Наперекор Судьбе и Равновесию

Улыбка не сходила с его лица.

— ... Хо?

Он был так увлечён, что не услышал шокированного возгласа брата Басена.

— Настолько вкусно, что он и вправду не видит их шокированные лица? — Любопытно пробормотал Мин И, что теперь захотел попробовать эту еду, чем заслужил косой взгляд друга, знающего его любовь к еде. Кейл огляделся вокруг, изучая стоящие перед ним блюда. Затем он направил вилку к блюду с фруктами, которые не узнал. Заполнив желудок мясом, супом и хлебом, он хотел попробовать что-нибудь новенькое. Один из плодов выглядел как апельсин, но по цвету был больше похож на виноград. Кейл поднёс плод к губам и надкусил. — М-м... В этот момент сладкий фруктовый сок наполнил его рот. Юноша действительно ненавидел кислые фрукты, поэтому этот чрезвычайно сладкий вкус, разливающийся во рту, заставил его неосознанно сглотнуть. Многих (особенно одного Повелителя Земли) описание фрукта и его вкуса, заставил сглотнуть вязкую слюну, а одного демона запомнить раз и навсегда, что его Божество, ненавидит кислые фрукты. «В следующий раз, приветственный пир будет без намека на что-либо кислое», — поклялся себе Собиратель Цветов, загоревшись желанием исправить ошибку прошлого пира. Где-то (в мире с остановленным временем) чихнул один служащий. В этот момент он натолкнулся на взгляд отца, Дерута, который внимательно смотрел на сына. — Кейл... —Хах. И этот человек – глава семьи? Если он глава, то я – Небожитель! — Усмехнулся и съязвил Ци Жун. Его пробивает на смех, стоит посмотреть на этого никудышного человека, который так жалко смотрит на своего сына. Уморительно. Дерут тихо назвал имя сына, но дальше говорить не спешил, видимо, колеблясь. Затем он начал хмуриться, а жевалки зашевелились. Кейл не любил такую атмосферу, а потому заговорил первым: — Это вкусно. — Да это на вкус, как мусор... А? Ты сказал, что это вкусно? — Он серьёзно? Мало того, что он хотел согласиться с ответом, который он ожидал услышать от сына, что это бы противоречило всем нормам этики и он собрался спустить это с рук. Так ещё теперь смотрит на своего сына, на своего ребёнка, как на восьмое чудо света, словно было невозможно, чтобы ему понравилась еда? Он серьезно!? — Стал негодовать Фэн Синь, смотря на проекцию мужчины так же негодующе, как мужчина смотрит сейчас на своего сына. — ... У меня все больше вопросов к этой семейке... — Пробормотал к себе под нос Водный Самодур, на что согласно, но медленно закивал генерал Мингуан, что сидя слева от него, услышал друга. — Да, это вкусно. На этот раз Кейл поднял другой фрукт и улыбнулся, снова ощутив приятную сладость во рту. Ничтожество, Кейл Хенитьюз, никогда не придавал значения этикету. Вероятно, он не должен был этого, разговаривая с отцом, главой семьи, но это было не важно. Во-первых, он был простым ничтожеством. «Ничтожеством быть лучше всего.» — Мы уже это поняли, хватит напоминать об этом, Ваше Высочество, — закатив глаза, съязвил генерал Сюаньчжэнь. Его уже и вправду стало подбешивать такое отношение к себе со стороны принца. Что в их мире, что в том мире, наследный принц создаёт впечатление, будто ему нравится себя принижать. Никого не волновало, как он себя вёл. Пока он может помешать главному герою избить себя, это будет хорошая жизнь. — ... Или как бы он не сделал хуже... — Пробормотал себе под нос Фэн Синь, ощущая себя так, словно перед ним предстал молодой Его Высочество, что сказал ему в лицо: «Я ухожу с пути Даоса и иду наследовать трон!». Бр-р-р. Наньяна аж передёрнуло. Как и ожидал Кейл, никто не стал критиковать полное отсутствие у него манер. На самом деле на губах Дерута появилась улыбка, когда он начал кивать: — Да, это очень вкусно. Приятно видеть, что ты так много ешь и наслаждаешься едой. Дерут действительно казался единственным