Кудрявый

Чонгук зол. Он не может поверить, что к третьему курсу на экономическом факультете докатился до подобного. Очередной пробный тест по корпоративным финансам провален, а это означает, что если Чон не напряжет булки и срочно не вернется с небес на землю, то оценки выше тройки на экзамене ему ожидать не стоит. И это с его-то практически идеальной зачеткой, в которой «отлично» чередуется с редкими «хорошо»! Пришло время посмотреть правде в глаза: Чонгук ничего не понимает в корпоративных финансах. И дело вовсе не в том, что профессор плохо объясняет материал — остальные студенты в восторге. Не в том, что Чон плох в математике — оценки по другим предметам говорят сами за себя. И даже не в том, что Чонгук прогуливает пары, совсем наоборот — ходит на них с завидной регулярностью, ни одной еще не пропустил. Проблема Чон Чонгука заключается исключительно в Ким Тэхёне — парне с менеджмента, который какого-то лешего записался на курс к экономистам, и сидит теперь каждое занятие на первом ряду, по-царски развалившись на стуле и накручивая на палец свои кудри два часа напролет. Прямо перед Чонгуком, глаз неспособного от этого зрелища отвести. Так вот, кудри… Они у Тэхёна завитками: темными, густыми, непослушными, мягкими — Чонгук отчего-то уверен, что обязательно мягкими, хотя сам, конечно же, не проверял. На лоб падают, торчат под забавными углами и шеи касаются так, что даже смотреть щекотно. Беспокоят бедняжку Кима, наверное, вот он и трогает их постоянно. То просто кончиков прядей коснется, то пальцы свои длинные в шевелюру запустит расчесывающим движением, а потом одним резким движение встряхнет головой — и волосы вскачь, продолжать жить своей жизнью. Но чаще всего Тэхён просто откидывается на спинку сидения, локтем опирается о парту позади себя — и сидит так, развернувшись к доске в три четверти и наматывая кудри на указательный палец на манер бигуди. И как бы ни прискорбно было это признавать, но прическа однокурсника — единственное, о чем думает Чонгук, когда покидает класс вчера-сегодня-завтра. Парень уверен, что он эту макушку теперь узнает из тысяч других, если его попросят. Но ведь такого вопроса на экзамене точно не будет… У выхода из аудитории Чонгук слышит, как с другого конца коридора, к нему несется нечто, издающее воинственный клич в стиле индейцев майя, а потом с разбега врезается в Чона плечом. Это нечто, конечно же, Хосок — стена и опора, лучший друг, главный братан, которому можно доверить задачу отвезти свое бренное тело домой после очередной грандиозной попойки. А еще Хосок — единственный человек на планете, которому Чонгук смог открыть свой небольшой секрет, потому что был уверен, что ни капли осуждения не получит. Чон старший уже третий год хранит эту тайну как зеницу ока, но и позволяет себе иногда отпустить шутку одну другую. Кулак Чонгука встречается с кулаком Хосока в приветственном жесте. — Ты чего такой хмурый? — с подозрением смотрит на друга Хосок. — Чем жизнь не мила? Чонгук не отвечает, но Хосок его и без слов прекрасно прочитать может. Перехватывает взгляд Чонгука, который сам собой — по инерции — цепляется за фигуру Ким Тэхёна, оставшегося в кабинете после пары, чтобы обсудить что-то с профессором. Хосок оценивающе сканирует фигуру Кима, одетого, как обычно, с иголочки, но при этом так, чтобы не казаться слишком официальным: в светлую футболку с кремовым пиджаком сверху и прямые черные джинсы. Образ Тэхёна зарабатывает от Хосока одобрительный хмык и большой палец вверх. — Кто этот красавчик? Никогда его здесь не видел, — нахохлившийся в защитной реакции Чонгук выдает себя с потрохами, и Хосок присвистывает, мгновенно разгадав друга. — Так вот оно что! А я-то думаю, что я тебя не узнаю в последнее время… Так это для него твоя ягодка цвела, Чонгук-и? — Заткнись, — шипит на Хосока Чонгук и пихает локтем под ребра. Не хватало еще, чтобы кто-то услышал и начал распускать слухи. Безосновательные к тому же! Ким Тэхён — всего лишь очередная выскочка и подлиза. Менеджер, который и квадратное уравнение-то решить не сможет, не то, что экзамен по финансам написать. А то, что профессор увлеченно показывает ему сейчас что-то на своем ноутбуке и объясняет, совершенно ничего не значит. Как и то, что Ким каждую пару вопросы какие-то умные умудряется ему задавать. Чонгук сбрасывает руку Хосока и решительным шагом направляется прочь. Глаза бы не смотрели, уши бы не слышали. Хосок посмеивается вслед. А между тем думает, как бы другу помочь. Он же, бедный, третий год мучается и вовсе не из-за того, что гей — с принятием этого факта у Чонгука особых проблем нет, — а просто потому что большой романтик в душе и ждет свою первую, большую и светлую. Да вот все никак не дождется.

