Здесь становится одиноко

Ты бежишь через лес. На дворе поздняя ночь, а небо черно, как дёготь. Лишь молочный свет луны освещает твой путь, но ее лучи не достают до тебя: не совсем. Окружаешь тебя деревья, выпирающие из земли, словно монументы неизвестному богу, закрывают собой большинство света. Ты не видишь куда ты держишь путь. Даже если бы ты решила устроить свой побег в более разумный час, со светом солнца над своей головой, это бы мало что поменяло. Ты не знаешь куда держишь путь. У тебя нет карты; нет маршрута; нет плана. Ты бежишь словно испуганное животное, тревожная и с нервами на пределе, без понятия, куда именно. У тебя, бегущей, есть лишь одно желание - сбежать. Тебе нельзя допустить, что бы тебя нагнали. Если это произойдет, то ты уверена, что тебя ждет ужасная участь. Так что единственный твой выбор - продолжать бежать: не останавливаясь ни на секунду, хоть твои ноги молят тебя о пощаде Ты понятия не имеешь, сколько ты уже бежишь. Время начало сбиваться в кучу. Оно утратило всякое значение. Что то острое цепляется за подол твоей юбки, но ты не можешь позволить себе роскошь остановится и посмотреть, что именно. Вместо этого, ты дергаешь. Твоя юбка рвется со звуком, проносящимся по всему лесу, и ты оступаешься вперед, шокированно ахнув. Ты свободна, но какой ценой? Твоей юбке был нанесен непоправимый ущерб. Однако же, возможно, тебе слишком поздно переживать о таких мелочах. Если ты сейчас же не продолжишь бежать, то она тебя поймает. И тогда твоя жизнь оборвется. Ты не знаешь, следует ли она еще за тобой, но ты не хочешь рисковать оборачиваться. Если ты увидишь ее, в тени дерева, смотрящей на тебя мерзко милой улыбкой, некогда тебя пленившей, то ты лишишься той крупицы рассудка, которая у тебя еще осталась. Твои ноги парализует, а твоя кровь застынет в твоих жилах. После чего ты рухнешь. Ты упадешь, но ты не ударишься о землю. Она тебя поймает. Разве она не обещала, когда вы заключали тот контракт, что ты никогда не будешь одна? Хотела бы ты забрать это свое глупое желание обратно, но для этого уже слишком поздно. Уже много чего поздно. Все, что ты можешь, так это бежать. Ты бежишь, бежишь и бежишь, в то время как морозный туман витает у твоих ног. Он настолько холодный, что он высасывает тепло из твоего тела, от чего ты вздрагиваешь. Такое чувство, будто ты тонешь. Такое чувство, будто тебя хоронят заживо. В это же время твои колени и голени кровоточат. Еще чуть чуть и ты не выдержишь... Но если тебе дорога твоя жизнь, держатся ты должна. Ты бежишь, бежишь и бежишь, до тех пор, пока наконец то, перед тобой на тропинке не предстает развилка. Три пути, устремляющиеся в разные стороны леса.... Ну, четыре, если считать тропу, по которой ты сюда прибежала. Однако же повернуть назад ты не можешь: не когда ты приложила столько сил что бы убежать вперед. Все, что ты можешь - бежать дальше. У каждой из тропинок стоит деревянный знак, что довольно странно, учитывая то, насколько глубоко ты в лесу. Хоть сейчас и темно, но ты уже привыкла к теням. Ты с трудом, но все же можешь разобрать надписи на этом старом и покосившемся указателе, несмотря на неровность и наклонность почерка написанного. Твоя судьба, уж прости меня за столь избитую фразу, в твоих руках. Чтож, интересно... Какой же путь ты выберешь? Ты решила пойти на берег... Хорошая идея. Интересно, что же ты там найдешь? Конец ночи еще отнюдь не близок, и тебя все еще ждет множество приключений. Уж надеюсь, что ты приготовилась заранее - и я надеюсь, ради твоего же блага, что ты умеешь плавать. Что то мне кажется, что это умение тебе пригодится. Ты следуешь по тропе, ведущей к берегу, держа себя на уставших и болящих ногах, которые вот вот готовы сложится в коленях от своего веса. Девочка, ты худенькая, но ты так долго бежала, а твои ноги настолько онемели, что ты чувствуешь себя огромным и громоздким нечто. Тебе нужно прилечь, да как можно скорее. Ты лишь надеешься, продолжая бежать, что ты найдешь способ спастись от своей нынешней передряги на берегу. Ты не знаешь, что тебя ждет, но ты представляешь, как на горизонте начинает показываться пристань, приютившая в себе флот рыбацких судов с белыми парусами. Уж наверняка там найдется какой нибудь добрый рыбак, который бы согласился увезти тебя на своей лодке далеко-далеко, где твой преследователь не сможет тебя найти? Ты даже не можешь представить себе лицо этого добряка: лицо, заимствованное тобой прямиком из множества сказок, которые ты прочитала в детстве. У него будут густые и кустистые брови, а в его темно-коричневой бороде будет пробиваться седина. С первого взгляда он покажется устрашающим, но он будет яро тебя оберегать, словно отец. Ты не знаешь как должны себя вести отцы. Ты лишь можешь вообразить. Однако именно это воображение и дает сил на то, чтобы бежать дальше.