Коллекция загадочных дел SCI – I

Жестокая история Бородатый мужчина совершенно забыл своё короткое детство, его воспоминания начинались с шести лет. Отправной точкой была тёмная, замкнутая комната со слабым, сладковатым запахом, который, как он позже понял, был запахом крови. Первым, кого он встретил, был светловолосый иностранец средних лет, который вывел его из тёмной комнаты в белую. Там было много людей в белой одежде, занятых вознёй с проводами, трубами и лекарствами. Каждое утро ему делали инъекции лекарств, и к его голове и телу прикрепляли электроды. Он просто сидел там, ничего не понимая, все остальные были заняты, никто с ним не разговаривал, но он ничего не чувствовал, абсолютно ничего. Через некоторое время светловолосый иностранец отвёл его в другое место. В доме по-прежнему было темно, но на этот раз там была примерно дюжина других детей. Светловолосый иностранец сказал ему: — С этого момента твоё имя — 3-17-12. С этими словами бородач поднял взгляд на сидящих напротив него Чжаня Чжао и Бай Юйтана, и вдруг рассмеялся. Они оба были озадачены, но он продолжил: — Однажды я рассказывал эту историю Ло Вэню, и его выражение лица было очень похоже на ваше… Такие, как вы… вы — люди, которые сочувствуют другим. За окном Оуян Чунь тихо вздохнул. В этот момент дверь открылась, и вошли Гунсунь, Ма Хань и Чжао Ху. Все были заинтригованы этим бородатым мужчиной. Оуян Чунь слегка кивнул им, и все собрались перед односторонним стеклом, тихо слушая, как бородач продолжает говорить. — Только гораздо позже я узнал, что они со мной сделали — стёрли мои воспоминания с помощью наркотиков и психической стимуляции, затормозив отклик моей нервной системы, — сказал бородатый мужчина. — У некоторых детей развилось отторжение, и они умерли в ходе этого процесса. Первая группа умерла от реакции на лекарства. Говорят, что вторую группу детей не отбирали по типу, поэтому среди них оказались те, у кого не было способностей. В третью группу вошли как оставшиеся от предыдущей, так и новые, вроде меня. Чжаня Чжао смутили термины бородатого мужчины о новых и старых группах, словно это были не люди, а всего лишь объекты: — Лекарства и психическая стимуляция не могут полностью стереть воспоминания или устранить определённые реакции! — Верно, — кивнул бородатый мужчина. — Значит, необходима третья часть, десятилетний период адаптации. — Адаптации? — Бай Юйтан кивнул. — Как тренировка бесстрашных солдат? — Суть та же, — равнодушно сказал бородач. — В основном речь о четырёх моментах: боль, сила, страх и навыки. — Эти травмы, которые у тебя есть, были получены в результате тренировки болевого порога? — спросил Чжань Чжао. Бородатый мужчина не ответил, лишь слегка кивнул: — Болевой порог постепенно повышается. Как только адаптируешься к определённому уровню боли, перестаёшь её бояться. — Ты когда-нибудь причинял себе вред? — спросил Чжань Чжао. Бородач помолчал, затем кивнул. Иногда он и правда спонтанно резал себя ножом. — На самом деле, этот вид эксперимента в корне ошибочен. Это не устранение болевого порога, а его временная блокировка, — сказал Чжань Чжао, нахмурившись. — Это как со страстью к бесконечным татуировкам по всему телу. Тот, кто сделал одну татуировку, хочет испытать это снова, потому что организм уже может терпеть эту боль, и нужна более сильная стимуляция. Бородатый мужчина молча слушал Чжаня Чжао, а затем, спустя долгое время, сказал: — Айлюнь По больше всего ненавидел таких, как ты. Чжань Чжао был несколько