Hate you

Отношения Намгю и Субона начались так спонтанно, внезапно, с простого "Do you want to be my boyfriend?" под кайфом, что Намгю первое время было аж непривычно от присутствия нового человека в его жизни и квартире. Но к хорошему привыкаешь быстро, и к наличию в твоей жизни любящего, пусть и не без приколов, партнёра, тоже. Да и сам Субон тоже довольно быстро стал привыкать к тому, что когда он возвращается домой, его встречает его boyfriend. Не всегда довольный жизнью, иногда с больной головой или просто максимально заебавшийся после работы, но встречает. И чёрт, это так прикольно. Несмотря на всё хорошее, что происходило в их отношениях, они не были идеальными, далеко нет. Они оба - дохуя упёртые, со своими взглядами, привычками, мнениями, никто из них не хочет "прогибаться" под партнёра, давать "слабину". Поэтому и конфликты в их отношениях тоже были частым явлением. Иногда по действительно весомым поводам, а иногда - как будто вообще на ровном месте. Но несмотря на то, что конфликтовали парни достаточно часто, после ссоры могли неделю не разговаривать, Субон мог уехать на свою маленькую квартиру-студию, которую ему предоставил продюсер, они всегда мирились. Кто-то из них всегда приезжал к другому, пусть чаще это был и Танос, а второй мог картинно обижаться ещё пару минут, после чего вновь пускал своего парня домой, часто в свои объятия. Да, они могли наговорить друг другу обидных, даже оскорбительных слов. Но простить всегда можно было, и они это делали. В этот раз... Всё получилось как-то иначе. Как-то слишком. И даже не особо важен повод ссоры, честно говоря, Намгю его и вовсе забыл. Почему они вообще снова начали разговаривать на повышенных тонах? Да похуй. - Блять, как же я тебя ненавижу! Нахуй мы вообще это всё начали? - у Намгю что-то в голове не укладывается. Что? Ненавидит? Жалеет о том, что начали отношения? Он об этом и подумать не мог до этого момента. Да, у них часто бывали разногласия, но оба проявляли чувства, как-никак заботились, старались сделать друг другу лучше. Время замирает на этом моменте, а сердце пропускает удар. - Ненавидишь блять? Ну так пиздуй с моей квартиры, можешь с вещами. - Намгю говорит агрессивно, в своей обычной манере. Но кажется голос слегка дрогнул. Вряд ли Субон это услышал, он не настолько внимательный, чтобы уловить такие мелочи в моменте, да и понять что-то в принципе, пока ему на это не укажешь. Наркотики сильно бьют по мозгу и когнитивным способностям в целом, да? - Опять выгоняешь из дома, yeah? Okay, my boy, только не проси потом вернуться обратно! - это "my boy" звучит так насмешливо, как будто грубо в моменте. От этой фразы становится жутко противно на душе, ещё противнее, чем было. Хах, просить вернуться, ещё чего придумал. Даже если он сейчас говорит не подумав, что он собственно часто и делает, пусть платит за свои слова. - Не я сказал что ненавижу тебя. Пиздуй. Нахуй с моей квартиры. - он пытается казаться рассерженным, разъярённым, и у него это даже получается. Но тело всё равно пробивает дрожь, она снова отдаёт в голосе, а в груди будто сформировался большой ком, не дающий нормально дышать. Обидно, когда твой любимый человек говорит, что тебя ненавидит. Тот человек, которому ты верил. Которому пытался доверять. Кажется, у Субона что-то меняется в лице, но Намгю не рассматривал. Перед глазами появляется какая-то пелена, всё плывёт, и хочется чтобы он поскорее съебался. И он правда это делает. Берёт телефон, зарядку, кажется что-то ещё и направляется к входной двери. Намгю глубоко похуй, что он забрал, что нет. Он выкинет все эти вещи нахуй, выбросит с окна, перед этим превратив их в то, что уже нельзя будет использовать по назначению, ведь на чём-то агрессию выместить надо. В его душу плюнули так, что он имеет право это всё сделать. Но у Субона хватает наглости взять с полки ключи от квартиры. Смешной. - Ключи мне. И выметайся нахуй. - Намгю говорит убедительно, звучит даже уверенно. И Субон действительно кладёт ключи обратно, выйдя из квартиры без них. Какой послушный, надо же. Даже не попрощался. Да и больно это надо. Намгю подлетает к двери и замыкает её своим ключом, не сразу попав в замочную скважину из-за дрожи в руках, после чего бросает ключ так, не достаёт его из замка и прижимается к стене, сжав свои волосы. Он скатывается по ней, даже не отойдя от двери, и садится на пол, смотря куда-то вниз, сквозь пространство. Довольно неприятно получать такое от человека, которого ты к себе подпустил. Впервые за очень долгое время. Да если не почти за жизнь. Субон направляется к своей квартире, в которой в последнее время он бывает довольно редко. Последний раз он