Falling for you, Literally

Коридоры Хогвартса гудели от обсуждений турнира. Феликсу было всё равно — он привык к суете, особенно когда сам оказывался в центре внимания. Но одно его раздражало. Или, точнее, один. — Ну что, Ли, — раздался за спиной знакомый голос. — Готов позорно вылететь в первом же испытании? Феликс усмехнулся, не оборачиваясь сразу. Ещё не хватало дать Бан Чану почувствовать себя важным. — О, Банни, — он наконец повернулся и с самодовольной улыбкой оглядел соперника. — Неужели ты так волнуешься за меня? Как мило. Может, ещё пожелание на удачу скажешь? Или… — он прищурился, голос стал тише, почти заговорщицким, — поцелуй на удачу дашь? Бан Чан моргнул, секунду явно переваривая услышанное, а затем резко нахмурился. — Ты рехнулся? — Ну, ты же всегда такой правильный, — протянул Феликс, делая шаг ближе. — Заботливый, ответственный. Почему бы не позаботиться и обо мне? Он нарочно вторгся в личное пространство Чана, но тот даже не отшатнулся — наоборот, напрягся, словно решая, стоит ли послать его к дементорам прямо сейчас. — Знаешь, — процедил Бан Чан, — мне даже жалко тебя. — О, правда? — Феликс чуть склонил голову. — Да. Жалко, что у тебя напрочь отсутствует инстинкт самосохранения. — Или это ты так боишься? — он ещё сильнее сузил глаза. — Ты же понимаешь, что тебе конец, да? — Единственное, что я понимаю, — сказал Бан Чан, делая шаг в ответ, — что тебе придётся забыть о своей привычке болтать без остановки, когда дело дойдёт до настоящего испытания. Феликс ухмыльнулся, сделав последний, почти издевательский жест — лёгкое касание пальцем к плечу Бан Чана, словно подначивая. — Посмотрим, Банни. Посмотрим. И, не дожидаясь ответа, развернулся и ушёл, оставляя после себя лишь раздражённый выдох гриффиндорца. Ли Феликс и Бан Чан — огонь и лёд, вечное столкновение стихий С первого дня в Хогвартсе их дороги пересеклись — и сразу же разошлись в разные стороны. Они не стали друзьями, даже не попытались. Напротив, между ними моментально вспыхнуло напряжение, которого хватило бы, чтобы запитать весь замок. Возможно, всё началось с первой дуэли на уроке защиты от тёмных искусств, когда Феликс, ухмыляясь, победил Чана, но вместо победного жеста лишь бросил: «Что, Банни, не рассчитал?» Или с их первого совместного задания по зельеварению, когда Феликс, устав слушать рассуждения Чана о правильных пропорциях, просто добавил ингредиенты на глаз. Зелье взорвалось, но в результате именно он получил высший балл. Чан едва не задохнулся от возмущения. Так или иначе, они стали врагами. И дело было не только в факультетах. Феликс — хаос, спонтанность, огонь, который пылает без разбора. Он не думает наперёд, действует по наитию, опирается на интуицию и врождённую ловкость. Для него соревнование — это азарт, вызов, возможность блеснуть. Ему не нужно, чтобы его любили, но ему нужно, чтобы его признавали. И Чан, со своей холодной сдержанностью, раздражает его до невозможности. Бан Чан — порядок, контроль, лёд, который всегда держит форму. Он мыслит стратегически, анализирует, строит планы на три шага вперёд. Для него соревнование — это возможность доказать, что он лучший, но не за счёт пустых эмоций. Он терпеть не может импульсивность Феликса, его склонность бросаться в бой без подготовки. Ему не нравится, что тот, даже не стараясь, умудряется выигрывать. Их отношения — бесконечное столкновение. Они не могут пройти мимо друг друга без язвительной колкости. Они меряются силами во всём: кто быстрее, кто умнее, кто ловчее. Они бесят друг друга настолько, что это уже почти весело. Но самое страшное — они слишком зациклены друг на друге. Феликс может с ухмылкой заявлять, что Чан его не волнует, но стоит кому-то другому посмеяться над гриффиндорцем — и его улыбка становится опасной. Чан может делать вид, что не замечает Феликса, но когда тот пропускает занятие, он машинально ищет его взглядом. Они враги. Но если враги так внимательно наблюдают друг за другом, так остро чувствуют любое движение соперника, так напряжённо ловят каждую эмоцию… Неужели это просто ненависть? 🪄🪄🪄 В башне Гриффиндора царил привычный уют. Пламя в камине потрескивало, освещая красные и золотые гобелены, а ученики шумно обсуждали главное событие года — Турнир Хогвартса. Бан Чан сидел в кресле у окна, сжимая в руках чашку горячего тыквенного сока. Его друг, Хан Джисон, развалился напротив, держа в руках листок с объявлениями о турнире. — Ты только посмотри на это, — протянул Джисон, хлопнув листком по столу. — «Испытания будут проверять не только магическую силу, но и интеллект, ловкость и решительность». Да ладно, мы и так знали, что нас будут пытаться убить. Чан усмехнулся, покачав головой. — Не драматизируй. Никто не собирается нас убивать. — Конечно, конечно, — Джисон широко улыбнулся. — Просто бросят в ледяное озеро с каким-нибудь кракеном или заставят драться с драконом, но ничего страшного, мы же выживем. Чан только покачал головой, отпивая из чашки. Он был спокоен. Даже когда вокруг шумели и спорили, он сохранял холодный рассудок. — Ты же понимаешь, что тебе достанется в соперники Феликс, да? — внезапно спросил Джисон, хитро прищурившись. Чан сразу нахмурился. — Ты так говоришь, будто я об этом забыл. — Ну, ты, конечно, можешь утверждать, что тебе всё равно, но… — Джисон наклонился вперёд, широко ухмыляясь, — мне кажется, ты втайне даже рад. Чан бросил на него взгляд, полный усталого терпения. — Джисон. — Нет-нет, правда! — не унимался тот. — С кем ещё ты можешь так яростно соперничать? Ты же любишь выигрывать, но только когда это действительно сложно. А Феликс, будь он проклят, умеет делать тебе нервы. Чан молчал. Не потому, что не знал, что ответить, а потому, что Джисон, как всегда, был слишком проницателен. — Ладно, ладно, не злись, — он усмехнулся, откинувшись назад. — Просто помни: неважно, насколько ты крутой, если Ли Феликс захочет тебя достать, он тебя достанет. Чан вздохнул, глядя в огонь. — Вот это-то меня и бесит. — С вами уже говорили профессора? — неожиданно спросил Джисон, отрываясь от листка. — Когда начнётся турнир? Чан покрутил в руках чашку, задумчиво смотря на пламя в камине. — Завтра утром. Сначала официальное открытие, потом представят участников. — О, так ты уже в списке? — Джисон приподнял брови, хитро ухмыляясь. — Как же волнительно. — Я не волнуюсь, — спокойно ответил Чан. — Ой, ну конечно, — фыркнул Джисон. — Просто сидишь тут с этим твоим хмурым видом и смотришь в пустоту. Абсолютно не волнуешься. Чан бросил на него усталый взгляд, но промолчал. — А Феликс в списке? — продолжил Джисон, как будто невзначай. — Конечно, в списке, — проворчал Чан, отпивая из чашки. — Знал! — Джисон хлопнул ладонью по подлокотнику. — Ну всё, ты официально подписался на месяцы мучений. Чан закатил глаза. — Не начинай. — Да я даже ещё не продолжал! — Джисон рассмеялся. — Но ты ведь понимаешь, что он не оставит тебя в покое? — Он никогда не оставляет меня в покое, — буркнул Чан, хмурясь ещё сильнее. — Вот поэтому наблюдать за вами будет ещё веселее, — довольно заключил Джисон, вытягиваясь в кресле. — Ах, я уже предвкушаю. Бан только глубоко вздохнул. 🪄🪄🪄 Феликс развалился на тёмно-зелёном диване у камина, закинув ноги на подлокотник. Тепло огня отражалось в полированной чёрной плитке стен, создавая мягкий, загадочный свет. Рядом, лениво перелистывая страницы учебника, сидел Ян Чонин. — Турнир, значит, да? — лениво протянул Чонин, не отрываясь от книги. — Ага, — Феликс потянулся, с довольным видом скрестив руки за головой. — Готовься, твой лучший друг официально вписан в историю. — «Вписан в историю» или «вляпался в неприятности»? — уточнил Чонин, бросая на него быстрый взгляд. Феликс фыркнул. — Одно другому не мешает. Рыжий усмехнулся и вернулся к книге. Несколько секунд в гостиной стояла тишина, нарушаемая только потрескиванием огня и ленивыми голосами студентов, обсуждающих новость о турнире. — Бан Чан в списке? — наконец спросил Чонин, явно зная ответ. Феликс моментально открыл глаза и сощурился. — Ага. — Ага, — передразнил его Чонин. — И ты, конечно же, не придаёшь этому значения. Феликс ухмыльнулся. — Нет. Чонин сдвинул брови, глядя на него поверх книги. — Феликс. — Чего? — он сделал самый невинный вид. — Ты прямо-таки светишься от радости, что сможешь позлить его на официальном уровне. Феликс не смог сдержать улыбку. — Я? Да ты что, — он приподнялся, упираясь локтем в подлокотник. — Я просто восхищён возможностью продемонстрировать свои таланты. — То есть выбесить Бан Чана. — Это… побочный эффект. Чонин закатил глаза. — Знаешь, у вас с ним какая-то странная штука. — Это называется «здоровая конкуренция». — Ага, конечно. Ли довольно улыбнулся и снова растянулся на диване. — В любом случае, будет весело. Чонин вздохнул и вернулся к книге. — Главное, чтобы тебя не сожрал какой-нибудь мантикора. — Если это случится, я сделаю это красиво. Ян усмехнулся, покачав головой. — Слышал, что Хагрид в курсе первого задания, — внезапно начал Чонин, закрывая книгу. — Они подготавливали его вместе с профессором МакГонагалл. Феликс лениво приоткрыл один глаз, но в голосе у него сразу появился интерес: — Правда? — Ну, так говорят, — Чонин пожал плечами. — Я слышал, что кое-кто из старшекурсников видел, как они обсуждали что-то около Запретного леса. Феликс приподнялся, опираясь на локоть. — Запретный лес? Звучит интригующе. — Звучит как повод держаться подальше, — уточнил Чонин, скрестив руки. — Ой, ну конечно, — Феликс ухмыльнулся. — А может, это как раз повод разведать, что там происходит? Чонин приподнял брови. — Ты серьёзно? Феликс с улыбкой склонил голову. — А разве я когда-то был несерьёзным? — Ты всё время несерьёзный. — Вот и замечательно, — Феликс хлопнул ладонями по коленям. — Значит, у меня есть репутация, которую нужно поддерживать. Чонин вздохнул, понимая, что спорить бесполезно. — Только не втягивай меня в это. — Ну как скажешь, но если мне удастся узнать что-то полезное… — Ты первым же делом побежишь насмехаться над Бан Чаном? Феликс театрально приложил руку к сердцу. — Как ты можешь так обо мне думать? Он фыркнул. — Потому что я тебя знаю. Феликс лишь довольно ухмыльнулся, снова разваливаясь на диване. — В любом случае, будет весело. — Я пойду к Хагриду, — внезапно заявил он, вставая с дивана и накидывая плащ на плечи. — Надо морально подготовиться. Чонин даже не сразу отреагировал, просто медленно перевернул страницу книги, а потом, осознав, что только что услышал, вскинул голову: — Ты… что? — Пойду к Хагриду, — с полной уверенностью повторил Феликс, застёгивая мантию. Ян прищурился. — Ты хочешь пойти к Хагриду… ночью… в одиночку? — Именно, — Ли довольно улыбнулся. — Ну ты, конечно, молодец. Всё, что нужно, чтобы выжить в этом турнире — это чай с печеньками у Хагрида. — Я называю это стратегическим ходом. — Я называю это идиотизмом, — Чонин откинулся назад, скрестив руки. — Ой, ну давай, продолжай меня судить, — Феликс закатил глаза, — но когда я узнаю что-нибудь полезное о первом задании, ты первый прибежишь слушать. Чонин скривился, но было видно, что он задумался. — Допустим, допустим… — он поднял палец, — но что, если вместо подсказки ты получишь только душещипательные истории о монстрах и том, какие они «милые»? Феликс ухмыльнулся. — Тогда я хотя бы получу пару классных историй на случай, если кто-то решит, что я недостаточно интересный. Чонин покачал головой. — Как ты вообще дожил до этого возраста? — Исключительно на харизме и удаче, — самодовольно заявил Феликс, направляясь к выходу. — Ну-ну. Если завтра тебя найдут в желудке какой-нибудь твари, знай — я предупреждал. Феликс обернулся с широкой ухмылкой. — Если что, завещаю тебе свою коллекцию книг по тёмной магии. — Дружище, я их первым делом продам. Он расхохотался и махнул ему рукой. — Вот за это я тебя и люблю. — Ага-ага, иди уже, пока я не передумал и не запер тебя тут. Феликс весело фыркнул и выскользнул за дверь. 🪄🪄🪄 Домик Хагрида Феликс постучал в тяжёлую деревянную дверь и, не дождавшись ответа, чуть приоткрыл её. — Хагрид, ты дома? Внутри, как всегда, пахло дровами, мокрой землёй и чем-то сладковато-горелым — видимо, Хагрид снова пытался печь что-то несъедобное. В камине весело потрескивал огонь, отбрасывая тёплый свет на деревянные стены. — О, Феликс! — Голос Хагрида раздался откуда-то сбоку. Через мгновение гигант появился в дверном проёме, отряхивая с рук землю. — Чего это ты так поздно? Феликс пожал плечами, входя внутрь. — Да так, решил заглянуть… У меня ведь впереди Турнир, и я подумал, что моральная поддержка мне не повредит. Хагрид понимающе кивнул и указал на массивный стул: — Садись, чай будешь? Феликс с трудом сдержал гримасу, вспомнив прошлый опыт чаепития с Хагридом. Но отказываться было бы невежливо. — Эм… да, конечно. Пока Хагрид возился с чайником, Феликс осторожно огляделся. На столе стояла большая глиняная миска с чем-то, что, по всей видимости, было печеньем. Если, конечно, печенье могло выглядеть так, словно его использовали для строительства домов. — Так чего ж ты пришёл, Ликс? — спросил Хагрид, ставя перед ним кружку, в которой что-то подозрительно булькало. Феликс нервно кашлянул. — Ну… говорят, ты знаешь, что будет в первом задании. Хагрид тут же подозрительно прищурился. — А кто это тебе сказал? Феликс постарался изобразить полнейшую невинность. — Просто слухи ходят… Так что, правда? Хагрид вздохнул и покачал головой. — Никаких подсказок, Феликс. Всё должно быть честно. Феликс драматично откинулся назад. — Да ладно, хоть маленькую! — Даже не пытайся! — Хагрид, ну хоть намёк! — Ох, Лис, да ты хуже гиппогрифа, когда он еду выпрашивает! Феликс сложил руки на груди, надувшись. — Ну вот, а я так на тебя рассчитывал… Хагрид усмехнулся, накладывая в миску печенье. — Зато можешь рассчитывать на мои кексы! Феликс мгновенно посерьёзнел. — Ты же не хочешь, чтобы я умер раньше турнира, да? Хагрид захохотал. — Ой, да ладно тебе! Берёшь кружку чая, макаешь печенье… и если зубы не сломал, значит, всё нормально. Феликс вздохнул и с лёгким стоном закрыл лицо руками. «Ну вот, а я ещё надеялся на полезную информацию…» Феликс обречённо вздохнул, отставляя кружку с подозрительным чаем, и посмотрел на Хагрида с самым жалобным выражением лица, на какое был способен. — Ладно, подсказки я из тебя не вытяну… но хоть помоги мне вернуться так, чтобы Филч или, не дай Мерлин, Снейп меня не заметили. Хагрид скрестил руки на груди и посмотрел на него с лёгкой усмешкой. — То есть ты пришёл сюда ночью, зная, что могут поймать, и даже не продумал, как обратно пробираться? Феликс невинно пожал плечами. — Ну, я рассчитывал на свою удачу. — Ох ты ж… — Хагрид закатил глаза, встал и подошёл к двери. — Ладно, я тебя проведу до теплиц. Дальше сам справишься? Феликс тут же вскочил, ухмыляясь: — Конечно! Я что, первый раз убегаю от Филча? — Что-то мне подсказывает, что не первый, — проворчал Хагрид, накидывая свой огромный плащ. Они выбрались наружу в ночь, пропитанную прохладным воздухом и ароматом влажной травы. Где-то вдалеке ухнула сова, и Феликс невольно поёжился. — Вот ведь ирония, — пробормотал он себе под нос. — Что? — Да я участвую в Турнире, где меня могут запросто убить, но больше всего боюсь наткнуться на Снегг посреди коридора. Хагрид хохотнул, тихонько подтолкнув его в сторону теплиц. — Вот и правильно! Снегг-то может и не убьёт, но жизнь точно испортит. Феликс не смог с этим поспорить. Когда они добрались до теплиц, Хагрид остановился и огляделся. — Ну всё, дальше давай сам. Ли сложил руки на груди и поклонился: — Выручил, гигант, обязан тебе. Хагрид усмехнулся: — Если я завтра узнаю, что тебя поймали, знай — в следующий раз ты сам выкручиваешься. — Учту! — весело ответил Феликс и юркнул в тень, ловко лавируя между кустами. Хагрид покачал головой и, бурча себе под нос что-то о «бестолковых студентах», отправился обратно. 