Рисунок на сердце

Минхо знал, что Джисон ждёт.   Часы на телефоне показывали 20:57, когда он остановился перед тату-студией. Через стеклянную дверь Ли видел, как Хан двигается внутри – привычно лёгкий, уверенный, сосредоточенный. Одет в черную майку, любимые черные джинсы, ремень с пряжкой в виде сердца, который удерживал их на тонкой талии. Эту талию Минхо не раз обхватывал руками, нагло лапал татуированные руки, шутливо шлёпал лучшего "друга" по заднице и просто сладко пялился на него. Уже давно это стало привычным для обоих делом, своего рода игрой, в которой никто ещё не осмелился высказать чувства, что изливались в каждом действии, взгляде или небольшом касании. В студии уже не было клиентов, только Минхо. Последний на сегодня, что, в прочем, никак не доставляло дискомфорта. Где-то глубоко в животе неприятно сжалось – смесь нервов и странного предвкушения. Минхо ощущал себя так, словно шел не тату бить, а на пытки. И это не только потому, что он будет ощущать мерзкую иглу, из-за которой часть тела немеет, покрываясь мурашками, а и потому, что Джисон будет касаться до чертиков чувствительной груди.

…

Полгода назад он был в аналогичном состоянии: стоял на пороге, собирая остатки смелости, перекатываясь с ноги на ногу, пока Хан силой не затащил его за локоть в свою небольшую квартирку. Тогда он только начинал изучать искусство росписи тела, а Ли стал его первым "подопытным". Джисон с детства увлекался рисованием, между тем как Минхо нахваливал, гладя по голове своего друга и приписывая ему большое будущее. – Не смотри так, будто тебя сейчас казнят, – цокнул Хан, видя как Ли поджал губы, сглотнул явный комок слюней, что стремительно собирались в полости рта. Джисон сидел перед ним, опираясь локтями о стол, и с усмешкой наблюдал за его напряжённым лицом. – Я так не смотрю, – пробормотал Ли, но тут же закрыл рот, когда увидел, как Джисон взял в руки машинку. Он сжал руки в кулаки, почувствовав, как ладони становятся влажными.   Джисон медленно провёл пальцами по его запястью, затем развернул ладонью вверх.   – Здесь будет идеально, – сказал он, отмечая точку маркером. Минхо смотрел, как он водит стержнем по коже, оставляя тонкую синюю линию на запястье, которое пиздец как пульсировало, однако тёплые пальцы, потиравшие кожу, внушали некое спокойствие. Всего лишь небольшое тату. Просто надпись. И почему Минхо такой нерешительный? Такой сложный? – Ты же со мной сделаешь? – Конечно, я с тобой, – Джисон вытянул свою руку, свободную от татуировок, и показал место на запястье, где сделает такую же. Теперь у обоих будет красоваться небольшая надпись "You can stay" – строчка из их любимой песни. Что может быть лучше, чем такая поддержка? Минхо выдохнул. Стало легче.

