Желание

Облокотившись на прохладную каменную стену здания, Чишия стал оглядывать людей, которые были на Пляже. После смерти Шляпника все будто бы поменялось лишь для малой части людей, другие же продолжали смотреть на все через розовые очки. Продолжали жить так, словно уже смирились с будущей гибелью. Взгляд Шунтаро остановился на группе военных, которые внезапно и громко появились на Пляже. Один из них — Нираги Сугуру — неоднозначно провел рукой по женскому телу, когда проходил мимо. По коже девушки пробежали мурашки, а сердце забилось еще сильнее. Нираги одарил ее взглядом, который для горячих девиц расценивался как самый дорогой алмаз. Она знала, что после этой вечеринки они встретятся, и знала, что Сугуру будет груб с ней, как и всегда. Вдруг Нираги обратил внимание на стоящего вдалеке Чишию. Его руки, как всегда, были в карманах белой кофты, а взгляд Шунтаро остановился на нем. На секунду их глаза встретились, но Сугуру тут же отвел взгляд от блондина, когда рядом с ним появилась еще одна девушка, которая чуть ли не повисла у него на шее. Чишия усмехнулся, надел капюшон и влился в толпу Пляжа. Он не успел даже послушать, что говорят другие военные, как вдруг почувствовал, что кто-то взял его за рукав кофты и повел туда, где не было лишних глаз. Даже не оборачиваясь, Чишия сразу понял, кто это. Темные волосы и знакомая рубашка лишь подтвердили догадку. Все время на Пляже блондин ощущал на себе взгляд военного. Иногда он был заинтересованным, иногда — вопросительным, но всегда, абсолютно всегда в нем читалась чистая ненависть. Такая ненависть, от которой у Чишии сводило ноги, дыхание становилось рваным и непостоянным, а руки метались — то прятались в карманы, то оказывались возле головы в позе «сдаюсь!». Только ненависть Нираги могла вызывать у Шунтаро такие глубокие и в то же время приятные чувства. Оказавшись в тихом месте, блондин был прижат к стене. Нираги одной рукой схватил обе его кисти и прижал над головой. Их лица были так близко, что они чувствовали дыхание друг друга, а тишина раздражающе гудела в ушах. — Я жду игру, когда наконец смогу пристрелить тебя, — прошептал Сугуру. Он на секунду окинул взглядом свой любимый автомат, лежащий на свободном плече. Чишия был заинтересован в Нираги точно так же, как и он в нем. Поэтому, когда оружие Сугуру в любой момент оказывалось возле его лица, Шунтаро шуточно говорил короткое и ясное «бум». Он представлял, как Нираги целится в него, но в последний момент сдается. Только потому, что их ненависть переросла в такие сильные чувства, что их начинало тянуть друг к другу. Это не была любовь или что-то хуже — наоборот, их тошнило и одновременно притягивало друг к другу. — Я сдамся тебе только если ты победишь меня, — сказал Чишия, будто кот, заигрывая с жертвой. Ему нравилось выводить Сугуру из себя, а Нираги, казалось, нравилось вестись на эту игру каждый раз — снова зажимать его где-то в темноте и кидаться противными фразами. — Неужели ты думаешь, что я проиграю тебе, Чишия? Нираги сказал это почти в губы парню и сжал его руки сильнее, так что потом на коже останется алый след. Чишия продолжил играть с Сугуру, благодаря чему его бедро оказалось между ног Нираги. Он стал льститься и вести себя и вправду как кот. Парень не хотел ждать и не нуждался в повторениях. Чужие губы накрыли его губы — шершавые, такие противные, что их хотелось облизать и сделать влажными. Чем и занялся Сугуру. Облизав губы Шунтаро, он вдруг прикусил их, почувствовав вкус крови на языке. Сглотнув чужую жидкость, он наконец поцеловал Чишию по-настоящему. Шунтаро не отталкивался, но