🪄🪄🪄 Большой зал сиял магическим светом: свечи парили под зачарованным потолком, отражающим ясное ночное небо, а на стенах переливались знамёна трёх школ — Хогвартса, и Шармбатона. В воздухе витало напряжённое ожидание. На возвышении перед учительским столом стоял Кубок Огня, мерцающий таинственным голубоватым светом. Вокруг него собрались преподаватели и гости турнира, а перед учениками на специальных постаментах были размещены знамёна с гербами четырёх факультетов. Феликс стоял среди слизеринцев, лениво разглядывая зал. Чонин, стоящий рядом, осторожно наклонился к нему: — Ты, кстати, вернулся вчера нормально? Феликс ухмыльнулся. — Ага. Даже не попался ни Филчу, ни Снеггу. — Это чудо. — Это талант, — поправил Феликс. Чонин только закатил глаза, но ответить не успел — в этот момент профессор Дамблдор встал со своего места, призывая зал к тишине. — Дорогие ученики, сегодня мы официально приветствуем чемпионов, которых выбрал Кубок Огня! Эти ведьма и волшебники будут защищать честь своих школ, проходя три сложнейших испытания. Мы надеемся, что Турнир не только станет испытанием их силы, ума и смелости, но и сблизит нас всех. Толпа взорвалась аплодисментами. Дамблдор поднял руку, и зал снова стих. — А теперь… Кубок Огня назовёт имена чемпионов. Наступила напряжённая тишина. Синий огонь в Кубке внезапно взметнулся вверх, и в воздухе закружился обугленный клочок пергамента. Дамблдор ловко поймал его и развернул. — Камилль Лефевр — Шармбатон! Зал оглушительно взорвался — ученицы Шармбатона вскочили, приветствуя свою чемпионку. Высокая девушка с изящными чертами лица и длинными светлыми волосами уверенно вышла вперёд, держа голову высоко. Когда шум немного улёгся, Кубок снова выпустил огненный язык, и следующий клочок бумаги перелетел в руки Дамблдора. — Бан Кристофер Чан — Гриффиндор! На этот раз восторженные крики пронзили зал — гриффиндорцы вскочили со своих мест, одаривая своего чемпиона громкими аплодисментами. Бан Чан уверенно поднялся со скамьи и направился вперёд, его лицо выражало полную готовность к предстоящим испытаниям. Феликс скрестил руки на груди, наблюдая за тем, как Чан выходит вперёд. — Ну надо же, — проворчал он себе под нос. — Конечно, именно он. Чонин прыснул, но сказать что-то не успел — Кубок снова вспыхнул, и последний клочок бумаги вылетел в воздух. — Ли Феликс — Слизерин! Мгновение стояла тишина, а затем слизеринцы взорвались аплодисментами. Феликс приподнял бровь, слегка удивившись, но быстро взял себя в руки, самодовольно поправил мантию и неторопливо направился вперёд. Когда он встал рядом с Чаном, тот скосил на него взгляд. — Чудесно, — усмехнулся Бан Чан. Феликс ухмыльнулся в ответ. — Даже не начинай. Дамблдор улыбнулся, оглядев всех троих. — Поздравляю наших чемпионов! Камилль Лефевр, Бан Чан и Ли Феликс — вы стали избранными Кубка Огня! Зал снова наполнился овациями. Феликс поднял подбородок выше, ощущая, как внутри разгорается азарт. Он бросил короткий взгляд на Чана и ухмыльнулся. «Ну что ж, начинается веселье.» Когда аплодисменты наконец стихли, Дамблдор поднял руку, призывая зал к вниманию. — Теперь, когда чемпионы определены, настало время разъяснить правила Турнира Трёх Волшебников, — его голос был спокоен, но звучал с непререкаемым авторитетом. Феликс лениво качнулся на каблуках, закатывая глаза. Как будто кто-то ещё не знал, насколько опасен этот турнир. — Участников ждут три испытания, каждое из которых проверит их силу, ловкость, ум и храбрость. Задания будут объявляться незадолго до их начала, а успешное выполнение принесёт чемпионам очки, — Дамблдор на мгновение посмотрел на каждого из них, словно предупреждая. — Победит тот, кто наберёт наибольшее количество баллов к концу турнира. Чан кивнул, стоя прямо, будто уже мысленно просчитывая, как выиграть. Феликс же только скрестил руки на груди, недовольно поджав губы. — Но самое главное, — продолжил Дамблдор, — чемпионы несут ответственность не только за себя, но и за свою школу. Поэтому призываю вас проявлять благородство, находчивость и уважение к соперникам. Феликс едва заметно скосил взгляд на Чана. В его ухмылке не было и капли уважения. Чан посмотрел на него в ответ и усмехнулся, с вызовом приподняв бровь. — Первое испытание состоится через несколько дней, — продолжил Дамблдор. — До тех пор чемпионы могут готовиться. А теперь — поздний час, и всем пора отдыхать. Чемпионы, вас проводят в выделенные для вас комнаты. Феликс услышал, как кто-то из слизеринцев за их столом тихо фыркнул. Он развернулся и увидел, что это Чонин, который изо всех сил старался не заржать. — Иди уже, герой, — пробормотал Чонин, еле сдерживая смешок. Феликс скривился, но, не отвечая, направился за Дамблдором и остальными. Комнаты чемпионов находились в отдельном крыле замка, и Феликс был вынужден признать, что это лучше, чем спать в общей спальне со слизеринцами, которые могли бы ныть ему под ухо всю ночь. 🪄🪄🪄 Они прошли по длинному коридору, а затем остановились у трёх дверей, каждая из которых вела в личные комнаты участников. — Это ваши покои на время до начала турнира, — объяснил профессор МакГонагалл. — Прошу вас соблюдать дисциплину и не устраивать беспорядков. Феликс усмехнулся, уже представляя, как именно он будет «соблюдать дисциплину». Чан, казалось, и не думал слушать — он лишь коротко кивнул и, не глядя на Феликса, толкнул дверь своей комнаты. — Спокойной ночи, чемпионы, — произнес Дамблдор, а затем вместе с преподавателями удалился. Феликс постоял ещё секунду, наблюдая, как Чан заходит в свою комнату, а затем пожал плечами и открыл свою дверь. Завтра начнётся их настоящая игра. 🪄🪄🪄 Утро перед первым испытанием В комнате чемпиона Гриффиндора царил лёгкий хаос. Чан натягивал защитные наручи , пытаясь пристегнуть их одной рукой, а второй нервно поправляя мантию. На кровати валялись перчатки, какие-то пергаменты, брошенный наспех шарф и даже пустая чашка из-под вчерашнего чая. — Ты хоть немного поспал? — поинтересовался Джисон, сидя в кресле и наблюдая за этой картиной с выражением старой доброй усталости. — Конечно, — бодро ответил Чан, но, судя по его виду, спал он максимум пару часов. — Врёшь, — Джисон скептически прищурился. — Нет. — Ты же нервничаешь. Чан остановился, на секунду задумался, а потом решительно взял перчатки и начал натягивать их с таким видом, будто этот разговор не имел смысла. — Я не нервничаю. Джисон приподнял бровь. — Ага. Поэтому ты уже три раза пытался пристегнуть этот наруч вверх ногами. Чан раздражённо вздохнул, наконец-то правильно застегнул ремешок и сел на кровать, откинувшись назад. — Ладно. Немного. Джисон только усмехнулся и наклонился вперёд, опираясь локтями на колени. — Ты же справишься. Да и вообще… — он лукаво усмехнулся, — хуже, чем Феликс, точно не будешь выглядеть. Чан фыркнул, услышав знакомое имя. — Да уж. Он, наверное, прямо сейчас наряжается в какую-нибудь пафосную чёрную мантию, чтобы выглядеть как самый опасный слизеринец на турнире. — Конечно, — согласился Джисон. — Но всё равно будет выглядеть как человек, который три часа занимался укладкой волос перед зеркалом. Чан прыснул, поднялся с кровати и взял с тумбочки волшебную палочку. — Ладно, хватит болтать. Мне пора. Джисон поднялся следом и хлопнул его по плечу. — Ты молодец, Чан. Сделай их всех. Бан Чан кивнул, глубоко вдохнул, а затем уверенно направился к выходу. 🪄🪄🪄 Последние минуты перед испытанием — Эти девушки из Шармбатона просто душки, — мечтательно протянул Джисон, прислоняясь к стене, пока Чан в последний раз проверял защитное снаряжение. — Они устроили мне свидание с Минхо из Когтеврана. Чан, который в этот момент завязывал ремни на предплечьях, резко замер, медленно повернул голову и уставился на друга. — С кем? — С Минхо, — с довольной улыбкой повторил Джисон. — Высокий, умный, ещё и готовит потрясающие десерты… Чан, это судьба. Чан моргнул. — Ты про Ли Минхо? — Ага. — Который каждый год ставит рекорды по зельям? — Он самый. Чан нахмурился. — Не знаю, радоваться за тебя или бояться. — О, давай без этого, — отмахнулся Джисон. — Минхо вообще-то прекрасный человек. В отличие от некоторых, — он многозначительно поднял брови, и Чан сразу понял, кого он имеет в виду. — Если ты опять о Феликсе, то… — Конечно, о Феликсе, — ухмыльнулся Джисон. — Уверен, он сейчас стоит перед зеркалом, отрабатывая свою фирменную «я-злой-слизеринец» ухмылку. Чан невольно усмехнулся, но тут же спрятал улыбку за натянутым наручем. — Если он снова скажет что-то ехидное, я… — Ты что? — поддразнил Джисон. — Признаешь, что он тебе нравится? — Что?! — возмутился Чан, чуть не сбив с себя мантию. — Нет! Джисон только многозначительно покивал, но ничего не сказал. В этот момент за дверью раздался голос профессора Флитвика: — Чемпионы, приготовьтесь! Вам пора выходить! Чан глубоко вдохнул и посмотрел на Джисона. — Желаю удачи, — сказал тот с искренней улыбкой. Чан кивнул, сжал палочку в руке и шагнул вперёд, навстречу своему первому испытанию. 🪄🪄🪄 Толпа студентов, заполнившая трибуны, гудела от волнения, когда Дамблдор поднялся на возвышенность. Золотые факелы освещали площадку перед старинными дверями, ведущими в глубокие подземелья Хогвартса. Три чемпиона стояли на краю этой темной бездны: Бан Чан — с напряжённой сосредоточенностью в глазах, Ли Феликс — со скрещёнными руками и видом человека, которому всё это абсолютно неинтересно, и Камилль Лефевёр — с идеально выпрямленной осанкой, её спокойное лицо не выдавало ни капли беспокойства. — Дамы и господа, перед вами три чемпиона! — громко объявил Дамблдор. — Сегодня им предстоит пройти первое испытание, чтобы доказать свою силу, ловкость и смекалку! Толпа взорвалась аплодисментами. — В глубинах Хогвартских подземелий спрятан зачарованный реликварий, — продолжал Дамблдор. — Чтобы добраться до него, участникам придётся преодолеть сложные магические преграды. Они должны действовать быстро, но рассудительно, ведь иногда лучший путь — не самый очевидный. По сигналу массивные двери с глухим гулом распахнулись, открывая темный проход вниз. Камилль без лишних слов шагнула первой, не раздумывая. — Французы, — скривился Феликс, но, увидев, что Чан уже направился следом, поспешил за ним, чтобы не отставать. Исчезающие платформы: После долгого спуска вниз перед ними открылся широкий зал с высоким куполом, свод которого исчезал в темноте. Вперёд вела единственная дорожка — узкий мост из квадратных платформ, висящих в воздухе. Феликс уже сделал шаг, но Чан резко схватил его за капюшон. — Подожди! Только что стоявшая перед ними платформа исчезла в пустоте. — Ты меня задушишь, — раздражённо выдохнул Феликс, сдёргивая капюшон. Камилль внимательно оглядела конструкцию, чуть прищурив глаза. — Похоже, один из нас должен идти вперёд, а другой — подсказывать путь, — заметила она. — Отлично, значит, ты идёшь, — хмыкнул Чан, глядя на Феликса. — И почему именно я? — Потому что ты самый лёгкий. Феликс раздражённо фыркнул, но не стал спорить. — Ладно, но если я умру, знай, что буду тебя преследовать. Он осторожно встал на первую платформу, и та угрожающе дрогнула под его ногами. — Ну давай уже, — подбодрил его Чан. — Надо было взять тебя вместо подушки, — пробормотал Феликс. — Следующая слева, — уверенно сказала Камилль. — Ты хоть уверена? — На девяносто процентов. — Ага, обнадёжила. Феликс стиснул зубы и продолжил путь, ориентируясь на подсказки. Несколько раз он едва не сорвался, но в итоге добрался до другой стороны, а мост восстановился, позволяя Чану и Камилль спокойно пройти. Феликс скрестил руки: — Где справедливость? Загадочная дверь: За мостом их ждала массивная резная дверь с непонятными символами. Как только они приблизились, на поверхности проявилась надпись: “Лишь знающий себя пройдёт. Назови своё истинное имя.” — Что за?.. — нахмурился Феликс. — Может, просто говорим своё имя? — предположил Чан. — Бан Чан, — уверенно сказал он. Ничего не произошло. — Ли Феликс, — буркнул Феликс. Ничего. Камилль задумчиво провела пальцем по резьбе. — Имя в этом случае — это не просто слова, а суть, как мы сами себя воспринимаем. Чан выдохнул: — Самоанализ под давлением, великолепно. Феликс скривился: — Ну, очевидно, ты — «вечно пытающийся всех спасти»… — А ты, видимо, «самый умный в комнате»? Камилль усмехнулась, но молчала. Она первой решилась: — Я — Лефевёр, наследница рода. Дверь дрогнула, но не открылась полностью. Феликс вспомнил слова своей бабушки: «Ты можешь сколько угодно казаться жёстким, но ты всё равно остаёшься Феликсом — счастливым». Он глубоко вздохнул и произнёс: — Я… светлый. С грохотом дверь распахнулась. Феликс и Чан замерли. — Что?! Камилль усмехнулась: — Интересно… Третья ловушка: Зеркала лжи Следующая комната была наполнена зеркалами, каждое из которых показывало странные отражения. Чан увидел Феликса, но не того, которого знал. — Ты же понимаешь, что я тебя ненавижу? Чан сжал зубы. Феликс в это время смотрел на Чана. — Я всегда считал тебя слабаком. Феликс сжал кулаки. Камилль увидела себя… но одинокую. — Однажды ты поймёшь, что настоящей поддержки у тебя никогда не было. Камилль не дрогнула, но в её глазах мелькнула тень. — Это иллюзия, — резко сказала она. — Не ведитесь. Феликс в раздражении махнул рукой, разбивая ближайшее зеркало. Остальные зеркала тут же исчезли, оставляя перед ними новую дверь. Чан выдохнул: — Напомни, почему мы в это ввязались? Феликс усмехнулся: — Потому что мы чертовски хороши. Камилль улыбнулась: — Или потому что мы просто не могли отказаться? Перед ними открылся проход, и, наконец, они увидели реликварий, мерцающий мягким светом в центре комнаты. 🪄🪄🪄 Тусклый свет зачарованных ламп дрожал на стенах, отбрасывая длинные тени. В воздухе витал запах целебных зелий, а за окном лениво моросил дождь. Камилль Лефевёр сидела на краю своей кровати, аккуратно промакивая платком небольшой порез на щеке. Рядом, на соседних койках, Феликс и Бан Чан выглядели так, будто их только что вытряхнули из магического вихря. В принципе, так оно и было. — Честно говоря, я думал, что не выберусь, — пробормотал Феликс, закидывая руки за голову. — О, так ты умеешь думать? — отозвался Чан, переворачиваясь на бок, чтобы видеть его. — Да, в отличие от некоторых, — сладко улыбнулся Ли. — Ты серьёзно? — Чан приподнялся на локтях, недоверчиво глядя на него. — Это я рисковал своей жизнью, пока ты там прыгал по платформам, как какая-то… — Легендарная икона ловкости? — подсказал Феликс. — Я хотел сказать — цыпленок с амнезией, — парировал Чан. — Ой, не злись, — Феликс хлопнул его по плечу. — Ты же сам видел, как грациозно я приземлялся. — Да, прямо лицом вниз, — хмыкнул Чан. — Дети, потише, — в их спор вклинился голос мадам Помфри. Она подошла с подносом, на котором стояли три склянки с дымящимся зельем. — Пейте. Камилль без лишних слов взяла свой пузырёк и одним глотком осушила его. Чан последовал её примеру, поморщившись от противного вкуса. Феликс же подозрительно покрутил склянку в руках. — Может, не надо? — Феликс, — голос мадам Помфри приобрёл угрожающий оттенок. — Окей-окей, — он театрально вздохнул и сделал глоток, тут же содрогнувшись. — Фу, ну и гадость. Камилль усмехнулась, лениво наблюдая за их перепалкой. — Если вы продолжите в том же духе, вас скоро просто поселят в больничном крыле на постоянной основе. — Да брось, — отмахнулся Чан, но его губы дёрнулись в слабой улыбке. Феликс закатил глаза: — Как будто мы терпеть друг друга не можем. Он сказал это с привычной язвительной ухмылкой, но что-то в его голосе было другим. Менее уверенным. Чан тоже это заметил, но решил не комментировать. Несколько секунд они молчали, пока Феликс не хлопнул себя по коленям и не спросил: — Ладно, а когда второе испытание? Чан посмотрел сначала на него, затем на Камилль. — Думаю, скоро нам об этом сообщат. И Феликсу почему-то показалось, что следующий этап будет ещё сложнее. Не только из-за турнира, но и из-за странных ощущений, которые он испытывал, глядя на Чана. — Мадам Помфри, а Джисон сюда приходил? — спросил Чан, приподнимаясь на локтях. Мадам Помфри даже не подняла глаз, проверяя бинты на руке Камилль. — Приходил. Но я его выгнала. — Что?! — Чан аж сел на кровати, глядя на неё с искренним возмущением. — Больничное крыло — не место для посторонних. Он только мешал. — Мешал? — Чан выглядел так, будто сейчас