ночевал там когда? Ах да, во время прошлой ссоры. Каждый раз во время ссор разъезжаются по своим квартирам, проводят несколько суток или неделю на едине с собой или просто без партнёра, а потом мирятся, чаще всего потому что оба соскучились. По приезде на свою квартиру он очень хочет хотя бы накуриться травы. Даже берёт косяк в руки, уже подносит его ко рту, но... останавливается. В моменте приходит осознание того, что же он сказал своему партнёру. Сказал что его ненавидит. Ненавидит? Они часто говорят друг другу хуйню во время ссор, часто говорят что-то обидное, оскорбительное. Но чтобы сука настолько! Пытаясь вспомнить реакцию Намгю на свои слова, Субон так и застыл с косяком у лица. И помнит он только то, что Намгю был зол. Не обратить внимание на состояние своего парня в такой момент? Блядство. А точно ли он был зол? Сука. Намгю ещё некоторое время сидит на полу в прихожей, смотря куда-то перед собой. Когда человек, в котором ты видел опору, что-то родное, который стал для тебя частью твоей семьи, говорит тебе такое, это ощущается как нож в сердце. Парень медленно поднимается с пола через некоторое время, даже не понимая, сколько прошло. Также медленно идёт в единственную помимо кухни комнату в его квартире, буквально рухнув на пол перед небольшим шкафом, в котором лежали по большей части вещи его Субона. Почему у него вообще больше вещей чем у самого хозяина квартиры? Бесит. Намгю роется в вещах на нижних полках, откидывает их судорожно, резко, после чего достаёт оттуда небольшой пакетик. А потом и шприц. Надо же чем-то глушить моральную боль, да? А сейчас хочется уж точно не просто набухаться. И приход накрывает достаточно быстро, внутривенные наркотики действуют быстрее остальных. Только вот ожидаемого эффекта нет. То ли от того, что парень вколол дозу чуть больше обычного, то ли от сильно негативных чувств, которые он пытался забить, но факт в том, что облегчения нет. Вместо этого к горлу подкатывает ещё большая паника, ещё более противные ощущения, становится почти сложно дышать. Блядство. - Танос, ты... ты чёртова мразь. - Намгю даже обращается к Субону по его прозвищу, сжимает свои плечи, впиваясь в них ногтями, а лбом упирается в стену, зажмурив глаза. Чёрт, он хотел облегчение, приятный приход, а не... это. Субон наматывает круги по квартире. Будто там есть где эти круги прямо "наматывать". У него квартира не сильно большая, да и одна кровать там занимает почти всё место. У Намгю хотя бы полноценная однушка, а у него вообще студия, в каких живут студенты, приехавшие учиться из маленьких городов и не имеющие денег на съём чего-то большего. Он не знает что делать. Надо ведь поговорить, да? Надо же позвонить? Написать хотя бы? Сказать что то, что он выпалил в ссоре, это неправда? И Танос быстро берёт в руки телефон, открывает их с Намгю диалог и... не видит фото профиля. Блять. Они никогда не блокировали друг друга в ссорах, да даже мемы иногда друг другу кидали, потому что потом забудут! Дело реально дрянь. Он пытается набрать его номер, но звонок не проходит. Он заблокировал даже просто номер, чтобы ему нельзя было позвонить! Субон открывает сообщения, начиная печатать текст. Печатает уже довольно много, пишет быстро, с опечатками, сбиваясь. И только потом понимает, блять. Его же заблокировали. И он теряется. А что теперь делать? Его boyfriend обрубил буквально все каналы связи. Заблокировал в интернете, заблокировал номер. Да даже в тик токе больше не виден его профиль! Ехать к нему назад примерно час. Надо ли? Может он снова просто выгонит... он же не дал даже взять ключи от квартиры. Может он не хочет видеться?.. Он не хочет. Да и не в том он состоянии, чтобы видеться. Его всего трясёт до крупной дрожи. Парень также сидит у стены, прижавшись к ней лбом и кажется уже оставив царапины от ногтей на плечах, что его сейчас не особо волнует. Да и потом не должно особо волновать. Он тихо что-то бормочет и не очень сильно ударяет об стену лбом. А затем ещё раз. И ещё раз, уже сильнее. Кажется, следы его сегодняшнего приёма будут красоваться у него не только на плечах, чёрт. Пока ещё был в состоянии думать, Намгю заблокировал этого подонка, чтобы он и не думал потом звонить, писать и вообще пытаться связаться. Не заслужил. Да и нахуй ему это надо, если он ненавидит? Ну ладно, блокируют людей ещё и для себя, для морального удовлетворения. Субон всё же выезжает назад, подумав ещё около часа, стоит ли вообще пытаться показываться на глаза своего парня. Стоит хотя бы попробовать. Вдруг он там решил себе передоз устроить? Или ещё того хуже уже... нет, о таком нельзя думать. Субон буквально летит назад. Жутко, жутко стыдно от