и не становился более напористым. Он просто ожидал действий Нираги. Если Сугуру целует его, значит, и блондин поцелует его в ответ. Если Сугуру ненавидит его, значит, и блондин будет ненавидеть его. Если Сугуру играет с ним, значит, и блондин будет играть. Язык Нираги настойчиво переплетался с языком Чишии. В этот момент Шунтаро ощутил, как его дыхание перехватило, как оно стало прерывистым. Нираги с каждым разом требовал все больше и больше. В какой-то момент он уронил автомат, который держал до этого, а его свободная рука потянулась к верхней одежде Чишии, расстегивая ее. Фаланги пальцев закручивали его сосок, а потом резко отпускали, заставляя Сугуру хрипнуть в поцелуй. Шунтаро ощутил боль, смешанную с желанием, и его разум спутался, смешивая эти два чувства. Отстранившись от блондина, Сугуру напоследок вцепился в его кожу, оставляя след, который будет напоминать Чишии о том, кто и что делал с ним прямо здесь.  — Мне мало этого, Чишия. Не маячь перед моими глазами, если до сих пор будешь пытаться усидеть на нейтральной стороне. Проведя большим пальцем по красной отметине, которую Нираги оставил минуту назад, он ещё раз впился в шею, но теперь сделал это намного больнее. Шунтаро выгнулся ему навстречу из-за болевого ощущения и прошептал на ухо так сладко, что Сугуру сглотнул свою же слюну. — Не прячь свой противный характер от меня в такие моменты. Мне он нравится намного больше. После этих слов Нираги укусил противоположную часть шеи и коротко усмехнулся. — Меня заёбывают лишние разговоры. Если захочешь большего — приходи, иначе не приближайся ко мне. Меня блевать тянет от твоей скучной компании. Смех Чишии раздался так громко и звонко, что Сугуру захотелось ещё раз его услышать. Он впервые услышал такой смех Шунтаро. — Ты зависим от моей компании, Нираги. Отстранившись от блондина, Сугуру сжал его подбородок так сильно, что Чишия недовольно скривился, будто не думая, что Нираги поступит так очевидно. — Заткнись нахер. Отпустив чужое лицо, Сугуру поднял свой автомат и захотел уйти, но, сделав два шага от Чишии, он развернулся, подошёл и после влепил парню сильную пощёчину. — Я ненавижу тебя. Щека покраснела, но Нираги хотел, чтобы из носа Чишии пошла кровь, чтобы Шунтаро почувствовал невыносимую боль. Он хотел ударить его ещё раз, ударить и заставить его делать всё, что душе угодно. Хотел, чтобы Чишия был только его. Хотел, чтобы Чишия был таким только с ним. Хотел, чтобы Чишия выкрикивал только его имя и только его умолял остановиться. Он хотел всего Чишию. От начала до конца. От его неприятных волос до приятного голоса, который застревает в голове Нираги ещё надолго после их встреч. — Ещё увидимся. Потрогав свою скулу, сказал Шунтаро, а после первым покинул уединённое место. Блондин оставил Сугуру одного со своими размышлениями и уж слишком громкими мыслями. — Я не люблю ждать, Чишия. Нираги улыбнулся и закусил свою щёку изнутри, будто ребёнок, который увидел сладость, но нельзя. Чишия Шунтаро был определённой сладостью для Нираги, которую хотелось испробовать со всех сторон, а после поставить на полку и никому никогда не показывать. Сделав глубокий вдох, Сугуру покинул место вслед за блондином. Придя к бассейну, парень быстро осмотрел девушек, которые общались между собой возле барной стойки. Одна из них была с пышной грудью и длинными светлыми волосами. — Не Чишия, но сойдёт, — подумал про себя Нираги и направился к женской компании. Всё это недолгое время Шунтаро уже успел найти взглядом Сугуру, а когда понял, что он собирается сделать, то лишь посмеялся с него. Это было слишком