Такая одна

Том Реддл никогда не считал, что влюбляться — это что-то важное. С самых ранних лет он научился обходиться без эмоций, не позволяя себе слабости. Он был не из тех, кто теряет голову, предаваясь чувствам, ибо было гораздо проще контролировать окружающих, управлять ситуациями, чем стать частью этой игры, в которой ничего нельзя было предсказать. Он был выше всех этих мелких радостей и страданий, которые приносит любовь. Это всё казалось ему не более, чем забавной выдумкой. Он был самодостаточным. Он был разумным. Он был лучшим. Он был будущий Лордом. И вот в этот чёрно-белый мир, где все казались подчинёнными его воле, вошла она. Вошла, как огонь в зимний холод. Меллина Астер. Как только Том увидел её впервые, что-то в нём поменялось. Нет, он не был влюблён с первого взгляда, это не было каким-то мгновенным увлечением. Нет, всё было гораздо сложнее. Всё, что ему нужно было — это просто увидеть её. Увидеть в этом мире, полном масок и подделок. Он наблюдал за ней и видел, как она отличалась от других. Её глаза были острыми, насторожёнными, несмотря на то, что она была частью Гриффиндора, Меллина не пряталась за честностью и откровенностью, как это делали многие представители данного факультета. Астер была не такой, как все. Она была загадкой. Могла смотреть на него и не чувствовать страха, могла смеяться ему в лицо, не обращая внимания на его статус. Её взгляд был ярким, полным решимости и свободы, что очень раздражало Тома. Как можно быть настолько уверенной, настолько независимой? Реддл всегда был центром внимания. Он всегда был тем, кого уважали, боялись, подстраивались под него. Но она… Она не была такой. Она не пыталась ему угодить, не искала его одобрения, совершенно иначе, ей было совершенно всё равно. Всё это заставляло его задуматься. Задуматься о чём-то, в чём он никогда не был заинтересован — о человеке, с которым он и не знал, как взаимодействовать. А начали они своё общение с перепалок. Время от времени они сталкивались на уроках, где всегда обсуждали материал на повышенных тонах. Её слова, её уверенность — всё это было настолько далеким от того, к чему Том привык, что он начал испытывать к ней странное чувство, которое никак не мог описать словами. Наедине в пустых коридорах она и вовсе не жалела слов: - Какой же ты идиот! Хватит прятать свою истинную шкуру, демонстрируя всем якобы милую и святую мордашку! Ты ведь не тот, за кого себя выдаёшь, Реддл! - Что-то ты много себе позволяешь. Не забывайся, Гриффиндор, ты такая же, — не мог оставить без ответа Том. Эти столкновения стали регулярными, а их перепалки стали не только привычными для окружающих, но и своего рода представлением для всего Хогвартса. Каждый в их борьбе видел что-то большее, чем просто два противоположных человека, столкнувшихся на пути. Для студентов это было похоже на зрелище. Они будто наблюдали за двумя силами, пытающимися поработить друг друга, и все понимали, что такая борьба не будет простой. Но как бы они не спорили, Том не мог не замечать её. В её глазах было что-то особенное — огонь, искренность, в которых не было даже капли лжи. Она не боялась говорить ему в лицо всё, что думала. А он? Он не знал, как с этим бороться. Он не привык, чтобы кто-то не пытался его уговорить или подстроиться под его желания. Это сбивало с толку. А в это время в Хогвартсе объявили бал в честь Рождества. Как-то раз, когда они вновь встретились в библиотеке, что-то изменилось. Том подошёл к ней, уже привыкший к её выходкам, и подсел рядом. Она, как всегда, сидела с книгой, сосредоточенная, поглощённая своими мыслями. Он взглянул на неё и заметил, как её глаза искрились интересом. - Что читаешь? — спросил он, не зная, зачем вообще начал разговор. - Тебе-то что? — она не подняла головы, но её голос был игривым, почти насмешливым. - Как банально. Шекспир? — усмехнулся он, заметив имя на корешке книги. - Как видишь. — Она пожала плечами, продолжая читать. Том некоторое время молчал, прислушиваясь к звукам библиотеки. Или к зову сердца, как знать. Меллина продолжала читать, не обращая на него никакого внимания. Она была абсолютно поглощена книгой, но её поведение как будто говорило ему больше, чем слова. - Пойдёшь со мной на бал? — неожиданно для самого себя спросил он, почувствовав, как его голос звучит уверенно, несмотря на странное волнение в груди. Она подняла глаза и на секунду застыла. Потом, словно будто что-то внутренне осознав, выдохнула и ответила: - Пойду. И