Try it, bite it, lick it, spit it

Сатору всегда отличался особой экстравагантностью, это касалось абсолютно всего: учеба, подача собственного я, изощренный вкус в еде и в выборе причудливых аксессуаров. Кое-что мы опустили, кажется, да? Их дружба с Сугуру началась с первого курса университета. Все как полагается пресловутому студенческому товариществу: вместе коротать пары за последней партой, совместные обеды, подмога в курсовых работах. Все было бы так гладко, если б не чувства Годжо к жгучему брюнету. О да, он именно жгучий… Прищур черных хитрых глаз, крепкое манящее телосложение, флер охуенно-завораживающего парфюма (верхние ноты, кажется — амбра). Плюс к этому добавляем его сладкий обволакивающий голос, и гей паника гарантирована. Кстати, о гей панике. Сатору еще никому не рассказывал о своих предпочтениях, да и опыта с мужчинами у него не было, поэтому, как правильно катить к своему лучшему бро, он понятия не имел. Ему нравились как женщины, так и парни, об этом беловолосый знал с самого начала, но никогда не заострял внимания на свою гомо-сторону. Пока не встретил его. (Спасибо, вселенная?) Как правило, накопившееся желание он справлял самым распространенным и доступным способом, а именно — мастурбацией. Сначала это были просто фантазии, их хватало чтоб перебиться. Далее, в более смелом возрасте, Годжо трясущимися руками вбивал свои самые похабные запросы. Настолько грязные, что после оргазма хотелось выколоть себе глаза, но парень лишь быстро закрывал все вкладки липкими пальцами и переходил из «частного доступа» в обычный. Знакомо всем? К его 20 годам тяга к нездоровым извращенствам поубавилась, интерес к порно угасал, но если бы не одно «но». Догадаться несложно, правда? Этим самым «но» был его одногруппник, Сугуро-Жгучий-Гето. Как-то они занимались переписыванием конспектов дома у брюнета, и тот случайно, как бы невзначай положил руку на бедро к бедному Годжо, который и так уже около двух месяцев пускал слюни. Это было катастрофой: у беловолосого сразу начинал проноситься калейдоскоп с анамнезом личной жизни Сугуру. «Так, что там… ну вроде он упоминал какую-то девчонку, но может быть он такой же бисексуал, как и я? Этот момент настал, нет? он делает каминг-аут, положив широкую ладонь на мою ногу?!» — Сатору… — прохрипел черноволосый, поправляя очки на переносице. — Да? — Блять, ну ты как всегда. У тебя кажется пятно от мороженого на штанах или что это за дрянь? — Сугуру вытянул указательный палец и начал отскребать засохшее розоватое пятно с ткани джинс. Мир рухнул. Казалось бы такая банальная, клишеированая ситуация, да? Но тем не менее, она случилась именно с ним, как с ебаным попаданцем из ромкома для девочек. Этот случай не то чтоб разбил его сердце и зарыл надежду на гомосексуальность друга, но отдалось каким-то разочарованным послевкусием. Сравнить можно, знаете ли с чем. наверное с тем, когда покупаешь на вид невероятно вкуснючий и многообещающий эклер, уже открываешь широко рот, чтобы заглотить эту вкуснятину… как тут же ветер сдувает у тебя это из рук. Содержимое падает на пыльный асфальт — разочарование. «Сравнение может быть и так себе, но именно так оно и ощущается, понятно?!» — проворчал сам себе в мыслях Годжо, будто ведя диалог со своей темной стороной. Каминг-аут точно придется отложить. В тот же вечер Годжо открыл давно зарытый ящик пандоры, а именно — гей порно. Никто ведь не узнает, чем он занимается, верно? Ну, кроме провайдера. Бридинг, гейпинг, асфиксия, связывание — скрытые слабости Годжо, которые выбивают землю из-под ног, стоит ему только представить, как его лучший друг проделывает это с ним. Как раздвигает его липкие от смазки ягодицы, надавливает на анус, шлепает, просит раскрыться еще сильнее, для него, для «папочки». После первого раза таких откровений с самим собой, беловолосый думал, что не сможет смотреть в глаза Сугуру. Ага, как бы не так, — выдал распаренный гормонами мозг. Вскоре все переросло в то, что Годжо мог начать фантазировать прямо за партой, особенно когда брюнет сдвигался поближе чтоб быстренько списать то, что прослушал. Вы наверняка знаете, что происходит с организмом в такие моменты, и это даже не про болезненную эрекцию: в глазах все плывет, ладошки потеют, дыхание сбито, и… — Сатору, с тобой все в порядке? — тихо шепчет Гето во время лекции по философии (препод терпеть не мог болтовню на своем предмете), — Ты какой-то красный весь. может, снова давление? У меня есть лекарства от гиперто… — Все в порядке! — вскидывается раскрасневшийся парень, внезапно вырываясь из своих фантазий, — Ну, разве что, действительно давление. волнуюсь перед зачетом. Так-то он не соврал, приливание крови к паху в течение минимум получаса еще никого до добра не доводило (если ничего не делать с этим, конечно же).

