Что если?

- Когда приехала скорая, Ксения Борисовна сразу всё поняла. И сразу одного врача укусила. А другому, кажется нос сломала. - Отрапортовала Скворцова и закинула в рот один кусочек пирожного. Девушка хотела отломить себе второй, но услышала знакомую поступь. Министр переменился в лице. - Не кажется, а сломала. А ты, Скворцова, уволена. - нарочито спокойно сказала Ксения заходя в кабинет. Софья резко вскочила со стула и зависла с паникой в глазах. Той самой, когда Ксюшу в бумагах увидела. Нервно сглотнула. Что ей делать? Прощения просить бесполезно. Не простит. Подходить ближе опасно для жизни. Если мужчине нос сломала, то ее саму по косточкам разберет. - Вон отсюда! И торт свой забери, пока в ебальник не впечатала! - повысила голос замминистра уже выходя из себя. Соня снова почувствовала себя зайчонком. Маленьким таким. Который каждого шороха шугается и визжит, когда в ловушку угодил. Блондинка сейчас в этом капкане по горло была. Чуть дернется и зубцы связки с артериями перережут. А капкан этот в руках Нечаевой. От этого еще страшнее. Может не стоило её тогда сдавать? Скворцова знала ответ и ненавидела себя за выбор. - К-ксения Борисовна, вы.. Но как? - Замямлила блондинка. Замминистра медленно повернула голову в её сторону и хрустнула шеей. В этот момент, девушке показалось, что уже её шея хрустит под руками брюнетки. Было страшно. Очень. - Как тебя ебать не должно. Брысь. И действительно как? Как так получилось, что главврач её давний должник? И как она попала именно в ту больницу? По городу психушек полно. Удача наверное. Блондинка тоже думала. Ей бы бежать, а она на Ксюшу любуется. Думала не увидит больше. Но нет. Вот она. Стоит совсем рядом, но ей не рада. Даже ненавидит. Соня хочет дотронуться, как всегда, до её щеки, пожалеть, а потом всю зацеловать, но отдергивает себя. Нельзя. Ей теперь с ней вообще ничего нельзя. Она предательница. Правильно Ксюша тогда сказала. Она главный предатель, ей доверяли во всём, а она взяла и, как Павлик Морозов, сдала. Она ненавидит себя за это. Себя и свою чертову преданность стране. - Зайчонок, меня плохо слышно?! Я ТЕБЯ СЕЙЧАС ЗА ШКЕДНИК ОТСЮДА ВЫКИНУ! ПОШЛА ВОН! - Уже сорвалась на крик брюнетка. - Ксюш, может не надо.. - взволнованно начал Тихомиров. - Заткнулся быстро! - тут же ответила Ксения. Нечаева повернулась уже всем телом к виновнице её проблем. Медленной поступью двинулась в сторону стола. Обошла блондинку, и резко подняв тарелку с лакомством девушки, впечатала её ей в лицо. - А теперь - начала брюнетка - пошла отсюда вон. Племянница блять! - Какая племянница? - с удивлением спросил Тихомиров. - Вы были знакомы уже что ли? - Названная. Врачам так представилась чтобы про состояние моё узнать. Да, зайчонок? - Ксения хищно посмотрела на девушку. Блондинка неуверенно кивнула. Такой племянницы даже Илюше не пожелаешь, а Викентьева Нечаева ненавидела всем своим существом. И раз даже ему она не хочет такой участи, то дело серьезное. Соня сняла очки и вытерла рукой лицо. - Ксения Борисовна, я всё понимаю, но это уже перебор! - Перебор? - брюнетка рассмеялась. - Перебор был Тебя к себе подпускать. Соня сглотнула ком в горле. Перед глазами, как перед смертью, пролетели каруселью все их счастливые моменты. Вспомнила их первую не рабочую встречу. Поцелуи Ксюши по всему её телу. Фразу: - Сонь, кажется, я тебя люблю.» И нежность. Нежность, которой больше не будет. Никогда. И больно так от этого, аж сердце щемит. Видимо расставание и есть маленькая смерть. - А теперь, если конечно ты закончила, выметайся. - Закончила, Ксюш. Закончила Всё. Только что она закончила их отношения. Хотя, наверное, она их закончила, когда Ксюшу в психушку упекла. - Умничка. Вали. Софья попрощалась с министром и вышла за дверь. - Ксюш, я чего-то не знаю? Чего это она к тебе на «ты»? - Не важно. Уже не важно.