Вырвись из плена собственного разума

Ники Ники лежал, кутаясь в теплый, вязанный плед, на постели, в доме Би. Какой бы душной не была погода на улице, парень не чувствовал жары или пота, что стекал по его спине. Он не чувствовал страха, боли, скорби или отчаяния. Он не ощущал никаких чувств, которые, наверное, должны ощущать люди, пережившие трагедию, подобную его ситуации. Ники не чувствовал жалости к самому себе, которая чаще всего брала верх над его эмоциями в особо трагичные моменты его жизни. Он не мог заставить свой разум жалеть себя. Все плохое, что произошло в его никчемной жизни было только его виной. Ники никогда не ценил то, что было дано ему с рождения. Парень волей божьей был благословлен счастливой семьей, любящими родителями, которые не позволяли своему сыну в чем-либо нуждаться. Они дали ему какое никакое образование, поддержку и счастливое детство. Но Хэммик этого не ценил. Оглядываясь назад, он понимал, что поступил опрометчиво. Он поступил глупо и как самый последний мудак, уйдя из этой семьи. Тот день, когда парень ушел из дома из-за такой идиотской и никчемной ссоры, был решающим в его жизни. Эрик. Если бы Ники не был таким эгоистом, который забыл о собственной семье, затмевая свои мысли безграничной любовью к моряку, сейчас бы, он сидел за кухонным столом, ужиная вместе с родными. Они бы не погибли в пожаре от отчаяния, вызванного его уходом. Он бы не страдал половину своей жизни, как оказалось, из-за пустяка. Лживой смерти своего партнера, пропитанной слезами, безграничной горечью и обманом. Вернись Ники тогда в дом и попросив прощения у матери за ссору, причину которой он уже давно выкинул из своей памяти, словно ненужный мусор в океан, все было бы хорошо? Ведь было бы, да? Был бы он счастлив? Теперь получить ответа на свой вопрос у него просто не было возможности и сил, чтобы рассуждать об этом дальше. Сейчас Ники понимал. Он понимал не только то, что Эрик, любовь всей его жизни, пользовался им каждую секунду с тех пор, как они познакомились, но и то, что сам Ники был не меньшим ублюдком. Он сам использовал Эрика как средство, затмевающее разум и воспоминания о прошлом. Он использовал его как наркотик, благодаря которому ему давалась возможность забыться и окунуться в нереальный мир, который создала его фантазия, и, частично, тот же Эрик. Его ложные представления о любви Эрика к нему. Ложные убеждения о том, что с Ники все будет хорошо, если он сможет забыть о своей семье так, словно никогда их и не существовало. Забыть о них в то время, пока они были охвачены собственным горем о потери сына и буквально погибли из-за него. Из-за горя. Из-за собственного сына. Все это было таким неправильным и.. напрасным. Ники отвлек скрип деревянной двери. В помещение вошла Мэдди. Девушка, что могла его понять. Ники был единственным членом экипажа, помимо Эндрю, которому она осмелилась поведать о своем прошлом. Их ситуация казалась удивительно похожей. Она тоже была опрометчиво влюблена в человека, который казался ее миром, но в один момент все ее представления и идеализация этого человека рухнула. В момент, когда любовь всей ее жизни оказался предателем. Эти двое часто проводили время вместе. Сидели на тихом, соленом берегу океана на закате, когда волны становились в два раза больше, а небо и воды обретали теплые оттенки красных и оранжевых цветов. Мэдди прилагала все усилия, чтобы поддержать товарища, но не была достаточно многословной для подобного. Ники хватало ее молчаливого существования рядом, когда он понимал, что она всегда готова выслушать или помочь. — Уже ужин. — прямо начала девушка, немного выглядывая из-за двери. Ее прямые, черные волосы блестели в свете заходящего солнца, а сережка с драгоценностью в носу, переливалась очаровательными бликами. — погуляем? Ники пару мгновений молчал, после чего покачал головой. — Я сам. — Мэд тихо кивнула и закрыла дверь. О, милая Мэдди, которая понимала его лучше самого Ники. Она понимала всех. Словно была человеком, который пережил все возможные ситуации на свете, понимая и принимая даже самые странные или глупые действия и слова каждого члена экипажа. Такой уж она была. Ники, дождавшись хлопка двери, поднялся с кровати. Он не хотел выходить в коридор. Не желал выслушивать соболезнования и эту чертову поддержку, которая была последним, что ему было нужно. Ему было мерзко от мысли, что он может встретить кого-либо из своего экипажа. Без лишних действий, тот вновь распахнул дверь и удивился, не заметив ни в коридоре, ни в гостинной, совмещенной с коридором, ни одной живой души. Конечно, Мэд об этом позаботилась.