человеком, который заботился о Кейле. Казалось, он даже не волновался о том, каким ничтожеством был его сын. Ну, действительно заботливый отец, вероятно, должен попытаться исправить личность Кейла... «Пф. Заботливый, как же! Такой же ряжаный шут, как и чёртовы небожители! Если он не откупается от сына, то я стану питаться травой!» — Усмехнувшись, подумал Лазурный демон, что смотря на этого жалкого мужчину, уже хочет его сварить в котле и сожрать. Но это юношу не волновало, посколько он не был настоящим Кейлом Хенитьюзом. «Ох Сяньлэ, Сяньлэ... Лишь бы ты по настоящему не волновался по этому поводу», — покачав головой, подумал Цзюнь У и если бы кто посмотрел на него, то подумал бы, что Владыка не рад слышать такие мысли рыжеволосого парня. — Да. Отец, пожалуйста, убедись, что ты как следует поел. —Чт... Се Лянь! Ты серьёзно!? Ты не видишь, как они реагируют на то, что ты спокойно ешь!? Ты себя спалить полностью хочешь, или что!? — Чуть ли не кричал на проекцию красноволосого юноши, генерал Наньян. — Даже если никто не подумает о подмене души, они всё еще могут подумать о полноценной подмене, подумав о смене личины незнакомца, пока их «настоящий» сын может быть похищен кем-то, — тоже стал возмущаться халатностью и неосторожностью принца Сюаньчжэнь. Слушая возмущения двух генералов, многие согласились об неосторожности принца. Даже Хуа Чэн не охотно признал их правоту, начиная беспокоиться за своё Божество. Басен испустил ещё один звук «Хо», и Кейл, который на этот раз его услышал, взглянул на мальчишку. Пятнадцатилетний Басен. Младший брат, с которым у Кейла была разница в три года, и который терпеть не мог старшего брата. — Ммм.... Но смотря на него и не скажешь, что он терпеть старшего брата не может... Скорее, в его взгляде присутствует, кроме удивления... Волнение? Восхищение? Беспокойство?... Ну, просто я не вижу у него раздражения или ненависти... — Слегка любопытно и внимательно рассматривая среднего ребенка, тихо сказал Ветерок, который, смотря на Басена, стал ощущать некое родство с ним. Стало казаться, словно их чувства, к старшим братьям, очень похожи. На свои слова, Цинсюань получил странные взгляды от своего брата и лучшего друга. В отличие от такого ничтожества, как Кейл, Басен был умён, честен и очень ответственен. Члены семьи настаивали на том, что Басен должен стать следующим главой семьи. Ким Рок Су соглашался с этим предложением, даже после того, как он сам воплотился в Кейла. — Пф. Царственный братец, как обычно, хочет уйти от своих обязанностей главы. Что королём становится не хотел, что теперь графом. Я не удивлюсь если он и в этом мире уйдет в даосы! — Со смешком и мелким презрением в голосе сказал Ци Жун, рассматривая проекцию брата и окружающих его людей. На человеческую еду ему уже как восемьсот лет всё равно. Ему больше интересно, отличаются ли по вкусу люди того мира от людей их мира. «Вместо того, чтобы усложнять свою жизнь, взваливая на себя ответственность за эту территорию, я предпочёл бы использовать своё положение старшего брата графа, чтобы спокойно и без оглядки жить в мире и покое на части этой территории.» «Как ты собрался спокойно и мирно жить, если у вас там скоро война?» — подумали многие. «Обманывай себя сколько хочешь, ты же всё равно влезешь во все проблемы того мира, ведь тебе будет НАДО», — подумали трое из Сяньлэ. «Пожалуйста, Ваше Высочество, берегите себя. Делайте, что хотите, но прошу, только не пострадайте...» — Отчаяно подумал одноглазый демон, что на лицо никак не изменился, но если бы с ним был Эмин, можно было бы заметить, как оружие начало беспокойно пищать, а его глаз кружиться в беспокойстве. Кейл не стал спорить с Басеном. Он слышал вздох брата и понял, что тот смотрит на него сверху вниз, но что сам Кейл мог с этим поделать? — Например