озадачен. — То, с чем ты родился, другие должны изучать годами, даже десятилетиями, — бородач покачал головой. — Айлюнь По на самом деле не был гением. Он даже не стал учёным, поэтому его эксперименты всегда требовали больших жертв. — А сила? — Бай Юйтан посмотрел на бородатого мужчину и спросил: — Сколько тебе сейчас лет? — Ты спрашиваешь про 3-17-12? — бородач на мгновение задумался. — Прошло 22 года с тех пор, как я стал 3-17-12. Все были потрясены. Бородатый мужчина выглядел не на 28, а как минимум на сорок… Если бы не его лицо, а только общий вид, можно было бы подумать, что он старик. За пределами допросной Гунсунь холодно сказал: — Сильнодействующие препараты для наращивания мышечной массы… анаболики. Бай Юйтан посмотрел на Чжаня Чжао: — Инъекции анаболиков имеют сильные побочные эффекты, ускоряя старение. Бородатый мужчина кивнул и продолжил: — Что касается страха, я не знаю почему… но я больше не боюсь, — он поднял взгляд на Чжаня Чжао: — Можешь ли ты объяснить мне, почему Ян Ян унаследовал некоторые качества, которые я приобрёл позже — смелость, нечувствительность к боли и огромную силу? Чжань Чжао немного подумал и сказал: — На самом деле, так называемый эксперимент Айлюня По был совершенно ненаучным. Человеческая адаптивность безгранична. Главным условием успеха его эксперимента было то, что выбранные им дети сами обладали очень сильным потенциалом. Бородатый мужчина был озадачен: — В каком смысле? — Ты сам сказал, что первая группа детей умерла от отторжения лекарств, а вы — нет. Это значит, что ваши физические способности и выносливость лучше, чем у тех детей, — увидев, как бородатый мужчина кивнул, Чжань Чжао продолжил: — То же самое касается силы. Вы, должно быть, прошли обширную тренировку по выживанию и адаптации. Анаболики только укрепляют мышечную ткань, они не могут создавать её, необходимым условием является ваша врожденная сила. Наконец, что касается храбрости, всем известно, что храбрость — это врожденное качество, а с тренировками она только усиливается. — Значит… всё это у нас уже было, а Айлюнь По только усилил? — бородач усмехнулся. — Но разве это не было излишним? Чжань Чжао встал и холодно сказал: — Он действительно переступил границы дозволенного, — указав на Бай Юйтана, он спросил бородатого мужчину: — Что ты о нём думаешь? Бородач был озадачен: — В каком смысле? Чжань Чжао улыбнулся: — Храбрость, сила, смертоносность и навыки, которые ты освоил. Бородач, казалось, понял и кивнул: — Как видно, эти лекарства и эксперименты были на самом деле бесполезны. Ключом к успеху был наш собственный талант и многолетние тренировки. Неудивительно… — Неудивительно что? — спросил Бай Юйтан. — Как умер Айлюнь По? И как умерли другие дети? — Примерно шесть лет назад… — неторопливо произнёс бородач, — эксперименту По в некотором роде помешали. — Помешали? — Чжань Чжао и Бай Юйтан переглянулись. — Его эксперименты не были спонтанными? Кто-то их финансировал? Бородатый мужчина кивнул. — Судя по навыкам, которым нас учили, похоже, что да. — Что за навыки? — Убийства, — бородатый мужчина немного подумал, а затем сказал: — Я помню, как кто-то приходил к нам. После его ухода По начал крушить свою лабораторию, как сумасшедший. Все исследователи тут же убрались восвояси. В конце концов, он приказал нам убить друг друга. — Вы сопротивлялись? — Бай Юйтан поднял бровь. — Или вы подчинились? Бородатый мужчина вздохнул: — Мы договорились сбежать вместе. Я пошёл убить По, но... когда я вернулся с его головой, все