жалко, но и в то же время до дрожи приятно. Нираги пытался заменить Чишию какой-то случайной девушкой. Не то чтобы Шунтаро это льстило, но ему нравилось, когда такой человек, как Сугуру, получает то, что он хочет, не сразу. Зайдя в здание, Чишия пошёл в свою комнату. Он решил прекратить свои наблюдения за Нираги после того, как к нему на ноги залезла молодая девушка. К счастью, Шунтаро не нравилось наблюдать за таким процессом, поэтому самым оптимальным решением было смыться, но и так просто он это не оставит. С того момента прошло уже несколько дней, и, на удивление, Чишия и Нираги не встретились так часто. Были моменты, когда их взгляды могли пересекаться, но Сугуру тут же недовольно фыркал и переводил свой взгляд на кого угодно, лишь бы не на блондина. На Пляже была очередная вечеринка, и в очередной раз Нираги Сугуру был авторитетом среди женского внимания, но казалось, самому Нираги сегодня оно не нужно было так сильно, как раньше. Его взгляд вечно бегал и пытался найти определённого человека — Чишию Шунтаро. Наконец, найдя его возле бассейна, Сугуру подошёл к нему и схватил за затылок, так что лицо блондина расплылось в улыбке. — За мной. Потянув за волосы и толкнув как собаку к зданию Пляжа, Нираги следил за тем, как Чишия идёт внутрь, но тот даже не пытался рыпаться. Его руки были в карманах, а сам он был полностью расслаблен. Зайдя внутрь, они сразу пошли на второй этаж к комнате Шунтаро. Они шли молча, и Нираги слышал даже дыхание Чишии. Оно было спокойным и таким тихим, что Сугуру это взбесило, и он захотел сделать что-либо, лишь бы этот темп поменялся. Поднявшись наверх, Нираги почти сразу развернул к себе Чишию и поцеловал его. Ему было абсолютно плевать, кто будет в коридоре и будет ли вообще. Он хотел Чишию Шунтаро. И он получит Чишию Шунтаро. Он получит в этом мире всё, что хотел в обычном. Блондин отстранился от парня почти сразу и медленно протянул каждую букву, дабы надавить на нервы Нираги ещё сильнее. — К чему такая спешка?   Сугуру отдалился и посмотрел с явным презрением. Он не мог и не хотел ждать, но понимал, что Шунтаро попросту испытывает его чувства и его самого. — Хватит пиздеть. Поцеловал блондина вновь, и они практически сразу перебрались в комнату Чишии, которая была не так далеко. Войдя в комнату, Сугуру отстранился от Шунтаро, кинул его на пол, а после закрыл дверь на замок. Лёгкий щелчок сказал обо всём — сегодня Нираги не собирается останавливаться. — Я не люблю ждать, Чишия. Сугуру поймал себя на мысли, что недавно уже говорил такое, но тогда — сам себе, а теперь наконец мог втолкнуть эти слова в голову блондина. — Я знаю. Шунтаро облокотился на руки, но встать полностью ему не позволила чужая нога. — Ходил вечно с поднятой головой. Знаешь, как меня это раздражало? Ступня Нираги оказалась на паху Чишии и предательски стала буквально вдавливать всё сильнее и сильнее. — Я ненавижу тебя, Чишия. Дыхание блондина стало рваным, а иногда со рта вырывались тихие стоны, но это не устраивало Нираги. Он хотел, чтобы Шунтаро понял, кто перед ним, и запомнил это надолго. — Всё, что я сейчас хочу, — это заставить тебя реветь от боли. Нога Сугуру ударила блондина по вставшему члену, и по комнате раздался громкий, протяжный стон. — Мне мало этого. Убрав свою ногу с паха, Нираги сел рядом с Чишией и наполовину стянул его пляжные шорты. — Да и я уверен, что тебе тоже этого мало, — сказал Сугуру, наблюдая, как чужой член дёргался от возбуждения. Резко Чишия убрал руку с пола, и вся нагрузка перешла лишь на одну ладонь, на которую он теперь опирался. Притянув Нираги за рубашку, Шунтаро, чуть