подумать еще раз и увидеть, что на тебя смотрят не сверху вниз, а как на небожителя, что решил раскрыть свой лик обычным смертным? — Скептически сказал Ши Уду, не понимая, шутит ли этот человек или серьезно не понимает, какие взгляды в него посылают. — У меня создаётся впечатление, что принц будет ярым мастером недопониманий, — со смешинкой во взгляде сказал Пэй Мин. Как только Басен станет главой семьи, его личность станет такой, что он, вероятно, не убьёт Кейла, но для того, чтобы не подвергать себя опасности и спокойно переехать в маленькую деревушку, Кейлу не стоило лишний раз играть на нервах младшего брата. — Ты как пришёл к выводу, что стоит ему стать главой и этот ребёнок убьет тебя? Что за радикальное мышление? — Непонимающе уставившись на проекцию принца, высказалась за большинство из них Наньгун Цзе. — Да смотря на это дитя, можно с уверенностью сказать, что он себя быстрее убьёт, чем даже подумает об убийстве брата, — Генерал Наньян поддержал всеобщее недоумение. «Если это невозможно, то мне просто нужно заработать деньжат заранее и тогда я смогу уйти куда-нибудь, куда не докатится война.» «И куда она, по-твоему, не докатится? Ты же сам недавно в комнате думал о том, что война затронет как Западный, так и Восточный континенты! Или у вас континенты равняются двум государствам?» — Возмущенно и негодующе подумали многие существа в пространстве. Кейл сделал вид, что не услышал вздоха Басена и продолжил есть. Как только трапеза закончилась, его отец Дерут поднялся первым. Казалось, он был доволен завтраком, так как его лицо сияло лучезарной улыбкой. — Пф. Конечно, он будет счастлив. Его старший ребенок поел, как нормальный человек и не устроил сцену, — фыркнув и закатив глаза, съязвил Сюаньчжэнь. — Это было вкусно. Если бы завтрак был таким каждый день, Кейл, вероятно, отказался бы от сна, лишь бы есть все время. Дерут осмотрел членов семьи, которые встали после того, как это сделал он, прежде чем сфокусировать взгляд на своём первенце, Кейле. Мин И, смотря на то как почти всю еду выносят из столовой, лишь мысленно вздохнул и покачал головой, посчитав, что недоеденной еды осталось больше, чем съеденной. — Сын, тебе что-нибудь нужно? Кейл был смущён вопросом Дерута, но решил честно ответить. — Пожалуйста, дай мне немного денег. — Конечно, я дам тебе сколько угодно, — без колебаний ответил Дерут. Это была действительно состоятельная семья. Им принадлежала территория, на которой добывался мрамор и выращивался виноград для вина. Так что сейчас семья Хенитьюз не испытывала недостатка в средствах. — А ведь в удобное же место попал, — с хмыком пробормотал Генерал Мингуан. — Как можно больше. Пожалуйста, дай мне столько, сколько сможешь. Кейл почувствовал, как его младшие брат с сестрой смотрят на него, но юноша не считал должным испытывать смущение. Разве не лучше просить деньги, вместо того, чтобы пить и поднимать шум? — Я не знаю, что Се Лянь нашёл в их лицах, но единственное, что я вижу, так это то, что в их глазах буквально читается вопрос: «Ты решил окончить спектакль? Почему? Что за причина?» Думаю, нам есть что обсудить, — сказал Водный Самодур, что когда-то сам вырастил младшего брата, а посему читать лица детей для него настолько же просто, как занимать первое (Небесный Владыка, вы не считаетесь!) месте среди небожителей, на празднике фонарей. — На самом деле их семейка всё интереснее и интереснее. А ведь мы только-только начали с ними знакомиться, — Спокойным голосом заговорил Цзюнь У, что некоторое время молчал. Кроме того, ему нужны были деньги, чтобы приступить к осуществлению своих планов. Это роковое столкновение, которое позволит ему обрести достаточную силу, чтобы суметь обезопасить себя... Ему нужны были деньги, чтобы создать нужную возможность. — Не терпится узнать, что же это