того, что он сказал, от того что всё же ушёл, а не настоял на том чтобы остаться. Делал ведь так раньше! Возможно у него правда интеллект уровня золотой рыбки. Намгю не знает сколько времени прошло, пока он сидел и пытался сдвинуть головой стену, не чувствует боли на плечах и в теле в целом. Он судорожно пытается встать, дойти до кухни, чтобы хотя бы выпить воды, хватается за стены, но ноги его толком не держат. Он проходит несколько неуверенных шагов и с грохотом падает на пол, не выдавая на это никакой реакции, и так остаётся и лежать, странно подогнув под себя руку. Как бы она потом не оказалась сломана. В ушах стоит гул, но даже сквозь него до слуха доносятся глухие удары и как будто чей-то голос. Он не пытается встать. Его максимум - подогнуть к себе ноги и, снова зажмурившись, запустить в волосы одну руку, чтобы с силой их сжать. Вторая рука так и остаётся лежать, прижатая весом его же тела к полу. Пытается трясти головой, чтобы отогнать галлюцинации, прервать этот стук и какой-то странный голос, доносящийся будто из-под толщи воды, в которую он сам медленно погружается. Даже с закрытыми глазами вокруг всё будто мигает, засталяя и без того больную голову разрываться ещё сильнее. Противно, жутко противно. - Отъебись! - он говорит настолько громко, насколько вообще может, пытаясь сорваться на крик. Срывает только голос. Переворачивается на спину, тяжело дышит и тянет к волосам уже обе руки. Звук прекращается. За дверью стоял Субон. Колотил в дверь, пытаясь вызвать хоть какую-то реакцию с другой стороны, пытался докричаться до своего парня, что скоро уже выйдут соседи, но всё безрезультатно. И слыша грохот, он очень пугается, но зато ясно, что человек за дверью живой. Пока что... Но вскоре он слышит хриплый, будто его недавно сорвали голос, доносящийся с другой стороны. "Отъебись". Это ему? Или кому? Хотя блять, конечно ему! Танос медленно садится на корточки перед дверью, просто приложив к ней руку, и не решаясь говорить ничего дальше. А что делать в такой ситуации? Как достучаться до бро в явно хуёвом состоянии и возможно под наркотой? А вдруг он принял больше чем нужно? Сука. И Субон с новой силой почти бьёт в дверь. Даже если он сломает этот сраный замок, плевать, заплатит. Зато попадёт к Намгю и сможет если что помочь, пусть и его помощь возможно будет не к месту сейчас. Он же всё также лежит на полу, оттягивая волосы, надеясь уменьшить так головную боль и эти странные галлюцинации. Они прекратились. Их стоило просто послать? Замечательно, будет знать на следующий раз. Но вот... вскоре стук снова раздаётся. Становится ещё громче, ещё настойчивее, и парень вымученно стонет, сжав волосы ещё сильнее. - Нет, нет блять, прекрати, заткнись, хватит! Ты мне сейчас нахуй мозги выдолбишь! - он кричит почти истерично, переворачивается набок, закрывает уши руками, но стук собственного сердца такой же противный, как тот, который доносится откуда-то извне. Сука. От него вообще есть возможность как-то скрыться? Намгю снова с трудом встаёт и пытается дойти до комнаты, ведь в ней этого стука вроде не было. Он идёт неуверенно, с трудом доходит до кровати, коей является разложенный диван, падает на него верхней половиной тела и кажется ударяется об него же коленом. Плевать. Зато он в комнате. Он тяжело дышит, уткнувшись куда-то в кровать лицом и снова закрыв уши руками, чтобы не слышать этого стука, который слишком бьёт по мозгам. Да, он убеждён что это галлюцинации. - Hey, my boy, open the door, please! - Субон вслушивается в каждый звук по ту сторону двери. Намгю там явно хреново. То ли просто от ситуации, то ли он что-то принял, но Танос сказать не может. Возможно, у него там просто истерика, возможно неудачный приход, а возможно он и вовсе скоро... хотя, суицидальных наклонностей у него вроде никогда не было. И замечательно. Он пытается понять, что ему делать дальше и как открыть эту чёртову дверь без ключа, ведь Намгю это делать явно не собирается. Как там это делали в фильмах? Булавкой открывали двери, шпилькой, чем ещё? Желательно вспомнить что-то, что у него будет с собой. А с собой у него... только телефон и банковская карта. Что ж, и он пытается вставить уголок карты в замочную скважину, чего сделать, конечно же, не выходит. А у главного героя в каком-нибудь боевике наверняка бы вышло! Танос недовольно убирает карту обратно под чехол телефона. Он взволнованно ходит по лестничной площадке, нарезает круги от одной двери до другой, после чего просто садится под дверь. И как ему ехать к себе, когда его бро там непонятно в каком состоянии? Как вообще оставить его одного? Он стучит в дверь ещё несколько раз, но никакой реакции, конечно