Funny

Донателло потерял зрение во время одной из миссий, когда какие-то йокаи на него неожиданно бросили странный, мистический порошок. Теперь ему не разрешали выходить на улицу без сопровождения близких, и он был вынужден оставаться дома, окруженный заботой, но и чувством беспомощности. Прошло всего лишь несколько дней, а Донни все еще чувствовал себя изнурительно плохо и бесполезно. Ему было сложно смириться с утратой зрения, и каждый звук и запах напоминали о том, что он больше не может видеть мир вокруг. Семья старалась поддерживать его, но даже их присутствие не могло развеять ту мрачную тень, которая окутала его. Внутри него бушевали эмоции: страх и растерянность, которые не давали ему покоя. Он старался найти уединение и проводить время в одиночестве, чтобы почувствовать себя лучше после потери зрения. Однако его слепота мешала ему этому, лишив способности выполнять даже базовые повседневные задачи. Он зависел от постоянной помощи своих братьев, неспособен справляться с собой и чувствуя себя обузой для них. Сейчас Донателло оказался полностью один в коридоре дома. Пол казался холодным, и кончики его ног замерзли. Он слепо шагал к своей лаборатории, но не мог найти нужный путь. Внезапно он почувствовал прикосновение к плечу сзади. – Привет, Дон-Трон! – раздался до боли знакомый голос. Это был Лео. И кажется он всё это время наблюдал за ним. – А куда это мы собрались, а? – поинтересовался он, продолжая крепко держать его за оба плеча и легонько поглаживая пальцем. Его голос звучал одновременно игриво и настойчиво. – Тебе же нельзя выходить из комнаты, забыл? – Нет, не забыл, – ответил Донни, немного нахмурившись. – Но знал бы ты, какого это – сидеть в одной комнате по несколько часов, не выходя из неё, – произнес он, почти с жалобой в голосе. В его словах чувствовалась усталость. – Ты и так делал это каждый день, Amigo, – заметил Леон с легкой усмешкой. – Часами не выходил из своей пыточной и никак не жаловался. – Во-первых, это моя лаборатория, а не пыточная, – резко возразил Донни, не скрывая своего раздражения. – А во-вторых, тогда я занимался делами, и мне действительно нужно было работать. А сейчас мне попросту нечем заняться. Леон, усмехнувшись, приподнял брови и наклонился ближе, его глаза блестели от озорного энтузиазма, как жаль что Донни этого не видит. – Что ж, нечем заняться говоришь? – задался вопросом он. И тогда у него появилась восхитительная идея. –А хочешь провести со мной время? – предвкушительно улыбнулся он, и встал перед ним держа его уже за запястье. – Мы могли бы заняться чем-то очень веселым, дома как раз никого нет. Ты ведь не против немного развлечься, а? Тут Донни сразу заметил подвох, и понял к чему он клонит. Как же Лео всё-таки любил баловаться когда дома никого не оставалось. Лео давил на него взглядом, но не дождавшись ответа, он прильнул к губам Донни, всё ещё держа его за запястье. Их губы соприкоснулись, и Лео начал подталкивать к его губам свой язык, таким образом проникая ему в рот. Донни не давал признаков сопротивления, но и не сильно действовал взаимностью. В последнее время, Донни стал закрываться от семьи, углубляться и тонуть в собственных сомнениях и не самых лучших мыслях. Лео ненавидел когда Дон так делал. Ему не нравилось когда Донни занимался собственным саморазрушением. Он подумал, что ему стоит помочь и дать ему расслабиться. Конечно же Ди сейчас молчал, и возможно он не активничал. Но Лео не сомневался в своих действиях, потому что, кое-что он точно знал. Донни никогда не начинал, но продолжал.