***

— Он не гей, — с сожалением говорит Хосок, разливая Чонгуку и себе соджу. — Я все выяснил. Не то чтобы Чонгук просил Хосока проводить расследование и не то чтобы Чонгук когда-либо интересовался личной жизнью Ким Тэхёна, поэтому если слова лучшего друга о сексуальной ориентации кудрявого и задевают, то очень слегка, по касательной. Пусть Хосок и уверен на все сто процентов, что проблемы Чонгука с концентрацией и раздражением — это детсадовские реакции на предмет воздыхания, сам Чонгук к осознанию этого прийти еще не успел. Поэтому его чувство сейчас можно описать через сравнение с компьютерной игрой: похоже на ощущение, которое испытываешь когда начал играть в новую RPG, но неожиданно умер в самом-самом начале, даже не добравшись до первого автосохранения — вроде бы и обидно, но не слишком, потому что вложиться сильно не успел. — В прошлом году он встречался с девушкой со своего курса, но они расстались. Говорят, что пара была красивая, но характерами не сошлись, — начинает посвящать в подробности Хосок. Чонгуку это все кажется лишним, но Хосок же старался, работал, поэтому просто не может не поделиться. — Ещё я нашел парочку его одноклассников из старшей школы и поспрашивал, но там тоже пусто: было несколько симпатичных девчонок. В любви к мужским задницам твой Ким никогда не подозревался. Чонгука всегда поражало, как Хосоку удается за столь короткое время втереться к людям в доверие так, что они все, что угодно, готовы ему выложить. Вот и сейчас, знакомые Кима пересказали ему практически всю биографию Тэхёна. Начиная от роддома — и это не шутка, потому что мама одной из однокурсниц лежала в одной палате с мамой Тэхёна, — и заканчивая университетом. Чонгук слушает Хосока, которому вторая бутылка соджу совсем развязала язык, возможно, слишком внимательно, и думает, что, судя по рассказам, Ким Тэхён — нормальный парень. В нем всего в меру, и серьезности и ебаньцы, и, пожалуй, если дать ему время, то Чонгук мог бы в такого человека влюбиться. Один только момент мимо: мужчины Тэхёна не интересуют. Чонгук к концу их с Хосоком дружеской посиделки все-таки находит грустную волну и подключается к ней. Не только из-за Тэхёна, нет. Да и не столько: они все-таки и не общались особенно, чтобы сильно убиваться. Просто Чонгуку кажется трагично-ироничным, что первый более-менее осознанный краш в его жизни оказался натуралом.

***

— Итак, господа студенты, три четверти курса уже позади, и мне хочется верить, что вы взяли от него максимум. Теперь ваша очередь показать мне, чему научились, — так профессор по корпоративным финансам начинает последнюю лекцию весеннего семестра. Пришло время начать готовить финальный проект, оценка за который составляет пятьдесят процентов оценки за курс. И у Чонгука на него большие планы, потому что если он с ним не справится, то прощай стипендия. Проект нужно будет сделать в парах и через три недели представить его перед классом. Чон оборачивается назад и переглядывается с Пак Чимином, с которым договорился объединить усилия. Чимин знает, что у Чонгука с финансами трудности, и он обещал взять на себя большую часть работы, если Чон взамен поможет с экономическим правом. Чонгук на эту сделку с радостью согласился, потому что на экономическом праве перед его глазами не маячит каждую пару кудрявое существо, которое может и потеряло несколько баллов привлекательности после новостей от Хосока, но отвлекать меньше не стало. Чонгук и сейчас на него уставился. Облокотился подбородком на руки и взгляд не отрывает от того, как солнечный луч неожиданным гостем появился в аудитории и играет теперь с Тэхёновыми волосами. Он подсвечивает некоторые пряди, и они образуют у Кима на голове что-то вроде золотой короны. Чонгуку хотелось бы научиться рисовать только ради того, чтобы написать такой портрет Тэхёна. Маслом. Или акрилом. Словом, какой-нибудь плотной краской — и обязательно густыми рельефными мазками, чтобы они сами по себе тоже отсвет давали. Чонгук уже задумывается о том, чтобы погуглить уроки живописи где-нибудь поблизости. И поэтому-то и пропускает объявление, которое делает профессор. Очень важное объявление. Чонгука в реальность возвращает недовольный ропот студентов вокруг, и он не совсем понимает причину. Но следом профессор выводит на большой экран файл со своего рабочего стола и быстро пролистывает его вниз, и хотя обычно Чонгук выходит из аудитории с огромным количеством вопросов к профессору, в этот раз он только один: Чонгуку показалось или какого-то хрена в этом файле его имя мелькнуло рядом с именем Ким Тэхёна? Профессор просит студентов сохранять порядок и объясняет, как ему в голову пришла гениальная идея поменять правила игры к концу семестра: — Изначально предполагалось, что вы сами разобьетесь на пары, но вы уже не первокурсники и понимаете, к чему это приведет. Сильные студенты объединяются с сильными студентами, друзья с друзьями, и цель курса для многих остается не достигнута. Плюс ко всему, скоро вы все будете активно искать работу, а значит вам нужно научиться сотрудничать с самыми разными людьми. Иногда с неприятными. Поэтому пользуйтесь возможностью и учитесь. Файл с распределением я пришлю на общую почту. Спасибо, на этом все. Увидимся через три недели. Чонгук вылетает из класса, как пробка от шампанского, не хочет случайно пересечься взглядом с Кимом, который, наверное, сейчас осматривает аудиторию в поисках напарника. Их поток довольно большой, но за три года все друг друга более-менее узнали. Тэхён же с другого направления, поэтому ему понадобится время, чтобы понять, кто такой Чон Чонгук. Чон мог бы ему помочь в решении этой задачи, но трусит и сбегает, обещая себе подумать об этом неожиданном повороте сюжета завтра. Тэхёну же на расследование, оказывается, надо куда меньше времени, чем хотелось бы Чону. Тем же вечером Чонгуку в Какао приходит сообщение от v_taehyung: «Привет! Пак Чимин дал мне твой id. Ты, наверное, меня не знаешь, но я Ким Тэхён, и мы вместе делаем проект по корпоративным финансам. Когда тебе удобно встретиться и все обсудить?» Чонгук смотрит на сообщение в панике. Конечно, Ким Тэхён, Чонгук ни сном ни духом, кто ты такой. Вообще впервые о тебе слышит! И ему удобно встретиться с тобой примерно никогда… В итоге, они договариваются на пять вечера в кофейне рядом с университетом.