же, нет. Намгю накрывает голову подушкой, пытаясь заглушить все звуки, надеясь, что стук сердца так будет менее слышен. Хочется содрать с себя кожу и вывернуть её наизнанку, все тело горит и кажется зудит, дышать становится почти больно. Он старается прижать подушку к себе сильнее, зажать уши, а можно и горло. Но вскоре он хватает эту самую подушку и со всей силой, которая у него сейчас вообще есть, кидает её куда-то в стену. Кажется, она что-то задевает. Плевать. - Сука! - он будто хрипит, резко выдыхая. Откидывается назад, к шкафу, достаточно сильно ударившись об него головой. Он снова сжимает свои уже нахуй исцарапанные плечи, ещё больнее впивается в них ногтями и скатывается на пол, уже намеренно ударив головой об него, наверное, с надеждой выбить из головы все мысли и всё, что вообще может влиять на состояние сейчас и подтягивает к себе ноги. Отвратительно. Можно было и вырубиться. Субон пытается вставить в замок ключ от своей квартиры, вдруг прокатит? Конечно же не помогло. И он вновь стучит, кажется уже с намерением выбить дверь нахуй. Продолжает что-то говорить, прислушиваеься к звукам по ту сторону двери, но не слышит абсолютно ничего. Интересно, у соседей там у самих крыша ещё не поехала? На месте соседей как будто уже давно стоило бы вызвать полицию. А Намгю не слышит уже ничего. В ушах звенит, но зато не слышно никаких звуков окружающей его среды и собственного сердца. Он лежит на полу, зажав уши руками, наверное до боли, которую он сейчас не чувствует. Как же утром будет болеть голова, как и всё тело в принципе. Как же утром будет хуёво. Звучит как повод догнаться новой дозой, только уже чем-то другим. Той же хуйнёй, пока он в таком состоянии, он ширяться больше не будет, нахуй. И его вырубает к хуям. Прямо на полу, прямо с зажатыми ушами, прямо в неудобной позе, от которой потом будет болеть и шея, и спина, и голова. Вырубает так, что кажется, он не придёт в чувства ни от какого звука, ни от какого действия, что так и останется лежать на этом полу между шкафом и раскладным диваном. Сколько он был в сознании до этого? Сколько пытался не откинуться нахуй? А вот чёрт его знает. Но это как будто и не имеет особого значения. Субон всю ночь просидел под этой чёртовой дверью, которую так и не смог открыть. Долбился в неё до ночи, пока кто-то из соседей не пригрозил ему полицией за нарушение общественного порядка, после чего просто скатился по стене, прислушиваясь к каждому звуку в этой оглушающей тишине. Больше нет никакого грохота по ту сторону, нет чужого раздражённо-напуганного голоса и даже не слышно шагов. Становится страшно. Приходится снова нарезать круги по лестничной площадке, думая, что делать, так ещё и стараясь не издавать лишнего шума, а то вдруг реально вызовут полицию? Будет нехорошо, потому что уходить отсюда Субон не намерен, пока не получит доступ в квартиру. Что стоит сказать, когда он всё же сможет попасть внутрь? А стоит ли что-то говорить? А не поздно ли будет, когда он туда попадёт? От тревожных мыслей по типу последней голова буквально идёт кругом. Нет, слишком страшно от подобного, да и вообще такого быть не может. Намгю опытный, и даже если он переборщит, то явно не до передоза. Правда же?.. конечно правда, чёрт возьми! Подобное уже было, правда на тот момент парни были рядом и от разбитого об стенку лба спасло только плечо Субона, которое он заботливо подставил парню, чтобы он бил головой хотя бы обо что-то помягче, пусть и на плече потом остался синяк. Но было страшно. Причём обоим. А сейчас их разделяет эта блядская дверь и непонятно, в каком там и кто состоянии. И от этого снова дико страшно. Утром Субон буквально следил за временем, чтобы снова начать стучать в дверь как только закончатся часы тишины. Минута в минуту он снова начинает свои попытки кажется выломать её, и в этот раз не совсем безрезультатно. Намгю приходит в себя под утро. С трудом садится на пол, лишь слегка приоткрывая глаза. Свет от окна вызывает ощущение, будто голову сейчас разорвёт, болит добрая половина тела, и кажется больно даже просто шевелиться. Голова раскалывается даже после того, как он с трудом буквально переползает, держась за стену, из комнаты на кухню, чтобы всё же налить себе воды, что он планировал сделать кажется ещё вчера. И только он падает на стул, стоящий слишком далеко от стола, как слышит слишком настойчивый стук в дверь. Приходится с шипением снова закрыть уши руками, ведь раздражает сейчас абсолютно любой звук. Кажется, чуть не свёл его с ума вчера похожий. Какой кретин вообще это творит? - Намгю, my boy, I'm so worried about you! Эм... открой мне, пожалуйста. - слышится даже сквозь руки, прижатые