остальные были мертвы. — Убиты другим бородачом? Кто он? — спросил Чжань Чжао. — 2-12-11, — ответил бородатый мужчина. — Вообще-то, я давно заметил, что с ним что-то не так. Чжань Чжао расхаживал по комнате взад-вперёд, опустив голову. — Ты почувствовал в нём успех эксперимента Айлюнь По? Бородатый мужчина серьёзно кивнул: — Он был единственным выжившим из второго поколения. Остальные погибли на последнем этапе обучения. Только он… он действительно не чувствовал боли, и его способности были выдающимися, но… — Но в твоих глазах он был безумцем, у которого есть всё, но при этом он неуправляем, верно? — Чжань Чжао перебил его, не дав договорить. Бородач больше не удивлялся пророческим способностям Чжаня Чжао, он просто поднял глаза, ожидая объяснений. Чжань Чжао слегка кивнул: — Ты прав, он действительно безумен, — затем он замолчал, сел в кресло и погрузился в размышления. — И с тех пор ты его выслеживаешь? — спросил Бай Юйтан. — Ян Яну в этом году семь лет. Ты сказал, что сбежал шесть лет назад, так что… — Ян Ян родился там, Айлюнь По заставил меня его зачать, — сказал бородач. — В первый год его жизни По сам его выращивал… может быть, поэтому его способности так поразительны, иногда он даже меня удивляет. — Ты забрал его, а потом встретил Ло Вэня? — Бай Юйтан был слегка озадачен. — Что произошло между этим? Почему ты отдал Ян Яна на воспитание Ло Вэню, и почему Ло Вэнь умер? Бородач вздохнул и сказал: — Я специально не выяснял это, но понял, что он полицейский. Он расследовал очень важное дело, а также помог мне найти 2-12-11. Бай Юйтан повернулся к Чжаню Чжао, который всё это время молчал, пытаясь понять, о чём он думает. — Как именно вы хотите сотрудничать? — бородач посмотрел на Чжаня Чжао, затем на Бай Юйтана. —Только я могу его поймать. — Боюсь, всё не так просто, — Бай Юйтан встал и привёл в порядок вещи на столе. — Нам нужно упорядочить имеющиеся у нас доказательства. А пока я предлагаю тебе сделать небольшую операцию. Бородач замер, нерешительно потрогав шею. Допрос бородатого мужчины на данный момент был завершён. Что касается его прошлого, то, если бы это не требовалось для расследования, никто бы не захотел туда лезть. Его история была слишком жестокой, или, скорее, его жизнь была слишком жестокой. С того самого момента, как он впервые переступил порог этой тёмной комнаты в возрасте шести лет, его жизнь была обречена на трагедию. Гунсунь, давно закончивший свой рабочий день, с унынием покинул офис. Внизу он увидел знакомую машину. Бай Цзиньтан, долго ожидавший его, отложил документы, которые держал в руке и посмотрел на Гунсуня, молча усевшегося на пассажирское сиденье: — Что случилось? Ты чего такой бледный? Гунсунь повернул голову и внимательно посмотрел на Бай Цзиньтана, пока тот, не удержавшись, притянул его к себе, усадил к себе на колени и поцеловал: — Что случилось? Сегодня ты такой пылкий? Скучал по мне? Гунсунь протянул руку и коснулся его подбородка, сказав с ноткой ярости: — Не двигайся. Бай Цзиньтан недоуменно кивнул и замер. Гунсунь сидел у него на коленях и медленно проводил пальцами по кадыку Бай Цзиньтана, словно что-то искал. Бай Цзиньтан чувствовал, что один только палец Гунсуня может лишить его жизни. Он уже собирался протянуть руку, когда Гунсунь так свирепо посмотрел на него, что он лишился дара речи. Вскоре Гунсунь коснулся участка кожи возле кадыка, который выглядел иначе… хотя и не очень заметно, белый след всё ещё был виден… заживший послеоперационный шрам. Ахнув, Гунсунь поднял