***

Проходя по безлюдному берегу, Хэммик раздумывал. Он думал о том, что он собирается делать дальше. О том, кем ему нужно быть. Это слишком сложно. Слишком непросто определиться. Ничего не приходило на ум. Пустота. Так он видел свое будущее. Ники сел на пирс. Он глядел на морской горизонт, сливающийся с небом и закатом солнца. Невероятное буйство цветов и бликов. Картина, которую художники не устанут писать, а поэты так и продолжат воспевать в своих произведениях. Даже через сотни веков. Это была вечная, природная красота, которой люди не в силах насытиться. Так он думал до сегодняшнего дня. Весь этот пейзаж был таким скучным. Таким мерзким, напоминающим все прожитые дни в ожидании возвращения любимого из мореплавания. Все лживые и пропитанные обманом вечера. Смотря на океан, который некоторое время назад являлся его миром, Ники не чувствовал ничего. Ту же пустоту, которая существовала в его душе последнее время. Его привлек небольшой всплеск воды. Ники опустил взгляд и пригляделся. Он решил, что его побеспокоила какая-то рыба, что плутала вокруг пирса, но.. нет. Он огляделся и не заметил ничего. Ни единого колыхания, на удивление, спокойных вод. С него хватит. Парень встал с места и развернулся в сторону хижины Би. Сделав шаг, он вновь услышал всплеск воды, но вновь обернувшись, не заметил ни единого колыхания соленой поверхности. Единственное, что привлекло его внимание был.. человек. Чье туловище было скрыто в воде, но голова и плечи были открыты взору пирата. Парень с золотисто белыми волосами, идеальными скулами и ровным носом. Мокрые волосы прилипли к его лицу, обрамляя его. Его плечи, шея и щеки были покрыты маленькими, голубоватыми чешуйками. Парень смотрел на него своими очаровательными глазами. Хитрыми и манящими глазами, где вместо круглых, человеческих зрачков, были видны небольшие ромбики. Все еще ни единого колыхания в воде. Словно человек стоял там уже пару минут, но Ники знал, что это не так. Вся ситуация должна была нагнетать и пугать. Ники должен был бежать в ужасе и кричать о помощи, увидев такую жуткую картину, но.. он этого не делал. В голову даже мысль не приходила о том, что он должен бы или ему бы явно стоило это сделать.. Единственное, что пришло к нему в голову, это желание посмотреть поближе. Этот человек был таким особенным. Сексуальным. Его хотелось трогать.. целовать. Ники присел на колени, наклонившись к блондину, который протягивал свою очаровательную, когтистую руку, с голубоватыми перепонками между пальцев. Ники практически разрывало от возбуждения и желания касаться.. всего, до чего он мог дотянуться. Ники не мог. Что-то не позволяло. Он не мог протянуть свою руку. В первый раз в своей жизни, парень не совладал со своим телом. Он перевел взгляд с протянутой ладони незнакомца, обратно на его глаза и словно вопросительно наклонил голову. Тот кивнул и Хэммик почувствовал свободу действий. Незнакомец все еще держал руку в воздухе, словно предлагая. Предлагая нечто особенное. Нечто новое. Любовь? Свободу? Новую жизнь? Ники не знал. Но он точно понимал, что не собирается отказываться. Вся его жизнь на этой планете была сплошным кошмаром. Это было нечто, что он хотел бы забыть, будь у него такая возможность. Он мечтал о другом. Он мечтал забыть свои неисправимые ошибки. Мечтал забыть о своих родителях, мечтал больше не вспоминать про Эрика, про свой Экипаж, про своих кузенов, про Би и всех присутствующих в его жизни людей. Он мечтал об этом незнакомце. Мечтал сделать все, что он попросит, лишь бы быть рядом. Ники не понимал, были ли это его искренние желания или то, в чем его так старательно убеждали эти зеленые, блестящие глаза, с чарующими ромбиками вместо зрачков, но это было не важно. Ники не думал о последствиях. Это не имело значения. Ведь он был никем. Ему не было места в этом мире. Может тот мир, который ему предлагает этот очаровательный молодой человек, существо будет лучше? Парень протянул свою руку в ответ.