к голове, после чего Намгю всё же убирает их. Что? Так вот что это за кретин. Он пришёл, так быстро? Странно, обычно же как минимум неделю строит из себя такого дохуя гордого и игнорит. А неделя точно не прошла?.. да нет, не могла. Намгю ещё некоторое время сидит, смотря куда-то перед собой, после чего с несколько болезненным стоном и с довольно большими усилиями встаёт со стула. Пока он идёт к двери, в глазах малость плывёт, и уже прямо перед ней он спотыкается и не падает только благодаря самой двери, скатываясь по ней. - Эй?.. Намгю, это ты? Oh my God, how are you? Open the door, please! - Танос тараторит на своём английском и дёргает ручку двери, а Намгю только снова шипит от головной боли и вновь увеличившейся громкости окружающих звуков. - Я из-за тебя вчера блять чуть крышей не поехал. Прекрати ломать мне дверь, заебал. - он говорит негромко, но парень за дверью резко прекращает. Он в ступоре смотрит вперёд, не зная, что делать дальше. Его бро живой, и это хорошо. Но что теперь?.. - Эм... откроешь? - взгляд бегает от двери на ноги, от ног к лестнице, от лестнице к соседской двери, а от неё снова вперёд. Немного страшно. - Открою. Но нахер ты вообще ко мне припёрся после своего заявления? - откроет, лишь бы ему перестали долбить по мозгам. Намгю снова старается встать, держась за ручку двери. Еле попадает ключом, который успел вчера зачем-то вытащить, в замочную скважину, с трудом его поворачивает, но из-за того, что он опирается на ручку, дверь открывается сразу как только ключ поворачивается второй раз, а сам он буквально падает вперёд. А Субон ловит его под руками. Надо же, реакция у него что ли всё же есть? Удивительно. Намгю выглядит хреново. Под глазами синяки, растрёпанный, хотя всегда старается максимально зализать волосы, несколько ссадин и кажется синяк на лбу. И это только то, что видно при первом на него взгляде. Становится стыдно. - Ты как? - Субон затаскивает второго обратно в квартиру, а он только недовольно вздыхает и старается встать на ноги самостоятельно. Его всё равно держат, ведут на кухню и сажают на стул, а он тихо цыкает и смотрит куда-то в сторону. Смотреть на этого подонка не хочется вообще. - Ты не ответил на мой вопрос. Нахрена припёрся? - Намгю говорит грубо и несколько раздражённо. Он пытается встать, но Субон слегка давит ему на плечо, буквально придавливая к стулу, на что Намгю только шипит от боли, скинув чужую руку. - Извини, я... извиниться хотел. Я не имел ввиду что ненавижу тебя, я... не подумал я. - всё что он придумал, пока был за дверью, вылетело из головы. Кажется забыл все слова, которые вообще существуют. Что сказать, чтобы заполучить прощение? Что вообще делать в такой ситуации? Вот, ему открыли. Вот, он снова видит своего бро, и даже живым. Что дальше? - Очень на тебя похоже. - Намгю только тихо хмыкнул, даже не подняв взгляд. Что это значит? Это явно не прощение. Танос поджимает губы и снова метается взглядом от одного угла к другому, не зная что делать. Прощения он попросил. Его не простили. Наверное стоит попытаться дальше поддержать хоть какой-то диалог? Да, определённо. - Ты что-то принимал, да? - он говорит неуверенно, будто боясь услышать ответ. Хотя, он и говорить то сейчас боится. Вдруг снова какую-то хуйню скажет? За два проёба в виде необдуманных высказываний получить прощение будет ещё сложнее. - Ага, по вене загнал. И всё ещё хочу. - он наконец поднимает взгляд. Смотрит с ухмылкой, но пустым взглядом, от чего становится жутковато. Он никогда так не смотрел, не выдавал такие реакции, и как на них отвечать - Субон тоже не знает. А как-то ответить надо. - Тебе явно не было хорошо. - Танос нервно усмехнулся, отведя взгляд. Судя по тому, как Намгю пытался прогнать его вчера, да и по его виду сейчас, не сказать, что ему понравилось. - Поэтому я приму что-то другое как только ты снова съебёшься. - пассивная агрессия? Да, именно. Он уверен, что его снова оставят? Уверен, что Субон снова бросит? Похоже на то. И от этого даже обидно. Но в то же время - виноват он правда сам. Сам сказал хуйню, сам оставил, и блять, надо как-то загладить вину. - Не думаю, что тебе стоит принимать что-то ещё. Воды надо? Я налью. - Субон старается держаться спокойно, но скоро его начнёт пробивать дрожь. Он нервничает, и это понятно. И не дождался ответа Намгю он только чтобы не смотреть на него ещё дольше, ненадолго отвернуться и перевести дыхание. Странно, сам так старался попасть к нему, а теперь смотреть на него страшно. Но Намгю и сам не спешит отвечать, видя, что его ответа и не ждут. Субон наливает пол стакана воды, подходит с ним к парню и становится рядом, поднося к нему этот стакан. - Давай