Он никогда не предлагал, но соглашался. Он не отрывая поцелуя, взялся за меч сзади него, и открыл портал за спиной Донни. Потихоньку чтобы он не упал, протолкнул туда Донни, и медленно, продолжая толкать, уложил его панцирям в свою кровать, а сам навис над ним. Наконец Лео отстранился от Донни, разрывая поцелуй, и дал им обоим отдышаться. Он посмотрел вниз, и его взгляд устремился на лежащего под ним Донателло. Он чувствовал его глубокое и в то же время быстрое дыхание, его пластрон быстро то поднимался, то опускался. Он уставился на его смущённое личико, и на закрытые глаза. Ладонью Дон вытер чью-то слюну у своих губ, и это так привлекало Леонардо. Ох, как же всё таки Донни был красив. Жаль что, сейчас он тоже самое сказать не может. Лео еле сдерживал себя, чтобы не сорваться и не потерять контроль над собой. Внутри будто что-то пылало, ноги начали дрожать, а поясница мучительно гореть, требуя побыстрее приступить к делу. Хотелось сорваться на Дона, полностью сойти с катушек, хотелось слышать его голос и заставить его кричать, стонать да погромче. И самое приятное было в том, что он мог это сделать прямо сейчас. У него была прекрасная возможность насладиться своим любимым братом, и провести эту сладкую ночь погружаясь в удовольствие. Это его шанс. Но что-то его останавливало. Он мог сделать это физически, но кажется что его ограничивали моральные принципы. Он не мог позволить себе воспользоваться таким состоянием Донни, не мог пользоваться его беспомощностью и безысходности. Просто не мог. Он не хотел испугать Донни, или причинить ему боль. Поэтому для начала нужно было заполучить его доверие и согласие. Он должен был заставить Донни добровольно захотеть этого. Аккуратно Лео воздушно поцеловал его в губы, потом чмокнул щеку, начал целовать подбородок и потихоньку перешёл к шее. Донни почувствовав горячие и влажные губы у себя на шее, немного вздрогнул. Шея вдруг начала ощущаться более чувствительной, и это было...приятно? В любом случае он чувствовал себя слишком уязвимым. Он чувствовал себя жалким и безнадежным. Он осознавал что сейчас он ничего не сможет сделать, ни уйти, ни сбежать. Раньше, когда у него ещё было зрение, то он мог, просто выгнать и прогнать Лео, или сам мог уйти. Он конечно же любит Лео, но иногда его излишняя тактильность раздражало его. И сейчас он позорно лежал под самым наглым засранцем на этой планете, не в силах что-либо предпринять. Из-за отсутствия зрения он ничего не видел, но зато чувствовал самодовольное выражение лица Лео. Ну, была не была, зная упрямость Лео, он понимал что он от него не отстанет. Поэтому ему придётся смириться со своей судьбой, и провести время с Нардо. Леонардо снова приблизился к его губам, соприкасаясь к ним. Языком проник ему в рот, и начал исследовать его, проводя по его горячему и скользкому языку своим, а Ди даже начал взаимодействовать с ним в ответ. Ох, как же ему это нравилось, эти минуты казались ему такими сказочными и приятными. Он не хотел чтобы это заканчивалось, хотелось чтобы это продолжалось вечно. Но не стоит оставаться на одном положении, поскольку их ждало что-то ещё более яркое и более жаркое. Леонардо медленно отстранился от него, и между ними образовалось нить что на долю секунды связывало их, но быстро порвалась. Донателло вновь ощутил на своей, уже не девственной шее поцелуи, и тело приятно вздрогнуло когда Лео начал покусывать его. Одной рукой он держал его за панцирь, а другой нежно и так соблазнительно поглаживал его за бок, и постепенно опускался на его бёдра. И тогда его взгляд опустился ниже. Он начал гладить их и сжимать, наслаждаясь приятным телесным контактом. Ох, его кожа была такой упругой и блестящей, оно даже отражало не большой голубоватый свет, что исходил от его маленького светильника. А тело такое манящее и желанное, так и просило прикоснуться, сжать, потискать, погладить и поцеловать. На лице и бёдрах можно было увидеть горячие капли пота, благодаря которому его кожа становилось скользкой. А его губы на приоткрытом ротике так мило дрожали, явно получая удовольствие от всех этих телесных нежнестей и страсти. Как бы Донателло не говорил, что не любит физический контакт, и редко их поддерживает, в глубине души он это любил получать больше всего. А именно от горячих