ли не смеясь, сказал ему в лицо: — А ты попробуй заставить меня сделать хоть что-то. Нираги приблизился ещё ближе и прошептал в чужие губы: — Мне даже пробовать не надо. После этих слов фаланги пальцев Сугуру легли на член Чишии и сжали его. Ладонь Шунтаро, которой он держал воротник рубашки Нираги, предательски дрожала, а сам Чишия закатил голову и пытался наладить дыхание. — Я могу просто дрочить тебе, а в момент твоего пика закрывать твою уретру большим пальцем. Чтобы в итоге ты умолял меня. Умолял, как те девушки возле барной стойки. Чишии нравились все эти слащавые вещи, которые говорил Нираги, и в моменте он представлял их. Но последняя ассоциация вызвала у него скорее раздражение, чем возбуждение. — Я знаю, что даже близко с ними не стою для тебя, Нираги, — сказал Шунтаро в воздух и закрыл глаза на секунду, когда рука Сугуру начала двигаться в быстром темпе. — Я для тебя особенный. Настолько, что ты пытался найти меня в других людях. Интересно, та девушка была так же хороша, как и я? В конечном итоге рука Чишии оказалась на чужой щеке, поглаживая её, но даже сейчас там не было нежности. В этом действии был лишь стёб, который звучал как: “Теперь я с тобой, ты можешь больше не мечтать обо мне.” — Конечно же, нет. Твоё желание и твой член тянулись к Чишии Шунтаро, а не к каким-то девицам с пляжа. Ты хотел меня, а не их. И хочешь до сих пор — только меня. Им обоим нравилось всё, что происходило. Чишии нравилось, что Нираги делает с ним, а Нираги нравилось делать это с Чишией. — Твои ноги подрагивают, а из члена сочится предэякулят, только из-за моих слов. Ты такой же отвратительный, как и я. Темп усилился, и теперь Сугуру мог спокойно слышать пошлые звуки, разносившиеся по комнате. Ему нравилось это до потери сознания. Нравилось всё, что связано с Чишией, но одновременно он и ненавидел это. Блондин соглашался со словами Сугуру, но каждая его попытка это сказать заканчивалась стоном. Он сглатывал слюну каждый раз, когда ладонь Нираги оказывалась на головке члена… Но вдруг Сугуру заметил, как пальцы Шунтаро начали подрагивать, а затем ещё сильнее дрожать. — Я же говорил. Большой палец Нираги закрыл уретру и надавил так сильно, что блондин наконец посмотрел на Сугуру. — Тебе так нравится меня мучить, что мне это начинает льстить. Чишия рефлекторно захотел дотронуться до себя, но ему не дали этого сделать. — А тебе слишком нравится, как мучаю тебя я. Когда Чишия увидел, что Нираги сжал его ладонь, он вырвался и наконец нормально сел. — Ты слишком красивый для такого отвратительного характера. Сказав это, Сугуру потянулся к своим брюкам и достал маленький нож. Приставив его к торсу Чишии, он лёгким движением начал выводить инициал имени «Нираги». — Этого никто никогда и не увидит. Не оставляй жалкое упоминание о тебе. Есть куча других способов. Чишия наблюдал за этим. Сугуру не резал кожу до крови, но лёгкое жжение присутствовало — нож был хорошо заточен. — Я хочу, чтобы после этого ты смотрел на себя в зеркало и помнил меня. Всегда. Хочу, чтобы даже в реальном мире у тебя осталась эта буква. Чтобы твоя будущая девушка увидела её. Шунтаро засмеялся. Кажется, его не раздражала ненужная ревность Сугуру — она была попросту бестолковой. Они никто друг для друга, и всё, что происходило в этой комнате, не должно было выходить за её пределы. — А если не останется? Поинтересовался блондин, ловя на себе взгляд Нираги. Сугуру поднял голову. — Я найду тебя снова. И сделаю всё это заново. “Как романтично,” — пронеслось в голове у Чишии. Но не успев одуматься, он почувствовал гораздо большую боль, чем