Выпускной на двоих

Они познакомились два года назад. Когда один из них перешёл из другой школы в десятый класс. В день знакомства они сели вместе, и с тех пор не меняли свою рассадку. Захар учился здесь с первого класса и менять школу не планировал. Если друзья, с которыми он любил проводить время, играя в игры, и были, то после девятого они разошлись по колледжам. И теперь его терзало волнение, что эти два года он пробудет один, ведь завести друзей ему всегда давалось очень тяжело, но в следующее мгновение в класс вошёл он. Его звали Лёня - красивый парень и такое же красивое имя. Отросшие кучерявые темные волосы, выразительные карие глаза с длинными ресницами, аккуратное, милое личико - всё это привлекало внимание Захара. Парни сразу нашли общий язык. У них совпадали увлечения, вкус в музыке, погоде, времени года, учебных предметах. Рядом с Лёней Захар улыбался. Рядом с Захаром улыбался Лёня. Вместе они были счастливы. В школе они никогда не находились порознь, в свободное время от школы играли в компьютерные игры, а на каникулах часто зависали друг у друга дома. И Захар считал, что нет лучше человека и друга, чем Лёня. Он оставил, забыл своих других друзей. Теперь в его глазах, душе и сердце был только Лёня... Вот и кончился одиннадцатый класс, пролетел как порыв ветра. Не успел ты опомниться, как уже повзрослел, стал тем, на кого смотрел с уважением и опаской в начальных классах - выпускником. Вроде, ещё вчера ты был маленьким ребенком, который радовался походам в школу, похвальным наклейкам и слову «молодец» в дневнике. И вот прозвенел последний звонок, сданы все экзамены, и можно вдохнуть запах свободы после ноши тяжёлого бремени ученика. В этот теплый июньский вечер Захар стоял в парке в тени недалеко от фонтана, играл во что-то на телефоне, изредка оглядываясь, ждал Лёню. Они договорились пойди на торжественную часть выпускного вместе. Заберут свои аттестаты, а после сразу уйдут. Парни совершенно не видели смысла оставаться в такой день с одноклассниками, лучше они проведут его вдвоём. А вообще, Захар запланировал ещё одно очень важное дело на этот день: признаться Лёне в своих чувствах. От этого мысленного признания Захар слегка покраснел. В этот самый момент подошёл Лёня. Он слегка приобнял его сзади за плечо, отчего Захар вздрогнул. - Давно ждёшь? - радостно спросил Лёня. Захар сразу выключил телефон и спрятал его в карман, приветливо улыбнулся и ответил: - Не особо. Хоть был одет Лёня обычно, выглядел он великолепно. Захар всегда поражался таланту Лёни: из обычной одежды собрать шикарный наряд. Сам Захар был одет простенько: белая оверсайз футболка и черные брюки. Погода шептала, несмотря на вечернее время, солнце стояло высоко и жара в начале июня была невыносима. Хотелось поскорее оказаться в прохладном помещении школы. Обменявшись рукопожатиями, мальчики отправились за своими аттестатами. Школа встретила парней долгожданной прохладой, украшенными разноцветными шариками и лентами коридоры и торжественной, веселой музыкой, доносящейся из актового зала. По пути парни встречали нарядных одноклассников и параллельные классы, что стояли в небольших кучках и что-то весело обсуждали и смеялись, не замечая Лёню и Захара. Мальчики поздоровались с классной руководительницей, которая стояла рядом с другими учителями, выпускавшими свои классы, и пошли на второй этаж к актовому залу, дожидаться начала церемонии выдачи аттестатов. До церемонии оставались считанные минуты. Все уже начали собираться в зале. Захар и Лёня тоже не отставали и пошли занимать места рядом друг с другом. В актовый зал вошла директор, все зааплодировали. Она радостно со всеми поздоровалась, а после начала свою поздравительную речь. В течение ее монолога кто-то прослезился, кто-то смеялся, ностальгируя, кто-то радовался, что эти школьные годы кончились, а кто-то вообще не слушал директора, думая о чем-то своём. Одним из этих "кто-то" был Захар. Он думал о времени после