запустит подушкой в кого-нибудь. — Да он, наверное, просто переживал! — Он сидел на краю кровати и уговаривал тебя «не умирать». Феликс прыснул со смеху: — Ну, звучит в его духе. Чан закатил глаза, но, кажется, чуть расслабился. — Ладно, хоть не со слезами на глазах… — Ещё как со слезами, — невозмутимо добавила мадам Помфри. Феликс захохотал в голос. Камилль усмехнулась. Чан только тяжело выдохнул, уронив голову на подушку. — Прекрасно. Мне теперь его утешать после пережитого стресса? — Тебе — точно нет. А вот мы с Камилль, пожалуй, посмотрим это зрелище. — Пошёл ты, Ли Феликс. — Люблю, когда ты так говоришь. — Чонин тоже приходил, — внезапно обратилась мадам Помфри к Феликсу, поправляя скатанные у изголовья простыни. Феликс вскинул бровь: — Даже так? — Да. Прокрался сюда, когда я отошла за зельями. Думал, что я не замечу, — мадам Помфри строго поджала губы. — Но я всё вижу. Чан фыркнул. — Он тоже уговаривал тебя «не умирать»? — Нет, просто пялился на тебя, как на призрак. А потом спрятал что-то под подушку. Феликс нахмурился и тут же запустил руку за голову, выуживая оттуда маленький свёрток. Развернул — внутри была шоколадка и записка. «Не вздумай умереть, иначе мне придётся тащить тебя обратно с того света, а это утомительно. — Чонин» Феликс усмехнулся, покачав головой. — Какая забота. Должен ли я расчувствоваться? — Если честно, я бы расчувствовалась от одной только шоколадки, — заметила Камилль. Чан усмехнулся: — Никогда не думал, что тебя можно подкупить сладким. — Ты удивишься, но большинство людей можно. Феликс не стал делиться шоколадкой, но отломил кусочек и с довольным видом закинул в рот. — Ну что, когда нас уже выписывают? Мне нужно срочно найти Чонина и сказать ему, что я выжил. Наверняка он уже приготовился к похоронам. — Оставайтесь здесь, пока я не скажу, что можно уходить, — жёстко отрезала мадам Помфри, забирая пустые склянки из-под зелий. — Значит, ещё минимум ночь в этой тюрьме… — протянул Чан, падая обратно на подушку. Феликс довольно растянулся на кровати. — Зато в кои-то веки можно поспать без страха, что ты попытаешься меня убить. — Ой, не обольщайся, Ли Феликс. Турнир только начался. — Но с нами же ничего не случилось во время задания. Пара ссадин и всё. Зачем нам дали снотворное и заставили лежать тут? — спросила Камилль, скрестив руки на груди. Мадам Помфри смерила её суровым взглядом поверх очков. — Милая моя, вы только что провели несколько часов в подземелье, полном магических ловушек. Ваше состояние нужно наблюдать, а не списывать на «пару ссадин». — Но мы же живы! — возразил Феликс, театрально раскинув руки. — Пока что, — буркнула мадам Помфри. — А теперь хватит ныть и дайте мне делать мою работу. Чан бросил взгляд на Камилль и Феликса, закатив глаза. — Лучше не спорь с ней. Иначе заставит пить ещё одну склянку этой гадости. Феликс передёрнулся. — Уговорил. Но если меня кто-то спросит, я скажу, что мы тут лежим исключительно ради отдыха. Камилль вздохнула, но решила больше не спорить. — Надеюсь, ко второму испытанию нас всё же выпустят отсюда. — Лучше бы оно было не таким… головоломным, — протянул Феликс, потягиваясь. — Ага. А ещё лучше — без тебя, — не остался в долгу Чан. — Жестоко, — фыркнул Феликс. — Но тебе ведь без меня было бы скучно, да? Чан не ответил, лишь натянул одеяло до подбородка, скрывая усмешку. — Я слышала, что между испытаниями дают отдых два-три дня, — пробормотала мадам Помфри, убирая пустые склянки с прикроватной тумбы. Камилль облегчённо выдохнула: — Хоть какая-то хорошая новость. Феликс ухмыльнулся: — Да-да, парочка дней, чтобы прийти в себя… и морально подготовиться к тому, что нас снова попытаются угробить. — Ты оптимист, конечно, — буркнул Чан, закидывая руку за голову. — Хотя, если подумать… у меня будет время проверить, что за бред Джисон читал в библиотеке. Феликс приподнялся на локте: — Что, он уже роется в книгах в поисках способа тебя защитить? — Что-то вроде того. Вчера он с самым серьёзным видом заявил, что нашёл в архивах старый дневник одного из участников прошлого турнира. Камилль удивлённо подняла бровь: — О? И что в нём? — Не знаю, он утащил его в свою комнату, но сказал, что «нужно срочно обсудить». Феликс хмыкнул: — Если он найдёт способ подставить тебя вместо себя — дай знать. Я хочу посмотреть. Чан лениво махнул рукой: — Завтра увидимся, расскажу. — Завтра?! — ужаснулся Феликс. — Значит, мне придётся провести ещё одну ночь в этом ужасном месте? — Завалился бы ты спать, Ли Феликс, — зевнул Чан. Камилль лишь усмехнулась, укладываясь поудобнее. Мадам Помфри только покачала головой, гасила свет и бормотала что-то о “невыносимых юных волшебниках”. 🪄🪄🪄 На следующее утро солнечный свет пробивался сквозь высокие окна больничного крыла, заливая комнату мягким золотым светом. Камилль уже сидела на кровати, аккуратно натягивая сапоги, а Чан выглядел вполне бодрым, развалившись на подушках. Феликс же выглядел так, будто его ночью пытали — взъерошенный, с тёмными кругами под глазами и дико недовольным выражением лица. — Как спалось, Ли Феликс? — с усмешкой спросил Чан, подтягиваясь. — О, просто прекрасно. Больничные койки — лучшее место в мире, особенно когда мадам Помфри устраивает ночные рейды, проверяя, дышим ли мы, — проворчал Феликс, сползая с кровати. — Я думал, она проведёт надо мной ритуал воскрешения, если я случайно слишком глубоко вдохну во сне. Камилль прыснула, но тут дверь в больничное крыло резко распахнулась, и внутрь влетели два урагана — Джисон и Чонин. — Ты жив! — воскликнул Джисон, чуть ли не кидаясь на Чана с объятиями. — Что за трагический тон? Конечно, я жив! — возмутился Чан, но его друг уже обнимал его за плечи, будто тот только что выбрался из Бездны. Чонин же подошёл к Феликсу, смерил его оценивающим взглядом и, кажется, остался доволен: — Ну, на труп ты не похож. Значит, мой план с похоронами отменяется. — Ты и вправду уже планировал похороны?! — Я просто готовился ко всему, — пожал плечами Чонин. — Омерзительный ты человек, — протянул Феликс, но ухмыльнулся. Джисон тем временем возбуждённо заговорил: — Ладно, шутки в сторону! Я вчера читал дневник одного из участников прошлых турниров, и там есть кое-что интересное! Чан вздохнул: — Джисон, в половине таких дневников написано «я чуть не умер», «меня чуть не сожрал дракон» или «пожалуйста, не повторяйте моих ошибок». — Нет-нет, это другое! В нём были заметки о каких-то странных заклинаниях, которые могут нам помочь… — Ну вот, начинается… — простонал Феликс, падая обратно на кровать. Но было ясно, что их утро только начиналось. — А ты что скажешь? — Феликс прищурился, оборачиваясь к Чонину. Чонин усмехнулся и, скрестив руки на груди, лениво опёрся на край кровати: — Я скажу, что у вас обоих вид, будто вы прошли через Ад и обратно. Хотя, судя по рассказам, так оно и есть. Феликс фыркнул: — Спасибо за невероятную поддержку, Чонин. Теперь я точно чувствую себя лучше. — Да не за что. Всегда рад помочь, — невозмутимо ответил тот. Джисон нетерпеливо постучал пальцем по деревянной спинке кровати Чана: — Да ладно вам! Я говорю серьёзно! Там есть упоминание о магических ловушках, похожих на те, что были у вас в подземелье! Может, мы сможем предугадать, что будет дальше! Чан, всё ещё выглядя слегка заспанным, провёл рукой по лицу и вздохнул: — Допустим, это действительно так. И что ты предлагаешь? — Пойди со мной в библиотеку! Я покажу тебе записи, и мы сможем разобраться! Феликс покачал головой: — О, нет. Только не снова. Если вы планируете зарыться в древние рукописи, я пас. Моё утро будет гораздо приятнее без пыли вековых страниц и твоего восторженного «о, смотрите, что я нашёл!» каждые пять минут. Чонин хмыкнул: — А я даже рад, что ты не идёшь. Значит, не будешь ныть. Феликс бросил на него убийственный взгляд. Камилль, которая всё это время с улыбкой наблюдала за их перепалками, встала с кровати и потянулась: — Так что, план такой? Чан и Джисон идут копаться в книгах, а ты, Феликс, что? Будешь валяться тут до вечера? Феликс поднял палец, собираясь что-то сказать, но в этот момент в больничное крыло вошла мадам Помфри, и все мгновенно притихли. — Вы ещё здесь?! — возмутилась она, грозно упирая руки в бока. — Если у вас есть силы болтать без умолку, значит, вы достаточно здоровы, чтобы покинуть это помещение! Феликс и Чан переглянулись, а затем синхронно спрыгнули с коек. — Вот теперь мне нравится этот план! — ухмыльнулся Феликс, направляясь к выходу первым. — Ну, если не хочешь — не иди, — Чан лениво пожал плечами, поправляя мантию. — По крайней мере, я смогу кое-что разузнать… и выиграть. Феликс, который уже был на полпути к двери, резко остановился. — Ох, прости, что?! Чан ухмыльнулся, склонив голову набок, глядя на него с явным вызовом: — Ты всё правильно услышал. Феликс прищурился, сверля его взглядом: — То есть ты думаешь, что один поход в библиотеку даст тебе преимущество? — А почему бы и нет? — Чан невозмутимо откинул назад волосы. — Пока ты тут будешь лениво разгуливать по замку, я разберусь с записями прошлого турнира и выясню, какие ловушки могут поджидать нас в следующих испытаниях. В конце концов, я же хочу выиграть… Феликс усмехнулся, но в его глазах вспыхнул азарт. — И ты правда думаешь, что я просто так позволю тебе вырваться вперёд? — Ну, если боишься проиграть… — Боюсь? — Феликс фыркнул, поправляя мантию. — Ты меня недооцениваешь, Бан Чан. — Вот и проверим. Феликс развернулся к Чонину: — План меняется. Мы идём в библиотеку. Чонин тяжело вздохнул, устремляя в потолок взгляд, полный страданий: — Почему я? — Потому что мне нужен кто-то, кто убедится, что я не прибью Чана по дороге. — Вы оба невыносимы, — простонал Чонин, но всё же последовал за ними. Камилль, наблюдая за этим спектаклем, только усмехнулась, закрывая за ними дверь. Как только трое ушли, Камилль потянулась, собираясь покинуть больничное крыло, но вдруг почувствовала чьё-то присутствие. Она обернулась и замерла — к ней направлялась элегантная женщина в светло-голубой мантии, её походка была грациозной, а взгляд — строгим, но спокойным. — Мадемуазель Лефевёр, — мягко, но уверенно произнесла она. Камилль сразу же выпрямилась. — Мадам Максим! Директриса Шармбатона смерила её внимательным взглядом и чуть склонила голову. — Ты хорошо справилась на первом испытании. Я горжусь тобой. Камилль почувствовала тепло в груди — похвала мадам Максим значила многое. — Спасибо, мадам. Я старалась. — Но этого будет недостаточно в дальнейшем. Камилль напряглась, вглядываясь в лицо директрисы. — Вы имеете в виду… — Следующее испытание будет куда сложнее. Я советую тебе быть предельно осторожной и наблюдательной. В отличие от мистера Ли и мистера Бана, ты единственная, кто представляет свою школу. Запомни это. Камилль сжала пальцы, осознавая всю ответственность. — Я не подведу Шармбатон. Директриса кивнула, её губы тронула лёгкая тень одобрительной улыбки. — Хорошо. Тогда иди, отдохни. Ты понадобишься нам в полной боевой готовности. С этими словами она плавно развернулась и ушла, оставляя Камилль с мыслями о том, что её ждёт впереди. 🪄🪄🪄 — Пошли к Хагриду! — внезапно выпалил Джисон, его глаза загорелись азартом. Чан прищурился: — С чего вдруг? — Мне-то уж он точно всё скажет! — самодовольно заявил Джисон, схватил Чана за запястье и, не дав тому возразить, потащил в другую сторону. — Эй-эй-эй, может, я не хочу? — возмутился Чан, но сопротивляться не стал. — Ты хочешь. Ты просто ещё не знаешь об этом, — отмахнулся Джисон, ускоряя шаг. — Ты вообще когда-нибудь думаешь, прежде чем что-то делать? — Я гриффиндорец, думать — не в моём стиле! — ухмыльнулся Джисон. Чан закатил глаза, но всё же позволил утащить себя в сторону хижины Хагрида. Хижина Хагрида, как всегда, выглядела уютно и слегка хаотично. Изнутри доносился лай Клыка, а в окне мелькнул огромный силуэт. Не успели Чан и Джисон постучаться, как дверь с лёгким скрипом распахнулась. — О, Бан, Джисон! Чего это вы так рано? — Хагрид широко улыбнулся, отступая в сторону. — Заходите, заходите, а то тут ветер поднялся… — Доброе утро, Хагрид! — бодро поздоровался Джисон, проходя внутрь. Чан кивнул, с трудом увернувшись от Клыка, который с радостным лаем бросился к ним. — Выглядите так, будто по делу пришли, — заметил Хагрид, наполняя кружки горячим чаем. Джисон и Чан переглянулись. — Ну… — протянул Чан, задумчиво оборачивая кружку в ладонях. — Мы хотели узнать про следующий этап Турнира… Хагрид тут же нахмурился: — Ну-ка, ну-ка, вы, гриффиндорцы, чего это затеяли? — Ничего такого! — Джисон тут же вскинул руки. — Просто… слышали, что ты помогал Макгонагалл с подготовкой. Хотим быть… морально готовы! — Морально готовы? — Хагрид покачал головой. — Вы бы лучше отдыхали, испытания сами за себя говорят. Но нет, вы, небось, опять в какую-нибудь передрягу вляпаетесь… Чан только пожал плечами. — Ну а вдруг ты сможешь нам дать… — Джисон сделал паузу, задумчиво помешивая чай, — маленькую подсказку? Хагрид посмотрел на них с прищуром, но в глазах мелькнула тень улыбки. — Знаю я вас. Если скажу хоть слово, сами же пойдёте проверять, так? — Нет! — слишком быстро воскликнул Джисон. — Да, — одновременно с ним ответил Чан. Джисон пихнул его локтем. — Ай! Ну извини, что я реалист! — проворчал Чан. Хагрид рассмеялся, качая головой. — Ладно, ничего вам не скажу, но совет дам. Следующее испытание — дело непростое. Тут одними палочками не справиться, придётся головой думать. А ещё… — он внезапно сделал паузу, а потом тихо добавил: — держитесь вместе. Джисон и Чан снова переглянулись, а потом дружно кивнули. — Но при чём здесь Джисон? — спросил Чан, нахмурившись. — Он же не участвует в турнире. Хагрид посмотрел на него с лёгкой усмешкой, а затем перевёл взгляд на Джисона, который уже налил себе второй чай и выглядел совершенно довольным собой. — Может, и не участвует, но я-то вас знаю! Где Бан Чан, там и Хан Джисон, а где Джисон — там… ну, обычно проблемы. — Эй! — возмутился Джисон, чуть не расплескав чай. — Я что, по-твоему, живой источник неприятностей? Чан скептически посмотрел на него. — А ты хочешь это оспорить? — Ну, вообще-то, да! Я скорее источник… неожиданностей. — Ага, неожиданных проблем. — Никаких проблем! — Тебя однажды чуть не отчислили за то, что ты выпустил всех пикси из кабинета Флитвика! — Это был эксперимент! — Ты хотел узнать, сколько пикси сможет удержать в руках человек?! — Именно! Кстати, ответ — ноль. Хагрид рассмеялся, качая головой. — Вот о чём я и говорю. Так что, участвуешь ты в Турнире или нет, но влезешь в него всё равно. Вот и держитесь вместе. Чан тяжело вздохнул, а Джисон только довольно улыбнулся, снова отхлёбывая чай. 