Ярослав, спасибо, – он поцеловал любимого в щеку. – когда же ты успел его сплести? - Ты так сладко спал, что и меня едва не сморило, вот и решил ПО рукодельничать. Яр не нашёлся что сказать и просто крепко обнял своего Сашу. Не хотелось никуда уходить. Он предпочёл бы просто лежать на мягкой траве и глядеть в небо, говоря о разном. Но нельзя. - до завтра, Саш, я люблю тебя, - сказал Яр, сглатывая ком, застрявший в горле. - Я тоже люблю тебя, Яр, - Саша ещё раз поцеловал его и побежал в свою сторону. А Ярослав постоял немного, глядя ему в след, и направился домой. С каждым разом расставаться было всё больнее. Яр чувствовал - это не может продолжаться долго. Он отчаянно желал сделать так, чтобы им не приходилось больше скрываться и прятаться. *** Ярослав чудом не столкнулся ни с кем из домашних. Весь дом ещё спал, стояла тишина. Но недолго ей оставалось царствовать. Скоро должны были проснуться девки, чтобы начать свои дела: приготовить, постирать, в лавку за тем-сем сбегать, мало ли работы. А там и родители Встанут. Девок служанок в их доме было трое. Надя, Варя и Дашка. Они были молоденькие, кроткие, исполнительные. Но Дашка была особенной. Будучи самой младшей- ей едва исполнилось шестнадцать- , она отличалась искренней привязанностью к Ярославу. Они часто болтали, Яр делился своими мыслями и некоторыми переживаниями, а она слушала, почти не отводя от него ясных глаз, и иногда давала хорошие советы. Он утешал девушку, когда матушка уж очень придиралась. Дашка была единственной, кому Яр доверял почти также, как себе. Но даже она не знала о его тайных свиданиях с Сашей. Он пока не решался сказать, что-то его удерживало от такого шага. Яр ещё раз прислушался и мышью прокрался в свою комнату. Он давно не возвращался так поздно, обычно приходил за час до рассвета. Подаренный Сашей венок Ярослав снял и оставил на прикроватном столике, чтобы любоваться, пока не завянет. Он решил ещё немного поспать и, раздевшись, забрался в кровать, даже не подозревая, что через несколько часов жизнь уже не будет прежней.