пальцев и влажных губ Леонардо. Очередной раз он доказал это, после того как Лео заставил его издать тихий и такой сладкий стон, после того как он пальцем соскользнулся по его уже напряжённому члену, сквозь чёрную, обтягивающую ткань. – Гхм... Ох, как же Леонардо желал услышать этот прекрасный голос. Как же ему нравилось доставлять удовольствие Донни. Ему хотелось ещё. Ещё раз услышать этот приятный голосок. Обеими руками он потянул шорты вниз, и остановился на секунду. Не заметив сопротивление, он стянул с него шорты, обнажая нежную кожу и горячий член. Одной рукой уже полностью взял его член, и медленно и нежно начал массировать, наслаждаясь следующими, ожидаемыми звуками. – Гхах...хах. По телу Донателло прошла волна удовольствии от приятных действий. Жарко. Становилось очень жарко. Лео хорошо справлялся со своей задачей. Трясущимися руками, он еле дотянулся до плеч Леонардо, не сильно сжимая их, он аккуратно стараясь не повредить лицо, потянулся к его щекам. Обеими большими пальцами, нежно провёл по коже под глазами Лео. Заметив щекотание на тыльной стороне ладони, он понял что это концы его маски. Взяв их он потянул ближе к себе, притягивая вместе с ними лицо Лео, и соприкасаясь с его губами. Лео в свою очередь не тормозил, он только радовался этим действиям со стороны своего близнеца, игриво улыбаясь. Дон пустил в свой рот язык красноухого, позволяя проникнуть всё глубже. На миг, Леонардо сжал член чуть сильнее обычного. – Ммф! – чуть громче застонал Донателло, но продолжительный поцелуй заткнул его, не допуская громких звуков. Донни опрокинул обе руки за шеей Лео, обнимая его. Медленно, они отстранились друг от друга, по их губам текли их слюни что смешались и стали единым целым. Сейчас они встретились бы взглядами, если бы Донателло видел. Взгляд Леонардо устремился на закрытые глаза, что явно наполнены слезами от возбуждения. Они плавно текли по его маске, и не успев дойти до самой подушки, были поглощены фиолетовой тканью. Леонардо лишь поражался тому как его близнец может быть настолько привлекательным. Как он может быть настолько красивым? Ему нравилось в нём абсолютно всё. Его грубоватые черты лица, его нежная кожа, его мягкий панцирь, что дарил желание защищать от всего мира. Эти изящные мышцы на конечностях, образовавшиеся благодаря долгим тренировкам, эти шрамы по всему телу что невозможно было не заметить. Этот нежный и соблазнительный голос, его пленительный и приятный запах, его движение, реакции, эмоции. То как он думает, весь его научный интеллект, эти очаровательные нарисованные брови. Его родной смех, и его манящие, возбуждающие и такие сладкие стоны. Всё это опьяняло его. Даже его беспомощное и жалкое состояние. Как бы это ни было странно, но его слепота привлекала его. Его безнадежность и постоянная нужда в чьей-то помощи. В помощи Лео. Это помогало чувствовать себя более полезным. Так он мог больше проявлять заботу и близость. Конечно же он переживал за Донни и не хотел чтобы его слепота продлилась вечно, но отчаянное чувство нуждаемости так на него влияло. Конечно у него есть ещё два брата, отец и подруга, но Донни у него был особенным. Ему он особенно хотел быть героем. Его героем. – Мгх...Л-лео... – раздался очередной сладкий стон Дона, и этого звука было достаточно чтобы заставить красноухого выйти из глубоких мыслей. Оказывается он даже не заметил как за это время он всё сильнее начал надрачивать ему. Не просто так же он застонал. Ох, после этого звука он ещё больше возбудился. Он остановил махинации с пальцами, и с игривой улыбкой посмотрел на мягкотелого. Кажется Ди достаточно возбудился и хочет большего, и это просто прекрасно. Но Леону этого было мало. Он хотел чтобы Донателло лично попросил трахнуть его, и тогда получать удовольствие Леону будет ещё приятней. – Да Донни? – спросил он, решив немного поиграться над ним. А вот самого Донни это раздражало. Лео сам же