церемонии, что будет потом, как Лёня отреагирует на его признание; хотел, чтобы выдача аттестатов закончилась как можно скорее или не кончалась совсем - чтобы время остановилось. Церемония длилась около полутора часов. Сначала вызывали медалистов, после остальные три класса. Захар с Лёней учились в "Б" классе, поэтому ждать им пришлось где-то пятьдесят минут, а потом подошла классная руководительница и попросила их остаться до конца, чтобы сделать общее фото. Это немного сместило планы мальчиков. Грустно вздохнув, они сели на свои места. Прошло ещё много времени. Наконец, это закончилось. Все собрались на общее фото. А после Захар с Лёней ушли из школы. Вечернее тепло пахнуло в лица, а духота заполнила лёгкие. - Куда пойдем: ко мне или к тебе? - поинтересовался Лёня. - К тебе, конечно. Захар и не планировал, что после школы они пойдут к нему домой, ведь там его родители, а они ой как могут помешать парням. А вот у Лёни дома сегодня никого не должно быть: мать его, учительница английского, выпускает свой класс и домой придет не скоро, а отец на заработках в другой стране. Дома у Лёни было тихо. Но эту тишину разбавляло тиканье часов и шум электроприборов. Парни прошли в гостиную, Захар сел на диван, ожидая Лёню, пока он пересыпает купленные по дороге чипсы в тарелку и разливает колу по стаканам. Он нервно теребил край своей футболки, потому сейчас ему предстояло раскрыть истину в своих чувствах. Вот заходит Лёня, неся в руках тарелку с чипсами и стаканы с колой. Он ступал медленно, чтобы не пролить напиток и ничего не просыпать. Поставил все на кофейный столик и сел рядом с Захаром. - Врубим хоррор как обычно? - спросил Лёня. Захар, не поворачивая головы и по большей части все ещё находясь в своих мыслях, кивнул соглашаясь. Лёня заметил, что в Захаром что-то не так, но решил сначала найти фильм. Спустя пару кликов пульта Захар оклемался и тихо позвал Лёню. - Лёнь, мне нужно кое-что тебе сказать...- Захар довольно заметно нервничал и не переставал теребить футболку. Лёня опустил пульт, обратив полное внимание на парня. Было видно как тот побледнел и часто дышал. Собравшись с мыслями, Захар продолжил: - Ты мне нравишься... Давно. От услышанного Лёня опешил на семнадцать секунд. Дыхание перехватило, а сердце забилось чаще. Пульт упал на пол, от чего парни вздрогнули. Собрав сказанное в кучу, Лёня глубоко вдохнул и ответил: - Это очень неожиданно и приятно. Не думал услышать от тебя подобное. И... Спешу сказать, что твои чувства взаимны. Захар не верил своим ушам, подумал, что ему вшили другие. Ему только что ответили взаимностью. Не день, а праздник. Фильм был забыл, а Лёня стал медленно приближаться к парню. Захар застыл, потому что Леня приблизился к нему значительно ближе, чем обычно, и приподнял рукой за подбородок. - И долго ты собирался скрывать? - спросил он, и в глазах можно было отчетливо разглядеть мягкую усмешку. - Я... - Захар растерялся и нервно сглотнул, сбитый с толку их близостью. Нужно было собрать мысли в кучу и успокоить беспокойно стучавшее сердце. - Я хотел, еще давно. Думал, но, знаешь ли, решиться не так просто, - он чувствовал, что выходит какая-то нелепица, но исправить ничего не мог. - К тому же, знаешь, все это так... - Хватит болтать, - прошептал Леня в самые губы и сократил разделяющее их расстояние. Солнечный блик сверкнул в карих глазах вместе с отражением Захара и, словно комета, унёсся куда-то в глубину зрачков. Лёня мягко поддел язык Захара и слегка навис над ним, вжимая в спинку дивана больше своим присутствием, чем весом или подавляющей аурой. Нет, Лёня не давил: Лёня ощущался как солнечный ясный день, как соленая карамель на кончике языка и прохладная тень мая... С движением его губ мурашки двинулись по спине Захара, точно кто-то просыпал на него раскалённый песок. Чувствовать запах, видеть чужие плечи и ставший тёмный, как чернила, взгляд... Захар задрожал, чувствуя, как эфемерный металлический прут в его позвоночнике