***

Тэхён в ужасе от того, что ему досталось в напарники. У Кима на лице бегущей строкой «За какие грехи?» светится, когда они оказываются неспособны даже задания на двоих разделить, потому что Чонгук просто не понимает смысла половины вопросов. — Чон, ты же ходил на пары, я твое лицо хорошо помню. Как так вышло, что ты… — Тэхён заминается, но потом вздыхает обреченно и все-таки договаривает как есть. И это даже не вопрос. — Что ты полный ноль. Удовольствия констатация этого факта Киму явно никакого не приносит. Ким в начале встречи произнес воодушевляющий монолог о том, что проект будет сложный, но полезный — так хотел, чтобы из них вышла хорошая команда. И, вероятно, он надеялся, что получит в партнеры кого-то более сообразительного и настолько же мотивированного, а не Чон Чонгука. А Чонгук рад бы рассказать Тэхёну, в чем причина того, что корпоративные финансы прошли мимо. Но думает, что Ким правде не обрадуется. Поэтому ему остается только молчать, угукать на бессмысленные попытки однокурсника что-то объяснить и в конце пообещать попытаться разобрать несколько тем дома самостоятельно.

***

Попытки Чона не заканчиваются успехом. Нет, он правда старался, но дело шло настолько медленно, что к следующей встрече с Кимом в том же кафе он со скрипом осилил только первую четверть курса — а время уже поджимало. И проблема в этот раз была уже даже не в сидящем впереди Тэхёне, а в том, что Чонгук за те два месяца, пока был безнадежно потерян для мира из-за Кима, действительно сильно отстал. — Нам надо найти тебе мотивацию! — предлагает Тэхён во время очередной встречи в том же кафе. Тэхён видит, что Чонгук прикладывает усилия, но не успевает. А тащить проект в одиночку Ким не планировал. И как это можно называть групповым проектом, если вложится в него только один из участников? Поэтому Ким пытается найти решение проблемы со всем своим менеджерским пылом. Не зря же он уже три года в университете отсидел — чему-то да научился: он упорно рисует таблицы, чертит схемы, составляет для Чонгука планы конспектов, чтобы тот мог пользоваться. «Лучше бы подстригся вместо всего этого, честное слово. Больше пользы было бы», — обреченно думает Чонгук, пытаясь разобраться в материалах. Но в следующее же мгновение пугается этой неозвученной идеи, потому что мама часто повторяет, что мысли материальны, а если завтра Тэхён появится перед ним без своих кудрей, Чон потери не переживет — откинется на месте. В этом, конечно, есть и хорошая сторона: можно будет не беспокоится об экзамене по финансам, но Чонгук хотел бы дожить, если не до двадцати семи, как все приличные люди, то хотя бы до своего первого секса. А это мероприятие в его календаре пока еще не отмечено. — Можно я потрогаю твои волосы? — задумавшись, выпаливает Чонгук в какой-то момент. Черт его за язык потянул, но ему правда нестерпимо хочется. Ему непривычно смотреть на Кима не со спины, а в профиль, да еще и настолько близко — Тэхён сидит буквально в полуметре. Поэтому-то пальцы и горят. Еще чуть-чуть и Чон себе не хозяин. Тэхёна его просьба вводит в ступор, он даже замирает на секунду и непроизвольно отстраняется. Чонгуку неловко за свой длинный язык, и с его губ срывается стон отчаяния. Парень зажмуривает глаза изо всех сил и запрокидывает голову вверх, мысленно умоляя господа бога позволить провалиться ему под землю здесь и сейчас. Но господь остается непреклонен, а Чон остается на своем месте. Тэхён же приходит в себя и Чонгук, приоткрывая один глаз, боковым зрением замечает, как тот легко и просто пожимает плечами. А потом решает ответить на молитвы Чонгука вместо бесчувственного старика, с комфортом устроившегося на небесах и плевать хотевшего на страдающего парня: — Да? Интонация у Кима вопросительная, будто он не уверен, что не ослышался, и Чонгук действительно попросил его о таком. Но это определено «да», Чон если и сошел с ума, то не настолько, чтобы быть не в состоянии отличить согласие от «пошел нахуй». Поэтому он медленно руку протягивает, тянется к кудрявой голове Тэхёна, а Ким ее даже наклоняет слегка и вперед подается, словно кот, под ладонь подныривающий. Мягкие, думает Чонгук в первую секунду прикосновения. Великолепные. Все, как он и представлял, только лучше. Потому что в классе он мог только видеть, а сейчас сам их шелк ощущает. И даже запах может услышать: какой-то ягодный шампунь. Очень… женский. Как назло вспоминаются слова Хосока, о том, что у Тэхёна в прошлом году была девушка: может быть, снова сошлись, а, может быть, и новая появилась. В этом нет ничего удивительного. Тэхён умный, привлекательный и перспективный во всех отношениях парень — девчонкам такие нравятся. Не только девчонкам, на самом деле. Мир стремится к толерантности, поэтому не стоит забывать про сексуальные меньшинства, да. Один такой вот сидит прямо напротив Тэхёна сейчас. Тэхён отстраняется неловко и глаза в сторону отводит. Моргает часто-часто и будто не понимает, что только что произошло. Слегка покашливает, прочищает горло и разворачивается обратно к Чону, у которого от пережитого шока глаза огромными блюдцами и рот глупо приоткрыт. — Достаточно? Чон на стуле выпрямляется, вытягивается в струнку и начинает кивать, как болванчик. После волны удовольствия, его внезапно накрывает волной паники. Кажется, что после произошедшего Тэхён уж точно откажется от проекта с ним. Считается ли харассментом ситуация, в которой твой напарник просит разрешения потрогать тебя, чтобы вдохновиться на трудовые свершения? Нет, харассментом, скорее всего, нет. А вот шантажом — вполне. Боже, Чонгук очень бы не хотел, чтобы Тэхён подумал, что он к нему пристает. — Тогда мы можем вернуться к работе, — заключает Ким и снова склоняется над своим планшетом. Треплет себя по волосам, смахивая к неудовольствию Чонгука его прикосновение, натягивает кудри, будто специально, на уши. И на секунду Чону кажется, что они — уши — у него горят. Но теперь, когда они под копной волос, сказать сложно, да и с чего бы. Разве что Тэхён действительно встревожен странным поведением Чонгука? Если так, то Чон готов уверить, что подобного с его стороны не повторится — он же способен контролировать свои порывы… Но Тэхён подобных клятв от Чонгука как будто не ждет, просто молча делает свое дело, изредка поглядывая, что там у Чона получается с его частью проекта. Оставшееся до закрытия кафе время они работают вполне продуктивно. Между ними чувствуется какая-то неловкость, но в кои-то веки у Чонгука получается сосредоточиться на чем-то кроме каштановых завитков однокурсника. И в кои-то веки в конце дня Тэхён остается доволен их прогрессом. Потягивается, словно кот, и зевает с удовольствием, прикрыв ладонью рот. Сползает по спинке стула ниже и складывает руки на животе. Смотрит на Чонгука из-под челки, наклоняет голову слегка вбок. Красивый. — Кажется, мы нашли для тебя мотивацию, Чон, — растягивая слова, произносит. — Разве? — непонимающе спрашивает Чонгук. Тэхёна улыбается очень хитро, а в глазах у него чертята пляшут. Добрые, конечно, но все-таки что-то замышляющие. — Разрешу тебе их трогать, — пальцем показывает на свою голову и поддувает челку снизу резким выдохом ртом так, что пара прядей чуть приподнимаются. — Если будешь хорошим мальчиком. Шутит. И Чонгук даже смеется в ответ, но в душе ему совсем не смешно. Потому что если для Тэхёна это и может быть шуткой, то для Чона с его голубизной — совсем нет. И если Чонгук правда втрескается — не в воображаемый образ, как это было до, а в Тэхёна настоящего, из плоти и крови, — это разобьет ему сердце. А Ким же в лучшем случае просто не узнает, что же произошло, и так и останется умным, симпатичным, гетеросексуальным парнем, у которого есть девушка.