🪄🪄🪄 Тем временем в библиотеке, среди высоких книжных полок, в тишине, нарушаемой лишь скрипом пера и редкими шёпотами студентов, за столом сидели Феликс и Чонин. — Напомни мне ещё раз, почему я должен тратить своё свободное время именно здесь? — недовольно пробормотал Феликс, лениво перелистывая страницу старого фолианта. — Потому что ты хочешь победить, — спокойно ответил Чонин, даже не отрываясь от своей книги. Феликс фыркнул. — Я и так выиграю. — Ну конечно, а реликварий сам прыгнул тебе в руки? Феликс бросил на него раздражённый взгляд. — Ты ведёшь себя как Бан Чан, он тоже любит меня подкалывать. — Вот видишь, вы с ним больше похожи, чем думаете, — ухмыльнулся Чонин. Феликс закатил глаза и бросил книгу на стол. — Ну и что мы тут ищем? — Подсказки о втором испытании. — И почему мы думаем, что они есть в библиотеке? — Потому что где ещё им быть? Феликс хмыкнул. — Например, в голове у Дамблдора. — Ну давай, иди спроси. Потом расскажешь, каково быть испепелённым его взглядом. Ли фыркнул, но спорить не стал. — Ладно, если я уже трачу на это время, то хоть скажи, что мы ищем конкретно? Чонин отложил книгу, склонился ближе и понизил голос: — Я слышал, что испытание связано с водой. Феликс нахмурился. — Серьёзно? Ужасно банально. — Не факт. Турнир никогда не бывает простым. Феликс вздохнул и снова взял книгу. — Ладно, посмотрим… — И испытания каждый год разные, редко повторяющиеся, — добавил Чонин, бегло просматривая страницу. — Но у них есть одна особенность — каждое из них проверяет не только магические навыки, но и что-то ещё. Например, первое испытание требовало умения быстро соображать и доверять другим, даже если этот «друг» тебя бесит. Феликс фыркнул. — Если это был тонкий намёк на Чана, то знай — я ему не доверял, я просто не хотел остаться в подземелье навсегда. — Как скажешь, — усмехнулся Чонин. — Но, если следовать логике, второе испытание, скорее всего, будет проверять что-то ещё… Может, смелость? Или выдержку? Феликс задумчиво постучал ногтем по столу. — Если испытание связано с водой, то, возможно, нам придётся погружаться на глубину… — Или плыть через что-то опасное, — подхватил Чонин. Оба ненадолго замолчали, обдумывая. — Если так, то нам нужны заклинания для дыхания под водой и, возможно, защиты от магических существ. Если вдруг решат запустить в озеро что-нибудь зубастое… Феликс вздохнул. — Отлично. То есть мне теперь надо не просто победить, а ещё и не утонуть. Чонин усмехнулся. — Ну, у тебя же есть я. Я помогу. Феликс приподнял бровь. — Ты ведь даже плавать не умеешь. — Зато я умею читать и искать нужную информацию, — гордо парировал Чонин, постучав пальцем по книге. Феликс закатил глаза, но уголки губ всё же дрогнули в слабой улыбке. — Стоит ли остальных предупреждать? — пробормотал Феликс, постукивая пальцами по столу. Чонин задумчиво провёл рукой по странице. — Ты имеешь в виду Чана и эту француженку? — Вообще-то её зовут Камилль, — лениво поправил Феликс, — но да. Может, они тоже догадаются, но если нет… Чонин ухмыльнулся. — О, я более чем уверен, что Чан уже где-то носится в поисках информации. Или допрашивает Хагрида. Феликс закатил глаза. — Да, у него ведь есть персональный источник сплетен в лице Хан Джисона. Чонин рассмеялся. — Завидуешь? Феликс презрительно фыркнул. — Скорее сочувствую. Быть другом Чана — это добровольное испытание на выживание. Чонин наклонился к нему, будто делясь чем-то секретным. — Говорят, что тебя самого вполне можно назвать таким же испытанием. Феликс скрестил руки на груди и смерил его тяжёлым взглядом. — Ты хочешь, чтобы я тебя случайно утопил во время второго задания? — Нет, спасибо, — усмехнулся Чонин, — но если серьёзно, предупреждать их или нет — решай сам. Только помни, что если они узнают что-то раньше нас, делиться не станут. Феликс задумался, а потом хмыкнул. — Что ж, посмотрим, кто окажется умнее. В библиотеке было тихо, если не считать приглушённого шороха переворачиваемых страниц и редкого постукивания пера по пергаменту. Мягкий свет ламп освещал длинные ряды полок, наполненных книгами с потрёпанными корешками, и тонкий запах старой бумаги витал в воздухе. Феликс сидел, развалившись на стуле, без особого энтузиазма листая книгу, а Чонин, напротив, был сосредоточен, будто действительно пытался найти что-то полезное. — Да и почему всем преподавателям так всё равно на нас, особенно Снейпу? — Феликс провёл пальцем по строчке, вздохнул и захлопнул книгу. Чонин хмыкнул, даже не отрываясь от своей. — Ты серьёзно жалуешься, что Снейп не носится вокруг тебя с заботой? Феликс закатил глаза. — Я не жалуюсь, просто это странно. Обычно он нас опекает, как курица цыплят, а тут даже бровью не ведёт. Макгонагалл хоть делает вид, что переживает за своего любимчика Чана. Ян ухмыльнулся и наклонился вперёд, подперев подбородок рукой. — Ты слишком часто упоминаешь Чана. Случайно не влюбился? Феликс фыркнул и кинул в него кусочек пергамента. — Я бы скорее поцеловал гиппогрифа. — Тоже вариант, — рассмеялся Чонин, уворачиваясь. Ли вздохнул, потёр виски и снова открыл книгу. — Ладно, хватит болтать. Если второе испытание действительно связано с водой, нам нужны заклинания для дыхания и защиты. Ещё бы узнать, что за опасности нас там ждут… Чонин задумчиво провёл пальцем по строчке. — Если следовать логике, испытания не просто проверяют магию, а ещё что-то личное. Первое нас заставило работать в команде — ну, или хотя бы не убить друг друга. А второе, скорее всего, проверит храбрость или выдержку. Феликс перевёл на него взгляд. — И ты, конечно же, уже нашёл что-то полезное, да? Чонин самодовольно улыбнулся и постучал пальцем по книге. — Я бы не был твоим другом, если бы не подготовил для тебя хоть каплю полезной информации. Феликс вздохнул, но уголки губ дрогнули в лёгкой улыбке. — Ладно, выкладывай. 🪄🪄🪄 Большой зал был полон студентов, переговаривающихся в предвкушении нового испытания. Пламя в свечах мерцало особенно ярко, отражаясь в золотых бокалах, а на преподавательском столе царило спокойствие — в отличие от самих учеников, которым не терпелось узнать, что ждёт чемпионов. Феликс стоял чуть в стороне, скрестив руки на груди и лениво осматривая толпу. Чан же, наоборот, выглядел сосредоточенным, обмениваясь короткими репликами с Джисоном. Камилль стояла неподалёку, внимательно рассматривая преподавателей, явно ожидая чего-то важного. Вскоре шум начал стихать, когда Дамблдор встал и поднял руку, привлекая внимание студентов. — Добрый вечер, ученики Хогвартса и наши уважаемые гости! — его голос, усиленный магией, звучал громко, но не терял своей привычной теплоты. — Сегодня я рад объявить вам о втором испытании Турнира Трёх Волшебников. В зале повисла напряжённая тишина. Все затаили дыхание. — Во втором испытании наши чемпионы столкнутся с одной из древнейших загадок магического мира — водной тайной Хогвартса. Завтра, ровно в полдень, они отправятся к Чёрному озеру. Феликс почувствовал, как внутри что-то неприятно сжалось. Ну, конечно. Вода. Дамблдор продолжил: — На дне озера спрятано то, что вам дорого. Ваша цель — добраться туда и вернуть свою потерянную вещь прежде, чем истечёт время. Но будьте осторожны — озеро хранит не только сокровища, но и своих стражей. По залу прокатилась волна оживлённого шёпота. Ли метнул взгляд на Чана. Тот чуть нахмурился, но не выглядел удивлённым — кажется, у него уже были догадки. Камилль склонила голову, задумчиво поглаживая край мантии. — Испытание начнётся ровно в полдень. У вас есть время подготовиться. Желаю вам удачи! Дамблдор сел, и зал мгновенно взорвался обсуждениями. Феликс облокотился на ближайший стол, скептически глядя на Чана. — Ну что, любимчик Макгонагалл, готов пойти на дно? Чан ухмыльнулся. — А ты что, уже смирился со своей участью? — Нет, но если утонешь, я буду первым, кто на этом заработает. Чан фыркнул и покачал головой. — Жадина. Ликс лишь ухмыльнулся. Толпа учеников расходилась, но Камилль стояла на месте, сжимая в руках край своей мантии. Она не отрывала взгляда от преподавательского стола, где Дамблдор что-то обсуждал с мадам Максим. Её дыхание было неровным, а в голове кружились тревожные мысли. Вода. Она не знала ни одного достойного заклинания для погружения под воду. Конечно, были классические варианты вроде Bubble-Head Charm, но их изучали в Хогвартсе, а в Шармбатоне акцент был совсем на других заклинаниях. — Чёрт… — выдохнула она, проводя рукой по лбу. — Что, милашка, боишься воды? — раздался знакомый, слишком самодовольный голос. Феликс стоял рядом, скрестив руки на груди и глядя на неё с лёгкой усмешкой. Камилль резко повернулась к нему, и он заметил, что её пальцы дрожат. — Это не смешно, Ли, — процедила она. — У нас в Шармбатоне нет такого… Феликс нахмурился, явно не привыкший видеть её в таком состоянии. — Чего нет? Озёр? Камилль стиснула зубы, пытаясь взять себя в руки. — Нет. Мы не учим заклинания для дыхания под водой. У нас совершенно другая программа. Феликс моргнул, но быстро скрыл удивление за привычной ленцой. — То есть ты даже не знаешь, как продержаться под водой больше пяти минут? Камилль сжала кулаки. — Если хочешь надо мной посмеяться — пожалуйста, давай. Только мне от этого легче не станет. Феликс открыл было рот, но тут к ним подошёл Чан, который явно подслушал часть разговора. — Может, вместо того чтобы ехидничать, ты хотя бы скажешь, какие заклинания нужно использовать? Ли бросил на него раздражённый взгляд, но Камилль в этот момент смотрела только на Чана, будто зацепившись за надежду. — Есть три варианта, — нехотя заговорил Феликс. — Bubble-Head Charm создаёт воздушный пузырь вокруг головы, но у него есть ограничения. Второй — заклинание жаброглот, но оно временное, плюс после него ещё пару часов приходится отходить. — А третий? — нетерпеливо спросила Камилль. Феликс усмехнулся. — Научиться плавать очень быстро. Камилль закатила глаза, но Чан её перебил: — Я помогу тебе с заклинаниями. Встретимся утром перед испытанием и потренируемся. Она кивнула, всё ещё выглядя напряжённой, но явно чувствуя себя чуть увереннее. Феликс наблюдал за этим, качая головой. — Слишком добрый ты, Кристофер Чан. Не надоело спасать всех вокруг? Он пожал плечами. — Я просто не хочу, чтобы кто-то утонул у меня на глазах. Камилль бросила на Феликса испытующий взгляд. — А ты что, даже не собирался мне помогать? Феликс вздохнул, закатив глаза. — Ладно-ладно, не заводись. Будет тебе тренировка. Только без истерик, ладно? Камилль закатила глаза и развернувшись потопала в другую сторону , но теперь в её взгляде уже не было того страха, который был минуту назад. Феликс вздрогнул от неожиданности. Он даже не услышал, как кто-то подошёл, а когда почувствовал тяжёлую руку на своём плече, его первым желанием было выхватить палочку. Резко обернувшись, он встретился взглядом с профессором Снеггом. Ледяные чёрные глаза внимательно изучали его, будто пронизывая насквозь. — Ты разве не хочешь победить? — голос Снегга прозвучал ровно, но в нём было что-то настораживающее. — Тогда почему помогаешь? Феликс моргнул, быстро восстанавливая самообладание. — А с каких пор забота о безопасности участников турнира стала преступлением, профессор? Снегг чуть прищурился, не убирая руки с плеча Феликса. — Забота? — повторил он, и в уголке его рта мелькнула тень усмешки. — Не знал, что слизеринцы так легко разбрасываются своими преимуществами. Феликс стиснул зубы. — Камилль всё равно найдёт способ пройти испытание. Лучше уж пусть она будет подготовлена, чем утонет, и нас всех заставят отменить турнир. Снегг хмыкнул. — Мистер Бан слишком простодушный, сразу же бежит всем помогать, идеальный староста для Гриффиндора… Но это и погубит его. Вы же это понимаете, мистер Ли? — его голос звучал мягко, почти насмешливо. — Если не хотите быть таким же, как человек, который вам не нравится, то слушайте меня. Феликс почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Я не Чан. — его голос прозвучал твёрдо, хоть пальцы и сжались в кулак. Снегг слегка наклонил голову, продолжая изучать его. — Пока нет. Затем убрал руку и, развернувшись, скрылся в тени коридора. Феликс остался стоять на месте, глядя ему вслед. В груди неприятно покалывало — не то раздражение, не то беспокойство. — Как же ты бесишь… — пробормотал он себе под нос, выдыхая. Турнир только начинался, а у него уже было ощущение, будто он влез в игру, в которой слишком много скрытых правил. 🪄🪄🪄 В гостиной Гриффиндора царила оживлённая атмосфера. Огонь в камине потрескивал, разбрасывая тёплые отблески на стены, а ученики столпились вокруг Бан Чана, который, прислонившись к подлокотнику кресла, лениво перелистывал страницы толстой книги. — Ну как, Чан, нашёл подходящее заклинание? — раздался чей-то взволнованный голос. — Мы уверены, ты победишь! — подбодрил его другой студент, хлопнув по плечу. — Да, после прошлого испытания у тебя куча баллов! Ты практически лидер! Бан Чан усмехнулся, закрывая книгу. — Не так уж и много, ребята. — Ну, у Феликса всего на пару баллов меньше, но мы же не дадим слизеринцу обогнать тебя, верно? — шутливо поддел его младшекурсник. Чан закатил глаза. — Я вообще-то не собираюсь зацикливаться на соперничестве. Главное — пройти испытание живым. — Вот именно! — вмешался Джисон, откуда-то извлекая две шоколадные лягушки и вручая одну Чану. — Если ты помрёшь в этом озере, кто потом будет носить меня на руках после победы? Чан рассмеялся и откусил кусочек шоколада. — Ты слишком в меня веришь. — А ты попробуй оправдать наши ожидания! — ухмыльнулся Джисон, устраиваясь рядом. Ребята ещё какое-то время оживлённо болтали, обсуждая предстоящее испытание, пока ночь не начала заволакивать окна. Но даже когда большая часть студентов разошлась, Бан Чан всё ещё сидел в кресле, задумчиво поглаживая корешок книги. Испытание с озером… Оно точно не будет простым. Джисон резко выпрямился, уставившись на Чана. — Ты думаешь, они… — А ты сам не заметил? — Чан нахмурился, подаваясь вперёд. — Вспомни, за день до объявления второго задания нас всех согнали в другую комнату, якобы для проверки заклинаний на защиту. А на самом деле они в это время обшаривали наши вещи, чтобы найти что-то важное для каждого из нас! Джисон медленно моргнул, явно прокручивая в голове события последних дней. — Чёрт… — выдохнул он, осознание резко ударило по нему. — Они забрали у вас что-то, что для вас ценно, и спрятали в озере? — Скорее всего так и есть. — Чан сжал кулаки. — Теперь вопрос: что именно они взяли? — А если у Камилль нет ничего важного? — предположил один из гриффиндорцев, прислушивавшийся к их разговору. — Не смеши меня, — хмыкнул Чан. — У всех есть что-то дорогое. Даже у Феликса. — У Феликса? — Джисон удивлённо поднял брови. — И что же, по-твоему, для него самое важное? Чан на секунду задумался. — Не знаю… — он неопределённо пожал плечами. — Но если мы хотим выиграть, нам нужно понять, что спрятали у каждого из нас. Потому что назад мы не вернёмся, пока не достанем эти вещи из озера. — Я нашел заклинание — воскликнул Джисон Чан резко поднял голову. — Что?! Джисон, сияя от гордости, размахивал раскрытой книгой, которую только что стащил с ближайшего стола. — Я нашёл заклинание! — повторил он, почти подпрыгивая на месте. Чан прищурился, с подозрением глядя на друга. — Ты уверен, что оно не взорвёт мне лёгкие или не превратит меня в гигантского головастика? — Ну… — Джисон замялся, быстро пробежав глазами строчки. — На 80 процентов уверен. Может, 75. Но это ведь тоже немало, верно? Чан вздохнул, потер переносицу и протянул руку. — Дай сюда. Джисон сунул ему книгу, самодовольно скрестив руки на груди. — Я, между прочим, перелопатил кучу страниц, пока ты тут болтал с младшекурсниками. Думаю, этот вариант идеальный. Чан пробежался глазами по тексту, потом ещё раз перечитал нужное заклинание. — Ммм… Ну, звучит логично. Но всё равно надо попробовать заранее. — Конечно! Для этого у нас есть доброволец! Джисон с энтузиазмом похлопал по плечу одного из учеников, который стоял рядом и только сейчас понял, что оказался в ловушке. — Эй, я не подписывался на это! — взвизгнул тот, пытаясь отступить. — Ладно, ладно, — махнул рукой Чан. — Сначала попробуем на подушке. Джисон надулся. — Вот так всегда… — на этот раз каждый сам по себе … я должен выйти из воды первым ! — заявил Чан Джисон закатил глаза. — Да-да, мистер «я должен быть лучшим»… Чан бросил на него укоризненный взгляд. — Это не просто гонка, Джисон. Это стратегия. Если я выйду первым, то смогу понять, что делают остальные, и прикинуть, как поступить в следующем испытании. Джисон фыркнул: — А может, ты просто хочешь обогнать Феликса? Чан не ответил, но по тому, как напряглись его плечи, Джисон понял, что попал в точку. — Ты же знаешь, он тоже об этом думает. Парень может делать вид, что ему всё равно, но на самом деле он так же хочет победить. Чан усмехнулся, перекинув полотенце через плечо. — Тем более тогда у меня нет выбора. Я должен стать первым. — а сейчас я пойду спать! Джисон усмехнулся, наблюдая, как Чан потягивается и зевает, прикрывая рот ладонью. — Ого, да ты, кажется, совсем выдохся от одной только мысли о соревновании. Чан лениво махнул рукой. — Просто хочу быть в форме. Завтра важный день, а я не собираюсь проворонить победу из-за недосыпа. Джисон закатил глаза. — Ты даже перед сном думаешь о турнире. А мог бы, например, подумать о чём-то более приятном. О вкусном ужине, например. Или о девушках из Шармбатона. Чан хмыкнул. — Завтра поговорим. А сейчас я пойду спать! С этими словами он направился к лестнице, ведущей в спальню, оставив Джисона с недоеденным печеньем в руках и ухмылкой на лице. — А я пойду к Минхо — сказал он и радостно пошёл в гостиную Когтеврана Чан остановился на полпути и обернулся, прищурившись. — Ты серьёзно? Джисон самодовольно улыбнулся и ухватил ещё одно печенье со стола. — А что такого? Пока ты там мечтаешь о победе, я собираюсь провести вечер приятно. Минхо сказал, что у них в гостиной новый чай из лаванды. Хочу попробовать. Чан закатил глаза. — Главное — не засни прямо у него на плече. Джисон хмыкнул: — Ну, если засну, он меня разбудит. Заботливый же. Чан покачал головой, наблюдая, как друг, напевая под нос, направляется к выходу. — Ладно, иди, романтик. Завтра не проспи мой триумф. — Конечно, конечно, — махнул рукой Джисон, прежде чем скрыться за дверью. 