за роковые встречи такие, на которые нужно тратить не тренировки в духовном плане, а деньги. Эх, если бы силу можно было получить так просто... — Со вздохом проговорила Совершенный Владыка Линвэнь. — Конечно, я дам тебе столько, сколько смогу. Кейл начал улыбаться, будучи удовлетворённым ответом отца. Однако после возвращения в комнату, он потерял дар речи, когда получил чек от заместителя дворецкого Ганса. Все заинтересованно уставились на юношу, ожидая узнать, что такого интересного заставило потерять его дар речи, смотря на эту бумажку. Чек, выданный через партнёрство с отделом казначейства и магическим отделом, заставил сердце Кейла пуститься в дикий галоп. — Магический отдел? Что это? — Полюбопытствовала за большинство, Наньгун Цзе. Пока остальные же думают, что, чёрт возьми, такого написано на несчастной бумажке, что Се Лянь чуть ли в ней дыру не прожёг. — Ммм... Пока считайте магический отдел за духовный отдел. Чуть позже, когда начнётся именно эта тема, я вам всё объясню, — спокойным голосом ответил Внешний Бог, чем заслужил поклоны головы и слова благодарности. «Так много денег!?» Кажется, у этой семьи было не просто много денег. На самом деле у них, похоже, было ОЧЕНЬ много денег. «Да сколько там!?» — Подумали многие, сгорая от нетерпения, некоторые уже стали бороться с желанием подняться и самим заглянуть в эту несчастную бумажку. В новелле упоминалось, что Кейл получал большое пособие, но точная сумма не упоминалась. Однако он мог понять, насколько большим было пособие, только взглянув на сумму, указанную в чеке. «Десять миллионов галлонов.» Услышав сумму, все с любопытством уставились в потолок. Они понимают, что «галлоны» – это валюта того мира, но как эта сумма будет звучать в их мире? — Небожители, просто смените галлоны на заслуги, а демоны на ритуальные деньги и вот ваш ответ. Десять миллионов заслуг и ритуальных денег, — как гром среди ясного неба, вынес свой вердикт на неподготовленные головы, Бог Смерти. Ничего не происходит. Тишина. Кажется, даже слышаться сверчки. Которые резко прерываются громким возгласом от всех существ: «Что!?» — Десять миллионов заслуг!? Как пособие!? — Воскликнул Повелитель Ветра, что неверяше уставился на чек в руках своего нового друга. Ему резко захотелось убрать этот чек в потайной шкафчик и каждый час сдувать с него пылинки. Конечно, для демонов и небожителей, сидящих в этой комнате, это не слишком большая сумма. Но получать десять миллионов как пособие или просто попросив... Нет, для них это слишком. — Я, конечно, заметил, что граф обрадовался узнав о том, что у его сына есть к нему просьба... Но чтобы настолько... — Шокирована пробормотал генерал Мингуан, смотря словно сквозь чек. А пока все стали пытаться прийти в себя, запись продолжилась. Это примерно эквивалентно десяти миллионам корейских вон. Если это так, Кейл может изменить свои планы. Кейл начал быстро просчитывать варианты. — Я сейчас уйду, Молодой Мастер. Заместитель дворецкого, доставив чек, попрощался, но Кейл не ответил. Заместитель дворецкого Ганс никак на это не отреагировал, полагая это нормальным, и направился к двери. Однако, вскоре он был вынужден остановиться. Это произошло потому, что Кейл поднялся со своего места и обратился к Рону. Как раз к этому моменту большинство пришло в себя и стало следить за развитием событий на экране. — Рон, пойдём в кабинет. Ганс был обеспокоен словами Кейла, Рон, кажется, тоже. — ... Вы сказали, что хотите пойти в кабинет? Кейл нашёл это странным. Голос этого хитрого старика дрожал. Была ли причина, по которой он не мог пойти в кабинет? — Я чую подвох... — Прищурив глаза, сказал генерал Сюаньчжэнь, который смотря на двух слуг, чувствует, что где-то им недоговаривают. — Чувствуешь, как бывший слуга? — С насмешкой и даже язвительно спросил