***

Чон был уверен, что Тэхён шутил. Но оказывается, что он не. На следующий день, когда Чонгук делает все, что в его силах, чтобы не разочаровать Тэхёна своими скудными познаниями в финансах, Ким сам предлагает повторить ритуал. — Давай, — говорит и наклоняется ближе. И что бы Чонгук себе ни говорил, как бы ни предостерегал себя, охраняя собственное сердце от вторжения, сопротивляться желанию у него не получается. В этот раз он не позволяет себе в ощущении раствориться, поэтому просто гладит Тэхёна по голове, как гладил бы ребенка, и довольно быстро убирает руку. Ким взглядом как будто спрашивает: «Всё?» — а Чон на этот немой вопрос кивает. Тэхён выпрямляться на своем стуле и с довольной улыбкой, будто его только что номинировали на Оскар, а не мужик за волосы потрогал, предлагает начать работу. Чонгук изредка косится на Тэхёна, подмечая в его внешности небольшие детали, которые прежде отходили на второй план из-за того, что почти всегда Чон смотрел однокурснику в спину. Сейчас же у него есть возможность наблюдать изящные пальцы, летающие по клавиатуре ноутбука, длинные ресницы, выглядящие так, будто Тэхён их специально завивает, чтобы были под стать прическе, и полные губы, которые Ким кусает, когда задумывается. — Заткнись, — бормочет себе под нос Чонгук, в очередной обращаясь к своему глупому сердцу, которое стучит так сильно, что кажется, будто все посетители кафе должны слышать, хотя рвется оно только к одному — к Тэхёну, который на странное поведение Чона лишь вопросительно вскидывает бровь, но никак не комментирует. В конце дня выясняется, что Чонгук забыл дома бумажник, и за выпитые ими четыре чашки кофе приходится расплатиться Киму. — Ничего страшного, — не показывая ни капли недовольства говорит он, прикладывая карточку к терминалу. — Угостишь меня в следующий раз. И от Тэхёна это слышится совсем иначе, чем, например, от Хосока, с которым они обычно платят друг за друга по очереди. Это парадоксально и глупо, но Чонгук чувствует себя так, будто его впервые в жизни сводили в кафе на свидание. Он вроде бы даже ощущает, как щеки горят и как губы сами собой растягиваются в улыбке. И это пиздец. Потому что Тэхён точно ничего такого не имел в виду, когда решил рассеянного однокурсника выручить.