прежде. Нираги стал выводить всё, что хотел, на теле Шунтаро, но только первая буква его имени была вырезана несколько раз — из-за этого из неё сочилась кровь. Через секунду Сугуру спрятал окровавленный нож обратно в штаны, а затем нагнулся к торсу и облизал кровь. Чишия сходил с ума. Член то переставал реагировать, то вновь подрагивал, прося ласки. Было сложно терпеть, когда Нираги делал всё, чтобы Шунтаро сдался. — Я заставлю тебя умолять, Чишия. Облизнув рану ещё раз, Нираги поднял голову и улыбнулся. Быстрым движением Сугуру натянул обратно шорты на Шунтаро и грубо схватил его за затылок. — У тебя так себе это получается, — сказал Чишия и почувствовал, как рука Нираги ещё сильнее наматывает его волосы на кулак. — Сопротивляйся сколько хочешь, — посмеялся Сугуру и, взяв ладонь Шунтаро свободной рукой, резко приложил её к своему паху. — Ты же знаешь, что меня это только сильнее заводит. После этих слов Нираги высунул язык так, чтобы Чишия мог полностью рассмотреть его пирсинг. Но не успел он и моргнуть, как Шунтаро вцепился пальцами в член Сугуру, который всё ещё скрывала ткань. — Сам же из штанов скоро выпрыгнешь, — Чишия сказал эти слова с интонацией, напоминающей кота. На ум Нираги тут же пришёл Чеширский кот, и ему показалось, что это попадание сто из ста. Но то, что блондин вновь пытается обойти его, Сугуру совершенно не понравилось. Сжав затылок ещё сильнее, Нираги поднялся и потащил Чишию за собой. Его шаги были куда более уверенными, чем раньше, когда он был просто военным на Пляже. Сейчас Сугуру едва мог держаться на ногах и осознавал это. Ему нравилось испытывать Шунтаро, но он понимал, что и сам не может идти против своих желаний. Он хотел Чишию. Хотел выебать его так, чтобы Шунтаро захлёбывался в своих слезах и слюнях, а на его лице красовалась сперма Сугуру. Кинув Чишию на кровать, Нираги встал в полный рост и схватил его за подбородок. — Чего-то не хватает. По комнате разнёсся хлопок. На лице Чишии остался красный след от удара. Нираги предательски сглотнул слюну, а его член стал ещё твёрже. Переместив руку с подбородка на шею, Сугуру сжал её грубо и по-хозяйски. — Ты был прав. Они даже рядом с тобой не стояли. Нираги вспоминал, как все его девушки на Пляже сдавались после одного удара, но Сугуру было этого мало. Чишия же справлялся с ролью подчиняющегося так хорошо, что в голову Нираги ударял свежий экстаз. Шунтаро в этот момент получал удовольствие от игр с дыханием. Его тело бросало в такой сильный жар, что ему хотелось почувствовать Нираги рядом. Хотелось ощутить, как член Сугуру проникает внутрь, и с каждым толчком разум становится всё более мутным. Хотелось взять от этой ночи всё, ведь Чишия знал, что на следующий день Нираги даже не посмотрит на него. Они получат, что хотели, и больше не будет смысла в их тайных встречах и вечных прелюдиях. Фаланги пальцев продолжали впиваться в шею, но вдруг Нираги отпустил Чишию и посмотрел на него так, как хотел всё это время. В миг Сугуру почувствовал своё превосходство, и его мозг захлестнул такой мощный выброс дофамина, что он полностью утратил контроль над собой. Достав грязный нож из брюк, Нираги приставил его к сонной артерии Чишии. Его руки дрожали от удовольствия, а зрачки расширились в несколько раз. Он контролировал жизнь Шунтаро. Он мог убить его в любой момент. В любой момент мог лишить его всего. — Становится интереснее, — сказал Чишия и схватил одной рукой ладонь Нираги, державшую нож. — Давай же. Шунтаро знал, что Сугуру не убьёт его. По крайней мере, не сейчас. Да и у Чишии ещё полно планов на Нираги. Сейчас точно не