Наньян. — Хотя бы не как собачонка, — съязвил в ответ Сюаньчжэнь. Однако дальше стал демонстративно игнорировать соседа, так как не хочет, чтобы на него резко кто-то упал сверху, а особенно чтобы это был Фэн Синь. Наньян же, фыркнув, тоже стал демонстративно игнорировать соседа. — Да. Ему нужно было пойти в кабинет, чтобы сформировать план на будущее. В его комнате не было никаких следов не то что письменного стола, а даже листа бумаги. Однако было много бутылок с дорогим алкоголем. Ветерок посмотрел на алкоголь. Только сейчас он заметил, что это вино отличается от их своим оформлением (что, в принципе, логично, разные миры как-никак). Он не знает, отличается ли оно на вкус, а посему теперь хочет попробовать это вино, или хотя бы порасспрашивать у нового знакомого, отличается ли оно как-то от их алкоголя. — Простите, Молодой Мастер. — За что? Кейл посмотрел на встревоженного заместителя дворецкого. — Это... Мы ещё не успели провести утреннюю уборку в кабинете. — Почему мне кажется, что там не провели больше, чем просто утреннею уборку? — Недоумённо спросил, что до этого молчал, Хуа Чэн. На его вопрос никто не ответил. Собственно, он и не ждал ответа, так как понимал, что им сейчас не ответят на вопрос, который мучал всех, но озвучил его только он. — Вот как? Что ж, всё в порядке, с кабинетом ничего не случится, если его один день не уберут. — Нет, сэр. Мы не можем этого допустить. По какой-то причине заместитель дворецкого продолжал настаивать. Затем он ярко улыбнулся и поднял палец. — Пожалуйста, подождите один час! Я лично удостоверюсь в том, что кабинет будет полностью очищен, чтобы он не выглядел так, словно им десять лет не пользовались, а встретил Вас так, словно только вчера вечером Вы его покинули! Все замерли. — Он.... Серьёзно? — Он буквально сказал, что они не убирались в нём десять лет... — Какого хрена? Они обязаны были время от времени убираться в нём! — В первые соглашусь с тобой, Ци Жун. То, что хозяин кабинета не пользовался им, это не значит, что его не надо убирать! — За что вообще слуги деньги получают в этом доме? За сплетни и отлынивание от работы? — Не удивлюсь, если это так. Как только последний голос затих, запись продолжилась. — Конечно, как хочешь. Он не возражал против того, чтобы часок подождать. — Отлично! Тогда я сообщу об этом Мастеру. — Хо. А сейчас он буквально признался, что приставлен, как докладчик для графа, — со смешком сказал генерал Мингуан, что неверяще уставился на рыжего (кажется, необычные цвета волос – это норма в их мире?) слугу. Ци Жуна же на эти слова перекосило в отвращении. Ещё в молодости его доводила слежка короля и королевы в свою сторону. Ты словно не человек, а собака, что самовольно вышла на прогулку. Словно на твоей шее хотят затянуть поводок контроля. Хуа Чэн это ожидал. Ожидал, что изменения заметят и попытаются выяснить в чем проблема. Он знал, что к его Гэгэ должны приставить слежку. Но... Ему все равно это неприятно наблюдать. Мысленно вздохнув, он продолжил смотреть. — В этом нет необходимости, но если ты считаешь это необходимым, можешь так и поступить. — Да Молодой Мастер. Я немедленно уйду. — Хорошо, иди. Стоило непутёвому слуге уйти, как все заметили, что аура Его Высочества изменилась, а взгляд стал холоднее, когда он повернулся к своему дворецкому. — Рон. — Молодой Мастер? — Почему ты покрываешь подобное? — Мои извинения, Молодой Мастер. — Не нужно извинений. «Ну, теперь точно не будет покрывать», — со смешком подумали многие. У Рона было ещё более странное выражение лица, чем раньше, но Кейл положил драгоценный чек во внутренний карман, после чего задал вопрос. Было так много дел, что у него даже не было времени уточнить один немаловажный вопрос: — Какое сегодня число? Все пододвинулись ближе. Им не терпелось узнать, отличаются ли как-то их календари? Этот вопрос казался странным, если бы его задал кто-нибудь другой, но слуга Рон ответил неизменно нежным голосом. — Сегодня двадцать девятый день третьего месяца семьсот восемьдесят первого года по Календарю Феликса. Все с любопытством уставились в потолок. — Календарь Феликса, если переводить, то это будет Солнечный календарь Ся. А третий месяц – третим лунным месяцем.