Прости меня

      Слишком много. Будет очень тяжело отбиться...

***

      Солнце начало спускаться за горизонт, окрашивая небо в захватывающие цвета. Теплые оранжевые, розовые и пурпурные оттенки заката постепенно сливались с холодными голубыми и фиолетовыми тонами ночного неба. Солнце, превратившееся в большой светящийся шар, медленно исчезало, оставляя за собой световой след. Все вокруг заливал мягкий теплый свет, а немногочисленные облака, оставшиеся на небе, казалось, светились какой-то потусторонней красотой. Это был тихий и волшебный момент, как будто мир приостановился, чтобы попрощаться с солнцем.       Двое влюбленных шли по переулкам Лофу Сяньчжоу, это было одно из их немногочисленных свиданий. Освоение обычно забирало у них всё время и силы. Встречая закат Дань Хэн и Келус не спеша о чем-то болтали. Говорил, в основном, Келус, но это было не так уж и важно.       Всю идилию прервало едва слышимое рычание волка, которое явно разнилось со звонким голосом любимого. Нужно было разобраться незаметно для носителя стелларона.       — Закрой глаза.       — Дань Хэн? Что-то случилось?       — Просто закрой глаза. У меня для тебя есть сюрприз, но за ним мне нужно будет отойти. Так что не открывай глаза, пока я не вернусь и не скажу. Хорошо?       — Ладно. Я тебе доверяю.       Три слова, три каких-то слова, но порой их тяжело сказать, они могут также и разрезать душу, что и сделали в случае с охранником экспресса.       Нужно было сделать всё быстро. Найти противника и уничтожить. Всё просто, не правда ли? Только не был учтён один не менее важный фактор...       Их было много. Целая стая борисинцев. В форму видъяхары было бы тяжело войти, да и для этого нужно время, которого, к сожалению, не было у Дань Хэна. Так что пришлось ему полагаться на своё мастерство владения копьём.       Церемониться никто не стал, да и было понятно, что волки не будут драться честно и сразу нападут целой стаей.       Ран было много, а в глазах двоилось и темнело, но видъяхаре нельзя было сдаваться, на кону жизнь любимого, что сейчас терпеливо ждёт его с закрытыми глазами.       "Слишком много. Будет очень тяжело отбиться... Главное не подпустить их к Келусу. Они не должны его ранить." Ему уже не выбраться, сожаление о том, что он так мало времени проводил с любимым накатывают тяжёлым комом в горле. — Прости меня...

***

      — Дань Хэн? Всё хорошо?       Отдаленно слышались звуки сражения. Было тяжело выполнить просьбу и не пойти посмотреть что случилось и, в случае чего, броситься на помощь. Спустя мучительные минуты всё стихло, но послышался странный глухой звук, словно какой-то мешок скинули.       Терпение первопроходца закончилось, страх и волнение охватили душу. Забыв про обещание, парень ринулся в сторону звуков, где, по его мнению, шла битва.       Прибыв на место, золотым глазам стал виден пейзаж кровавой бойни. Среди многочисленных тел борисинцев, было и ещё одно, которое Келус не мог ни с кем спутать. Дань Хэн практически не дышал и был без сознания весь в крови. Нужно было срочно к врачу.

***

      — Где Байлу?! Скажите пожалуйста, что она здесь! Помогите!       — Что случилось?       — Прошу, госпожа Байлу, помогите.       Юноша, прижимая тело умирающего возлюбленного, едва ли не навзрыд плакал и молил о помощи целительницу. Глаза молодой видъяхары расширились от удивления, но ей удалось быстро взять себя в руки.       — Мне нужно его осмотреть. Я постараюсь сделать всё, что смогу...       Ожидание томило. Несколько свободных целителей попытались успокоить и поговорить с Келусом, но всё было четно, что аж искры летели от стелларона, реагирующего на эмоции владельца.       Когда же Байлу вышла, то лишь покачала головой. Это никак не обнадёживало. Было понятно — всё кончено, Дань Хэна не спасти.       — Перерождение видъяхар может занимать какое-то время, но он ничего не будет помнить. От старого Дань Хэна ничего не останется. Только такой вариант остаётся.       — Хорошо. Я буду рядом с ним. Пусть он меня и вспомнит, пусть он и не вспомнит ничего.       — И будет ребёнком?       — И это.