всё это начал, и сам тормозит. Заставил Дона лечь с ним в постель, вызвал в нём такие жаркие и требовательные ощущение, а теперь остановился! – Что-то случилось? – спросил Лео, ещё шире улыбаясь. Так он ещё и спрашивает. Да он же издевается над ним! Всё его тело уже тряслось, поясница горела и требовательно ныло, мучая его. Ему было жарко, он весь вспотел, и лежал под ним с мокрой промежностью. Бёдра требовали тех горячих рук, что сжимали их до покраснении. Руки дрожали, а глаза наполнялись горькими слезами от такого возбудительного давления. – Ты сам знаешь что. – еле выдавил из себя мягкотелый, сильно сжимая зубы, надеясь что хоть как-то облегчит своё состояние. – Знаю что? – всё подливал масло в огонь Лео, продолжая насмехаться над ним. Со временем Донни понял его намёк. Но его гордость не позволял ему выговориться. Он не привык просить у Лео такого. – Не томи. – уже с грубостью потребовал мягкотелый. – Ой, как грубо. Может уже скажешь нормально чего ты хочешь? М? – всё не сдавался Лео, но потом специально легонько провёл пальцем по его члену, чтобы подтолкнуть и усилить его желание. Ди на это резко взялся ладонями за лицо, стараясь прикрыть чересчур смущённое лицо. Он кричал из внутри, и умолял продолжить дальше, порой не в силах сдержать себя очень низко визжал. Он полностью сжимался от смущения, давил челюстью и скрипел зубами. Он старался контролировать собой, но это блаженство порой не позволяло ему это сделать. Он хотел ещё. Он сам не знал с каких пор он начал настолько мечтать почувствовать на себе эти ласки и тактильные нежности. Этого он не знал, но знал что мечтал он до потери сознания. Не знал с каких пор начал вот так бредить своим желанием, но знал что он буквально сгорал от одновременно от непристойных желаний и от стыда. На него настолько сильно давила эта потребность вульгарностьи. Он так мучился от столь обильных эмоций и возбуждения, от столь нестерпимости ко всей этой ситуации, что не сдержался и чуть отодвинул ладони. Глубоким и не много дрожащим вздохом набрал в лёгкие воздух, и прошептал настолько тихо и невнятно что сам себя толком не услышал. – Вой...в...ня... – Лео еле расслышал приглушённый голосок Донни и не очень был этим довольным. Он хотел более чёткости и точности от него. – Что-что ты говоришь, Amigo? Повторика, я не расслышал. – попросил Леон уставившись на безумно покрасневшее лицо. Донни нахмурился после этих слов. Он старался и еле заставил выдавить из себя хоть что-то, а ему этого мало. Он выдохнул и убрал руки с лица и нехотя опрокинул их за шею Леона обнимая его и опуская его вниз, чтобы быть на одном уровне и приблизил свои губы ближе к месту где должно быть ухо. Не много помедлив, начал он не сразу. Лишь тяжело дышал, приятно щекоча этим ему шею. Проглотив накопившуюся слюну, он наконец собрался и выговорил: – Войди в меня. – зелёные и трясущиеся руки просколзили по шее к плечам Лео и начали сильно сжимать их. Глаза наполнились слезами а губы невольно задрожали, ощутив на себе ничего, по тому он продолжил: – Пожалуйста... От этого зрелища, Лео стало больно за него. Бедный Донни. И как после этого он будет для него героем, если откажется. Он просто не имел право на отказ. Нет. Не имел права оставить Дона в таком положении, тем более когда он сам об этом просит. Так ещё и не просто просит а умоляет. Он был на грани радости и мысленно похвалил себя за достигнутую цель. – Как скажешь... – шепнул он, наконец собираясь приступить к тому, чего они оба так ждали. Большим пальцем он вытер слезинку возле глаза мягкотелого и аккуратно этим же пальцем, приподнял его фиолетовую маску выше, до его лба и поцеловал нос. Другим пальцем он несильно потянул за кожу под глазом открывая вид на обкрасневшее глазное яблоко с выделенными красными венами. Его ранний тёмно-коричневый зрачок сейчас выглядел менее тёмным, и скорее был чуть светлее или даже прозрачнее. Ди сразу же взялся