помогу, сам небось не сможешь. - Намгю только хмурится и берёт стакан сам. Чуть морщится, ведь всё тело болит, поэтому не отпихивает руку Субона совсем. Но всё равно показать свою слабость он себе не позволит, придерживает стакан сам и жадными глотками пьёт воду, пока его бро помогает ему. Пусть делает вообще что хочет, он абсолютно точно всё делает сам. Да, именно так. Намгю выпивает воду быстро и уже пустой стакан выхватывыет из чужих рук, со стуком поставив на стол. От слишком громкого звука он хмурится, ведь он несколько бьёт по голове, но остаётся только закрыть глаза и массировать виски. - Таблетку может? - Субон смотрит на страдания парня, и хочется помочь ему хоть немного. Но он, видимо, эту помощь принимать не желает. Он приоткрывает глаза и смотрит даже со злобой. Ну а кто не был бы зол, когда тебе буквально сутки назад сказали что ненавидят, а уже мило и заботливо предлагают таблеточку от головы, хотя до этого ты имел все шансы вывалиться в окно под наркотой? - Да нахуй мне твоя таблетка? - у Намгю проблемы с агрессией были всегда, сколько он себя помнит, а сколько его знает Субон и подавно. И каждый раз ему хотя бы некомфортно, а сейчас реально страшно. - Сам возьму, если мне надо будет. - он встаёт резко, опирается на угол стола, но в моменте в глазах начинает темнеть. В попытках зацепиться взглядом за что-то более удобное для опоры, он даже не замечает, как его руку уже закидывают на плечо и ведут в комнату, где усаживают на кровать. - Я всё же принесу тебе таблетку, хорошо? - Субон сидит у ног Намгю и смотрит действительно виновато. Даже не вставляет свои тупые английские фразочки, из которых его бро с трудом только "my boy" и что-то подобное понимает. Надо же, какое одолжение с его стороны. - Я сказал что могу взять сам. У нас таблетки всегда на кухне лежали, какого хера ты меня сюда привёл? - у нас. Так приятно слышать это. Приятно, что несмотря на свои чувства в моменте, Намгю всё равно называет их квартиру общей. А может он просто по привычке. Но обращать на это внимание сейчас точно не надо. И в этих мыслях Танос немного зависает. Чёрт. - А... чтобы ты отдыхал. Я всё сделаю, wait me. - всё же он вставляет свои бесячие английские фразочки. Он быстро ретируется из комнаты, а Намгю и не против. Ещё вчера он думал догнаться чем-нибудь, ещё вчера хотел продолжить, и вообще планировал принимать неделю без передышки. Он сползает на пол и снова открывает шкаф, из которого достал дозу вчера. В глазах также плывёт, видно не так хорошо как хотелось бы, но он знает где что лежит. Пытается нащупать рукой нужный пакетик, кусает губы, ведь двигать рукой отчего-то неприяно, но продолжает. Танос возвращается через несколько минут с таблеткой обезболивающего и уже полным стаканом воды. Возвращаться страшно, но и оставлять Намгю вновь одного тоже. Страшно говорить с ним, но и молчать рядом - тоже. Страшно вновь сделать что-то не так, как и не сделать что-то нужное - тоже. А он сидит на полу, прижавшись спиной к дверце шкафа, и держится за плечо. Смотрит куда-то вниз, даже тихо шмыгает носом. Кажется, Субон и сам сойдёт с ума сегодня. - Ты въебал таблетки сам? Когда? - Намгю говорит тихо, не поднимая взгляд. Какие таблетки? Когда Танос что-то мог принять без него? Субон не до конца понимает, пока не видит приоткрытую дверцу шкафа. Наркота. Снова? Он же ещё не отошёл нормально, вот отходняк ловит. Хочет догнаться? - Я ничего не... - он даже не успевает договорить. Намгю перебивает его, даже подняв взгляд. - Там было ещё две. - две таблетки. Они точно были там, ведь Субон их не трогал. Намгю крупно потряхивает, и непонятно когда это началось, но точно пока он был один. Он дрожит, также держась за плечо, смотря на Субона не то чтобы со злостью, а с разочарованием. И он не знает что делать. - Выпей эту. - он протягивает парню таблетку обезболивающего на ладони, которую он буквально выхватыет из рук первого. Глотает так, без воды, после чего отпускает плечо и сползает по дверце шкафа вниз, снова опустив голову. Ему всё же дают воды, только в этот раз он уже не берёт стакан, а сам мелкими глотками пьёт предложенное. Его затаскивают на кровать, после чего он ложится, отвернувшись от Субона, видимо, не желая его сейчас даже видеть. Чёрт. Его продолжает трясти, он лежит, накрывшись пледом, и непонятно, что с ним вообще делать. Субон не знает. Он садится рядом с Намгю, смотрит растерянно, не зная, какие слова подобрать. Какие слова вообще сейчас нужны? В поддержке он, к сожалению, не слишком силён. А она ли сейчас нужна? Кажется, трясти скоро начнёт его. Субон сидит на кровати Намгю настолько долго, что и сам теряет счёт времени. Он