Я буду рядом, помни об этом

      Жан — половина души Кевина, как говорят поэты. Он узнал бы его по прикосновению, по запаху. Он узнал бы его вслепую — по тому, как он дышит, по тому, как его ноги ступают по земле. Кевин узнал бы его в смерти на краю света.       За долгие годы жизни в Воронах Кевин выучил Жана полностью. Он способен распознать, как прошёл день парня, лишь по мимолетному взгляду. Он чувствует, когда Жану снится очередной кошмар о прошлом, едва уловив его вздох. Он знает, как нужно реагировать на это, чтобы последующий день парня не был испорчен.       Кевин мог бы описать мысли Жана, даже если тот молчит. Они общались, понимая друг друга с полуслова, а иногда даже слов не нужно было, чтобы почувствовать, что хотел сказать один другому. В моменты, когда Жан пытался скрыть свои переживания, Кевин улавливал даже мельчайшие изменения в его поведении — взгляд, жест или дыхание. Всё это показывало Кевину что испытывает его молодой человек. Он знал, когда Жан нуждается в его поддержке и в нем самом, и когда, наоборот, лучше оставить парня в покое.       И даже сейчас, когда из приоткрытого окна тянет прохладным ночным воздухом, а они уютно устроившись на диване и закутавшись в теплый плед, смотрят новую романтическую драму, Кевин чувствует, что что-то не так.       Тусклый теплый свет лампы, слившийся с мягким светом экрана телевизора, окутывает их лица, а свечи с еловым ароматом, которые они купили на днях, с нотками свежести распространились по всей комнате, создавая ощущение уюта и безопасности, но интуиция Кевина подсказывает об обратном.       Кевин не может не заметить, как Жан периодически пускает еле уловимый тревожный вздох, хотя и пытается скрыть его за легким кашлем. Так же от его глаз не ускользает то, как тело парня изредка напрягается, будто Моро пытается спастись от чего-то или кого-то в своей голове.       Кевин аккуратно, чтобы не спугнуть, поворачивает голову к Жану и видит, как взгляд красивых серых глаз потух, а пухлые губы сжались в тонкую линию. Жан поворачивается в ответ и натягивает самую неискреннюю улыбку, которую он только мог выразить. Внутри Кевина что-то ломается, потому что он не понимает, почему парень так реагирует. Обычно, даже в самые плохие дни, Моро рассказывает о своих переживаниях, но в этот раз было что-то совершенно другое.       Кевин обреченно вздыхает и, слабо улыбнувшись, хватает пульт от телевизора и ставит фильм на паузу. Он берет за руку парня и чувствует, как у того сжимаются пальцы в кулак. —Ты в порядке?— спокойно проговаривает Кевин со всей заботой и нежностью, которую он только мог вложить в слова.       Моро вздрагивает и опускает лицо в руки. Кевин не торопит его с ответом и дает время, чтобы тот сам разобрался в своих мыслях. Он не уходит и ждёт пока парень заговорит, потому что знает, что если нужно будет, то Жан сам попросит его уйти. Но пока это не произошло, он просто сидит рядом, показывая что в их доме безопасно.       Тишину в комнате разбавляет мерное тиканье часов и напряженное дыхание парней. Кевин крепче сжимает руку Жана, его ладонь обвивает пальцы парня, ощущая их теплоту, легкое дрожание. —Да,— голос Жана тихий, и Кевину приходится напрячься, чтобы уловить сказанное. —Мне сейчас нужно оставить тебя одного?       Жан поднимает взгляд, полный печали, как будто Кевин причинил боль парню одной фразой. —Нет, нет, не…— Моро начинает тараторить, но останавливает себя и, сделав пару глубоких вдохов, продолжает, проговаривая уже внятно каждое слово. — Нет, тебе не нужно уходить. Останься, пожалуйста.       Последние слова звучат так умоляюще, будто Кевин мог оставить Жана одного, после его просьбы. Он чувствует всю боль, которую его любовь вкладывает в слова. И не спрашивая лишних вопросов, просто пододвигает свое бедро в бедру Жана, как бы показывая, что он рядом и что он не бросит его. —Ты не один,— шепчет Кевин, и его рука мягко скользит по спине Жана из-за чего тот прикрывает глаза.       Дэй чувствует, как тело парня начинает постепенно расслабляться. Было ясно, что беспокойства еще полностью не ушли, но рядом со своим любимым человеком Жану становиться легче.       