***

Третий курс, приближаются долгожданные летние каникулы, студенты изрядно потрудились дабы закрыть назойливую сессию и собирались это хорошенько отметить. Сугуро и Сатору не были исключением, единственное — брюнет терпеть не мог скопление пьяных неприятно-пахнущих тел, поэтому предложил своему одногруппнику дернуть пивка, а то и вовсе чего покрепче. Как пойдет, беловолосый в целом-то, не особый любитель алкоголя, но не мог бросить своего дорогого друга пьянствовать в одиночестве. Да, не может же он пить в одиночестве. Не может. Очень глупая, детская и наивная отговорка перед собой. Ну кого он собирается обманывать? Это три года назад блондин с уверенностью считал, что можно будет запихнуть это влечение куда подальше, переключиться на какую-нибудь девку, ну дрочить в конце концов! Лишь бы не портить дружбу с человеком, который скорее всего даже не бисексуал. Да и вообще, порой казалось, будто Гето вообще не интересовал секс — настолько он был сдержан и холоден, что в принципе, заводило еще больше. Особенно после просмотров роликов с сюжетом «гей соблазняет натурала, смотреть онлайн без регистрации»… Сейчас все поменялось, пан или пропал, сдохни или умри — терпения в Сатору больше не оставалось, он был настроен катить свои шары этой ночью решительно и основательно. А что, удобно ведь? В конце концов, можно списать все на алкоголь, а в случае тотальной неудачи — напиться так, что он и не вспомнит своего позора. А еще удобно будет обвинить друга в гомо-шутках, которые Годжо случайно воспринял всерьез. Дошутился, допизделся? — да, вот такая задумка. Беловолосый конечно же догадывался, что подготовка к такому событию, ну, скажем так, не самая приятная, даже читать информацию об этом в интернете было как-то страшно, но что поделать? — Ну, поехали. наверное? — обреченно выдохнул Сатору, стоя в одной руке с открученной лейкой, в другой — с душем.

***

Годжо открывает входную дверь, встречая Сугуру с улыбкой во все тридцать два, радостно приветствуя его. В синеве ясных глаз брюнет ловит какое-то нездоровое предвкушение, но это лишь забавляет его: — Ей богу, как малолетка какая. Пиво я принес, потерпи — рассмеялся Гето, расставляя звенящие жестяные банки по полочкам холодильника. Сегодня на нем выглаженная оверсайз белая рубашка, привычные джоггеры, неизменный парфюм с нотками кожи и амбра. Черная челка выбивается из аккуратного пучка — но как будто так и задумано. Все в нем было таким привычным, но в то же время манящим, мелочь вроде выбившихся из пучка волос — притягивало блондина так, будто это было восьмым чудом света. «Интересно, а белье он носит какое?» Разглядывая парня, он лишь убедился в своих намерениях сильнее — либо сегодня либо никогда. Плевать, будь что будет. С такими мыслями, наверное, обезвреживают бомбу с таймером — ебанет? Не должно. А если и ебанет, то лучше попытаться сделать все, чтоб этого не произошло, может быть так конец не так уж и неизбежен.