🪄🪄🪄 Утро выдалось пасмурным, но воздух был свежий, а лёгкий ветерок пробегал по территории Хогвартса, неся с собой запах озера. Чан проснулся раньше будильника и какое-то время просто лежал, глядя в потолок. Волнение неприятно жужжало в груди, но он быстро справился с ним, глубоко вздохнув. Сегодня он должен сосредоточиться. Когда он спустился в гостиную, там уже было оживлённо — ученики Гриффиндора обсуждали предстоящее испытание, азартно споря, у кого больше шансов на победу. Увидев Чана, кто-то радостно выкрикнул: — Чан! Ты же их сделаешь, верно? — Ну конечно сделает! Он же у нас лучший! Чан только усмехнулся, накидывая мантию. — Давайте не будем загадывать наперёд. Встретимся у озера. Его путь к месту испытания сопровождался одобрительными возгласами гриффиндорцев и дружескими хлопками по плечу. Когда он вышел на свежий воздух, там уже собиралась толпа. Ученики, преподаватели, даже некоторые призраки заняли места у трибун. Вдалеке Чан заметил Камилль — она выглядела напряжённой, скрестив руки на груди и что-то нервно бормоча себе под нос. И, конечно, Феликс. Тот стоял чуть поодаль, накинув капюшон мантии, и лениво осматривал озеро. Почувствовав взгляд, он повернул голову, их взгляды встретились. Чан ухмыльнулся, но Феликс лишь вскинул бровь и отвёл глаза. — Сегодня я выйду первым, — пробормотал Чан, сжимая пальцы в кулак. Через несколько минут на трибуну вышел Дамблдор, и шум в толпе стих. — Доброе утро, ученики Хогвартса! — его голос разнёсся по берегу озера. — Сегодня участников ждёт второе испытание. На дне Чёрного озера спрятано то, что им дорого. Они должны отыскать это и вернуться назад, используя свои навыки и смекалку. Чан сжал челюсть. Всё было именно так, как они подозревали. Дамблдор обвёл взглядом троих участников. — Помните, что время ограничено. Будьте осторожны. И пусть удача будет на вашей стороне! Затем он поднял руку. — На счёт три… Раз… Два… Три! Громкий звук гонга раздался над озером, и Чан, не теряя ни секунды, нырнул в ледяную воду. Испытание начинается Как только Чан оказался под водой, ледяная волна окутала его тело, и первое, что он сделал — использовал заклинание, создавая вокруг себя прозрачный пузырь, позволяющий дышать. В мутной воде едва можно было различить очертания подводных растений, извивающихся словно живые существа. Оглянувшись, он заметил Камилль — та тоже создала вокруг себя пузырь и двигалась вперед, хотя её движения были не такими уверенными. Но сейчас Чану было не до неё. Он сосредоточился на поисках. Он плыл сквозь заросли, внимательно осматриваясь. На глубине царил таинственный полумрак, лишь слабые лучи света пробивались сквозь толщу воды. Внезапно он заметил каменную платформу, на которой стоял сундук с резным замком. Подплыв ближе, он увидел, что сундук окружён магическими цепями, которые переплетались, как змеи. Они двигались, словно живые, готовые атаковать любого, кто посмеет приблизиться. — Ну, замечательно… Вспомнив уроки Чар, Бан вытащил палочку и направил её на цепи. — Релашио ! Огонь вырвался из её кончика, заставляя цепи расцепиться, и сундук слегка приоткрылся. Чан потянул крышку вверх и увидел внутри… свою мантию. Его брови приподнялись. — Моя мантия? Вы серьёзно? Но как только он дотронулся до неё, почувствовал тёплую волну магии, прокатившуюся по рукам. Это была не просто мантия. Это был подарок, который когда-то сделала ему мама. Сжав ткань, он резко развернулся и поплыл вверх, направляясь к поверхности. Камилль: Камилль двигалась осторожно, боясь слишком быстро расходовать воздух. Её сердце бешено колотилось — плавание никогда не было её сильной стороной, и ощущение воды вокруг вызывало дискомфорт. Внезапно перед ней возникли тёмные силуэты. Она замерла. Русалы. Они наблюдали за ней, склонив головы. Один из них держал в руках небольшую серебряную брошь. Камилль сразу её узнала. Это была брошь её сестры. Сжав пальцы в кулак, она сделала несколько плавных движений, приближаясь к русалу. — Могу я взять её? — произнесла она, хотя звук вышел приглушённым. Русал посмотрел на неё испытующе, а затем сделал резкое движение рукой. Поток воды ударил Камилль, отбрасывая её назад. Она зашипела сквозь зубы. — Ну, раз так… Она быстро направила палочку: — Акцио брошь! Брошь сорвалась с рук русала и устремилась к ней. Камилль мгновенно схватила её и, не дожидаясь ответа, развернулась и поплыла вверх. Она вышла на поверхность второй, сразу хватаясь за платформу, чтобы отдышаться. Но когда она огляделась, увидела Чана а потом поняла то ,что Феликса нигде не было. Феликс Холод пробирал до костей. Феликс сжимал палочку так крепко, что пальцы побелели. Он опустился глубже, оглядываясь в поисках своей ценной вещи. Вода была темнее, чем он ожидал, а тишина давила. Вдруг, среди подводных зарослей, он увидел сундук. Чуть прищурился — да, точно, на крышке виднелся герб Слизерина. Его сердце подскочило. Вот ты где. Он резко рванулся вперёд, но в тот же миг почувствовал резкий рывок. Феликс даже не успел осознать, что произошло, как кто-то с силой схватил его за запястье. Вода перед ним дрогнула, и он увидел трёх русалов с острыми, как иглы, зубами и бледными глазами, наполненными хищным блеском. Он дёрнулся, пытаясь вырваться, но хватка только усилилась. — Экспиллярмус! — выкрикнул он, и один из русалов отлетел назад, скрываясь в тёмной воде. Но двое других не собирались так просто отпускать его. Один резко дёрнул его вниз, а второй схватил за ногу. Феликс почувствовал, как его тело утягивает всё глубже в бездну. Он изо всех сил пытался разжать их руки, но магические существа были сильнее, а пузырь, позволяющий дышать, начал давать трещины. Давление воды становилось невыносимым. Феликс понял, что задыхается. Он начал судорожно вспоминать заклинания, но мысли путались, а движения замедлились. Ему было холодно. Темно. Пузырь лопнул. Резкий поток воды хлынул в лёгкие, и Феликс захрипел, инстинктивно хватая себя за горло. Его зрение начало затуманиваться, перед глазами поплыли странные образы. Всё было… неправильно. Так вот как это будет? Он думал, что в последний момент будет бояться, но нет. Вместо страха пришло что-то другое. Жалость. Не к себе. К своим друзьям. Чонин будет беситься, когда узнает, что я погиб таким нелепым образом… А потом… Бан Чан. Перед глазами промелькнули сцены: — Бан Чан, закатывающий глаза, когда Феликс снова подначивал его. — Бан Чан, стискивающий кулаки, когда Феликс срывал с него очки и прятал. — Бан Чан, фыркающий, когда Феликс назвал его идеальным гриффиндорцем. Он бы никогда этого не признал, но ему нравилось доводить Чана. Прости, Бан… наверное, я зря тебя доставал все это время… Ему вдруг стало обидно. Он не хотел, чтобы всё заканчивалось вот так. Но… он уже не мог бороться. Сил не было. Глаза начали закрываться, а сознание угасать. Но в следующий миг чья-то сильная рука схватила его за плечо и резко дёрнула вверх. Тем временем на поверхности Толпа заволновалась. Все участники уже выбрались из воды. Все, кроме одного. Феликс пропал. Бан Чан сжимал кулаки, всматриваясь в озеро. Волнение внутри него нарастало, словно ледяные волны разбивались о его грудь. Он не мог объяснить, почему его так трясло. Камилль нервно кусала губы, переминаясь с ноги на ногу. — Профессор Дамблдор, его нет слишком долго, — сказал Чан, пытаясь говорить ровно, но голос выдавал его беспокойство. — Возможно, он просто ищет выход, — спокойно ответил Дамблдор, наблюдая за водной гладью. — А если что-то стряслось? — встревоженно произнесла Камилль, хватая Чана за рукав. Чан не отвечал. Он чувствовал, как внутри него что-то закипает. Феликс, конечно, тот ещё ублюдок. Вечно нарывался. Вечно доводил его. Но, чёрт возьми… он ведь должен был выплыть. Десять секунд. Двадцать. Тридцать. Слишком долго. Чан выдохнул сквозь зубы, прежде чем развернуться к Дамблдору. — Я не собираюсь сидеть и ждать, пока он захлебнётся, — рявкнул он. — Мистер Бан… — начал было профессор, но Чан уже сорвал с себя одеяло, оголив ещё влажную форму. — Блять, — прошипел он, и прежде чем кто-то успел его остановить, сиганул обратно в воду. Толпа ахнула. Всплеск разрезал поверхность озера, отправляя рябь в разные стороны. — Он что, совсем спятил?! — воскликнула Камилль, глядя вслед за ним. Преподаватели подняли шум, а зрители заволновались ещё больше. Но Чан уже не слышал их. Холодная вода сомкнулась над ним, заглушая всё лишнее. Он собирался найти Феликса. Или вытащить его. Или… Чёрт. Он даже не хотел думать об альтернативе. Под водой Холод сковывал тело, но Чан продолжал плыть вперёд, пробиваясь сквозь темноту. Он слышал, как кровь шумит в ушах. Сколько он уже под водой? Минуту? Две? Озеро было глубже, чем казалось, и освещение здесь почти не пробивалось. Волшебные лампы, установленные на глубине, горели тускло, а мрак скрывал силуэты. Чан пытался сосредоточиться. Где он? Он оглядывался, двигаясь всё дальше, несмотря на сжимающееся в груди дыхание. Спустя несколько минут паника начала подкрадываться к нему. А если он ошибся? Если Феликс уже… Нет. Он должен быть где-то здесь. Чан резко развернулся, и тут его взгляд зацепился за что-то светлое в отдалении. — Чёрт… Феликс. Тот медленно парил в воде, не подавая признаков жизни. Его волосы плавно колыхались в водной глади, а губы посинели от холода. Чан рванулся вперёд, разгоняя воду руками. — Ну же, блин, шевелись! Дыши! Он схватил Феликса за воротник формы и потянул к себе, но тот был словно безжизненная тряпичная кукла. Чан сильнее сжал его. — Ты ещё должен меня бесить, понял? Не смей сейчас просто взять и сдаться. Не теряя времени, он прижал Феликса к себе и изо всех сил устремился к поверхности. на поверхности — Где они?! — Джисон метался у края трибун, вцепившись в перила так, что побелели костяшки пальцев. — Чёрт, да почему никто ничего не делает?! — вскрикнул Чонин, хватая за рукав первого попавшегося преподавателя. Толпа гудела, кто-то вставал на носочки, пытаясь заглянуть в озеро, кто-то шептался с тревожными лицами. Камилль стояла в стороне, крепко сжимая в руках край своей мантии. — Он слишком долго там, — пробормотала она, нервно кусая губы. — Надо что-то делать… — Если Чан не выберется через минуту, я сам туда сигану, — прорычал Джисон, шагнув вперёд. — Не будь идиотом, — огрызнулся Чонин, но его голос дрожал. Тут внезапно поверхность воды заволновалась. — Смотри! — выкрикнул кто-то из студентов. И в следующее мгновение два силуэта прорвали водную гладь. Чан рывком вырвался из воды, судорожно хватая ртом воздух. Всё тело ломило от холода, а руки дрожали от напряжения. Вокруг стоял оглушительный шум – кто-то кричал его имя, кто-то звал профессоров, но Чан ничего не слышал, кроме собственного тяжёлого дыхания. — Держись… ещё чуть-чуть… Он подтянулся к деревянному настилу трибун, пытаясь ухватиться за край, но пальцы соскальзывали — кожа была слишком замёрзшей, мокрая ткань формы утяжеляла каждое движение. — Блин… — ЧАН! — раздался отчаянный голос. В следующую секунду Джисон уже висел над водой, протягивая руку. — Давай! Лезь быстрее! Чан из последних сил ухватился за его руку, помогая себе второй, но тут что-то резко дёрнуло его вниз. — Чёрт… — прохрипел он, глядя вниз. Феликс. Тот безвольно висел в воде, и Чан вдруг осознал: он не может его просто бросить. Злость и страх схлестнулись внутри. — Ты меня точно до инфаркта доведёшь… Стиснув зубы, Чан снова ушёл под воду, крепче обхватывая Феликса руками. — Ну нет, только не так, ты не имеешь права сдохнуть, пока не отдашь мне долг за спасение! В следующий момент чьи-то сильные руки подхватили его за плечи. Чонин и ещё пара студентов уже висели на краю трибун, помогая вытащить их обоих. Чан с глухим стуком рухнул на деревянный настил трибун, тяжело дыша и закашливаясь. Феликс лежал рядом – бледный, неподвижный, с мокрыми прядями, прилипшими к лицу. — Нет-нет-нет… Чан дрожащими руками схватил его за плечи и резко встряхнул: — Ли, блин, проснись! Ноль реакции. — Чёрт, только попробуй мне тут умереть, я тебя сам прибью! Он уже собирался сделать искусственное дыхание, когда Феликс вдруг судорожно вдохнул и закашлялся, выплёвывая воду. — …М-лять… — прохрипел тот, моргая. Чан замер. Феликс медленно повернул голову и с хриплым смешком пробормотал: — Ты… что, правда… вернулся за мной? Чан шумно выдохнул, отворачиваясь: — Заткнись. — Оу… — слабая усмешка. — Грифиндорец года. Чан устало закатил глаза. — Кто-нибудь, оттащите его уже в больничное крыло, пока я не утопил его снова. Чан замер, глядя на дрожащие пальцы Феликса, в которых тот сжимал промокшую, но всё ещё целую фотографию двух маленьких девочек. — Я... выполнил задание, — прохрипел Феликс, слабо улыбаясь. Чан почувствовал, как что-то сдавило ему грудь. Он не мог оторвать взгляд от фотографии. Ты идиот, - тихо сказал он, выдыхая. Знаю, - Феликс выдавил слабый смешок. Чан раздражённо провёл рукой по лицу, отгоняя подступающий ком в горле, и повернулся к мадам Помфри, которая уже бежала к ним с носилками. — Если ты ещё раз сделаешь что-то настолько тупое, я тебя убью, — буркнул Чан, помогая поднять Феликса. - Обещаешь? — едва слышно пошутил Чан закатил глаза. — Держите меня, а то я его сейчас обратно в воду кину. Как только мадам Помфри с помощниками унесли Феликса, Чан едва успел перевести дух, прежде чем на него налетел Джисон. — ТЫ, БЛЯТЬ, СОВСЕМ ДУРАК?! — заорал он, с размаху вцепившись в Чана, будто собирался задушить его в объятиях. — ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ?! Я УЖЕ ПРОЩАЛСЯ С ТОБОЙ, ИДИОТ! Чан покачнулся от внезапного удара эмоций, а потом тяжело вздохнул, сдаваясь и обнимая его в ответ. — Всё нормально, Джисон… Всё кончено… — НИХРЕНА НЕ НОРМАЛЬНО! — Джисон всхлипнул, но тут же отвернулся, резко вытирая глаза. — Я ТЕБЯ И ТАК ЛЮБИЛ ЗАСРАНЕЦ БЛЯТЬ , А ТЫ ЕЩЕ ВЗЯЛ И СТАЛ МОИМ ГЕРОЕМ! Чан выдохнул, устало улыбаясь: — Значит, всё-таки прощаюсь с репутацией засранца? — Ты всегда был засранцем, но ты мой засранец! Чан только рассмеялся, взъерошивая ему волосы, и вдруг поймал себя на мысли, что даже рад. 