настолько долго думал, что сказать, что кажется Намгю сам уснул, а он снова ничего не предпринял. Он хочет погладить парня по волосам, тянет к нему руку, но останавливается. Нет, если он сейчас проснётся, то его наверное выгонят из дома, если не убьют, поэтому делать так не стоит. Блядство, блядство, блядство! Танос всё же ложится на кровати, но чуть поодаль от Намгю, ведь касаться его сейчас, кажется, равносильно самоубийству. Он не спал всю ночь, хочется наконец уснуть, но мысли о собственной беспросветной тупости не дают это сделать. Понятно, он никогда не отличался высоким интеллектом, ещё со школы. Понятно, что часто мог тупить, но сука, не настолько же! И это жутко бесит, и от этого же стыдно. Настолько, что хочется реально скрыться от всех окружающих людей, и от Намгю в том числе. Чтобы никто, в том числе и он, не знал о том, насколько же он не умеет думать своей тупой фиолетовой башкой. Хотя блять, он уже знает. Знает довольно давно. Спасибо, что усталость организма всё же дала о себе знать, и Субона наконец вырубает, пока он находится в горизонтальном положении. Занимает неестественно для себя мало пространства, хотя обычно раскидывается на всю свою и половину чужой половины, лежит в подозрительно нормальной позе, а не в позе какой-нибудь звёзды на всю кровать, и похоже, ему даже ничего не снится. Ну и замечательно. *** Намгю же всегда спал беспокойно. Со сном у него всегда были проблемы, кошмары от тревожных мыслей донимали часто, и поэтому прерывался их спокойный отдых тоже хотя бы пару раз на неделе. Субон в эти моменты всегда старался парня обнять, успокоить, прижать к себе и погладить по чёрным растрепавшимся волосам. Не сразу, но спокойнее становилось. Когда тот, кому ты доверяешь, успокаивает тебя своим теплом, шепчет что-то на ухо, что ты не всегда понимаешь из-за того, что твой уровень английского далеко не такой, как у него, а потом позволяет спать, уткнувшись ему в плечо или в грудь, становится правда лучше. А утром принесёт чаю, пока ты будешь сидеть и тупить в стену, пытаясь продрать глаза. Посмотрит вроде с насмешкой, спросит что-то вроде "чего в стену лупишь, my boy?", а потом пробормочет что-то вроде "I'm worried, Намсу", потому что говорить такое на родном стыдно. И на душе как-то легче. Хотя есть ли у них у обоих вообще душа? Да или хотя бы её жалкие остатки. Но когда тебя кошмарит от действий этого самого человека, когда плохо именно из-за него, становится жутко противно. Хочется блевать, да вот было бы чем. Блевать от того, насколько на душе ебано, от того, что ты чувствуешь себя преданным. Хотя, так и есть. Когда именно тот человек, который спасал тебя во время бэд трипов, помогал на отходняках, заботился когда ты болел, говорит, что тебя ненавидит... довольно неприятно. Понятно, что он наверное не слишком много думал, что, в целом, в его стиле, но менее неприятно от этого не становится. Так противно на душе. "Я тебя ненавижу" Бьёт по ушам, сердцу, голове. Сильнее чем передоз. Больнее чем когда сорвал спину на работе. Хочется вышкребать сердце ногтями из грудной клетки, чтобы так не ныло. Хочется не чувствовать этой хуйни. И Намгю вскакивает с кровати. Дышать тяжело, сердце стучит до того же противного стука в ушах, что хочется порвать барабанные перепонки, чтобы не слышать этого. Он хватается за футболку в районе груди, бегает взглядом по комнате и пытается зацепиться хоть за что-то. Он даже не смотрит на Субона, лежащего рядом, скатывается с кровати и с грохотом падает на пол. Кажется, рука до сих пор болит, но плевать. Она сейчас не беспокоит. Он притягивает колени к себе, зарывается в волосы и больно тянет за них, зажмурившись и пытаясь привести себя таким образом в чувства. Боль отрезвляет, да? По крайней мере должна. Крупно трясёт всего. Он не замечает Субона, оказавшегося рядом. Как он гладит по плечам, что-то шепчет на ухо, непонятно на английском или на родном. Мягко берёт его руки в свои, чуть сжимает и держит. Намгю дышит всё также тяжело, сжимает чужие ладони и впивается в них ногтями. Жмурит глаза, так и не открыв их. Всё ещё не отошёл? Или кошмар? Возможны оба варианта. Конечно же морально хуёво, да и физически тоже. Возможно, реально хочется, чтобы Субон был рядом, чтобы помог, но... обидно всё равно. Поэтому Намгю старается отпихнуть парня. Вяло вырвать руки, толкнуть его в плечо, чтобы больше не трогал. Но тело всё ещё слушается плохо, да и слабость даёт о себе знать. Но на этот раз Субон не поддаётся. Отпускает руки, но берёт за плечи. Прижимает к себе, гладит по спине, чуть сжимая и зарывшись второй рукой в волосы, мягко поглаживая. Продолжает что-то шептать, но кажется всё же