вот настал этот день. В этот вечер Хогвартс был наполнен волнующими звуками музыки, сиянием огней и роскошными нарядами. После того, как они встретились на балу, Том не мог не подойти к ней. Он наблюдал за ней в том сверкающем платье, в свете свечей, и его сердце, которое всегда было холодным и беспристрастным, чуть замерло. Он подошёл, не в силах скрыть своего восхищения. — Вау.. — Том остановился, найдя слова только спустя несколько секунд. — Не думал, что ты можешь так выглядеть. Меллина подняла на него смущенный взгляд, не показывая, что её удивили его слова. Она немного улыбнулась, карие глаза сверкали игриво, но в них была и та особая светлость, которая всегда отличала её от всех остальных. — Ну, ты тоже ничего, — ответила она с лёгкой усмешкой, не спешив с хвалой, но всё же говоря это искренне. — Вроде бы и не монстр. Том усмехнулся, почувствовав, как в её словах скрыта доброта, которая до сих пор была ему неизвестна. В этот момент он понял: не просто так его так сильно тянет к ней. Это было что-то большее, чем он когда-либо ощущал. После бала их отношения только крепли. Да, может у них и не было прямых признаний в чувствах, но им это совершенно не казалось нужным. Том и Меллина не нуждались в словах, чтобы понимать друг друга. Они были не просто влюблены, они были частью друг друга, их связь была уникальной, не похожей ни на одну другую. Каждый момент с ней был магией, и Реддл больше не хотел оставлять её. Он буквально стал зависим. А она, в свою очередь, любила его не меньше. Астер видела в нём не просто того, кто может управлять миром, но и того, кто способен на нежность и привязанность. Том, со своей холодной внешностью и жестоким характером, оказался для неё не тем, кем он пытался быть для остальных. Он был для неё тем, с кем можно было разделить всю свою душу, тем, с кем можно было быть собой, без страха быть уязвимой. Говорят же: «С опасным всегда безопасно» Они часто встречались в самых неожиданных местах Хогвартса — в темных коридорах, где не было никого, кроме них, или на кухне, где можно было покушать что-то вкусное. Там, вдали от всех глаз, они смеялись, разговаривали, и, конечно, частенько целовались. Их поцелуи были горячими, полными страсти, но в то же время такими нежными, полными любви. Тёплый запах её кожи был для Тома настоящей усладой, а его объятия, в которых она могла прятаться годами, были для неё настоящим раем. В её присутствии мир становился лучше, и все его проблемы исчезали. Каждый момент с ней был как драгоценный камень, который нельзя было потерять. Он обожал её, и она его — ещё больше. Они не могли представить жизни без друг друга, и даже среди всех студентов Хогвартса их пара была словно идеальным сочетанием. Все восхищались ими. И когда они шли по коридорам, люди останавливались, они не могли не оглядываться на них без зависти. Каждый видел в них не просто пару, а нечто большее, что притягивало взгляд, что создавалось будто для легенды и мифов. Но однажды всё изменилось. В тот день, когда они договорились встретиться в Хогсмиде, всё пошло не по плану. Том пришёл первым, как обычно. Он ждал её. Время шло, но она не приходила. Он стал чуть нервничать, пытался понять, что происходит. Его звёздочка никогда не опаздывала, и такое поведение было для неё совершенно несвойственно. Он обошёл все знакомые места, надеясь, что она появится в любой момент. Но её не было. Он ходил по улице, заглядывая в каждое заведение, надеясь увидеть её. Но ни намёка на его девочку не обнаружил. С каждым мигом его беспокойство росло. Он не мог поверить, что она просто так не пришла, ведь явно же должна быть причина. Вернулся в Хогвартс, пытаясь выяснить, где же она. Спрашивал у гриффиндорцев, у слизеринцев, у преподавателей. Но никто ничего не знал. Он обыскал каждый уголок замка, но всё равно не смог найти её. Том был уверен, что её исчезновение было чем-то больше, чем просто случайностью. Он был уверен, что она не просто исчезла — она была унесена. И кто-то был за этим виновен, очевидно кто-то за этим стоял. С каждым днём, месяцем и годом его гнев рос, сердце сжималось от боли, а внутри него зарождалась и другая эмоция — ненависть. Он поклялся себе, что найдет тех, кто причастен к её исчезновению. Он уничтожит их, сделает так, чтобы они заплатили за всё, что сделали. Том Реддл обещал себе одно: он найдёт её, даже если для этого ему нужно будет уничтожить и подчинить целый мир. А свои обещания Том Марволо Реддл всегда держит.