Возможно

Лондон встретил рассвет свинцовым небом, где застывшие облака цеплялись за шпили, словно не решаясь выпустить дождь. Темза дышала сыростью, её воды, темные и беспокойные, лизали каменные набережные, оставляя на камнях следы, похожие на шрамы. Воздух вибрировал от тишины, прерываемой лишь редким криком чаек, будто предупреждавших о надвигающемся ливне. Льюис стоял у перил, пальцы в перчатках сжимали холодный металл так, что суставы белели под кожей. Плащ колыхался от порывов ветра, но он не чувствовал холода — только покалывание под лопатками, будто кто-то осторожно водил лезвием вдоль позвоночника. Он придет. Мысль звучала яснее, чем шелест волн. Он не двигался, но ощущение присутствия уже закралось в пространство между ударами сердца. Ожидание — странный зверь. Оно то сжимает ребра, не давая вдохнуть, то отступает, оставляя за собой пустоту, слишком острую, чтобы её не замечать. Шаги за спиной — размеренные, чуть замедленные, словно давая время передумать. Льюис не обернулся. — Выбрали не самое уютное место для утренней прогулки, — голос Шерлока прозвучал ближе, чем ожидалось. Всего в двух шагах. Льюис знал, что он не пойдёт дальше, знал с той же уверенностью, с какой понимал, что Шерлок оценивает его, не подавая вида. Эти мгновения между словами — они всегда были насыщеннее самих фраз. — А вы — не самое подходящее время для наблюдений, — Льюис позволил себе полуоборот, краем глаза отметив, как ветер треплет пряди волн Шерлока, еще не убранные под шляпу. Тот стоял, засунув руки в карманы пальто, но плечи были напряжены, словно готовые к удару. Тишина легла между ними, но это не было молчанием. Это был разговор без слов. Льюис ощущал его так же, как ощущал сырость, пробирающуюся под ткань. Пауза затянулась, наполняясь гулом далекого парохода. — Дождь начнется через четверть часа, — наконец произнес Шерлок, взгляд скользнул к реке, избегая прямого контакта. Простое утверждение, но в нем была осторожность. Как будто подбирал тон. — И вы пришли предупредить? — Льюис усмехнулся, но голос дрогнул на последнем слоге. Он не хотел, чтобы это прозвучало как обвинение, но в этом было слишком много смысла. Пришел предупредить о дожде — или о чём-то другом? — Пришел узнать, зачем вы здесь. Не «зачем мы здесь». Не «что вас тревожит». «Вы». Это одно слово, но оно пробежалось холодом вдоль позвоночника. — Разве не очевидно? — Перчатка скрипнула, когда он отпустил перила. — Проверка дел. Река... напоминает о непостоянстве. Шерлок шагнул ближе, теперь их тени сливались на мокром камне. — Вы не звали. — А вы всё равно пришли. На этот раз молчание было не просто разговором. Оно было чем-то ещё. Тяжёлым. Ощутимым. Как груз воды, подступающей к берегу. Глаза Шерлока, серые, как туман над водой, на миг встретились с его взглядом. В них мелькнуло что-то хрупкое, мгновенно спрятанное за привычной сдержанностью. Мгновение — и вот перед ним снова тот же безупречно спокойный человек, для которого чувства были всего лишь переменной в уравнении. — Возможно, мне было... интересно. Льюис отвернулся, пряча дрожь в уголках губ. Не ухмылку, не усмешку, а именно дрожь. — Любопытство — опасная привычка, Холмс. — Как и привычка ждать там, где не звали. Тон Шерлока был ровным, почти безразличным, но Льюис знал: в этом «где» заключалось гораздо больше, чем просто место. В нем было «с кем». Тишина снова накрыла их, но теперь она трещала по швам. Как напряжённая поверхность воды перед тем, как её прорежет первый дождевой круг. Льюис почувствовал, как капля дождя упала на тыльную сторону ладони, оставляя ледяной след. — Вы правы насчет дождя, — пробормотал он, сжимая трость, как будто это могло что-то изменить. — Пора возвращаться. Шерлок не двинулся с места. — Я бы остался. Если бы... Если бы. Два слова, способные перевернуть всё. Или ничего. Льюис резко поднял воротник, скрывая лицо. — Не надо. Он услышал, как Шерлок выдохнул, едва слышно. Ни разочарования, ни облегчения — просто звук, будто ветер пробежался по струнам. — Это не в наших отношениях, — добавил Льюис чуть тише, чем следовало. — Нет, — согласился Шерлок почти шёпотом. — Не в наших. А в каких? Первые капли застучали по камням, смешиваясь со звуком шагов, удаляющихся в противоположные стороны. Льюис не обернулся, но замедлил шаг, слушая, как дождь смывает следы на набережной — и следы слов, которые так и остались висеть в воздухе, тяжелые и ненужные, как зонтик, забытый под скамьей. А Шерлок, уже свернув за угол, на секунду прижал ладонь к груди, словно ловя эхо чужого дыхания, прежде чем раствориться в серой пелене ливня.