***

Проект идет полным ходом. Чонгук не знает точно, что именно помогает ему преодолеть свою неприязнь к предмету: волосы Тэхёна или же дополнительные материалы, которые тот посоветовал, но у Чона действительно начинает что-то получаться. Он перестает чувствовать себя балластом на шее Кима, разгоняется, забирает на себя существенную часть работы — финансовую модель с расчетами, оставляя Тэхёну то, в чем тот уж точно лучше — оформление презентации и подготовку текста. Они встречаются практически ежедневно на несколько часов, и Чон постоянно спрашивает себя, не против ли девушка Кима того, что он уделяет так много времени учебе. У Чона вот отношений нет, но зато есть Хосок, который тоже требует внимания и каждый раз задумчиво хмурится на отказ зависнуть где-нибудь после учебы, потому что цитата: «Можно же было организоваться так, чтобы каждый выполнил свою половину отдельно, а потом просто встретиться для финальной репетиции?» Чонгук в курсе, что можно было бы. Но Тэхён в конце каждого дня спрашивает, во сколько они встретятся завтра, а Чон ждет этого вопроса, каждый день боясь, что его не услышит. Потому что благодаря этим встречам Чон каждый день возносится на небеса, когда запускает пальцы в волосы Кима. Тот уже не смущается, а наоборот подстегивает – и, может быть, слегка подшучивает. Не отводит взгляд, смотрит прямо в глаза и улыбается своей широченной улыбкой. Чонгуку иногда даже кажется, что Тэхён сам ждет эти их встречи, что ему приятно, когда Чон касается его, но умом Чон понимает, конечно же, обманывается. — Ты сменил шампунь? — спрашивает Чонгук однажды, не успев подумать как следует перед тем, как открыть рот, потому что почувствовал хвою вместо ягод. Тэхён вопросу сперва удивляется, а потом заливается румянцем и долго смеется. — Я пользовался две недели шампунем младшей сестры. Мой закончился, а новую банку руки не доходили купить. Было так заметно? Кому-то другому, может быть, и не было бы, это просто Чонгук слишком внимателен ко всему, что касается Тэхёна. Так выясняется, что у Кима есть младшая сестра. Вопрос же с девушкой снова оказывается открытым, хотя в сущности ответ на него ничего не изменит… Чонгук на самом деле не понимает, почему Тэхен ему все это позволяет, и как так вышло, что небольшая шалость с волосами стала практически неотъемлемой частью их общения. Чон анализирует поведение однокурсника и приходит к выводу, что, скорее всего, Ким просто легкий. Не ветренный, нет, но теплый, не испытывающий проблем с доверием к миру и окружающим и привыкший к подобному взаимодействию с друзьями. Чонгуку, как и в случае со счетом за кофе, легко провести параллель с Хосоком: лучший друг на Чонгуке тоже постоянно виснет, а Чон позволяет и даже не кривится при этом, хотя романтических чувств они друг к другу не испытывают. Вот и Тэхен такой же, тоже позволяет Чонгуку выражать себя, думая, что он со всеми такой. На самом же деле, Чону подобное поведение не свойственно, он инициативу в обнимашках и прочих тактильных взаимодействиях крайне редко проявляет, но Чон бы хотел, чтобы Тэхён об этом никогда не догадался. Оказывается однако, что у Тэхена все же есть вопросы, потому что в очередную их встречу он спрашивает Чонгука, что такого особенного в его волосах и со всеми ли Чонгук так себя ведет. Может быть, у него просто фетиш такой? Чон молчит, пытаясь скрыть подступающую панику и придумать уважительную причину, но все-таки решает, что отрицание — тактика бесперспективная, и лучше построить ответ так, чтобы он был недалеко от правды. Так Тэхену в него будет проще поверить. Поэтому он признается, смущаясь, что ему нравятся кудри Кима, но не уточняет, насколько долго и в каком смысле они ему нравятся. Тэхён как будто бы даже не удивляется, только хмыкает и приподнимает уголок губ, а потом говорит неожиданное: — Мне твои тоже нравятся, — протягивает руку к лицу Чонгука и аккуратно, еле касаясь, заправляет одну вьющуюся прядь за ухо. Чонгук после такого откровенно дар речи теряет и даже не может определить из-за чего именно. Может быть, из-за