…

Джисон сразу поднял голову, его лицо озарилось знакомой ухмылкой, как только Ли вошёл в обустроенную студию, которая совсем недавно открылась для толпы клиентов. – Ну надо же, ты не сбежал.   – Ещё есть время, – Ли закатил глаза, но улыбнулся. Даже если бы он попытался, Джисон непременно бы поймал и силой усадил на стул. – Даже не думай. Я ради тебя студию до ночи держу открытой, так что, будь добр, садись и не умничай.   Минхо вспомнил, как долго он сомневался, стоит ли делать татуировку в таком месте – под ключицей, ближе к началу груди. Это место всегда казалось ему странным для тату, просто потому, что обычно он был падок на руки, в крайнем случае – рёбра. Ли знал – будет больно, и особенно он не любил, когда его там касались. Но, поломавшись, Минхо решил, что именно грудь послужит местом для небольшого рисунка эстетичных цветов. Когда Ли присел на кожаный диван, Джисон подошёл ближе, крутанув стилус в пальцах. Всего лишь пару движений на планшете и рисунок перенесется на кожу. – Ты точно всё решил? Я не хочу снова видеть твои страдальческие глаза, когда ты осознаешь, что эта штука на тебе навсегда. – Ты спрашиваешь это после недели, в течение которой мы ежедневно обсуждали этот чертов эскиз? Знаешь, хрен с ним, просто сделай пока я здесь. Иначе я снова буду решаться на эту авантюру ещё пару лет, если откажусь прямо сейчас. – Может тогда вместо цветов набьем тебе "Похуй, ебашь"? – Джисон игриво постучал стилусом по своей щеке. Ему нравилось слегка дразнить Минхо. К тому же, шутки про его нерешительность никогда не теряли своей уникальности. Ли буквально ломался при каждом выборе в своей жизни, очень долго обдумывал свои действия. – Себе на заднице набей, – Минхо многозначительно улыбнулся, высунув язык. В прочем, всё так же послушно оставался на диване, но уже без худи, пока Хан сосредоточился на своей работе. Сидеть перед Джисоном полуголым – словно запустить в живот стадо бабочек, крылья которых соприкасаются между собой. – Чувствуешь себя холстом? – Хан медленно снял бумагу, оставляя на коже чёткий отпечаток рисунка. Провёл пальцем по контуру, проверяя, как трафарет лёг. Минхо чувствовал каждое лёгкое движение, как дёргается его грудь, ведь это его эрогенная зона. – Твоим персональным – да. – Ну что, нравится? – спросил Джисон, снова поднимая взгляд на Ли. – Да… Нормально.   – Нормально? – Джисон приподнял бровь. – Ты неделю выносил мне мозг этим рисунком, выбирал каждую деталь, мучил меня референсами, а теперь просто "нормально"?   – Ладно-ладно, мне нравится, – Минхо щёлкнул пальцем по носу Хана, дабы тот не дулся. Опасно его злить, когда у этого парня тату-машинка. – Если будешь хорошим мальчиком, может, дам передышку, – Хан сложил губы в трубочку, посылая воздушный поцелуй. До задницы сексуальный, восхитительный, сводящий с ума. Однажды Минхо уже ощутил поцелуй от Джисона на своей щеке, и, на данный момент, ему требовалось получить это вновь. Губы так чесались, будто у него аллергия, против которой нужна таблетка. Не каждый мастер, однако, удобно устраивается на бёдрах клиентов, пока набивает тату. Минхо рефлекторно положил руки на талию Джисона, почувствовав, как ткань его майки натянулась под пальцами. Боль пронзила тело, заставила Ли издать стон и откинуть голову назад. Пару минут он терпел, а после понял, что начинает дрожать от внезапного холода. Нужен перерыв. – Не выдерживаешь? – Хан усмехнулся, выключив машинку. Не собирался издеваться над Минхо настолько сильно. Ли, в свою очередь, притянул Джисона ещё ближе, кусая за кончик носа. Осмелел, похоже, из-за шага Хана. – Во всех смыслах. Нужен брейк. Ээ... Поможешь согреться? Джисон без слов дал понять, что на все сто "за". Сняв резиновые перчатки, он пробежался большими пальцами по приоткрытым губам Минхо, осторожно проталкивая один внутрь. Ли покорно посасывает палец, прикрыв глаза. Парень непроизвольно мычит, намереваясь взять ещё один в рот, но Хан не даёт ему сделать это. Он, видя сею возбуждающую картину, вынул палец, что давил на чужой язык, вместо этого прильнув влажными губами к желанным сладким. Наконец, получив свою порцию, Минхо сжал талию Хана сильнее, проталкивая в его рот свой язык и слушая неразборчивое хныканье. Разорвав долгий поцелуй, кончик языка Ли прошёлся вниз к основанию шеи парня, которого он ощущал буквально везде. Под упругими ягодицами, член Минхо становился твердым, а при малейшем их покачивании Ли и вовсе сходил с ума. Сейчас Джисон знал – останавливаться ни один из них не хочет. Хан соскользнул на пол, разводя бедра Минхо в