время умирать. — Слышал, что недавно на Пляже парень убил девушку во время секса, когда издевательски долбился в неё? Я-то думал, как можно кого-то убить во время секса, но сейчас, кажется, понимаю! Нираги сжал рукоять ножа ещё сильнее, давая понять Чишии, чтобы тот убрал руку, но Шунтаро лишь устало вздохнул, будто теряя интерес к разговору. — Не сравнивай себя с ним. Секунда в секунду — и блондин отталкивает руку Нираги от своей шеи, после чего протирает её, будто проверяя на наличие повреждений. — Слишком отвлёкся. Сугуру пришёл в себя только тогда, когда нож выпал из его руки. Неужели такого самовлюблённого парня так сильно задели слова о том, что он отличается от других? Нираги знал, что он другой, но слышать это от Чишии было ударом ниже пояса. А принимать этот удар ему явно не хотелось. Сугуру залез на белую постель и одним движением оказался позади Чишии. Всё это время напротив кровати стоял стол с большим зеркалом. Взяв Шунтаро снова за волосы, Нираги поднял его с сидячей позы на свой уровень, чтобы Чишия посмотрел в зеркало. Сзади блондина находился Нираги, который с каждой секундой тянул его за волосы всё грубее и нахальнее. На лице Чишии красовался алый след от удара, шея покраснела, а на торсе чётко выделялась буква «Н» и другие узоры. Под шортами отчётливо виднелся бугорок. — Посмотри на себя, Чишия. Шунтаро осмотрел картину ещё раз и подумал, что в какой-то мере она ему даже нравится, но не успел сказать это Сугуру, как тот облизал его мочку уха и впился в неё зубами. — Сейчас ты выглядишь как что-то личное. Как будто к тебе нельзя прикасаться никому, кроме меня. По коже блондина пробежали мурашки от чужого дыхания, но сдавать позиции Чишия не собирался. — Тебе это нравится, — прошептал Шунтаро тем же тоном, каким секунду назад говорил Нираги. — Мне это нравится. В один миг Сугуру своей свободной рукой протолкнул два пальца в рот Чишии. Тот от неожиданности хотел закашляться, но фаланги упёрлись в его горло, и его глаза стали стеклянными. Блондин принял это и не стал показывать слабость. Никто не должен видеть хоть каплю уязвимости Чишии. Шершавый язык облизал пальцы Сугуру, и слюни стекали по ним вниз. Тот толкнул их глубже, так что по щеке Чишии скатилась слеза, а глаза закатились вверх. Нираги усмехнулся. Он видел всё в отражении и с каждым разом наслаждался этим всё больше. — Наконец-то, Чишия, ты стал таким. Хоть слеза пошла из-за рвотного рефлекса, Нираги посчитал это своей победой. Достав пальцы изо рта, Сугуру толкнул Чишию так, чтобы тот оказался в позе собачки. Сняв одной рукой его шорты, Нираги облизал свои пальцы перед тем, как приставить их к его анусу. Тёплая волна удовольствия завязалась внизу живота — просто от осознания того, что их слюна смешалась у него во рту. После этого он прижал два пальца к кольцу мышц и начал массировать. Круговые движения были такими приятными, что Чишия тихо простонал и подался назад, ближе к Сугуру. — Мне не нужно повторять дважды.   Фаланги издевательски вошли внутрь так резко, что Шунтаро выгнулся, как кошка. Хлюпанье с каждым толчком становилось всё слышнее и пошлее, а вместе с ним смешивался стон Чишии. — Давай же, Чишия, покажи мне свой голос. Пальцы Сугуру вошли до основания, и по комнате раздался самый сильный стон из всех прошлых. Даже находясь внутри Шунтаро, Нираги вёл себя по-собственнически: он поворачивал пальцы, раздвигал их, надавливал на стенки и даже пытался сжать. — Иногда ты делаешь всё так быстро, а потом снова медлишь, из-за чего становишься скучным, — сказал Чишия, пытаясь прийти в норму после прошлых толчков. — Я