***
Осталось около пяти минут до выхода команд на сцену. Даня теребит рукава форменной рубашки. Сука, как же тяжело. — Всё в порядке, Дань, давай, дыши вместе со мной под счёт, - Мирослав сзади кладёт ему руки на плечи и начинает слегка массировать, - давай, медленный вдох. Раз, два, три, и такой же медленный выдох. Ещё раз - вдох. Раз, два, три, выдыхай. Легче? — Немного. Спасибо. Объявляют Спиритов. Даня старается не думать ни о чём: ни об игре, ни о соперниках, ни о том, как правильно ходить (было дело, один раз задумался и чуть не расшиб лоб). Пиздец. Непонятно, то-ли на арене гробовая тишина, то-ли позорное освистывание. Ему хочется исчезнуть. Команды расходятся к своим столам. Спириты встают в круг для своей последней напутственной речи, жмутся друг к другу плечами и склоняют головы. — Заметили какой сегодня зал? Так вот забудьте, их для нас не существует. Для нас есть лишь мы и Нави, фокусируемся только на этом. Мы дошли до полуфинала, мы уже молодцы. Но это не значит, что можно расслабиться и забить на игру, мол, да какая разница, мы всё равно уже здесь. Полуфинал это хорошо, но финал ещё лучше, да ведь, парни? Команда произносит громкое "Спи-рит!" и расходится по своим местам. Игра обещает быть тяжёлой.***
Зал ведёт себя непривычно и странно. Конечно, слышатся радостные хлопки и возгласы, но над ними преобладает осуждающий гул. Но Спириты собирают своё оборудование и чуть ли не танцуют от радости. Они в финале! Остался один шаг до титула "вторая команда в истории Катовицы, которая смогла забрать её два года подряд"! — Данёк, че такой грустный? - Боря не продолжает, но концовку все понимают и немного смеются. — Всё заебись, устал просто. Даня натягивает максимально правдоподобную улыбку на лицо, чтобы от него наконец отстали. Он просто хочет поскорее остаться один, укутаться в одеяло и спать двое суток подряд. В идеале, конечно же, чтобы ещё под боком был Илья.***
Только Крышковец заходит в номер, как звонит телефон. — Привет. Я соскучился по твоему голосу и подумал, что лучше позвоню тебе, чем напишу. Он растекается лужицей и ему хочется реветь от нежности в чужом голосе. — Привет. Да, тоже думаю, так будет лучше.. — Эй, чего грустишь? Всё нормально? — Не знаю. Мы вроде бы и выиграли, но внутри какое-то гадкое ощущение, что меня аж выворачивает. Ещё и зал этот.. Даня садится у стены на кровать и прижимает колени к груди. Так теплее, так комфортнее, так безопаснее. — Да арена сегодня хуёвая была. Непонятно на чьей они стороне. Вроде и на вас свистят, а вроде и Нави подсказывают ваше положение на карте, чем им тоже хуёво делают. По-хорошему, с этим должны были что-то сделать, но имеем что имеем. К тому же, вы выиграли, так что сейчас разницы нет. — Ну это да, да.. Не знаю, завтра финал, осталость чуть-чуть до победы, но у меня сил уже нет. Я ни в чём не уверен. Я боюсь. Голос предательски начинает дрожать, а телефон едва не падает из рук. Даня утирает выступившие слёзы рукавом всё той же рубашки и давит всхлипы. — Боюсь подвести команду, подвести аудиторию, подвести себя. Не хочу, чтобы все расстраивались из-за меня, разочаровывались во мне. Я.. Блять.. — Эй, всё нормально, слышишь? Ты волнуешься перед игрой, это абсолютно нормально. Тебя любят, тобой восхищаются, так что поверь, никто не будет тебя как-то винить. Ну, максимум хейтеры позлорадствуют немного, но на них даже не обращай внимания. Им только дай повод, они даже за победу захуесосят. Команда с тобой, я с тобой, хоть и виртуально. Вам действительно осталось немного до победы, так что отпусти всё и просто играй. Даня уже не сдерживается и плачет в голос. Глаза застилает мутная пелена, щёки неприятно стягивает от слёз. — Дань, я бы очень хотел сейчас оказаться рядом с тобой, понимаю, что тебе это нужно. Но к сожалению из-за обстоятельств не могу, сам понимаешь. Зай, немножко совсем осталось до конца, потерпи ещё чуть-чуть. Ложись спать сейчас, отдыхай. — Я постараюсь завтра, правда. Спасибо тебе большое. — Люблю тебя. Сладких снов, малыш. — И я тебя люблю. Спокойной ночи. Даня откидывает телефон и закрывает лицо руками. Завтра будет тяжёлый день.***
Второе место. Даня невероятно разочарован. В себе. На его памяти это была самая ужасная игра. Он ненароком кидает взгляд на Виталити и представляет себя на их месте. — Посиди пока, я соберу всё. Мирослав давит ему на плечи и укладывает чужое оборудование в рюкзак. Крышковец осматривает парней, которые даже более-менее бодро собираются и переговариваются между собой. Странно.***
В машине, на удивление, никто не молчит. Все обсуждают игру, подмечают и разбирают свои ошибки. Даже Мирослав, который после игр обычно сидит без сил на общение, что-то вкидывает и разгоняет вместе со всеми. — Вы молодцы, парни, действительно молодцы. Успешно брали игры, попали в нижнюю сетку, но всё равно вышли в финал. Сегодня же у вас просто немного не хватило. Завтра мы разберём подробнее наши ошибки, а потом у вас будет несколько дней отдыха, в которые я попрошу вас по-настоящему отдыхать, хорошо? - говорит Сергей, оглядывая парней. Уже около входа в отель Даня замечает знакомую фигуру, но до последнего думает, что это ему подкидывает уставший мозг. Внезапно эта фигура кладёт ему руку на плечо и слегка сжимает. — Привет? Он не верит своим глазам. Илья здесь? Быть такого не может. Ещё вчера он говорил, что они ещё не скоро увидятся, а сейчас он стоит прямо перед ним. — Если это сон, то я не хочу просыпаться. Даня крепко обнимает его и утыкается носом в шею, вдыхая родной лёгкий запах мяты. Илья смеётся и гладит чужие пушистые волосы, жестами показывая Спиритам, что они придут позже. — Если что, то я могу снять себе отдельный номер. Ну, вдруг ты захочешь сегодня побыть один. — Ни за что, блять, я тебя сейчас никуда не отпущу.***
Илья неимоверно соскучился по нему. Ему не хватало переписок и звонков, ему нужно было чувствовать Даню рядом. Ему так хотелось взять и зацеловать его, заобнимать, закрыть от всего мира и забрать всю его тревогу себе. Было ужасно тяжело сидеть в другом городе и понимать, что ничем не помочь, что можно лишь написать "Я тебя люблю, я рядом, я в тебя верю", что всё равно как бы помогало, но не совсем. Поэтому уже сидя на кровати он ждал, когда же Крышковец вернётся с