***

Одна банка, вторая, третья, они просматривали какое-то несуразное шоу, остроумно комментируя абсурд происходящий на экране, заливаясь хохотом. — Слушай, может что-нибудь более интеллектуальное посмотрим? — Сугуру насмешливо уточняет у блондина, как бы намекая что их потребление телевизионного контента для зомби зашло слишком далеко. — Да, поищи что-нибудь, я пока поссать сгоняю, — Сатору подскакивает с дивана и бодрыми шагами двигается в сторону уборной. Вечер приятный, кондиция — то что надо для осуществления своего плана, — думает про себя парень, смывая мыло с рук. Но тут его прошибает током, холодный пот стекает по спине, кажется, в секунду, зрачок моментально сужается — БЛЯТЬ. Проходит мгновение, по ощущениям длившееся несколько секунд, как приходит осознание, и беловолосый пулей вылетает из туалета, громко хлопая дверью: — Сугуру, СТОЙ, НЕ… — но договорить он не успевает, видя вытаращенные глаза брюнета вкупе с раскрытым от безмолвного удивления ртом. Он смотрит то на Сатору, то на экран ноутбука, то на Сатору, то на экран. Его лицо в моменте смягчается на дружескую снисходительную улыбку. — Интересные у тебя вкусы Сатору. О боже, это что? Кишка?.. — такое ощущение, будто его одногруппник вообще не удивлен этому, но не хочет упускать возможности по-товарищески постебаться, — Ну это конечно слишком, но сойдет. — спокойно, как ни в чем не бывало, подводит итог брюнет. — На кой. черт. ты туда полез? — нервно прошипел побледневший парень. Его голубые глаза стали какими-то заплывшими, план — провален. Позор? Не отмыться. Уж лучше блять невзаимное признание, чем кто-то узнал бы о его предпочтениях. — Я случайно открыл не тот браузер, да и вообще, закрывать надо. Твои проблемы. — хихикнул Гето, еле сдерживая издевательскую улыбку, — Скажи. Сатору. ты хочешь чтоб это делали с тобой. ну. или наоборот? — Какая разница? Это просто порно, еще скажи что ты смотришь все строго в миссионерской позе для деторождения. — Блондин еле выдавил из себя язвительный ответ, но надо же как-то стараться не падать еще глубже в грязь лицом, да? Повисла минутная тишина. Хотя, скорее всего, она длилась несколько секунд, но кого волнуют точные значения, если речь об ощущениях? Гето уничтожает банку в пару глотков, задумчиво потирает переносицу в его привычной манере, немного погодя закрывает крышку ноутбука и тихо выдыхает: — Блять, я думал ты натурал… — Чт. Что? Черноволосый не торопясь встает с дивана, складывая пустую банку к остальным, вальяжно поправляя рубашку и двигается ближе в сторону парня, в ноутбуке которого только что откопал самый темный грязный секрет. — Я представлял это иначе, но раз уж ты такой извращенец. ха — он резко дергает блондина за подбородок чтоб наклонить его ухо к своим губам поближе. — Это конечно не то чтоб дружеский жест. но мы оба пьяны. Хочешь? Голубые глаза распахиваются то ли от поворота событий, который может тягаться с турецкими сериалами, то ли от горячего дыхания обдающего его покрасневшую мочку. Взгляд машинально опускается в область паха, проверяя свою неосознанную догадку. «Твою мать…» Он не смог ничего ответить, кажется, мыслительная активность отключилась еще на моменте когда предмет его воздыхания сократил дистанцию до неприличной. Все, что он мог сделать — только нервно кивнуть, громко сглотнув перед этим слюну. Сугуру на секунду отстраняется, бросая на парня заигрывающий пьяный прищур — со стороны это наверное выглядело не так сексуально, как в глазах Сатору, учитывая количество промиль в их крови. В тот же момент, как они ловят мимолетный зрительный контакт, брюнет резким движением впивается пальцами в горло голубоглазого и тянет вниз. Резкая боль, и, впоследствии — нехватка кислорода, заставляют колени покорно опуститься на пол. — Тебе ведь так нравится, Сатору-у? — его голос был похож на мурчание, обволакивал, возбуждал. Тут же он переносит руку с шеи на волосы, хватается со всей силы за белоснежные локоны, тянет на себя, заставляя парня внизу жалобно прошипеть. Сатору не мог ему ничего ответить, получалось лишь открыть рот и жадно хватать воздух, и дело даже не в удушении. Опьянение вперемешку с возбуждением и болью выбивало из него силы, и лишь потом до него дошло — вот он, шанс, игра началась. — Да. пожалуйста, па. папочка. Гето срывает стоп кран, ведь на самом то деле, он давно мечтал воплотить свои немного садистские наклонности в реальность, но не было ни подходящего времени ни подходящей жертвы. Сейчас перед ним — белокурый красавчик, раскрасневшийся, жадно глотающий ртом воздух, мечтающий чтоб его тощий зад кто-то грубо отодрал. Точнее, не кто-то, а именно он — Сугуру. Это пошлое «папочка» — звучит не естественно, но так сладко, неумелая саб-фраза, которая сорвалась с его губ — пожар. — Сходишь в душ или.? — брюнет вопросительно вскидывает бровь, пьяно рассматривая своего товарища на коленях, который почему-то внезапно начал натягивать улыбку. — Я. я хотел это сделать, — Сатору не успевает договорить, потому что Сугуру внезапно понял, о чем речь. — Мм, какая же ты шлюшка, сколько раз ты готовился перед тем, как встретиться со мной? — это был риторический вопрос, потому что брюнет даже не планировал дать ему ответить, запихнув два пальца в рот парню на коленях. Он раздвигал их внутри, оголяя зубы, просовывал глубже, дразня подкатывающий рефлекс. — Покажи язычок для меня, давай, — и Сатору… делает это. Он вытаскивает язык как можно дальше, вульгарно демонстрируя свою глотку, как будто делает это вовсе не первый раз (зато насмотренность какая), перехватывает инициативу и прижимается слюнявым ртом к паху Сугуру, провоцируя гортанный стон. Сатору толкает одногруппника к дивану, чтобы усадить обратно, попутно стягивая джоггеры вместе с нижним бельем куда-то в район колен. Действия сумбурные, неумелые, но, черт побери, как это