тает, словно воск, а тело расслабляется, раскрывается, а со рта неконтролируемо срываются вздохи. Захар хотел Лёню. Хотел так сильно, что становилось больно от того, насколько стали тесными брюки, насколько стали невыносимы в голове рамки, которыми он обложил себя, чтобы вписаться в свою же роль — «друг». Эта роль трещала по швам, когда горячие руки Лёни начали спускаться вниз. Захар весь напрягся от нового, неизведанного чувства, от которого по телу пробежала мелкая дрожь, а дыхание приостановилось. Лёня целовал его, спускаясь все ниже, все ближе к брюкам. Он опалял кожу горячим дыханием, словно к телу подносили раскалённый штамп с отпечатком в виде губ. Добравшись к натянувшейся ширинке, Лёня надавил пальцами на бугорок. Захар рвано выдохнул и втянул живот. Заметив реакцию парня, Лёня решил оставить ширинку, начал целовать живот, покрывшийся мурашками, подниматься выше и лизать, покусывать бусинки сосков. А Захар... Захар блуждал руками по телу Лёни, тянулся к нему как будто хотел прижаться и слиться воедино. Из его губ то и дело вырывались вздохи и тихие стоны. Лёня снова спустился к брюкам, расстегнул пуговицу и стал медленно, будто дразня, расстёгивать ширинку. Захар двинул руками к ней, чтобы ускорить процесс, но Лёня не дал ему это сделать. Он схватил свободной рукой его ладонь и переплел пальцы. С ширинкой было покончено. Захар не мог больше терпеть. Хотел сказать, чтобы Лёня ускорился, но все слова застряли в горле. Но тот сам понял, что нужно действовать. Он оттянул резинку боксеров, взял в руку стоящий член и приблизился к его головке. Сначала он слегка лизнул ее, кончиком языка надавливая на уретру. Затем резко опустился до самого основания. Захар громко выдохнул от нахлынулвшего удовольствия. Ему делал минет его друг, которому он только что признался в чувствах. Это невероятное ощущение, мысли окрыляли. Никогда ещё Захар не чувствовал себя так хорошо. С каждым движением Лёня становился более уверенным. Он двигался быстрее, помогая себе рукой. Уже частые вздохи Захара стали превращаться в полноценные стоны. И эти мелодичные звуки казались Лёне настоящей симфонией для ушей. Не зная, куда деть руки, которые то сжимали обивку дивана, то блуждали по нему, Захар вплел пальцы в кучеряшки его друга. Всегда мечтал так сделать. Он не давил, не устанавливал темп, позволял Лёне делать все по-своему. Медленно, но верно он начал приближаться к пику, за эти минуты, полные неимоверного удовольствия, воздух, казалось, раскалился до невозможной температуры, что дышать было тяжело. В это время парень отпрянул от него и облизнул губы, начиная снимать свои штаны трясущимися от возбуждения руками. Вид у него был прекрасен. Захар не думал, что Лёня может выглядеть ещё красивее: раскрасневшиеся щеки, приоткрытый ротик, блестящие от слюны губы, лихой огонек в темных глазах. - Сахарок мой... - прошептал Лёня. Наконец разобравшись со штанами, Лёня взобрался на Захара, прижался своим членом к другому и коснулся губ своего возлюбленного, посасывая нижнюю. Захар мог лишь тихо стонать, заставляя Лёню возбуждаться ещё сильнее. Но парниша отстранился от его губ, и начал оставлять след из поцелуев до самой шеи. Пока губы Лёни были заняты изучением изгибов шеи Захара, его же рука обвила их члены и начала двигаться вверх-вниз. Между ними не было ни сантиметра, они слились в единое, источающее страсть существо. Парни стонали в унисон, приближаясь к финишу. Захар излился первым, через пару движений кончил Лёня, при этом громко простонав. Без сил он положил голову на грудь Захара, слушая его громко бьющееся сердце. В голове гудело от произошедшего только что действа (гейства). - Лёнь, это было... великолепно, - тихо проговорил Захар, пытаясь выровнять дыхание. Он стал перебирать волосы парня. Усталость накатила громадной волной после всего произошедшего. - Согласен. - Так мы теперь встречаемся? - поинтересовался парень. Сердце замерло в ожидании ответа. - Я думаю, да...