того, что Тэхен до него впервые сам дотронулся, или же из-за того, что посчитал какую-то часть Чонгука красивой — у Чона нет проблем с восприятием собственной внешности, он понимает, что далеко не урод, но все же… Сердце стучит в груди очень быстро и очень сильно, а ладони неожиданно потеют, и их приходится в спешке вытереть о джинсы. И Чонгук понимает, что это сложно назвать нормальной реакцией на прикосновение друга — от Хосока же его так не прошибает, а значит, это все-таки произошло. Чонгук увяз, и ему надо себе в этом признаться. Проще сказать, чем сделать, потому что это означает крушение надежд на крепкую, чистую и искреннюю дружбу с Кимом, которые Чонгук успел себе настроить, когда на собственном опыте, а не по рассказам Хосока понял, что Тэхён, он — ну просто отличный человек, общение с которым у Чона складывается легко и естественно. Он бы очень хотел себе такого друга, если бы только не был в него безнадежно влюблен. Чон от Тэхёна из кафе буквально сбегает — от чувств и неизвестности сбегает, — снова не расплатившись за кофе и придумав какую-то отмазку по уровню абсурда находящуюся где-то рядом с «извини, у моего друга рожает кошка». Оставляет растерянного Кима наедине с проектом и с его подозрениями, которые в тот момент и начали зарождаться. После этого эпизода, уже под конец проекта, Чонгуку начинает казаться, что в отношениях между ними что-то изменилось и, к сожалению, не в лучшую сторону. Он чувствует, как Ким периодически смотрит на него задумчиво, будто изучающе, но если видит, что Чонгук поймал его за этим, то отворачивается сразу и хмурится. Они меньше говорят на отвлеченные темы, реже шутят да и в целом расходятся по домам быстрее по инициативе Тэхёна. Чону хотелось бы понять, почему это происходит, но в голову вместо рациональных объяснений вроде усталости или проблем со второй половинкой, существование которой все еще не подтверждено, но и не опровергнуто, лезет самое страшное. Вдруг Тэхён как-то узнал его тайну и теперь переживает, что подпустил Чонгука слишком близко, по ошибке приняв романтические порывы за проявление дружеской симпатии? Чонгук обращается к Хосоку — единственному хранителю своего секрета. Спрашивает его, исключительно для собственного успокоения, потому что в друге уверен на все двести процентов, не мог ли Ким как-то узнать, что Чон гей, и по вытянувшемуся лицу Хосока понимает, что, по всей видимости, мог. — Пиздец, — только и может сказать Чонгук. Он даже не хочет знать, когда и при каких обстоятельствах Хосок поделился этой информацией с Тэхёном, Чонгуку правда насрать. Но он сейчас ощущает двойной укол боли: от предательства лучшего друга и от того, что человек, который ему нравится, теперь его, возможно, презирает. Хочется убежать, но Хосок сразу же понимает, что умудрился надумать себе Чон, и он отвешивает ему приличной силы оплеуху: — С ума сошел? Ты меня за кого принимаешь? — звучит обиженно. — Я тусовался с менеджерами, однокурсниками Тэхёна. Он был с нами. А знаешь кто еще там был? Чивон. — Кто? — непонимающе хлопает глазами Чонгук, потирая место ушиба. Пытается напрячь память, но безрезультатно — имя Чивон не отзывается совсем. — Тот парень из гей-клуба, с которым ты целовался, а потом продинамил на первом свидании. Ты хоть узнал у него, где он учится? — Блядь, — да, речь Чонгука сегодня так и пестрит разнообразием слов и богатством речевых оборотов. — Ты, видимо, повел себя с ним не совсем по-джентельменски. Он тебя на фотке, которую Ким показывал, с первого взгляда узнал. Я здесь ни при чем, просто решил ничего тебе не говорить, чтобы не напрягать. У вас вроде бы наладились отношения, а Ким не выглядел так, будто его что-то беспокоит. Что ж, одной паршивой новостью меньше: у Чонгука все еще есть лучший друг. Но это не отменяет того факта, что Тэхён скорее всего Чонгука с его заскоками маньяка, охотящегося на чужие кудри, раскусил. Вопрос, зачем Тэхён вообще показывал фотографию Чонгука друзьям, почему-то в голове не всплывает. А ведь если бы всплыл, то может быть Чон мучался бы чуть меньше.