обжигающе, чувственно — пиздец как желанно. Брать в рот тот не торопится, сначала проходится мокрым языком от пупка к лобку, ровно по росту дорожки из черных волос, специально дразня, нарываясь. Член у Сугуру — средний, но толстый, блестящий от предэякулята, аппетитно лежал нетронутым, сам брюнет позволял ему инициативничать, потому что смотреть как тот жадно вылизывает его — возбуждает еще больше. Хватаясь за белоснежные пряди снова, Гето берет член и пошлым хлопающим звуком ударяет им по щеке возбужденного парня — блядство. Водит им по лицу, по губам, смотря как блондин перед ним жадно подставляет лицо, вдыхая запах возбужденного органа. Привкус чужих выделений ему был нисколько не противен, скорее наоборот, естественный запах брюнета пробивался точно наркотиком ему в мозг, заставляя неосознанно раскрыть рот, чтоб наконец-то опробовать его целиком. Солоноватый привкус эякулята тут же оказывается на языке, он губами оттягивает крайнюю плоть, попутно обсасывая раскрывающуюся влажную головку. Совершая ритмичные движения, пытается насадиться еще глубже, но отсутствие опыта в подобном влечет за собой рвотный рефлекс. Пробует еще — получается увереннее, из Гето вырывается нетерпеливый стон, когда ощущает как его головку сжимает горячее узкое горло — Сатору точно делает все правильно, насаживаясь лицом на член все интенсивнее, словно хочет его сожрать. Запах, вкус, ощущение лобковых волос на губах — оху-е-но, все это подстегивает шлюшью натуру стараться еще больше. Сугуру снова тянет его за пряди, от чего член шлепком ударяется о живот, выскакивая из мокрого рта. — Малыш, встань. раком. — практически приказным тоном выдает, внезапно как бы вспоминая, что можно и не ударяться сильно в нежности, а наоборот — использовать ситуацию для кинков обоих. Сатору послушно сползает лицом на пол, подставляя свою задницу между колен, в его почерневших глазах читается предвкушение, когда брюнет поспешно стягивает с него домашние штаны с боксерами, оголяя ягодицы. Горячее зрелище… нет, похабный, абсолютно порнушный вид. Пальцы Сугуру тянутся к анусу, сжимающему и разжимающему розовые стенки, поглаживая круговыми движениями нетерпеливую дырочку. Прикладывая палец посильнее, колечко мышц невольно расслабляется — так обычно бывает, когда анус привык к подобным фрикциям. — И часто ты трахаешь себя пальцами, м? — мурлычет Гето, облизывая указательный палец, как будто берет пробу. Сатору слышит как щелкает тюбик со смазкой, оставленный заранее под подушкой дивана (и как он только догадался, что он лежит именно там?..). Давно вставший член начинает ныть, требуя разрядки, низ живота скручивает болезненным узлом — ожидание похоже на пытку. — Пожалуйста. Сугуру. — но тот не поддается на хнычущий голос, сперва лишь натягивает кожу вокруг ануса, чтоб оценить его растянутость. Кромка мышц податливо раздвигается, зияя — в ту же секунду брюнет хоронит где-то свое человеческое начало, поддаваясь безудержной похоти. Похоть — смертный грех, за который он бы точно горел в аду — промелькнуло в поплывшей голове. Гето сжал худые дрожащие бедра, точно до белеющих костяшек, льнет к своей жертве, будто зверь, вжимая обмякшее тело в пол. Снова раздвигает его просящую задницу, сопровождая впоследствии звонким шлепком, сначала обжигая горячим дыханием кромку мышц, от чего та рефлекторно сжимается, готовясь принимать горячий и скользкий язык. Сатору почувствовал жар как только брюнет принялся вылизывать его — жадно, так жадно, будто Сатору Годжо — единственный источник воды в знойной пустыне. И, блять, он и был для него каким-то ресурсом, на самом деле. Глотком свежего воздуха в душном помещении, адреналином, слабостью. Он вылизывал его так, будто покорно извиняясь за упущенные три года. За то, что не сделал первый шаг. «Мой грязный Сатору» Он толкался языком глубоко, насколько только можно дотянуться, добавляя пальцы один за другим, растягивая податливый анус под свой член. Блондин сжимался специально, подливая масла в огонь, нет. скорее призывая уже взять его наконец как последнюю блядь, жалобно поскуливая под крепким телом. — Малыш, покажи мне насколько ты растянут. Сам, — Сугуру остраняется от разгоряченного парня, пару раз шлепнув рукой по бедру — «давай». Ох, он точно не терял время, изучая оставленные открытые вкладки, точно сюжет последней просмотренной порнушки. Изящные бледные пальцы медленно спускаются к бедрам, натягивают кожу, чтоб продемонстрировать свою раздроченную дырку, прямо как на кастинге фильмов для взрослых. Пиздец. — Хороший мальчик, Сатору-у. Но этого недостаточно, хочу шире. — В моменте Гето сам поражается, сколько грязи он генерирует, открывая рот, но это лишь сильнее заводит обоих. Это — животный секс, где нет места рациональности, «правильности». Нет, этот вечер совершенно не про чувства, хоть они явно неравнодушны друг к другу. Видит Бог, из-за такого влечения люди совершают преступления, развязывают войны. Беловолосый проникает собственными пальцами глубже в анус, старательно раздвигая стенки, повторяя выученные за актером действия. Он делает это так, точно суккуб, созданный для сношения. Откуда столько блядства в этой ангельской наружности? Сил терпеть и томить больше нет, Сугуру срывает с обоих остатки одежды, переворачивая парня под ним на спину, задирая ноги, чтоб открыть себе доступ для дальнейшего проникновения. Сатору хрипло стонет, когда брюнет надавливает головкой на раскрытое отверстие. Он, конечно, уже подготовлен, но член — не пальцы, поэтому болезненные ощущения не заставляют себя долго ждать. Физиология мужчин совершенно не предназначена для пенетрации, тело посылает стоп сигналы: пытается сжаться, напрягается, усиливая неприятные чувства. Блондин достаточно осведомлен (изучал гей-форумы, конечно же), что нужно лишь переждать, перетерпеть, и удовольствие накатит согревающей волной.