🪄🪄🪄 Когда пришло время объявить результаты, атмосфера на арене была напряженной, как никогда. Все участники стояли в ожидании, а зрители, затаив дыхание, следили за каждым движением. Дамблдор поднял палочку и голосом, полным торжественности, объявил: — Итак, результаты первого задания! На третьем месте — Ли Феликс из Слизерина! Ликс выглядел немного расстроенным, но всё равно изо всех сил улыбался, сжав фотографию своих младших сестричек в руках. — На втором месте, с не меньшими усилиями и смелостью — Камилль Лефевёр из Шармбатона! Камилль улыбнулась, слегка покраснев, и прикрыла лицо рукой. Она прошла через всё это испытание с нешуточным страхом, но её упорство заслуживало уважения. — А на первом месте, с безупречным мастерством и стремлением, которого можно только позавидовать, — Бан Кристофер Чан из Гриффиндора! Чан не мог сдержать радости и облегчения. Он с трудом подавил улыбку, когда его имя произнесли, и гордо шагнул вперёд, несмотря на все боли и усталость. В этот момент все его переживания и усилия стоили того. Дамблдор улыбнулся, наблюдая за ними, и добавил: — Поздравляю вас, ребята, вы показали настоящий дух волшебства и отвагу. Но помните, что это только начало. Следующее испытание будут куда сложнее. Услышав все результаты Чан закутался в полотенце и пошагал в сторону Ли который все это время лежал на переноске — Как ты ? Феликс выглядел вымотанным, но по-прежнему ухмылялся, как ни в чём не бывало. Он повернул голову к Чану, который остановился рядом, слегка нахмурившись. — Ну, бывало и лучше, — хрипло ответил Феликс, пытаясь сесть, но тут же морщась от боли. — Ещё бы, ты чуть не утонул, идиот, — выдохнул Чан, закатывая глаза. Он присел рядом и закутался в полотенце плотнее, скрывая, как дрожат руки. — Что, правда стоило идти на дно, чтобы занять последнее место? Феликс ухмыльнулся. — Хотел дать вам фору, — прохрипел он, всё-таки приподнимаясь на локтях. — Умник, блин, — проворчал Чан, но в его голосе слышалась настоящая обеспокоенность. Он бросил взгляд на мадам Помфри, которая суетилась неподалёку, и чуть тише добавил: — Я, кстати, должен быть на тебя в бешенстве, знаешь? Заставил меня прыгнуть за тобой, а я вообще-то уже успел вылезти. Феликс приподнял бровь. — Так ты переживал за меня? — Я?! За тебя?! — Чан тут же фыркнул, отводя взгляд. — Просто не хотелось, чтобы потом пришлось слушать, ка Чонин орет на меня, понял? Феликс усмехнулся. — Ну конечно. Ты просто мой спаситель. — Просто молчи и отдыхай, Ли, — отмахнулся Чан, но уголки его губ чуть дрогнули. — спасибо— тихо сказал Феликс и улыбнулся по доброму — если бы не ты я и в правду бы умер Чан на секунду замер, сжимая полотенце в руках. Он привык к тому, что Феликс всегда язвит, ухмыляется или бросается колкими фразами, но сейчас его голос звучал иначе — мягче, искреннее. — Не говори так, — буркнул он, отводя взгляд. — Всё обошлось. Феликс чуть наклонил голову, всматриваясь в него. — Но ведь правда же, — тихо продолжил он. — Я был там один… и мне казалось, что всё, конец. А потом ты появился. Чан тяжело вздохнул, прежде чем снова взглянуть на него. — Ты, конечно, невероятно раздражаешь меня, Ли Феликс, — начал он, но уголки его губ дрогнули. — Но не до такой степени, чтобы дать тебе умереть. Феликс улыбнулся — не той своей привычной самодовольной ухмылкой, а по-настоящему, тёпло. — Ну хоть что-то, — пробормотал он, закрывая глаза. Чан смотрел на него пару секунд, а потом лишь покачал головой, незаметно пряча в кулак дрожащие пальцы. — Как ты Феликс ? — к ним подошла Камилль вместе с девушками из шармбатона Феликс лениво приоткрыл глаза, а затем снова прикрыл их, тяжело вздыхая. — Как свежепойманная рыба, которую забыли обратно кинуть в воду, — пробормотал он. Камилль закатила глаза, но в её взгляде читалась явная обеспокоенность. — Ты нас всех до полусмерти перепугал, — сказала она, садясь рядом. — Я уж думала, что придётся самой за тобой нырять. — Сомневаюсь, что ты бы справилась быстрее, чем я, — вставил Чан, скрестив руки на груди. Камилль смерила его взглядом, а потом ухмыльнулась. — Это ты так себя утешаешь после победы? Чан было открыл рот, но передумал, бросив быстрый взгляд на Феликса. Тот, похоже, не собирался встревать в спор — просто смотрел на Камилль, потом на Чана и, кажется, что-то обдумывал. Девушки из Шармбатона, всё это время молчавшие, наконец, решились заговорить. — Мы рады, что ты в порядке, Феликс, — сказала одна из них. — Это было очень храбро с твоей стороны Чан — добавила другая. Феликс усмехнулся, облокачиваясь на подушку. — Да уж, — протянул он, бросая короткий взгляд на Чана. — Просто смерть , была не в моих планах. Чан закатил глаза, но ничего не сказал. Вместо этого он лишь сильнее сжал полотенце в руках, вспоминая, как едва не потерял этого упрямого слизеринца. — ТАК ВСЕ ОТОШЛИ ОТ ФЕЛИКСА — сказала мадам Помфри — этих двоих тоже в больничное крыло ! — сказала она показывая на Чана и Камилль — Ч-что? За что?! — возмутился Чан, вскидывая руки. — Ну а я-то тут при чём?! — воскликнула Камилль, глядя на мадам Помфри так, будто та только что объявила ей пожизненное заключение в Азкабане. — Вы оба ныряли в ледяную воду, а потом торчали на ветру, — строго сказала медсестра , уперев руки в бока. — У меня тут не цирк, а лечебница! Живо в больничное крыло! Феликс, наблюдая за этим со стороны, едва сдерживал смешок. — Ну что, герои, — хрипло пробормотал он, всё-таки не удержавшись от усмешки. — Встретимся за соседними койками? — Ох, заткнись, Ли, — простонал Чан, прикрывая лицо ладонью. Камилль только тяжело вздохнула, понимая, что с этой женщиной не поспоришь. 🪄🪄🪄 В больничном крыле стояла привычная тишина, нарушаемая лишь приглушёнными шагами мадам Помфри и редким постукиванием дождевых капель по стеклу. Феликс лежал, завернувшись в одеяло, и лениво наблюдал, как Чан ворочается на соседней кровати, явно не в силах уснуть. Камилль сидела на своей койке, скрестив руки и упрямо глядя в потолок, словно пытаясь смириться с судьбой. — И за что нам это? — простонала она, наконец не выдержав. — Да я даже не промокла толком! — Ага, скажи это своей дрожащей кофте, — буркнул Чан, укутываясь плотнее. — Эй — фыркнула она, возмущённо посмотрев на него. — Камилль не спорь — лениво отозвался Феликс, прикрыв глаза. — Ой, да иди ты, Ли, — пробормотала она, но уголки её губ дрогнули в улыбке. Мадам Помфри, услышав разговор, тут же подошла и с укоризненным видом осмотрела их всех. — Если у вас есть силы болтать, значит, завтра утром я вас выпишу, — строго заявила она. — А теперь спать! Как только она отошла, Чан тут же повернулся к Феликсу и тихо спросил: — Ты… правда думал, что умрёшь? Феликс долго молчал, прежде чем негромко ответить: — Да. Чан сжал губы и отвернулся, уставившись в стену. — Больше так не делай, — бросил он тихо. Феликс ничего не ответил, но почему-то впервые за долгое время почувствовал, что ему действительно есть на кого положиться. Дверь в больничное крыло тихо скрипнула, и все трое резко повернули головы. На пороге стояла профессор Макгонагал, сложив руки на груди и смерив их строгим взглядом. — Ну что, наши доблестные чемпионы, — начала она, подойдя ближе. — Надеюсь, вы осознаёте, что ваш поступок был… мягко говоря, безрассудным? Феликс тут же отвёл взгляд, Чан ссутулился, а Камилль нервно одёрнула рукава своей формы. — Спасение товарища — это, конечно, благородно, — продолжила профессор, — но если бы что-то пошло не так, мы могли бы потерять сразу двоих участников. — Но ведь всё обошлось, профессор, — рискнул вставить Чан. Макгонагал прищурилась. — На этот раз, мистер Бан. Она сделала паузу, оглядывая каждого из них, а затем неожиданно смягчилась. — Вы проявили мужество и преданность, — признала она. — И я горжусь вами. Феликс удивлённо моргнул, а Чан почувствовал, как к горлу подкатывает странное тепло. Камилль же склонила голову, явно гордясь услышанным. — Однако… — голос профессора вновь стал строгим. — Вы обязаны мне клятвенно пообещать, что впредь не будете так рисковать, ясно? — Обещаем, — хором пробормотали они. Макгонагал кивнула, затем повернулась к мадам Помфри: — Как они? — Завтра утром выпишу, — отозвалась целительница. — Отлично, — кивнула профессор, а потом снова посмотрела на них. — Отдыхайте. Следующее испытание не за горами. С этими словами она развернулась и вышла, оставив после себя странное ощущение — смесь страха, уважения и… удовлетворения. Больничное крыло было окутано тишиной. Только где-то вдалеке тикали часы, да тихо потрескивали свечи, освещая полумраком пространство. Камилль спала, тихо посапывая на соседней кровати, а вот Чан и Феликс смотрели в потолок, оба совершенно не желая засыпать. — Ты ведь понимал, что можешь не успеть, да? — неожиданно спросил Феликс, нарушая тишину. Чан повернул голову в его сторону. — Конечно, понимал, — признался он, зевая и поудобнее устраиваясь на подушке. — Но ведь успел же. — Ты идиот, — хмыкнул Феликс, глядя в потолок. — Спасибо, — усмехнулся Чан. — Но, знаешь… если бы я этого не сделал, мне бы пришлось потом вечно себя винить. Феликс помолчал. — Ну, значит, теперь ты можешь спать спокойно, — пробормотал он. — Ага, — отозвался Чан. Тишина снова повисла в комнате, но теперь она казалась менее давящей. — Слушай, а ты ведь ненавидишь меня, да? — вдруг спросил Феликс. Чан приподнялся на локте и взглянул на него. — С чего ты взял? Феликс вздохнул: — Ну, не знаю… Ты же терпеть меня не мог. Да и сейчас, наверное, тоже. Чан задумался. Он вспомнил их бесконечные перепалки, подколы, соревнования друг с другом. Но потом перед глазами снова всплыла картина — Феликс, медленно погружающийся на дно. — Я думал, что ненавижу, — честно сказал он. — Но знаешь, ненависть — это когда тебе всё равно. А мне почему-то было не всё равно. Феликс усмехнулся, но в этот раз без своей обычной язвительности. — Ага, значит, я тебе не безразличен, — протянул он. Чан закатил глаза: — Всё, иди спать, а то я передумаю. Феликс усмехнулся, но ничего не ответил. Он просто закрыл глаза, и в эту ночь его сны были спокойными. 🪄🪄🪄 На утро в больничном крыле уже вовсю царила суета. Камилль первым делом сбежала, сославшись на “ужасную еду мадам Помфри”, а Феликс и Чан остались на койках, не особо торопясь вставать. — Как думаешь, нас сегодня выпишут? — лениво спросил Феликс, потягиваясь. — Если ты перестанешь выглядеть как бледный привидень, то, может, да, — отозвался Чан, разглядывая его с подозрением. В этот момент в больничное крыло влетел Джисон, а за ним Чонин. — О, смотрите, живые! — воскликнул Джисон, подбегая к Чану и хлопая его по плечу. — А ты, Ли, так вообще воскресший утопленник! Феликс закатил глаза: — Спасибо, Хан, мне не хватало именно этого сравнения. — Да не за что, — улыбнулся Джисон, усаживаясь на край его кровати. — Как спалось? Сны о воде не снились? — Ага, снились, как я тебя туда толкаю, — буркнул Феликс. Чонин фыркнул, но тут же спрятал улыбку за рукавом мантии. Мадам Помфри, проходя мимо, строго посмотрела на них: — Если вы способны спорить, значит, здоровы. Выписывайтесь и не занимайте койки! Феликс и Чан переглянулись, а потом синхронно выдохнули. — Ну что, пошли, Гриффиндорский герой? — усмехнулся Феликс. — Пошли, Слизеринский утопленник, — отозвался Чан, вставая. — Кстати, а где твой ненаглядный? — спросил Чан у Джисона, лениво натягивая мантию. Джисон фыркнул и демонстративно закатил глаза. — Если ты про Минхо, то он, в отличие от вас, не лежал в больничном крыле, а честно учился. — Бедняга, — покачал головой Чан. Феликс, поправляя манжеты, хитро усмехнулся: — А ты что, скучал по нему, Хан? — Вообще-то, да! — с вызовом заявил Джисон, вскидывая подбородок. — Мы с ним вечером идём в “Три метлы”. Чонин понимающе хмыкнул, а Чан только вздохнул: — Очередной романтический вечер, а мы с Ли, значит, снова по уши в турнире. — Если хочешь, могу вас тоже пригласить, — ухмыльнулся Джисон. — Устроим двойное свидание. Феликс поморщился. — Спасибо, но я пока не настолько отчаянный. — Да и кто с ним пойдёт? — хохотнул Чан, кивнув на Феликса. — Ой, отстаньте, — пробормотал Феликс, но его уши подозрительно покраснелии Феликс всегда считал Чана привлекательным — раздражающе привлекательным. Этот гриффиндорец умудрялся быть идеальным во всём: умный, смелый, харизматичный, ещё и выглядел так, будто сошёл со страниц какого-то глупого любовного романа. Вечно в центре внимания, вечно в окружении друзей, вечно с этой самоуверенной улыбкой, которая доводила Феликса до бешенства. И сейчас, когда Чан насмехался над ним, Феликс должен был разозлиться, закатить глаза и отпустить колкость в ответ… но вместо этого он поймал себя на мысли, что невольно разглядывает его лицо. Высокие скулы, лёгкая улыбка на губах, блеск в карих глазах — и этот взгляд, пронзительный, словно проникающий в самую душу. Ли быстро отвёл глаза, натянуто усмехнулся: — Ой, отстаньте. Но уши продолжали гореть. — Ну не знаю, если Хочешь мы могли бы сходить— вдруг выдавил чан Он моргнул, переводя взгляд на Чана, пытаясь понять — тот издевается или говорит серьёзно. — Что? — переспросил он, нахмурившись. — Я говорю, если хочешь, мы могли бы сходить, — повторил Чан, пожав плечами, будто это ничего не значило. Феликс посмотрел на него ещё внимательнее, выискивая подвох. Может, Чан решил его поддеть? Или… или он правда предлагает? — Сходить… куда? — уточнил он осторожно. Чан вздохнул, закатив глаза: — Ну, не знаю. Куда-нибудь. На прогулку. В Хогсмид, когда нас выпустят. Выпить сливочного пива, потолкаться в толпе, не знаю, просто… — Он запнулся, а потом вдруг усмехнулся. — Просто не хочу, чтобы ты опять где-то утоп. Феликс фыркнул: — О, спасибо за заботу. Но внутри у него что-то странно дрогнуло. Он уже привык к тому, что Чан всегда был рядом, но впервые тот предлагал провести время вдвоём. Не как соперники, не по вынужденной необходимости. Просто так. И почему от этой мысли у Феликса внезапно пересохло в горле? Он заметил, как кончики ушей Чана слегка покраснели, и это было… забавно. Он что, тоже нервничает? — Ты краснеешь, Бан, — с усмешкой отметил Феликс, склонив голову набок. Чан фыркнул, тут же натянул капюшон выше, будто мог спрятаться за ним, и пробормотал: — Это свет такой. — Ага, конечно, — Феликс довольно ухмыльнулся, облокотившись на стену. — Может, ты на свидание меня зовёшь? — У тебя галлюцинации, Ли, — огрызнулся Чан, демонстративно закрывая глаза. Феликс усмехнулся, но его улыбка чуть дрогнула. Почему-то от этой перепалки на душе становилось теплее, чем от любых побед. — ладно , раз уж ты так просишь — вздохнул Феликс театрально Чан замер, не сразу понимая, что вообще только что произошло. — Чего? — Ну ты же так настаиваешь, — продолжил Феликс, лениво потягиваясь. — Раз уж ты мечтаешь провести со мной время, то я, так и быть, соглашусь. Бан почувствовал, как лицо предательски заливает жар. — Ч-что? Я… Я вообще не это имел в виду! — Не оправдывайся, Бан, — ухмыльнулся Феликс, с удовольствием наблюдая за его реакцией. — Теперь тебе придётся со мной куда-нибудь сходить. Чан отвёл взгляд, шумно выдохнул и пробормотал: — Ну и заносчивый ты, Ли. — Я знаю, — довольно отозвался Феликс. — Так что? Когда идём? — Отстань, — пробурчал Чан, натягивая капюшон до самого носа, но уши всё равно оставались предательски красными. 