***

В ночь перед дедлайном они сидят у Тэхёна дома и, пока все семейство Ким уже давно отошло ко сну, пьют неизвестно какую по счету кружку кофе и в сотый раз проверяют расчеты в модели. Они с Тэхёном так и не обсудили его сексуальные предпочтения. Чонгук вроде бы как и знал, что Тэхён теперь в курсе, но Ким проявил в этом вопросе тактичность и в неловкое положение ставить Чона не стал. Более того, вскоре после разговора с Хосоком Тэхён снова оттаял: перестал нервничать и даже снова предложил Чонгуку дотронуться до кудрей. Чонгук отказался, потому что для них обоих это было бы уже слишком. Чон, сколько ни старайся, все равно будет воспринимать этот жест, как нечто большее, чем он на самом деле является; а Тэхёну может быть просто-напросто неприятно, но он будет продолжать, чтобы убедить Чона, что между ними все по-прежнему — логично такое предположить. Тэхён ложится грудью на стол, используя руки в качестве подушки, и смотрит на Чонгука снизу-вверх мечтательно. Синий свет от монитора подчеркивает тени, залегшие под глазами от недосыпа, а в зрачках отражается происходящее на экране. Тэхён выглядит уставшим. Чонгук устал тоже, и может быть поэтому не соображает, что делает: просто чувствует, что очень бы хотел повторить их маленький ритуал, от которого они отказались — чтобы придал сил, а потому всего лишь поддевает пальцем одну из Тэхёновых прядей и возвращается к работе. Большего ему и не надо. Чон и подумать не мог, что у полусонного Кима, пораженного минутной слабостью Чонгука, в этот момент рождается план… Который он сразу же слегка приоткрывает: — Знаешь… Если мы получим высший балл, — устало шепчет Тэхён, — я разрешу тебе сделать не только это. Чонгук отвлекается от эксель-файла, в котором знает уже, кажется, каждую цифру, и непонимающе смотрит на Тэхёна. Чон сейчас правда почти что живой мертвец, у него из желаний только отправить уже наконец этот проект профессору да защитить его послезавтра. А для этого днем надо будет поспать, а вечером прогнать с Тэхёном презентацию… Одним словом, посыл Кима он не улавливает, хотя, как они выяснили уже давно, он парень неглупый. Просто увлекающийся очень и сильно переживающий за оценку. А еще за собственное душевное равновесие. — Да ладно? — распахивает глаза Ким, видя, что до Чона не доходит, и не сдерживает стон разочарования. Поднимается со стола и, посмеиваясь, начинает убирать за ними пустые кружки. — Узнаешь позже. Будет сюрприз.