— спокойно разъяснил существам Внешний Бог и получив благодарность, продолжил запись. — Ммм... Это проблема. — Простите? — Нет, ничего. Кейл снова положил руку на десять миллионов галлонов, лежащих в его кармане. Единственное, чему он мог доверять, так это деньгам. Почему-то все небожители после этих слов скосили взгляд на Водного Сомадура, который сидит так же невозмутимо, как два остальных демона и Владыка Небес. Вчера был двадцать восьмой день третьего месяца семьсот восемьдесят первого года по Календарю Феликса. Это был тот день, когда жители деревни Харрис, той самой деревни, в которую отправился герой Чхве Хан после побега из Леса Тьмы, место, где Чхве Хан впервые ощутил человеческую привязанность в этом мире, где нашёл друзей и новую семью, которая была вырезана группой ассасинов. — Какой ужас! Но зачем кому-то вырезать целую деревню? — Ужаснулся Ветерок, смотря вместе с остальными, как под описание деревни, экран плавно сменился на обрывки воспоминаний Чхве Хана, где мельком показали, как он жил в Лесу Тьмы и то, как какие-то ублюдки в чёрном вырезают деревню. От картины таких воспоминаний, все напряглись. Им не понравилось, что ребенок сначала попал в лес, полный монстров, которые только по одному виду могут быть между рангами демонов «Злой» и «Свирепый», а потом лишился первой нормальной циливизации, что приютила его в новом мире. Когда картинка сменилась обратно на красноволосого юношу, напряжение в комнате не спало. Даже Кейл, который дочитал до пятого тома, так и не узнал истинных личностей, стоящих за этой таинственной организацией, которая убила жителей деревни. — За пять томов их личности так и не раскрыли? — Неверяще пробормотал вопрос, который заволновал всех, Сюаньчжэнь. В этой тишине все его прекрасно услышали, но никто не ответил, ведь они и сами не знают, как это возможно. — Может быть пять томов охватывают только один год? — Предположил Лан Цяньцю, что до этого молчал. — Если это так, то сколько вообще этих книг должно было быть? — Задал резонный вопрос генерал Наньян. — Будем ждать пока нам дадут более точный ответ. У нас слишком мало информации, — спокойно сказала Наньгун Цзе, которая уже чувствует приближение головной боли. С её же словами все замолчали и запись продолжилась. Некоторые читатели могли бы сказать что-то вроде этого, прочитав о сложившейся ситуации. «Я думал, что он действительно сильный. Но что делал Чхве Хан, когда их всех убивали?» — Как бы нелепо это не звучало, но он мог испугаться, — сказал Водный Самодур. — Верно. Уничтожение демонов или убийство монстров не сравнится с убийством людей. Всё таки, если он был выдернут из мирной среды и ему пришлось заставить себя убивать монстров, то это не значит, что он готов убивать людей, — согласился с другом Генерал Мингуан. Такие мысли были естественны. Однако есть причина, по которой эта новелла называется «Рождение Героя», а не «Сила Героя» или «Война Героев». Рождение. Это была история человека, который преодолел всевозможные препятствия и перенёс страдания в своём прошлом, став героем. Любовь и дружба сопровождают его в пути, на котором он встречает своих врагов, так и друзей. Что-то, что не может отсутствовать в истории - это «пробуждение». У него могут быть всевозможные необыкновенные таланты, а также он мог прожить несколько десятилетий в Лесу Тьмы, но всё же, Чхве Хан всё ещё был невинным и нежным