🪄🪄🪄 Вечер окутал Хогвартс прохладной дымкой, и у ворот замка собралось небольшое количество студентов. Большинство уже разошлись по своим факультетским гостиным, но не все. Чан стоял, скрестив руки на груди, и зябко поводил плечами. Он был уверен, что Феликс его просто подколол утром и никуда не собирался идти, но… — Ты серьёзно пришёл? — пробормотал он, когда увидел, как Ли выходит из замка. Феликс выглядел, будто только что проснулся, — волосы слегка взлохмачены, мантия небрежно накинута на плечи, но ухмылка была на месте. — А ты думал, я тебя продинамлю? — приподнял бровь слизеринец. — Чан, я же не чудовище. — Ну, спорный вопрос, — проворчал Чан, отводя взгляд. Феликс рассмеялся и, подойдя ближе, хлопнул его по плечу. — Ладно, раз ты не отступил, поведай, куда ты меня собрался тащить. — Эм… — Чан замялся, запоздало осознавая, что сам не придумал, куда именно они пойдут. — Ну, я думал… — Мерлин, только не говори, что ты позвал меня на свидание и даже не продумал маршрут, — закатил глаза Феликс. — ЭТО НЕ СВИДАНИЕ! — зашипел Чан, хватаясь за голову. Феликс только усмехнулся: — Ну-ну. Ладно, у меня есть идея. Пошли. Он схватил Чана за рукав и потащил его за собой в сторону Хогсмита, и гриффиндорцу ничего не оставалось, кроме как покорно следовать за ним, чувствуя, как лицо вновь начинает гореть. Чан шел следом за Феликсом, глядя на его светлую макушку, и вдруг поймал себя на мысли: а почему они вообще начали так ссориться? Ведь он помнил, что на первом курсе всё было иначе. Тогда они еще не бросались колкими словами и не мерялись силами в каждом взгляде. Тогда Феликс не ухмылялся так раздражающе, а он сам не чувствовал желания всегда быть на шаг впереди. Чан нахмурился. Они ведь когда-то могли нормально разговаривать, да? Так в чем же все-таки было дело? — Чего уставился? — внезапно спросил Феликс, даже не оборачиваясь, будто чувствовал на себе его взгляд. Чан дернулся, пойманный с поличным, и быстро отвел глаза. — Да так… думаю. — А, ну да, с твоими-то мозгами процесс долгий, — лениво бросил слизеринец. — Придурок! — возмутился Чан и отвесил Феликсу подзатыльник. Тот засмеялся, довольный, но почему-то не отстранился, а наоборот — чуть замедлил шаг, чтобы идти рядом. А Чан всё равно продолжал думать: в какой момент всё пошло не так? И почему теперь, спустя столько лет, он вдруг задумался об этом? — Ты так и не сказал, куда мы идём, — наконец спросил Чан, убирая руки в карманы. Феликс ухмыльнулся, но взгляд его оставался направлен вперед, к освещенной тропинке, ведущей за ворота Хогвартса. — А ты разве не любишь сюрпризы? — Если они не заканчиваются в больничном крыле — вполне, — буркнул Чан, косясь на него. Феликс только усмехнулся и, не снижая шага, ответил: — Не бойся, в этот раз без экстрима. Хотя… кто знает. Чан фыркнул, но почему-то внутренне напрягся. Потому что с Феликсом никогда нельзя было быть уверенным на сто процентов. — Идём пить сливочное пиво? — наконец спросил Чан, прищурившись. Феликс хмыкнул, продолжая шагать вперёд. — Ну, не глупый же ты, догадался, — протянул он, скосив на Чана хитрый взгляд. — Так ты мог просто сказать сразу, — проворчал он, но в голосе его не было недовольства. Скорее… лёгкое предвкушение. Феликс только пожал плечами: — Ну, где же тогда элемент загадки? — Элемент загадки? — Чан покачал головой, усмехаясь. — Ли Феликс, ты просто не умеешь нормально приглашать людей куда-то. — Да что ты говоришь, мистер «пойдем, сам не знаю куда»? — Ли толкнул его локтем в бок. Крис фыркнул, но ответный тычок всё-таки отвесил, правда, не сильно. Они вышли за ворота Хогвартса и зашагали по дорожке к Трём мётлам. В воздухе пахло осенью, приближалась зима, но вечер был всё ещё терпимо тёплым. — Вообще-то, я был готов затащить тебя хоть на Черное озеро, — продолжил Феликс, засунув руки в карманы мантии. — Ну уж нет, с меня этих озёр хватило, — Чан картинно передёрнул плечами. — Если ещё раз окажусь в воде, то только в ванной. — Надо будет сказать мадам Помфри, чтобы она установила тебе в больничном крыле отдельную, — ухмыльнулся Феликс. — Очень смешно, — Чан закатил глаза, но ухмылка тоже мелькнула на его лице. Они шагали по Хогсмиду, перекидываясь ленивыми подколами, пока, наконец, не подошли к Трём мётлам. Тепло, доносившееся из паба, манило уютом, а запах свежего сливочного пива только подстёгивал желание зайти внутрь. — Спасибо, что напомнил, надо будет сходить в ванную старост, — сказал Чан, предвкушающе потянувшись. — Горячая ванна сейчас — просто мечта. — Ну да, король Гриффиндора достоин только самого лучшего, — Феликс закатил глаза, распахивая дверь в паб. — Ты просто завидуешь, — усмехнулся Чан, заходя внутрь. — Да-да, мечтаю подглядывать за тобой в ванне, — съязвил блондин, заказывая два сливочных пива. Чан дернулся, чуть не запнувшись, и поспешно сел за столик у окна. — Ты вообще фильтруешь, что говоришь?! Феликс хмыкнул, забирая кружки у бармена. — Что, ты покраснел? — Я не краснею! — возмутился Чан, делая первый глоток пива. — Конечно-конечно, — Феликс с улыбкой откинулся на спинку стула. — Давай, расскажи мне ещё, какой ты не смущённый и как тебе не нравится идея горячей ванны. Чан насупился, но предпочёл промолчать, лишь продолжая пить. Феликс был доволен — заставить Бан Чана замолчать в ответ на подколку было непросто. — ну раз уж ты так хочешь посмотреть на меня полуголого , то пойдем вместе — ответно бросил Чан Феликс поперхнулся пивом и закашлялся, отчаянно стуча себя по груди. — Ч-что?! Чан ухмыльнулся, откидываясь на стуле и скрещивая руки на груди. — Ну раз уж ты так хочешь посмотреть на меня полуголого, то пойдём вместе. Чего уж там, — повторил он невозмутимо. Феликс смотрел на него с прищуром, явно пытаясь понять, издевается тот или говорит всерьёз. — Ты ведь прикалываешься? — А тебе что, слабо? — Чан поднял бровь, делая очередной глоток. Феликс поставил кружку на стол и медленно кивнул. — Окей. Тогда встречаемся у входа в ванную старост через полчаса. Посмотрим, кто струсит. Теперь поперхнулся Чан. — Подожди, что? Феликс уже встал, довольно улыбаясь: — Ты же сам предложил. Не передумаешь? Чан лишь молча смотрел ему в спину, когда тот направился к выходу. Только теперь он понял, что Феликс, похоже, повернул его же подколку против него. — Да мы за пол часа туда не дойдем , так что пей свое пиво ! — ухмыльнулся Чан Феликс прищурился, явно решая, подыграть Чану или продолжить его провоцировать. В итоге он лишь усмехнулся и вновь поднёс кружку к губам. — Ну-ну, выкрутился, — пробормотал он. Чан довольно откинулся на спинку стула. — Я всегда выкручиваюсь. Феликс закатил глаза, но не смог сдержать улыбку. — Ты просто не хочешь признаваться, что сам себя подставил. — Нет, просто мне нравится, когда ты весь красный, — парировал Чан, подмигнув. Феликс фыркнул. — Нравится? — Ага, забавно, — с серьёзным лицом кивнул Чан. Феликс молча сделал глоток, а потом тихо пробормотал: — Смотри, а то я привыкну. Чан даже не сразу понял, что тот сказал, но, уловив смысл, удивлённо взглянул на него. Однако Феликс уже переключился на что-то другое, делая вид, будто ничего не произошло. — А где наши любовнички с Чонином ? — бросил Ликс — Наверное, на свидании, — фыркнул Чан, делая ещё глоток сливочного пива. Феликс покачал головой: — Уму непостижимо… Чонин-то вообще не из тех, кто легко подпускает к себе людей, а теперь носится за Джисоном, как привязанный. — А ты что, ревнуешь? — ухмыльнулся Чан, хитро прищурившись. — Да-да, сгораю от ревности, — лениво протянул Феликс, закатив глаза. — Просто странно видеть Чонина таким… — Ну, любовь, — с видом знатока пожал плечами Чан. Феликс рассмеялся: — И ты мне об этом говоришь? Сам-то хоть раз влюблялся? Чан задумался, потом неопределённо пожал плечами: — Возможно… Феликс склонил голову набок, заинтересованно глядя на него. — И кто же эта загадочная особа? — А тебе зачем? — парировал Чан, хитро ухмыляясь. Феликс прищурился: — Просто интересно, что за человек умудрился тебя зацепить. — Ну… — Чан потянулся за своей кружкой. — Может, ты узнаешь об этом позже. Феликс приподнял бровь, но ничего не сказал, лишь криво улыбнулся и снова сделал глоток пива. — И всё же… Ладно ещё Чонин с Джисоном сблизился, но с ними же ещё и Минхо, — протянул Феликс, покручивая кружку в руках. — А что Минхо? — прищурился Чан, делая ещё один глоток. — Ну… — Феликс наклонился вперёд, понизив голос. — Они же теперь как три мушкетёра. Вечно вместе. — Ты просто завидуешь, — усмехнулся Чан. Феликс фыркнул: — Да нет, просто удивлён. Минхо же всегда был таким… сам по себе. — А ты думал, он всегда будет холодным и одиноким? — приподнял бровь Чан. — Люди меняются. — Может быть… — Феликс задумчиво посмотрел на него, а потом добавил с ухмылкой: — Или просто кто-то очень постарался его приручить.—сказал он намекая на Хана — Тебе-то какое дело? — Чан наклонил голову, хитро поглядывая на него. — Да так, наблюдаю, — пожал плечами Феликс. — Ну-ну, — Чан снова сделал глоток и откинулся на спинку стула. — Может, тебе тоже пора с кем-то сблизиться? — Ты предлагаешь свою кандидатуру? — ухмыльнулся Феликс, глядя на него поверх кружки. Чан чуть поперхнулся, но быстро взял себя в руки: — С чего ты взял? — Да просто спросил, — протянул Феликс, с довольной улыбкой делая ещё глоток. — Честно, это же до какой степени мы скучно живём, что нам приходится пить пиво в свои 17, — вздохнул Чан, крутя в руках почти пустую кружку. — Эй, говори за себя, — возразил Феликс. — Я вообще-то наслаждаюсь моментом. — Конечно, наслаждаешься, — фыркнул Чан. — Ведь ты не несёшь на себе груз ответственности за победу в турнире. — О, началось! — Феликс закатил глаза. — Господин староста Гриффиндора, гордость факультета, великий чемпион! Позвольте мне напомнить, что вы сами в это ввязались. — Да знаю я, — проворчал Чан, потирая висок. — Просто… Камилль на взводе, Хагрид ходит загадочный, Джисон с Минхо вообще отрываются на полную, будто им теперь ничего не грозит… — А мы? — Феликс усмехнулся, склонив голову набок. — Мы что, не отрываемся? Чан оглядел их столик с парой пустых кружек и тарелкой, в которой валялась одна жалкая крошка от печенья. — Да уж, прямо настоящий загул, — хмыкнул он. Феликс тихо засмеялся: — Ну, можно и так сказать. Чан вздохнул, но потом вдруг расплылся в ленивой улыбке. — Знаешь, а ведь с тобой не так уж и скучно. — Ого, что это было? — прищурился Феликс. — Ты только что признал, что тебе нравится проводить со мной время? — Не льсти себе, — Чан отмахнулся. — Просто… иногда ты не такой уж невыносимый. Феликс довольно кивнул, делая последний глоток. — Запишу этот день в календарь как знаменательное событие. — Дибил, — выдохнул Чан, покачав головой, но слабо улыбаясь. Блондин ухмыльнулся и, наклонившись к нему, прошептал: — Повтори, я не расслышал. Чан оттолкнул его лицо ладонью: — Отстань. Феликс рассмеялся и, подперев голову рукой, посмотрел на него с лёгким интересом. — Ты всегда так злишься, когда тебе кто-то нравится? — ЧТО? — Чан едва не подавился воздухом. — С чего ты вообще взял?! — Просто ты краснеешь, — небрежно заметил Феликс, потягивая остатки пива. Чан прикрыл лицо руками и простонал: — Вот почему я вообще с тобой дружу… — Потому что я классный, — пожал плечами Феликс. — А ещё потому что, несмотря на твои попытки выглядеть крутым и недоступным, тебе нравится, когда с тобой флиртуют. Чан стукнул лбом об стол. — Умоляю, заткнись. 🪄🪄🪄 После того как они выпили они шли в сторону хогвартса и болтал — но знаешь в ванную старост я бы сходил— пробормотал Феликс невзначай Чан фыркнул, засунув руки в карманы. — Ты уж определись, Ли, то ты смеёшься надо мной, то вдруг хочешь со мной в ванную. — А что? — Феликс лукаво посмотрел на него. — Ты сам предлагал. — Да в шутку! — А я что, выгляжу как человек, который отказывается от таких возможностей? — ухмыльнулся Феликс. Чан закатил глаза. — Да хоть бы раз ты промолчал… — Но тогда тебе было бы скучно, — протянул Феликс, закинув руки за голову. — К тому же после всего, что мы пережили, думаю, заслуживаем немного расслабиться. Чан скосил на него взгляд и хмыкнул: — Ну, в этом ты прав. — Тогда считай, что я официально записался в твою компанию для принятия ванны. Чан громко застонал: — Ли Феликс, ну почему ты такой?.. Феликс весело засмеялся и толкнул его плечом: — Ну не злись, Банни. Это же ты сам предложил. — Ладно… Только нужно взять чистую одежду, — пробормотал Чан, прикрыв лицо рукой. Феликс хитро прищурился. — Не знал, что ты такой стеснительный. — Я не стеснительный, просто не хочу потом слушать твои дурацкие комментарии, — буркнул Чан, ускоряя шаг. Феликс догнал его и хлопнул по спине. — Обещаю, буду паинькой! — Что-то мне не верится… — Чан, ты меня обижаешь, — притворно вздохнул Феликс. — Я же всегда с тобой вежлив. — Ну да, конечно, — усмехнулся Чан. — Ладно, идём быстрее, пока я не передумал. Феликс довольно улыбнулся, засунул руки в карманы и пошагал рядом. 🪄🪄🪄 Чан остановился перед дверью в ванную старост и тяжело вздохнул. — Ладно, мы просто быстро помоемся и разойдёмся, — пробормотал он, будто уговаривая себя. Феликс усмехнулся: — А ты всегда такой напряжённый перед тем, как зайти в ванную? — Нет, только когда за мной увязывается блондин со странными шутками, — ответил Чан, открывая дверь. Феликс театрально вздохнул: — Это клевета. Чан закатил глаза, но ничего не ответил, проходя внутрь. Огромная мраморная ванна занимала большую часть комнаты, а разноцветные пузырьки с ароматными маслами стояли на полках. Феликс присвистнул: — Ну, теперь понятно, почему старосты всегда такие довольные жизнью. Чан молча подошёл к крану, повернул золотой вентиль, и из-под воды тут же начали подниматься пушистые облака пены. — Ну, чего стоишь? Раздевайся, — бросил он через плечо, стараясь не смотреть в сторону Феликса. Феликс ухмыльнулся, не торопясь стягивать мантию. — Ой, Чан, если бы я не знал тебя лучше, подумал бы, что ты специально пригласил меня сюда. Чан закрыл глаза и глубоко вдохнул: — Господи, дай мне сил. Трусы оставь , не хочу видеть то что не должен — пробормотал Чан раздеваясь до трусов Но честно Феликс был в шоке от точенного тела Гриффиндорца Он застыл на месте, искренне ошеломлённый ,не ожидал, что под мантией и рубашкой окажется такое тело — сильное, рельефное, но при этом не перекачанное. — Ты вообще когда успел так прокачаться? — вырвалось у него раньше, чем он успел себя остановить. Чан скептически взглянул на него: — А ты думал, я всё время сижу в библиотеке, как некоторые? — Нет, но… — Феликс не нашёлся, что сказать, и просто ухмыльнулся. — Короче, уважаю. Чан фыркнул и шагнул в воду, позволяя горячим пузырькам окутать его тело. Ли не теряя времени, тоже разделся, оставив на себе только трусы, и без лишних слов прыгнул в воду, подняв облако пены. — Ты что, идиот?! — возмутился Чан, отскакивая в сторону, когда брызги окатили его с головы до ног. — Ну, раз уж ты не хочешь видеть то, что не должен, то лучше я сразу спрячусь под пеной, — ухмыльнулся Феликс, откидываясь на край ванны. Чан только раздражённо выдохнул и закрыл глаза. — Дебил. Феликс лишь довольно усмехнулся, глядя на него из-за облаков ароматной пены. — интересно почему тут больше никого , даже плаксы Мирты тут нет — говорит чан откидываясь назад — а она уж поверь мне точно обожает пялится на старост — Может, её кто-то выгнал? — лениво предположил Феликс, скользя ладонями по тёплой воде. — Или у неё сегодня выходной. — Призраки не отдыхают, — хмыкнул Чан, закинув руки за голову. — Странно это. — Ну, не знаю, может, ей наконец-то стало скучно наблюдать за чужими задницами. Чан фыркнул, но на секунду задумался. — Всё равно подозрительно. Обычно тут хоть кто-то ошивается. Ли пожал плечами и ухмыльнулся: — Так может, судьба намекает, что у нас есть шанс спокойно насладиться вечером без посторонних глаз? Чан чуть приоткрыл один глаз, глядя на него с недоверием: — Ты сейчас точно ничего не намекаешь? Тот изобразил самую невинную улыбку на свете: — Ну конечно нет. Я же святой. — Святой Ли Феликс, покровитель наглых ублюдков. — О, мне нравится, — засмеялся Феликс, проводя рукой по воде. — Давай так и запишем в историю Хогвартса. Чан только устало вздохнул, но на его губах всё равно мелькнула улыбка. Ли лениво плавал в воде, но потом будто бы невзначай начал подбираться ближе к старосте. — Что ты делаешь? — прищурился Чан, бросив на него подозрительный взгляд. — Плаваю, — невинно ответил Феликс, продолжая свой путь. — Феликс… — Чан вытянул руку, будто предупреждая его, но блондин уже подплыл вплотную. — Чего? Я просто хочу поговорить поближе, вода, знаешь ли, заглушает звук, — беззаботно ответил Феликс, опускаясь рядом с ним. Тот бросил на него взгляд, полный скепсиса, но ничего не сказал, просто тяжело вздохнул и прикрыл глаза. — Ты так напряжён, — заметил Феликс, чуть склонив голову набок. — Расслабься, мы же просто отдыхаем. — Я бы расслабился, если бы ты не подполз ко мне, как русалка, собирающаяся утянуть меня на дно, — пробормотал он, но всё же не двинулся с места. — Русалки — опасные создания, Чанни, смотри, как бы я тебя и правда не утянул. — ну ты уж точно не Русал, максимум камень подводный —Феликс фыркнул и легонько толкнул Чана плечом: — Камень? Серьёзно? Это всё, на что тебя хватило? Чан лениво открыл один глаз, глядя на него с насмешкой: — Ну, ты же правда на месте сидишь, как будто тебя тут на дно приклеили. Ни грации, ни плавности. Вот если бы ты был русалом, то самым неуклюжим из всех. Феликс закатил глаза, но уголки губ предательски дрогнули в улыбке: — Знаешь, я мог бы обидеться. — Ну так обижайся, — беззаботно пожал плечами. Ли покачал головой и снова чуть подвинулся ближе, опираясь локтем о край бассейна. — А вообще, ты прав. Я не русал. Но если я камень, то ты точно утопающий. Чан приоткрыл рот, собираясь возразить, но тут Феликс резко ухватил его за запястье и дёрнул вниз, брызги разлетелись в стороны, а сам Бан с громким всплеском ушёл под воду. Феликс не успел даже отдышаться, как Чан уже навис над ним, крепко прижимая его к стенке ванной. — Ах ты, маленький… — начал было Чан, но осёкся, когда понял, насколько