за его руку и отстранил его от глаза, давая себе хорошенько проморгаться. Леонардо был готов прибить того кто сотворил с ним такое, но и также поблагодарить за такой приятный подарок что представлял из себя такую открытую близость. Именно поэтому он взял обе руки Дона и зафиксировал их над его головой, лишая его некоторых движений. Приблизился и грубо поцеловал. Дон дал ему проникнуть в рот, позволяя ему целовать его полностью открыто и свободно. Горячий и скользкий язык буквально путешествовал у него во рту, проникая всё глубже, облизывая нёб. В одежде стало тесно и Леонардо отстранился от поцелуя, свободной рукой стянул с себя чёрные обтягивающие шорты, выпуская себя на волю. У обоих промежность значительно промокло. Он объединил оба ствола и начал тереть их друг о друга. – Гхах!...Нардо...– раздался голос Донни. – Ну же! – потребовал он. Лео лишь закрыл глаза и прикусил себя за нижнюю губу, наслаждаясь от недавних ощущений. Но ещё больше его возбуждали звуки исходящие от его близнеца. Охх, он просто сходил с ума! Он просто сходил с ума с этих звуков! Как же ему нравится когда Донни шумный. Одной рукой он притронулся к напряжённому члену Донни, сразу же ощутив липкость, начал мазать и использовать его вместо смазки. Ди лишь продолжал лежать негромко постанывая и кусая себе губы. Через секунду, Лео сунул в него один палец, но Донателло был настолько возбуждён что толком не почувствовал боль. И Лео сразу же, резко сунул второй палец. – Мгх! Лео... скорее... Ах! – вскрикнул мягкотелый, когда Лео сразу же сунул третий палец. – Н-нет, стой... подожди, Ах! – но Лео уже было наплевать на желание Дона. Он попросил его войти в него – он сделает это. Но ему также хотелось побольше послушать его голос. Поэтому он уже почти полностью сунул всю ладонь, проникая всё глубже. – Слишком глубоко, п-помедленне! Хмм! – на что Лео с издевательской улыбкой резко стал медлить, ожидая следующих звуков. – Нардо прекращай! – Ну ладно, ладно. Прости Ди. – и поцеловав Донни в шею, он начал идеально проникать и вынимать руку. Донни начал выгибаться под Леоном, насколько это позволял панцирь, ощущая в себе такое удовольствие и не только в заднице. Колени и пальцы приятно дрожали. Он хотел сжать покрывало под ним, но положение рук не позволяло ему это сделать. Странно , но почему-то такое ограничение движений ему очень нравилось. Лео всё это время наблюдал за каждым выражением лица Донни. Ему нравилось то, что Донни было приятно от него. Но чтобы сделать ещё приятней, он решился на следующий этап. Красноухий вынул пальцы из промежности, после чего Дон ощутил некий дискомфорт от чувство пустоты, и поднял голову ища ту руку что ласкала его секунду назад, позабыв о том что ничего не видит. После, он понял что его руки свободны и никто их больше не держит, поэтому приподнялся на локти, ожидая следующих действий. Он ощутил горячийе и довольно липкие руки на своих бёдрах, и чуть визгнул когда в них впились острые ногти красноухого. Дальше он почувствовал как в него начало проникать что-то более широкие и длинное чем пальцы. Первый толчок. В него вошли, но не до конца. Второй толчок. Уже чуть глубже. Донни автоматически сжал Лео бёдрами, и обхватил пальцами покрывало, сжимая их и создавая складки на ткани. По телу пробежала дрожь, будто нервишки игрались, шалили, прыгали куда-то не туда. Он не знал как себя вести. Он перестал хоть что-то мыслить, когда в него вошли полностью. Так глубоко. Из-за странных ощущений он не слышал себя. Даже не подозревал какие звуки он доносил, но точно услышал шипящие стоны своего близнеца. – Хахах...