человеком, который не мог убить другого человека. У него не было никаких проблем при убийстве монстров, но Чхве Хан еще никогда не причинял боль другому человеку. Боги Войны согласились, что убийство монстров и людей – это совершенно разные вещи, а посему они не будут удивлены, если парень просто испугался. Как-никак, но и физически, и умственно он остался юношей, ведь единственное, чему лес его научил, так это выживанию и убийству монстров. Он лишь подкачал ему силу, но не больше. Чтобы превратить кого-то, подобного ему, в героя, автор новеллы создавал специальные ситуации для Чхве Хана. Чтобы исцелить леди, которая обращалась с ним, как с собственным сыном, Чхве Хан отправился в Лес Тьмы, дабы найти там драгоценные лекарственные травы. Он должен был отправиться вглубь леса, чтобы найти их, и когда ему, наконец, удалось найти искомое и направился обратно в деревню, то обнаружил лишь трупы всех убитых жителей деревни, горящие дома и убийц, которые собирались покинуть место преступления. Чхве Хан впал в бешенство, увидев это, и впервые кого-то убил. Конечно, люди, которых убил главный герой, являлись членами этой секретной организации, и эта секретная организация часто сталкивалась с Чхве Ханом на страницах новеллы. Чхве Хан приходит в себя после уничтожения всех убийц из секретной организации, но практически сразу впадает в отчаяние, так как не может получить никакой информации с мёртвых тел. Затем он закрывает тела жителей деревни, прежде чем дать самому себе обещание: «Я убью их всех. Я убью всех людей, которые сделали это.» Когда запись, что недавно перешла на воспоминания черноволосого, плавно вернулась в комнату к Кейлу, почти все остались сидеть напряженными, а некоторые больше задумчивыми. «Хах. А ведь это столько еды пропало, тц», — а, ну да, ещё и пофигист есть, который смотрит на трупы, как на новое мясо на рынке. — Подождите, — вдруг заговорил Лан Цяньцю. — Неужели лес настолько огромный, что ему пришлось зайти ТАК далеко за травами, что он не заметил дыма, не услышал криков и вернулся под конец резни!? — Эмоционально и даже резонно задал вопрос Владыка Тайхуа. — Хм... Скорее всего так и есть. Однако, всё равно не понятно, зачем вырезали эту деревню... — Задумчиво пожевав нижнюю губу, сказала Наньгун Цзе. — И если об этой организации ни сном, ни духом информации, то получается она больше, чем мы думаем? И если это так, то зачем такой большой организации вырезать маленькую, незначительную деревню? — Продолжила мозговую деятельность Владыка Линвэнь, после чего тяжело вздохнула и потерла переносицу двумя пальцами. — Ха... Как же сложно с этим миром.. Ауч! — Тоже тяжело вздохнул и не по этикету откинул голову на спинку кресла младший Ши, за что получил локтем в бок от брата и его суровый взгляд. Чхве Хан понимал, что поддался печали от смерти близких в этот момент, но первое убийство начало постепенно менять его сознание. Конечно, он снова оживал и становился всё более похожим на человека после встречи с членами партии и на последующих страницах новеллы становился настоящим героем. — ... Рон. — Да, Молодой Мастер. — Чашку холодной воды, пожалуйста. — ... Я понимаю... — Настолько в шоке, что события книги уже начались, что решил и слуг вокруг себя шокировать? — Усмехнулся Пэй Мин, что уже почти восстановился от напряжения. После того, как Рон ушёл, а он остался в комнате в одиночестве, Кейл закрыл лицо обеими ладонями. Проблема заключалась в том, что город, в который этот перекорёженный Чхве Хан прибыл после ухода из деревни Харрис, назывался Вестерн, город Дождей, и располагался он в центре территории Хенитьюз. Кейл который случайно натолкнулся на Чхве Хана, взбесил главного героя и нарвался на избиение. То есть, когда Чхве Хан должен был получить первого участника партии, надёжного шеф-повара