Кевин не торопился, он знал, что Жан должен почувствовать себя в безопасности. Он аккуратно, еле касаясь, провёл пальцем вверх по позвоночнику, задев шею. Жан издал тихий стон удовлетворения и распахнув глаза, посмотрел с немой благодарностью. Тихо, без спешки, Кевин положил вторую руку на его лицо, нежно поглаживая щеку. Теплый искренний жест — простое прикосновение — стало для Моро утешением. — Что тебя опечалило, Жан? — мягко спросил Кевин, и его губы осторожно коснулись лба парня.       Поцелуй был нежным, почти неощутимым, но для Жана — таким важным. Это был момент, когда мир вокруг них исчез, и остался только этот контакт — рука Кевина на спине Жана, губы на лбу и их мирное дыхание в унисон. —Я подумал, если бы ты,— Жан всхлипывает и Кевин моментально большим пальцем убирает слезу, которая норовилась скатиться вниз по щеке. — Если бы ты в тот день не сбежал, и если бы ты.. —Тише, Тише. — Кевин берет руку парня и прикладывает к своему сердцу, показывая, что он всё еще жив. — Я здесь. Я никуда не денусь. — Я знаю, но как только я думаю об этом...       Кевин знал, что это главный страх Жана. Они прошли огромное количество терапий вместе и раздельно, чтобы избавиться от своих травм, но призраки прошлого все равно следовали за ними по пятам. Прошло много лет после того случая, но Жан никак не может избавиться от мысли о смерти Кевина. К сожалению, Дэй никак не может помочь, кроме как быть рядом в такие моменты. —Все будет хорошо. Мы справимся, Жан.       Моро в ответ потянулся и нежно поцеловал Кевина, слегка прикусив нижнюю губу, но так бережно, как будто этот поцелуй был благородностью. Благодарностью, что Кевин не бросает его и остается с ним, несмотря ни на что.       Когда напряжение наконец-то спало, вечер вновь стал тихим и спокойным. Кевин аккуратно потянул Жана за руку, со словами: —Пойдем сделаем что-нибудь сладкое. Как на счет горячего шоколада, который ты любишь?       Он тихо улыбнулся, когда Моро вздохнул с облегчением, будто осознавая что рядом с ним нет угрозы, что ему не нужно бояться. Кевин знал, что маленькие шаги к успокоению, были важной частью их отношений. И хотя они не могут полностью стереть их прошлое из своих воспоминаний, каждый новый день, который они проводят вместе, является их собственной терапией. —Горячий шоколад, — повторил Жан, и на его лице появилась слабая, но искренняя улыбка, которую Кевин так любил. — Да, с маршмеллоу, пожалуйста.       Кевин встал и пошел на кухню. Он включил плиту, налил молока в кастрюлю и начал подогревать его, пока мысли не остановились на том, как они много пережили. Даже несмотря на все сложности, которые они прошли, несмотря на те темные моменты и травмы, они здесь. Вместе. Он посмотрел на Жана, который следом пришел на кухню, и устроившись поудобнее на стуле, уставился в окно, из которого открывался вид на ночной город. Его выражение лица было другим — более расслабленным, почти умиротворенным.       Жан не видел, как его лицо озаряет мягкий свет лампы. Зато видел Кевин. Видел, как в глазах, которых ранее были страх и тревога, присутствовала благодарность и спокойствие. Он был рядом с тем, кто помогал ему не просто выжить, а жить.       Когда молоко стало горячим, Кевин добавил шоколад и начал размешивать его, наслаждаясь этим простым, но важным моментом. Это было одно из тех маленьких удовольствий, которые они всегда находили, чтобы успокоиться. Сладкий запах горячего шоколада заполнил кухню, и через пару минут, держа чашки с напитком, Кевин взял одну для себя и протянул другую Жану. Тот осторожно забрал её, не сразу принимаясь за глоток. Кевин устроился на стуле рядом с ним, смотря, как тот сидит, вглядываясь в свой напиток. — Спасибо, — наконец сказал Жан, поднимая взгляд. — За всё.       Кевин улыбнулся, наклонился вперёд и тихо ответил: — Ты не должен благодарить. Ты для меня всё.       Жан тихо засмеялся, чуть смущённо и немного неуверенно, но в этом смехе звучала искренность, которую Кевин прекрасно понимал.       Они сидели так, потягивая горячий шоколад, в тишине, которая не была угнетающей. В этот момент Кевин знал, что даже если Жан не может или не хочет говорить, они всё равно вместе, и этого достаточно. Жан поднял взгляд и, помедлив, сказал: — Иногда мне кажется, что всё, что мне нужно, — это просто быть с тобой. Даже молча.       Кевин не сказал ничего в ответ. Он просто улыбнулся и поставил свою чашку на стол. Затем медленно потянулся и взял за руку Жана. Для них этот момент словно мог бы длиться вечно, и ничего больше не требовалось для их счастья. — Я всегда буду рядом, — прошептал Кевин, — всегда, Жан.       И это было всё, что было нужно.