Д-ди. – негромко посмеялся Лео дрожащим голосом. – Ты там как? Живой? – решил поинтересоваться о состоянии брата красноухий. Опустив взгляд на лежащего Донни и увидев его трасущее от удовольствия тельце, он ещё раз посмеялся. Выглядело это шикарно. Просто потрясающе! – Я, хах... живой... – еле выдавил из себя Дон. – П-продолжай. – выдохнул он и после его голова рухнула не в силах больше сдерживаться. Он полностью расслабил тело, и дал возможность себе и Лео наслаждаться процессом. Полностью доверил себя Лео, позволяя ему сделать свою работы. На глазах образовались звёздочки от умиления. Леонардо был безумно рад. Он был рад тому что Донателло позволил себе быть таким уязвимым перед ним. Он был таким хрупким и безнадежным, прям как слепой котёнок. Но даже в таком безысходном состоянии он умудрился довериться такой черепахе как Леонардо. Хитрожопой и порой слишком наглой, но зато безумно харизматичной, симпатичной и любящей черепашке. Хотя Донни сам довольно часто мог быть достаточно коварным, так-что получается они нашли друг друга? Он приблизился ближе к Донни, взял за обе ладони, переплёл пальцы и надавил на них, ставя руки по бокам от головы Дона и затянул в страстный поцелуй. Он чувствовал себя просто восхитительно внутри него. Стенки мышц так приятно сжимали его. По пояснице и коленям время от времени пробегала дрожь. Адреналин проявлялся по всему телу, а панцирь был готов взорваться. Лео начал двигаться внутри Донни, паралельно целуя шею мягкотелого и и потихоньку опускаясь ниже до плеч. В нежно-фиолетовые, прямоугольные отметины не сильно впились острые зубы красноухого, а затем потянули за них, проверяя на эластичность. Раздалось ели слышные, глухое шипение, но Лео знал что Донни понравилось и продолжил натягивать уже другие области кожи, оставляя на прошлых местах следы от зубов. Он с радостью оставлял глубокие и заметные следы, не волнуясь о том, что их потом придётся скрывать от братьев. Он обязательно с этим разберётся, но как-нибудь потом. Донни же ощущал приятное чувство полноценности. Тот факт что внутри него что-то находилось должно было быть странным и мерзким, но походу Донателло совсем сбрендил и совсем уже сошёл с ума, раз уже так не считал. Он получал удовольствие от каждого внутреннего толчка, от каждого движения, от каждой миллисекунды нахождения этой штуки в нём. Даже эти мокрые, липкие и хлюпающие чувства казались такими приятными. Даже эти шлёпающие звуки которые раздавались каждый раз когда Лео беспощадно толкался вперёд, заставляя вздрагивать и вскрикивать. – Гха! – раздался очередной, ожидаемый вскрик, когда Леонардо слишком резко и глубоко проник. Кажется дальше уже некуда. Донни закатил бы глаза от удовольствия, если бы мог конечно. Идеальное сочетание боли и удовлетворения кружило голову, заставляла каждую клеточку дрожать. Он будто окончательно свехнулся под влиянием обильных, физических ощущений. Он крепко сжимал ладони своего близнеца, выгибал спину и рефлекторно зажимал коленями бёдра Лео. Он глубоко выдохнул и прикусил нижнию губу, когда ощутил что его внутренность наполняется жидкостью. Кажется Лео всё. Донни уже не мог держаться дальше, поэтому его тело полностью рухнуло не в силах двинуться. Видя это зрелище, Лео усмехнулся. – Ди? – тихим голосом позвал он брата. Но ответа не последовало. Он взял его за подбородок и устремил лицо в свою сторону. – Ну Ди...взгляни на меня. – решил пошутить он в очень не подходящий момент. – Ты... Сраный говнюк. – еле ответил Дон, но всё же посмеялся над неудачной шуткой. Сейчас он не находил сил обижаться, да и смысла особого он не видел. – Весело было? – с хитрой улыбкой спросил он, и поцеловал в лоб. Дон задумался. Всё-таки он был рад тому, что его не оставили. Он не знал как быть дальше, но возможно ему стоит перестать терзать себя за нынешнее ситуацию со зрением, и вместо этого попытаться изменить что-нибудь в хорошую сторону. А иначе это жалкое положение продлится ещё долго, а Нардо не оставит его задницу в покое, пользуясь его слабостью. Говнюк. Но несмотря на его чересчур наглый характер, он всё равно был рад тому что Лео заботился о нём. Как бы странно он не проявлял эту заботу, он всё равно был рад. Он любил этого говнюка. – Да.