голову и, широко раскрыв рот, уставился на Бай Цзиньтана слегка помутившимся взглядом[1]. [1]Хотелось перевести, как "слегка охреневшим взглядом")) — Что с тобой? — Бай Цзиньтан был совершенно ошеломлён и ущипнул Гунсуня за подбородок. — Что случилось? Гунсунь наконец покачал головой, похлопав его по лицу: — Слава богу, ничего, — тут он вдруг почувствовал, что что-то не так, и с удивлением посмотрел на Бай Цзиньтана: — Ты что, обезьяна, а? У тебя встаёт в такой ситуации? Бай Цзиньтан усмехнулся, схватив Гунсуня за талию, чтобы тот не вырвался. — Ты сел на меня и прикоснулся ко мне, как я мог не отреагировать? — он закрыл окно машины, прижимая Гунсуня к сиденью. Погруженный в страсть, он обнаружил, что Гунсунь сегодня необычайно послушен. Чжань Чжао вышел из допросной. Видя, что он всё ещё молчит, Бай Юйтан не удержался и ткнул его в щёку. Чжань Чжао, погружённый в свои мысли, очнулся от задумчивости. Вместо того чтобы просверлить его взглядом, он безучастно взглянул на Бай Юйтана, который тут же ущипнул его за подбородок и поцеловал. Чуть не вскрикнув от испуга, Чжань Чжао огляделся по сторонам: — Ебанутый мышак, это же полицейское управление! — Ты меня только что игнорировал! — жалобно сказал Бай Юйтан. — О чём ты думал? Ты выглядел таким сосредоточенным. — Тебе не кажется, что ситуация Ян Яна такая же, как у старшего брата? Бай Юйтан немного подумал и кивнул: — Честно говоря, ситуации этих двоих действительно отличаются от ситуации Бородача. — И ещё кое-что, — Чжань Чжао потёр подбородок. — В прошлый раз мне звонил Чжао Цзюэ, сказав, что мне определённо есть на что обратить внимание в этом деле. — Ты думаешь, что эти два дела связаны, — усмехнулся Бай Юйтан, — но ты боишься попасть в ловушку Чжао Цзюэ, не так ли? Чжан Чжао растерянно кивнул. В этот момент они увидели, как из лифта вышли Бай Чи и Ян Ян. Ян Ян поднял глаза на Чжаня Чжао и Бай Юйтана, собираясь окликнуть их, но не нашёлся, что сказать и почувствовал себя неловко. Чжань Чжао взглянул на часы и подошёл к нему: — Ян Ян, ты голоден? Ян Ян безразлично кивнул. — Пойдём поедим, — Чжань Чжао взял его за руку. — Что ты хочешь поесть? Хочешь попробовать стряпню Сяо Бая? Ян Ян удивлённо посмотрел на Бай Юйтана, словно не мог поверить, что тот умеет готовить. Немного подумав, он спросил: — А дядюшка Бородач тоже может пойти с нами? Бай Юйтан просто восхищался Ло Яном — этот парень был честным и добросердечным. Он подошёл и погладил его по голове: — Тебе не кажется, что у дядюшки Бородача что-то не так с голосом? — Ах! Да! — кивнул Ло Ян. — У него болит горло? — Поэтому ему нужно лечение, и он не может есть с нами, — Чжань Чжао погладил его по волосам. — Неужели это можно вылечить? Это же отлично! — Ло Ян радостно потянул Бай Чи за собой: — Братишка Бай Чи, пойдём поужинаем вместе. Бай Юйтан, наблюдая, как Ло Ян тянет за собой Бай Чи, похлопал Чжаня Чжао по плечу: — Кошак, а ты молодец, отлично умеешь уговаривать детей. Чжань Чжао серьёзно ответил: — Сяо Бай, ради здоровья Ян Яна, тебе следует чаще готовить и стараться не питаться бизнес-ланчами! — с этими словами он радостно направился вперёд, но, сделав несколько шагов, обернулся и спросил Бай Юйтана: — Как думаешь, стоит ли нам его воспитывать? Такое ощущение, что мы отняли ребёнка у кого-то другого. Бай Юйтан улыбнулся и сказал: — Сейчас ещё рано говорить об этом… Когда придёт время, пусть Ян Ян сам сделает выбор. У него есть такая возможность, ведь ему гораздо больше повезло, чем его отцу, не так ли?