делаю всё, как хочу, а ты лишь следуешь моему темпу. Нираги недовольно повторил эти слова и потянул Шунтаро за кофту, стягивая её. Хоть она и держалась лишь на плечах Чишии, Сугуру, казалось, ненавидел её. Когда кофта отлетела на пол, Нираги смог оценить всю красоту чужого тела. Выпирающие кости, красные пятна на определённых участках кожи — всё это было до ужаса красиво и привлекательно. Сугуру провёл одним пальцем по хребту Чишии, отмечая это. — Я ненавижу тебя, Чишия. Резко вынув пальцы, так же, как и вставил их, Нираги принялся расстёгивать ремень. Руки продолжали дрожать, из-за чего это не сразу получилось, но Сугуру, кажется, буквально захлёбывался собственной слюной. Чишия уже во второй раз ловил себя на мысли, что хотел бы увидеть Сугуру в настоящем мире. Какой он на самом деле? Но, зная, что всё закончится в этой комнате, он понимал, что вряд ли у него это выйдет. Пустота внутри с каждым разом становилась всё противнее, но блондину нравилось переходить дозволенный ему порог и смотреть, как Нираги буквально становится одержимым наркоманом, когда дело касается Чишии Шунтаро. Вдруг Чишия повернул голову и встретился взглядом с Нираги, который почти расстегнул ремень — оставалось лишь оголить член. — Ты прошёл такой путь, а теперь даже не можешь снять штаны от удовольствия, которое ударило тебе в голову. На лице Шунтаро появилась издевательская улыбка, но не прошло и минуты, как он вдруг дополнил: — Сделай меня своим. Умоляю, Нираги. После этих слов Шунтаро почувствовал, как чужой орган проник внутрь без минуты сомнений. — Ты просто отвратителен, Чишия. С этими словами Сугуру каждый раз входил глубже, закатывая голову назад. Он тихо стонал от дофамина, наполнявшего его мозг. Он трахал Чишию Шунтаро. Нираги добился своего и получил то, что хотел. Блондин же в это время периодически смотрел в зеркало, его бёдра сами подавались навстречу, помогая Сугуру в толчках. Когда взгляд Сугуру был прикован к телу Чишии, он заметил, что парень смотрит на своё отражение, и ухмыльнулся. — Запоминай каждую деталь, ведь, знаешь, я не каждый день занимаюсь сексом с парнями. Чишия усмехнулся про себя и хотел колко ответить, как вдруг по его ягодице прошёлся удар. — Не видел ничего более соблазняющего. Толчки становились всё резче, дыхание обоих сбивалось. — И не увидишь. Чишия вдруг почувствовал, как член внутри него становился больше и начинал пульсировать. Он понял, что до конца этой ночи осталось совсем немного. Эта мысль была одновременно и неприятной, и возбуждающей. Шунтаро собирался кончить одновременно с Нираги. Поэтому, положив руку на свой член, он сжал уретру — прямо как это недавно делал Нираги. — Да ты зависим от меня, — увидев эту сцену, сказал Сугуру. Он схватил Шунтаро за волосы и поднял его на свой уровень. Теперь они оба смотрели на свои тела в зеркало. Ладонь Сугуру накрыла руку Чишии, он толкнулся вперёд и прошептал на ухо: — Ты весь мой. После этих слов Чишия излился прямо на постель и выдохнул, не имея больше сил, но Нираги переместил свою ладонь с члена Шунтаро на его шею, сжал и продолжил жёстко двигаться внутри. Пару толчков — и по комнате раздался протяжный стон, такой же, как у Чишии. Сперма Нираги оказалась внутри Шунтаро, а несколько капель попали на белую постель. Спустя несколько минут Чишия лёг на кровать и уже собирался заснуть, как вдруг к нему наклонился Сугуру. — Я ненавижу тебя, Чишия. Поэтому, пожалуйста, выживи. Сказал Нираги, дотронувшись до прилипших к его лбу волос на секунду, но тут же убрав ладонь. — Хорошо. Они не должны видеть уязвимости друг друга. Хотя и знают о них.