сторону и тыкаясь носом в его промежность. – Ничего не хочешь мне сказать? – Джисон дразняще трётся своей щекой о пах. – Я не... Не з-знаю, – Минхо выдыхает, судорожно сглатывая. Он готов поклясться, что может кончить в любую минуту, будто его член – бомба замедленного действия. – Думаю, что хочу. Многое. – Ну, я тоже, – Джисон положил руки на бедра Минхо, схватив зубами кромку шорт. – Обязательно скажу, когда мой рот не будет занят твоим членом. – Хан освободил Ли от мешающей ткани, размазывая большим пальцем предэякулят по розовой головке и покрывая ее мокрыми поцелуями, после чего накрывая член ртом. Щёки создают вакуум, пока Джисон сосёт, слегка причмокивая, насаживая рот до самого основания. Минхо тянется к мягким прядям, сжимая их, закатывая глаза и издавая сладкие стоны. Он давит на макушку Джисона, дабы тот опускался каждый раз до конца. Хан почти давиться, выпустив приличное количество слюней, глаза закрывает, урчит, посылая вибрацию по члену Минхо, впивается ногтями в чужие бедра, сжимая до визга их обладателя. Заставить Минхо вот так ныть – главное желание Джисона сейчас, он готов помочь с любой просьбой, если бы только Ли заикнулся. Хан двигает головой вверх и вниз умеренными движениями ещё минуту, после чего выпускает, как и прежде, твердый ствол с хлопком, проводя рукой по всей длине плавными движениями. Минхо думал лишь о Джисоне и, не смотря на то, что им ещё торчать здесь, похоже, до утра, он готов продлить перерыв ещё на какое-то время. Притянув Хана обратно на свои бедра, Ли стаскивает дрожащими пальцами джинсы и белье Джисона до колен, массируя его обнаженные ягодицы. – Нет смазки? – Нет, я могу без подготовки, – Джисон усмехнулся, кусая губу. Осознание постоянной готовности Хана заставляло щеки Минхо залиться краской. – Тогда присаживайся, мне мало твоего тепла, – Минхо шепчет в его яремную впадину и Хан не теряет времени – усаживается на член, обхватив руками шею Ли. Джисон привстал, медленно двигая бедрами и посылая волну удовольствия по своему телу. – О том, что я хотел сказать ранее... – Джисон одной рукой сжимает затылок Ли, пока вторая уже упирается в теплую грудь, под которой сердце с сумасшествием билось, будто тотчас ожидало услышать что-то важное, что витало в воздухе, но не исходило из их уст всё это время. Джисон кусает губу почти до крови, пытаясь совладать со своим размякшим телом, что двигается на идеальной для него длине. Ли помогает движениям, раздвигая половинки задницы, что так искусно насаживается на член, дабы проникать в Джисона с некой лёгкостью, заполнять его каждую секунду, довести до желанного апогея и громких стонов. Он бы прижал Джисона к груди прямо сейчас, но свежая недоделанная татуировка стала препятствием. Поэтому Минхо компенсирует это мокрыми поцелуями в кадык Хана, ощущая вибрацию в губах из-за сладких стонов, заполняющих всё его существо и небольшую студию в целом. – Я не хочу быть просто друзьями. А ещё, я не даю тебе времени на раздумья. – Я и не собирался думать над таким предложением, – ответил Ли, втягивая Хана в страстный поцелуй, пока его руки двигались вверх по одетому телу, что только подливало масла в огонь. Минхо находил секс в одежде настолько соблазнительным и личным, и, о боже, он наконец опробовал какого это. Джисон выкручивает тазом зигзаги, обвивая тонкими пальцами хрупкую шею Ли, сжав несильно, ощутив под ними движение кадыка, пока их рты слиплись в поцелуе. – Я сейчас кончу, – еле слышно прошептал Минхо, оттягивая голову Джисона за волосы оной рукой, пока вторая рука опустилась к ноющему члену партнёра, просящего внимания. Накрыв ладонью головку, Минхо помассировал чувствительный орган. – К-кончай. В меня. Я хочу ощутить всё. Ли надрачивал чужой член, дабы помочь Джисону тоже кончить, ведь оставлять его вот так было бы несправедливо. Джисон отпускает горло парня, полностью положив ладони на чужие бедра для поддержки, потому что в голову било ахуенное чувство экстаза, к которому его приводила рука и член Минхо. Хан стонал так, что себя перестал слышать, от слова совсем, его уши будто заложило. Когда Минхо пару раз ударяет по простате, Джисон изливается в руку партнёра, выгибая спину и запуская руки в свои собственные влажные пряди. Однако двигаться на члене не перестал, ведь спустя ещё время Ли тоже кончил, наполняя дырку Джисона горячей липкой спермой. – Хороший перерыв, да? Готов продолжить пытку машинкой? – с усмешкой произнес Джисон, наклонившись для лёгкого поцелуя в губы быстро дышащего. – Любая авантюра, лишь бы в ней был Джисон. Или я в Джисоне…