***

Это неестественно, но ощущение наполненности будто бы то — чего он хотел всю свою жизнь, стыдливо мастурбируя на порнографические ролики. Член Сугуру настойчиво раздвигает горячие влажные стенки, проезжаясь по простате снова и снова, буквально выбивая крики из дрожащего тела. Звенящий шлепок по лицу, удар один, удар второй, рука Гето грубо сжала горло парня под ним, перекрывая кислород. В его глазах — давно ноль трезвости, и дело даже не в алкоголе. — Тише, детка, — пальцы смещаются с шеи к губам, проталкивая их внутрь, — Ты же не хочешь, чтобы соседи вызвали полицию? — он втрахивал его в пол, заставляя вылизывать фаланги, раздвигая рот. Какое жалкое зрелище. Сугуру обхватывает тонкую, но жилистую талию беловолосого, переворачивая так, чтоб он сидел на нем сверху. И, черт, тот сразу же поправляет выскочивший скользкий член обратно в свое нутро, нетерпеливо двигая бедрами, желая принимать его внутрь все больше. И больше. Соленые и липкие от пота тела жадно хватали друг друга, со стороны напоминая борьбу одичавших зверей. Пошлые хлюпающие звуки вперемешку со стонами раздавались на всю квартиру, а запах пота и секса отяжелял воздух. У брюнета темнеет перед глазами, рот — немеет, то ли от удовольствия, то ли от попыток ровно дышать, мушки бегают перед глазами. Все тело сжимается, заставляя торс подрагивать, и в этот момент он снова сжимает шею Годжо, притягивая к себе. Перед глазами флешбек — Сатору, раскрывающий себя для него, как законченная шлюха. Сугуру жадно вдалбливается снизу, пока наконец-то не зальет горячее нутро спермой. «О да, детка, прими меня всего» Они кончают практически одновременно, беловолосый чувствует, как член внутри него до сих пор пульсирует — кажется, самое приятное чувство на свете, по крайней мере так он думал в тот момент. Да он просто рожден — принимать. Проходит несколько минут, прежде чем сбивчивое дыхание придет в норму, а воздух разрядится. — Бля… а как же наш первый поцелуй? — недовольно захныкал блондин, сползая с нагретого крупного тела. — Оставим на первое свидание. видать.