***

Презентация проходит отлично. Они с Тэхёном объективно лучшие на потоке, и Чонгук уверен, что высший балл у них в кармане, а значит, что и его оценка за курс спасена. Он рад. После того, как последняя группа заканчивает презентацию, профессор говорит, что отправит результаты до конца недели на почту, и все потихоньку начинают расходиться по домам. Чонгук чувствует себя странно, потому что внезапно понимает, что проводить с Тэхёном время после пар вошло в привычку, от которой теперь придется отказаться. Официанты в кафе запомнили, что Чонгук пьет айс-латте с карамельным сиропом, а Тэхён — американо. И это грело. Как будто у Чонгука и Тэхёна действительно есть их место, в котором люди воспринимают их пусть не как парочку, но как тех самых парней, постоянно сидящих допоздна и делающих что-то вместе. Ассоциируют Чонгука с Тэхёном, а Тэхёна — с Чонгуком. Сейчас же общая цель оказывается достигнута, во встречах больше нет необходимости. Значит ли это, что они с Тэхёном больше не пересекутся? Нет, им было интересно друг с другом, и нельзя сказать, что все, что они делали вместе — это корпели над проектом. Где-то между моментом, когда Чонгук признал наконец-то, что Тэхён привлекает его в том самом смысле, и моментом, когда Тэхён, возможно, стал об этом догадываться, они собирали личности друг друга по маленьким кусочкам и незначительным деталям. Вот Ким приходит на встречу, снимает наушники и при этом кладет телефон экраном вверх. Чонгук замечает открытый Spotify и обложку последнего альбома Билли Айлиш, который только что поставил на паузу Тэхён. Чонгук спрашивает, какая музыка Киму нравится и тот подробно и с удовольствием отвечает, а потом интересуется тем же. Чон показывает ему свой любимый плейлист, состоящий в основном из песен американских рок-групп 90-х и 2000-х. Или вот еще: Тэхён открывает дверь кафе, в руке держит спортивную сумку, а за спиной — чехол с теннисной ракеткой. Он не в своем обычном образе хорошего мальчика, а в кроссовках и мягких спортивных трениках, на лбу красуется повязка, удерживающая волосы от падения на лоб. Растрепаный, со здоровым румянцем на щеках и чертовски довольный. Чон спрашивает, откуда Ким пришел, и тот рассказывает про увлечение большим теннисом. Чонгук же признается, что сам спортом, кроме компьютерного не особенно увлекается. Тэхён не верит, говорит, что Чонгук в слишком хорошей физической форме, чтобы не делать совсем ничего. Чонгуку такое льстит, и он на нервах пытается Тэхёна заболтать отговорками про быстрый метаболизм, ежедневные десять тысяч шагов и домашние тренировки пару-тройку раз в неделю — Чону этого правда достаточно. По крайней мере, пока ему двадцать. Это же все было не зря? Они могут остаться просто друзьями? Кажется, это к тебе вопрос, Чон Чонгук… Ты сможешь? И если сможешь, захочет ли Тэхён? Будь Чонгук Кимом, он бы предпочел прекратить общение, потому что не получится нормальных отношений там, где один хочет с другим дружить, а другой — просто хочет. Чонгук идет по холлу, погруженный в свои безрадостные мысли, и не замечает происходящего вокруг, пока Тэхён — корень всех его проблем — все это время молча шагающий рядом не обгоняет Чона и не преграждает путь. Чонгук останавливается и смотрит Тэхёну в глаза. По лицу видит, что тот что-то сказать хочет. Пугается даже внезапно, что, может быть, Ким хочет закончить все здесь и сейчас и вот он — их последний разговор. Но Тэхён удивляет. В очередной раз доказывает, что готов рвать шаблоны, как это было, когда Чонгук признал, что даже мальчик с менеджмента может стать одним из лучших студентов на одном из самых сложных курсов. Тэхён действует, мягко говоря, непредсказуемо. Выпаливает нервно: — Прости, но я не могу ждать результатов. Оглядывается по сторонам, убеждаясь, что коридор пуст, а затем наклоняется и быстро целует… Клюет в губы и почти сразу же отстраняется. А затем смотрит на Чонгука, проверяя реакцию. У Чонгука же ощущение, что его только что по голове ударили, потому что поверить в случившееся страшно. — Ты что делаешь? — полушепотом спрашивает. Подносит дрожащие пальцы к своим губам, которых только что касались губы Тэхёна. Ким, на самом-то деле, тоже выглядит смущенным, опускает взгляд в пол и прячет руки в карманах, но силы продолжить диалог в себе все же находит: — Сам не знаю. Кажется, целую парня, который мне нравится, — сглатывает и облизывает свои губы. — Но я не уверен до конца, все-таки со мной такое в первый раз. Чонгук делает шаг вперед и подходит к Тэхёну вплотную. Ему бы сейчас не струсить, не закопаться в своих сомнениях, а чтобы этого не произошло действовать надо быстро. Поэтому он старается не думать о том, что делает и что говорит. — Если не уверен, значит нужно попробовать еще раз, — тоном знатока произносит Чонгук, тянет на себя с намерением поцеловать уже самому, но Тэхён снова его в этом опережает. И в этот раз делает все куда более уверенно и настойчиво. Чонгук отвечает на поцелуй со всем пылом, на который способен двадцатилетний мальчишка, первый краш которого ответил-таки ему взаимностью. Потому что, сколько бы Чонгук ни сомневался в реальности происходящего, ему кажется, что то, чем они сейчас занимаются определенно говорит о взаимности. И у Чонгука в этот момент только одно желание: чтобы Тэхён после этого поцелуя не сомневался ни секунды, что это все ему надо. Это не первый поцелуй Чона, но свой опыт он бы все равно назвал ограниченным. Чонгук целовался в пятнадцать с одноклассницей, чтобы проверить подозрения по поводу своей ориентации, и подтвердил их. В следующий раз это случилось с тем самым Чивоном в гей-клубе уже во время учебы в университете, в который Чонгук пошел скорее от безысходности, захватив Хосока в качестве группы поддержки. Было прикольно, но продолжения знакомства, несмотря на буйство гормонов и любопытство, не захотелось. Чонгук как будто ожидал нечто большего, фонтана эмоций, фейверка, взрыва, а вышло… ну просто приятно. Зато он получает все это сполна сейчас, с Тэхёном, который целует его посреди, пусть и пустого, но все же университетского холла, и, может быть, это добавляет ситуации перца. Смелость Кима, который решился на поцелуй в общественном месте, поражает. Чонгуку даже странно осознавать, что Ким на такое пошел ради него, что он этого заслуживает. Чон запускает руки в волосы Тэхёна, и стонет тихо и облегченно, понимая, что по их мягкости до безумия соскучился. А еще до него наконец доходит, что именно Тэхён имел в виду в ночь перед сдачей проекта, когда говорил, что позволит больше. Хочется задать много вопросов: когда все началось для Кима, сложно ли было принять, что послужило причиной и поводом. Чонгук обязательно выяснит это, но чуть позже. Сейчас же Кима хочется только целовать и держать за руку, а еще — зарыться в его кудри носом и вдыхать такой знакомый аромат шампуня. …За презентацию они-таки получают высший балл, и Тэхён снова держит слово относительно «больше», но в этот раз к восторгу Чонгука сильно повысив ставки — позволяет себя уже не только поцеловать. Чон же отмечает эту дату красным в календаре и узнает еще несколько удивительных — и очень волнующих — ракурсов, с которых может наблюдать кудрявую макушку Кима.