Вырвись из плена собственного разума

Волны бились о скалы огромными каплями соленой воды. Громоздкие тучи затмевали ясное небо. Редкие лучи пробивались сквозь серые облака. Это было красиво? Наверное. Но когда смотришь на этот пейзаж каждую секунду своей жизни, забываешь о понятии «красота».  Очередная капля попала Нилу на лицо. Будто всю вечность он лежал на этом твердом, колющем спину булыжнике, уложив на него свой алый, чешуйчатый хвост.  Нил не знал где находится и как долго его душа иссыхает посреди океана. Но каждый раз, пытаясь найти выход, он сбивался. Океан не позволял. Он начинал бушевать пуще прежнего, природа гневалась учиняя жуткий шторм. Даже представления не имея о том, что за место под названием «свобода» он искал. Нилу чем-то свыше не было позволено покидать эти скалы.  Нил знал, что океан злился, когда русал хотел покинуть свою тихую гавань.  Спускаться ко дну океана было рискованно. По собственному опыту он вèдал, какие жуткие и чуждые его миру твари выходили из подводных пещер. А куда он искал дорогу? Что он пытался найти среди необъятного океана? Нил не помнил.  Нил искренне не знал как оказался в этом месте. Это произошло настолько давно, что каждый раз, пытаясь вспомнить, русал будто искал золотой клад среди океана, не имея при себе карту. Невозможно и до скрежета зубов утомительно.  Он знал, что раньше был другим. Был в другом месте. Но в каком? Это было нагло вышвырнуто из его памяти беспощадным временем.  Время – это самая пугающая вещь, в казалось бы, беззаботной жизни Нила. Она отняла у него все. Его личность, голос и даже собственное имя. Он ведь знал, что имя Нил – фальшивка, придуманная его безумием от безысходности. Но какое, в таком случае реальное?  Его редко беспокоили проплывающие мимо корабли. Это, пожалуй, было самое интересное, что могло случиться с ним с тех пор, как он оказался в объятьях морских вод. Единственное, что спасало от схождения с ума.  Сколько бы раз Нил не пытался позвать на помощь, из этого всегда выходило одно.  Всегда кто-то из моряков да обращал на него свой взор, но каждый раз, встретившись очами своими с мореплавателями, на судне начиналась суматоха. Моряки в буквальном смысле готовы были отдать жизнь, дабы быть ближе к Нилу. Взгляд Русала был ядовит. Опьянял, хуже любой настойки. Вызывал зависимость сильнее самого сильного наркотика.  Корабли несчастных моряков не медля тонули. Жуткие, высокие волны, которые появлялись, как только корабль подплывал близко к месту обитания русала, помогали. Только соприкоснувшись со скалами, моряков ждала неминуемая гибель. Ни один человек так и не добрался до прелестного, столь манящего, ярко алого создания.    Нилу это не нравилось. Он не хотел лишать жизни невинных (может и нет, но он этого не знал) людей. Он перестал смотреть на них.  Разум Нила не выдерживал. Он не знал, сколько еще он продержится, но скоро и проплывающие мимо судна перестанут заставлять вновь открывать глаза.  Нил не пытался сбежать уже давно. Русал отчаялся. Прошло больше пятнадцати восходов солнца, а он так и не сдвинулся с места.  Воды успокаивались. Волны стали тише. Тучи расползлись и показали ясное небо.  А Нил все лежал, облокотившись на свою руку,  не отрывая взора от горизонта.  Решив оглядеться, русал обратил внимание на проплывающий мимо корабль. Он видел дюжину и больше подобных, и был удивлен, что этот сумел так бесшумно подплыть на столь близкое расстояние.  Перенеся свой вес на ладони, Нил не успел сообразить, как поймал взгляд моряка, стоявшего на палубе судна. Это опечалило, русал не хотел топить еще неизвестное количество жизней. Собираясь уже отвести взгляд, он понял, что просто не может это сделать.  Парень, с невероятными, переливающимися, золотыми волосами.  Нил не хотел отводить взгляд? Путник, удивительной красоты, бесстрашно смотрел прямо в глаза Нила. Нахмуренные брови, четкие, нет, идеальные черты лица невероятно сочетались со светлыми прядями. Расстояние было слишком большое, чтобы увидеть больше, как бы сильно Нил этого не желал. В первый раз, за всю историю существования Нила в этом мрачном месте, именно русала загипнотизировал взгляд моряка, а не наоборот.  Нил еще никогда так не засматривался на проезжающих мимо мореплавателей.  Обычно все смотрели с огромным обожанием и фанатизмом именно на него? Эм? Что-то здесь не то. Каждый раз, когда путники встречались с ним взглядом, они теряли рассудок, будто никогда у них его и не было.  Сейчас же все иначе. Приложив большие усилия к тому, чтобы отвести взгляд от незнакомца, Нил осмотрел палубу судна, на котором находился моряк. Он увидел человека, выходящего из кормы корабля. Быстро зажмурив глаза, Нил не глядя спрыгнул в воду. Дабы, не дай океан, не нарушить покой участников экипажа этого прелестного паренька.  Так он и просидел некоторое время под водой, но не выдержав мучительных мыслей и необъяснимой тяги к тому блондину, Нил высунул половину своего лика из под морской глади, задыхаясь от желания вновь увидеть эти идеальные золотые волосы.  Корабль был уже слишком далеко, даже прищурившись, Нил не увидел бы лицо человека. Однако на палубе уже и след простыл и того загадочного незнакомца и его товарища. Так Нил и повстречал удивительного путника, который сам того не зная, изменил его мир. Путника, которого ему не суждено повстречать вновь.