Добро пожаловать в "Edem"

Пальцы Мун Джо крепко схватили подбородок Чон У, откинув его голову назад. Сердце Чон У забилось быстрее, когда он посмотрел в пустые, черные как мгла глаза мужчины.

«Любопытство — опасная вещь, mon chéri», — пробормотал Мун, его голос был тихим, как бархат. Его большой палец провел по нижней губе Чон У, прослеживая мягкий изгиб. «Оно может увести тебя по тропам, по которым ты никогда не собирался идти. Но должен признать, твое любопытство... интригует». Другая рука Муна поднялась, его длинные пальцы заправили выбившуюся прядь волос за ухо Чон У, прикосновение было долгим, почти ласковым. Дыхание Чон У сбилось, и его пульс подпрыгнул от прикосновений. Внезапно выражение лица Мун Джо стало безразличным, глаза сверкнули холодным, безжалостным блеском. Прежде чем Чон У успел отреагировать, он почувствовал острый укол в шею, жгучую боль, пронзившую его. Он попытался издать звук, но ничего не вышло. Сильные руки уже сдавливали шею. Юн попытался убрать руки мужчины, но было слишком поздно. Теплое, покалывающее ощущение распространилось от места инъекции, быстро разливаясь по его венам. Зрение Чон У начало плыть. Его колени затряслись, и он споткнулся, схватившись за руку Мун Джо, чтобы удержаться на ногах. "Ч-что ты...?" Чон У невнятно пробормотал, его слова слились воедино, когда головокружение настигло его. Комната закружилась, человек перед ним стал совсем размытым. Мун Джо крепко держал младшего за плечи, не давая упасть. «Тсс, mon amour, — прошептал мужчина, беря бессознательное тело парня.

***

Чон У резко проснулся, его сердце бешено колотилось в груди, когда он хватал воздух ртом. Он приподнялся в своей кровати, его кожа была влажной и соленой от пота, мысли лихорадочно заработали. Цифровые часы на его тумбочке светились жуткими 5:00 утра, комната все еще была окутана темнотой. Дыхание Юна стало прерывистым, испуганным, когда он пытался вспомнить ужасные образы, которые преследовали его сон. Это был кошмар, ужасающее видение его нового работодателя, Со Мун Джо, вводящего ему неизвестное вещество, прежде чем он потерял сознание. —« Какого...?» Чон У содрогнулся от воспоминаний, его рука инстинктивно потянулась вверх, чтобы коснуться шеи, ожидая найти синяк или прокол. Но там ничего не было, только гладкая кожа. Чон У рухнул обратно на подушку, его разум был забит. Было ли все это ужасным сном? Или в его ночном ужасе была доля правды? Он снова вздрогнул, чувство беспокойства поселилось в глубине его живота, когда он размышлял о предстоящем рабочем дне. Когда первый рассветный свет начал просачиваться сквозь занавески, Чон У вытащил себя из постели, его тело было тяжелым и вялым. Он прошел через движения своей утренней рутины, его мысли были поглощены тревожными событиями его сна. Прибыв в ресторан, Чон У держал голову опущенной, не желая привлекать к себе внимание, когда он надел форму и направился на кухню. В течение всего дня Чон У подпрыгивал от каждого внезапного шума, его нервы были на пределе, а уверенность пошатнулась. Он не мог избавиться от ощущения, что шеф повар наблюдает за ним, его темные глаза сверлят его спину, ожидая, когда он совершит ошибку. По мере того, как день тянулся, а обеденный ажиотаж начал спадать, Чон У все больше и больше беспокоился. Он не мог перестать думать о своем сне, ощущении иглы, пронзающей его кожу, о весе руки того мужчины на его шее, о холодном, расчетливом взгляде. К тому времени, как день закончился и пришло время идти домой, Чон У был истощен, как физически, так и эмоционально. Во время дороги ему везде мерещился он, Мун Джо. Ему казалось, что за ним наблюдают. Он наблюдает. Придя домой, лежа в постели той ночью и глядя в потолок, Чон У не мог избавиться от ощущения, что его кошмар был предупреждением. Судьба, которая ждала его, если он останется в «Edem».