Бикрокса. «... Я собирался отправиться туда заранее и помочь ему. Но теперь, лучший вариант, который позволял избежать избиения, больше не был доступен. Если бы я сумел обезопасить жителей деревни, то всё было бы иначе, однако в данной точке невозврата уже ничего не поделать.....» На этом моменте со всех уголков комнаты послышались тяжёлые вздохи. «Его Высочество.... Почему я ожидал другого от него?...» — Подумали двое выходцев из Сяньлэ и Небесный Владыка. «Гэгэ... Они же не заслуживают твоей помощи...» — Горестно подумал Хуа Чэн. «Царственный братец, ты... Ты опять за своё...» — Скривившись, подумал Лазурный Фонарь. Пока все смотрят на запись с разными мыслями и лицами, запись продолжилась. «...Теперь все, что мне осталось, - это убедиться, что я действую таким образом, чтобы избежать избиения от Чхве Хана, который продвигается с сумасшедшей скоростью, и прибудет к стенам города Вестерн к завтрашнему дню.» — Избегание главного героя кажется очень хорошей идеей. На это заявление некоторые кивнули согласием, другие же стали прибывать в задумчивости. Ему нужно было сделать так, чтобы Рон и Бикрокс столкнулись с Чхве Ханом. Это был единственный способ, чтобы это трио покинуло данную территорию вместе, чтобы таким образом начать официальное путешествие. Таким образом у него оставался только один курс действий. «Мне нужно просто столкнуть их друг с другом, а затем уйти с их пути.» На лицах многих так и читается вопрос: «Гений, ты как думаешь их столкнуть? Тебе бы по-хорошему вообще не приближаться к этому недоглавному герою.» При создании наилучшего первого впечатления это было вполне возможно. — Молодой Мастер. — Ах, спасибо, Рон. Кейл сделал глоток из чаши, которую принёс Рон, после чего нахмурился. — Это не холодная вода? — Это лимонад. Услышав ответ слуги, многие замерли. После чего некоторые стали либо пытаться сдержать смех, либо в открытую стали смеяться. Однако были и те, кому это не понравилось. — Ему приказали принести холодную воду, а он посмел своевольнича принести другой напиток? — Хмуро процедил Водный Самодур. — За такое его должны были наказать. Хоть трижды он будет тем, в ком этот юноша видит отца, он не смел своевольничать, — так же хмуро сказал Хэ Сюань. «Этот старик... Он же специально. Он проверяет Гэгэ на вшивость...» — Хмуро подумал Градоначальник, в чьём глазе этот старик всё больше начинает не нравится. У Собирателя Цветов стало появляться ощущение, что этот убийца такой же, как и те двое предателей, что посмели бросить его Божество. У двух небожителей резко зачесались уши. Он действительно коварный человек. Он знает это точно так же, как и Ким Рок Су, настоящий Кейл ненавидел кислые вещи. Но он всё же предпочёл принести лимонад, который требовал больше усилий для приготовления, чем простое наполнение кружки холодной водой. Кейл хотел рассердиться на кислый вкус, но не мог этого сделать, потому что боялся этого старика-убийцы. Юноше оставалось только выпить принесённый лимонад. — Да что он тебе сделает в твоём же поместье? Единственное, что он может сделать, это обидеться, но, чёрт! Если прошлый владелец тела устраивал и похуже скандалы, чем ему убудет? Он наоборот ждет, пока ты устроишь скандал! Ваше Высочество, ну посмотрите на его ждущее лицо! — Взвыл Фэн Синь, который даже слыша мысли своего... Друга? А кем он ему приходится... Наньян не знает и не хочет пока знать.. — Я же сказал. Смирись. Он Мистер Непостоянство, — закатив глаза, сказал Сюаньчжэнь. — Спасибо, это замечательно. — Всегда пожалуйста, Молодой Мастер. Скоро мы можем отправиться в кабинет. — Отлично. Мягкая и нежная улыбка Рона заставила Кейла ощутить озноб, пробежавший по спине. Он снова нащупал чек на десять миллионов галлонов для успокоения. Единственное, чему в этом мире можно было доверять, это деньги.