на родном. Что-то про то что он рядом, что не оставит, что поможет. Про то что любит. Кажется, внутри что-то ломается. Намгю прекращает попытки отпихнуть парня. Он опускает руки, свесив их просто вниз и чуть прижимается, ткнувшись Субону в плечо. Он точно не ненавидит. Он не испытывает этого. Он правда любит, и блять, это доказывает огромное количество ситуаций. Как он ездил к нему на работу, забрать, когда слишком сильно болела спина. Забирал из бара на другом конце Сеула, когда он перепил с кентами. Целовал и заботился, даже когда Намгю болел, будто совсем не боясь заразиться. Но для чего же он это говорил? С какой целью? Хотя... объяснение есть. Он просто еблан. Свой, родной, но, о боги, какой же он неисправимый долбоёб. - Ты... ты конченый долбоёб. - Намгю бормочет срывающимся голосом. Слабо ударяет Субона по плечу, кусает губы, рвано дышит и вцепляется этой же рукой ему в плечо. Ногти чувствуются даже через футболку, но плевать. - I know. - Субон вздыхает. Продолжает прижимать чужую голову к своему плечу, гладить спину и сжимать чужое дрожащее тело. - Иди нахуй. - Намгю говорит на выдохе, стараясь сильнее сжать чужое плечо, расцарапать ногтями, чтобы остались следы в напоминание о его отсутствии мозгов. Чтобы ему тоже стало больно. - Да-да, и это тоже знаю, my boy. - Субон не прекращает гладить. Кажется, он даже с облегчением выдыхает, ведь теперь точно знает: Намгю хотя бы обращает на него внимание. Хотя бы воспринимает его, шлёт нахуй и говорит что он долбоёб. Как же это в его стиле. Становится чуть-чуть спокойнее. - Ты меня бесишь, заткнись. - голос начинает дрожать. Намгю кусает губу сильнее, ведёт ногтями по чужому плечу, наверняка оставляя под футболкой царапины, наполовину лежит на Субоне, после чего всё же срывается на негромкий всхлип. Моментально старается заткнуться, впивается ногтями уже в чужую руку, на что не получает абсолютно никакой негативной реакции. Удивительно. И кстати, Субон правда молчит. Почему он становится таким послушным только когда проебался? Правда бесит. Намгю вновь ударяет его по плечу. Бьёт не очень сильно, но, будь у него силы, прикладывал бы явно больше усилий. Дрожит всем телом, пытаясь глотать слёзы, чего сделать не выходит. - Ты... придурок. Долбоёб. Я тебе в рожу въебать хочу. - но ничего сильнее ударов в плечо Субон не получает. Жаль его, пусть и повёл себя как подонок последний. Свой же всё-таки. Поглаживания по спине и волосам позволяют оставаться в этом мире, чувствовать, что рядом кто-то есть, и колотишь ты не стену. Чужое, кажущееся ещё более костлявым плечо хочется переломить, да вот сил не хватит. Да и больно же будет придурку, ныть потом будет, а тебе его жалеть, успокаивать. Они сидели так долго. На не самом тёплом полу, в не самой удобной позе, что у Субона всё затекло. Но когда его парню хреново, и тот прижимается к нему, он всегда старается не двигаться, не менять положение, чтобы его не потревожить. А то не ляжет потом также удобно как было до этого. - Какого хуя ты молчишь? - Намгю уже почти не дрожит. Поднимает жутко усталый взгляд на парня, смотрит несколько секунд и роняет голову ему на плечо. А он всё также широкими движениями гладит его спину, прижав к себе чуть сильнее. - Ты сам сказал заткнуться и что я тебя бешу. - и вновь удар в плечо. Слабый, который ощущается буквально как прикосновение, небольшой толчок. На плече явно будет синяк, пять полос царапин от ногтей, но честно, это не играет особого значения. Похуй. - Ты меня бесишь. Но не молчи. - и Субон наконец улыбается. Улыбается по-еблански довольно, чуть сильнее сжимает спину Намгю и начинает негромко что-то говорить. Рассказывает какие-то истории с работы, говорит какие-то бредовые факты, услышанные в тиктоке. Нашёптывает что-то на ухо парню, обнимает его и начинает играться с его волосами. О боги, он точно не зря дал разрешение не молчать этому еблану? Хотя, справедливости ради, именно эта болтовня успокаивает. Спокойная, не слишком шумная, не требующая особых усилий чтобы её понять. Можно слушать её как фон, вникая лишь иногда. Хотя... в болтовню Субона вникать хочется. - Скажи что любишь и что ты еблан. - в один момент Намгю прерывает нескончаемвый поток слов Субона. Кажется, натягивается как струна, напрягается весь вновь, хотя только недавно расслабился. Будто ещё чуть-чуть и его будет колотить как стиральную машинку снова. - Что? My boy... - но его перебивают вновь. - Говори. Иначе я встану и выставлю тебя за дверь. - а ведь он может. И Субон знает это. Не хватит сил - так заставит выйти прямо в окно одним взглядом. - я еблан, my lovely. И я тебя люблю. Они оба законченные ебланы. Они оба неисправимы.