близко оказался их лица. Блондин смотрел на него снизу вверх, волосы прилипли ко лбу, губы чуть приоткрыты, а в глазах плясал вызов. — Ну давай, продолжи, — выдохнул он, хитро улыбаясь. Крис сжал губы в узкую линию. Он почувствовал, как тепло разливается по шее и ушам — не от горячей воды, а от чего-то другого. — Ты меня достал, Ли, — выдохнул он, но не двинулся с места. — Что, испугался? — усмехнулся Феликс. — Я? — Чан хмыкнул и наклонился чуть ближе, так что Феликс почувствовал его дыхание на своей щеке. — Меня так просто не возьмёшь. Феликс фыркнул, но вдруг осознал, что даже если хотел бы пошевелиться, то не мог — Чан держал его крепко, и вода не давала опоры. — Ладно-ладно, сдаюсь, — пробормотал он, поднимая руки. Чан прищурился, явно обдумывая, стоит ли ему отпускать Феликса просто так, но в итоге всё же разжал хватку и оттолкнулся назад, снова откидываясь на воду. — В следующий раз, Ликс, лучше подумай, прежде чем бросать вызов, — ухмыльнулся он. Тот только молча посмотрел на него, а потом незаметно скрыл руки под водой. — Да-да… в следующий раз, — протянул он, а потом резко плеснул водой в лицо Чана, заливая тому нос и глаза. — ЛИ ФЕЛИКС!!! — раздался возмущённый вопль. Ванная огласилась всплесками и смехом, когда Чан кинулся в погоню за коварным блондином 🪄🪄🪄 После того как они выбрались из ванной, оба оказались немного растерянными, но, несмотря на это, в воздухе всё ещё витала лёгкая озорная атмосфера. Чан, всё ещё насмешливо ухмыляясь, смахивал капли воды с волос, в то время как Феликс быстро вытирался полотенцем, пытаясь как-то скрыть своё смущение. — Эй, тебе не кажется, что это уже немного выходит за рамки… — начал Феликс, неуверенно бросив взгляд на Чана. — Что? Ты что, испугался? — с ухмылкой ответил тот, застегивая халат и всё ещё не отрывая взгляд от Феликса. Феликс снова покраснел и замолчал. Он чувствовал себя неловко, но всё равно не мог не улыбаться, ведь в этом моменте было что-то необъяснимо весёлое. — Ты вообще видел, как ты выглядишь, когда злой? — с легким смехом спросил Феликс, стараясь сгладить ситуацию. Чан скосил на него взгляд. — Не меняй тему. Ты и так меня достал, Ли. В следующий раз я точно буду готов, — сказал он, держа полотенце на плечах, будто это было его оружие. Феликс рассмеялся, но не стал продолжать спор. — Ладно, ладно, я понял. Не буду больше тебя злить. Пойдём лучше, пока нас не заметили, — предложил он, вытираясь ещё пару раз по лицу. Чан пожал плечами. — Лишь бы нас никто не поймал, — сказал он, и они направились в сторону выходов из ванной, оба в чем-то немножко смущённые, но всё равно довольные. Тишина в коридоре Хогвартса была прервана лишь их шагами — Сходим к Хагриду? Хочу выпить его чая, предложил Феликс, натягивая мантию. Чан, всё ещё встряхивая мокрые волосы, скептически приподнял бровь. - Тебе мало того, что мы только что чуть не устроили потоп в ванной старост, так ты ещё и в гости собрался? Феликс усмехнулся: — Ну, если хочешь, можешь идти в свою спальню и пытаться заснуть после горячей ванны... Чан закатил глаза и, завязывая пояс халата, кивнул: - Ладно, идём. Но если он опять предложит свои печенья, я сделаю вид, что внезапно разучился жевать. Феликс рассмеялся, а потом, ухмыльнувшись, добавил: —Тогда я просто передвину тарелку поближе к тебе. — Убью. — Всё, идём, - подталкивая Чана лок-тем, сказал Феликс, и они, осторожно выглянув из-за двери, вышли в тёмные коридоры Хогварца — Эй, мы вообще-то в халатах! — шикнул Чан, одёргивая Феликса за рукав. Феликс глянул на себя, потом на Чана и ухмыльнулся: — Ну, можно сказать, что мы за чаем в домашней одежде. Хагрид поймёт. — Да уж, конечно. Он, может, и поймёт, а вот если нас кто-то по дороге встретит… — Чан покосился на коридор, словно ожидая, что из-за угла выпрыгнет профессор Макгонагалл с её грозным «Мистер Бан!». Феликс вздохнул и картинно закатил глаза: — Ладно, можешь вернуться в башню и переодеться, если так стесняешься. — Ага, а ты один пойдёшь и расскажешь Хагриду, как я трусливо сбежал. Не-не, пошли, пока никто не увидел. Они быстро двинулись к выходу, стараясь не шуметь. Где-то вдалеке завыл ветер, и Чан пробормотал: — Блин, вот чувствую, что пожалею об этом. — Да брось, — усмехнулся Феликс. — Это просто чай. Что может пойти не так? 🪄🪄🪄 Хагрид встретил их с радостной улыбкой, хотя, завидев их халаты, удивлённо приподнял густые брови. — Вы чего это, парни, после купания сразу ко мне? — ухмыльнулся он, отступая в сторону и пропуская их в свою хижину. — Просто захотели твоего чая, — сказал Чан, плюхаясь на широкий стул и закутываясь в халат плотнее. — И не спрашивай, почему мы не переоделись, — добавил Феликс, прежде чем Хагрид успел открыть рот. — А я и не собирался, — рассмеялся тот, загремев чайником. — Раз уж пришли, сидите. У меня сегодня свежий мёд, добавлю в чай — вкуснотища! Пока Хагрид хлопотал у очага, Чан украдкой посмотрел на Феликса. Тот лениво разглядывал висящую на стене голову какого-то жуткого существа, будто бы это был обычный трофей. — Знаешь, Хагрид, — заговорил Чан, — ты же наверняка знаешь, какое будет последнее испытание? Хагрид бросил на него быстрый взгляд, потом задумчиво почесал бороду. — Много вы, парни, хотите, — проворчал он. — Не могу я вам ничего сказать. Феликс фыркнул: — Ну да, конечно, а про подводное испытание ты случайно не проговорился Джисону пару дней назад? Хагрид замер, потом хмыкнул и покачал головой: — Эх, язык мой — враг мой… Чан с Феликсом переглянулись и выжидающе уставились на Хагрида. Тот вздохнул, покачал головой, но потом всё-таки наклонился ближе и тихо сказал: — Вам лучше готовиться к тому, что будет нелегко. Это самое сложное испытание из всех. — Нам это уже говорили, — буркнул Чан, делая глоток горячего чая. Феликс прищурился: — А подробнее? Хагрид только усмехнулся и отвёл взгляд, демонстративно отхлёбывая из кружки. Чан тяжело вздохнул и посмотрел на Феликса: — Ну что, пошли? Или попробуем вытрясти из него что-нибудь ещё? — Думаю, он уже на страже, — усмехнулся Феликс, наблюдая, как Хагрид делает вид, будто ничего не слышит. Хагрид лишь хохотнул и подлил им ещё чая. — Печеньки ? По новому рецепту — сказал Хагрид доставая из печи свежие печенья Чан с Феликсом одновременно переглянулись, явно не уверенные, стоит ли рисковать своей челюстью. — А… по какому рецепту? — осторожно уточнил Чан, бросая быстрый взгляд на печенье, которое выглядело, мягко говоря, слишком крепким. — Да всё тот же, но я добавил немного патоки, чтобы помягче было, — с гордостью ответил Хагрид, выкладывая печенье на тарелку. Феликс наклонился к Чану и прошептал: — Думаешь, нас убьют за то, что мы откажемся? — Думаю, нас убьёт само печенье, если мы попробуем его откусить, — так же тихо ответил Чан. Но Хагрид уже протянул им по кусочку, ожидая реакции. — Ну чего сидите? Пробуйте! Чан, набрав в лёгкие побольше воздуха, осторожно взял печенье и осторожно надкусил… И тут же его челюсть протестующе хрустнула. Феликс едва не закашлялся от смеха, но, заметив, как Хагрид с надеждой смотрит на них, всё же взял кусочек и с осторожностью поднёс ко рту. — Вкусно? — спросил Хагрид. — Ага, — с трудом выдавил Чан, пытаясь пережевать кусок. Феликс лишь закивал, не рискуя открывать рот. — Вот и хорошо! — довольно улыбнулся Хагрид и подвинул тарелку ближе. — Берите ещё! Чан незаметно пнул Феликса под столом. — Может, тебе всё-таки стоит доесть свой кусочек? Феликс скривился, но, не желая обижать Хагрида, кое-как надкусил печенье. Раздался тихий хруст, и он поспешно запил его огромным глотком чая. — Хагрид… а у тебя случайно нет чего-нибудь… ну, ещё? — с натянутой улыбкой спросил Феликс. — Ну, есть мясной пирог, но он ещё в печи, — задумчиво протянул Хагрид. — Знаешь, пожалуй, мы зайдём завтра! — поспешно перебил его Чан, вставая со стула и таща за собой Феликса. — Да, мы только на чай забегали! — поддакнул Ликс, поспешно допивая остатки напитка. Хагрид пожал плечами, глядя, как они уже направляются к выходу: — Ну ладно, парни, заходите ещё! — Обязательно! — хором ответили они и пулей выскочили за дверь. Как только они отошли на безопасное расстояние, Чан схватился за челюсть: — Я думал, у меня зубы треснут. Феликс фыркнул: — Ага, я теперь понимаю, почему у него нет жены. Они переглянулись и засмеялись, шагая обратно в Хогвартс. — ПОГОДИ ! Там Снегг — сказал резко Феликс — будь потише Чан тут же замер, резко вглядываясь в темноту. — Ты уверен? — прошептал он, медленно отступая ближе к Феликсу. — Ну, если только кто-то ещё умеет так хищно скользить по коридорам, — фыркнул Феликс, прячась за ближайший выступ стены. Из-за угла действительно показалась высокая фигура в чёрной мантии. Снегг шагал медленно, но с какой-то зловещей уверенностью, будто точно знал, что кто-то сейчас нарушает комендантский час. — Чёрт, чёрт, чёрт… — прошипел Чан, глядя, как профессор замер, осматривая коридор. — Не дыши так громко, он тебя по вдоху вычислит, — едва слышно пробормотал Феликс, чувствуя, как сердце бешено стучит в груди. — Это ты не дыши! — шепнул в ответ Чан, но тут же замолк, когда Снегг сделал шаг в их сторону. Феликс крепче вжался в стену, молясь, чтобы их не заметили. Снегг замер буквально в двух метрах, его тёмные глаза внимательно осматривали коридор. — Я знаю, что кто-то здесь, — раздался его низкий голос. Чан, едва не задохнувшись, сглотнул. Феликс стиснул зубы, и, прежде чем профессор успел приблизиться ещё на шаг, резко схватил Чана за мантию и, едва слышно выдохнув: — Бежим! Рванул его за собой в ближайший боковой проход. — Феликс, я убью тебя! - прохрипел Чан, спотыкаясь на бегу, но не осмеливаясь сбавить темп. — Лучше пусть это сделает Снегг, чем ты, - фыркнул Феликс, затаскивая его за угол. За спиной раздался чёткий, отрывистый шаг, и оба затаили дыхание, прижавшись к холодной каменной стене. — Ты хоть понимаешь, что если он нас поймает, то нам конец? - прошипел Чан, едва шевеля губами. — Конечно понимаю, но это же весело, правда? — ухмыльнулся Феликс, хотя сам с трудом переводил дыхание. — Весело? ТЫ СОВСЕМ ДУРАК?! - Тише, а то он точно нас найдёт, — Феликс прикрыл Чану рот ладонью, но тот так злобно посмотрел, что он тут же убрал руку. Шаги замерли. Где-то неподалёку Снегг остановился, словно что-то обдумывая. — Если выберемся живыми, я тебя прибью, - приглушённо пообещал Чан. — Если выберемся, можно считать это романтическим приключением, - ухмыльнулся Феликс. — Романтическим?! Но договорить Чан не успел — раздался звук поворачивающихся на каблуках сапог. Шаги направились в противоположную сторону. — О... ушёл? — выдохнул Феликс. Чан медленно выглянул из-за угла, убедился, что коридор пуст, и тяжело выдохнул. — Все, пошли спать. Я официально устал от тебя, — пробормотал он. —Не хочешь проводить меня до моей гостиной? — усмехнулся Феликс. —Пошёл ты, — Чан пихнул его в бок и зашагал прочь. Феликс лишь довольно улыбнулся и поспешил за ним. 🪄🪄🪄 На следующее утро в гостиной Слизерина было непривычно тихо. Большая часть студентов либо уже ушла на завтрак, либо просто не желала вставать так рано. Феликс сидел в своём любимом кресле у камина, рассеянно перебирая пальцами края зелёного шарфа. — Эй, Ли, ты вообще спал? — рядом плюхнулся Чонин, разглядывая друга с подозрением. Феликс лениво зевнул. — Какой смысл, если всё равно разбудят? — Ты выглядишь так, будто всю ночь гулял. — Ммм, может, и так, — ухмыльнулся Феликс, вспоминая вчерашний вечер. — Что-то мне это не нравится. С кем ты был? — Чонин прищурился. — О, если скажу, ты точно подавишься завтраком, — Ликс ухмыльнулся ещё шире. — Это не Джисон? — Хуже. Чонин замер, медленно осознавая сказанное, а потом театрально схватился за сердце. — Нет. Скажи, что это не Бан Чан. Феликс довольно откинулся на спинку кресла и молча улыбнулся. — Боже, Ли, ты в своём уме?! — Абсолютно, — Феликс ухмыльнулся и, поднявшись, похлопал друга по плечу. — Пошли завтракать, пока ты тут в обморок не упал. — Я уже не хочу завтракать, мне плохо от твоих новостей! — Чонин скорчил страдальческое выражение, но всё равно поплёлся за другом. Феликс лишь тихо усмехнулся, предвкушая реакцию Бан Чана, когда они снова встретятся. Гостиная Слизерина отличалась от шумной, тёплой и уютной гостиной Гриффиндора так же, как ночь отличалась от дня. Если гриффиндорцы собирались у большого камина, устраивали жаркие споры и заполняли комнату смехом, то слизеринская гостиная была пропитана тишиной и сдержанной элегантностью. Здесь никогда не звучали громкие крики — вместо этого царила атмосфера холодного спокойствия. Каменные стены, отливающие зелёным в отблесках факелов, создавали ощущение величия, но вместе с тем и лёгкой отстранённости. Огромные окна выходили прямо в подводную часть Чёрного озера, отчего в комнате царил слегка приглушённый свет, переливающийся водными бликами. Иногда мимо окон проплывали тени гигантских кальмаров или стай серебристых рыб. В отличие от Гриффиндора, где мебель казалась слегка потрёпанной и уютной, в гостиной Слизерина всё было выверено и строго. Чёрные кожаные кресла с серебряной отделкой стояли в идеально выверенных интервалах, длинные изумрудные занавески ниспадали с потолка, а камин, в отличие от гриффиндорского, горел не ярким оранжевым пламенем, а холодным зеленоватым огнём, который создавал больше света, чем тепла. Студенты Слизерина вели себя соответствующе — здесь никто не болтал без дела. Если кто-то сидел с книгой, значит, действительно её читал, а не использовал как предлог для беседы. Разговоры велись в полголоса, сдержанно и с ноткой скрытой издёвки. Феликс любил эту атмосферу. Здесь можно было спрятаться, раствориться в тени, когда не хотелось ни с кем разговаривать. Но сегодня ему было не до уединения. Он лениво растянулся в кресле, глядя на рябь за подводными окнами, но мысли его витали далеко за пределами этой тихой, почти мрачной комнаты. — Знаешь, мне иногда кажется, что Шляпа явно ошиблась, когда отправила меня в Слизерин, — пробормотал Феликс, лениво перебирая страницы книги, которую даже не пытался читать. Ему казалось, что эти слова растворятся в зелёных полумраках гостиной, останутся неслышными, но рядом раздалось насмешливое: — О, ты наконец-то осознал, что не тянешь на слизеринца? Поздравляю. Феликс лениво повернул голову и встретился взглядом с Ян Чонином, который устроился напротив него, перекинув ногу на подлокотник кресла. — О чём ты? — протянул Феликс, прикрыв книгу. — О том, что ты ведёшь себя не как гордый представитель нашего факультета, а как… — Чонин сделал задумчивую паузу, а потом усмехнулся, — гриффиндорец. — Отвратительно, — Феликс скривился, но тут же фыркнул, понимая, что друг просто его подкалывает. — Ты вот скажи, — Чонин чуть подался вперёд, — почему ты вдруг начал задумываться об этом? Феликс на секунду замялся, задумавшись, а потом бросил в ответ: — Просто размышляю. Иногда мне кажется, что я слишком… импульсивный. — Да ладно? — фальшиво удивился Чонин, закатив глаза. — Что-то новенькое. Феликс не удержался от улыбки. — Я люблю свой факультет, и мне нравится звание слизеринца, — пробормотал Феликс, глядя на мерцающие зелёные огоньки в камине. — Но? — Чонин прищурился, прекрасно зная, что после таких слов всегда идёт «но». — Но иногда… — Феликс вздохнул, откинувшись в кресле. — Иногда мне кажется, что я слишком выбиваюсь из общей массы. Чонин усмехнулся. — Ты, Ли Феликс, слишком драматичен. Мы вообще-то не стая змей, у нас у всех свои заморочки. Ты думаешь, тут нет тех, кто больше подходит на Рейвенкло? Или на тот же Гриффиндор? Феликс закатил глаза. — Ты пытаешься меня успокоить или подколоть? — И то, и другое, — ухмыльнулся Чонин. — Слушай, если ты до сих пор вспоминаешь, как тот красный придурок прыгнул за тобой , то ничего страшного, не пугайся Феликс на секунду задумался. — Я просто… не хочу, чтобы кто-то думал, что я не заслуживаю быть здесь. Чонин хмыкнул и похлопал его по плечу. — Ты бы видел, как ты ехидно улыбаешься, когда кого-то доводишь. Или как ты проходишь мимо гриффиндорцев, всем своим видом показывая, что тебе плевать. Расслабься, ты точно слизеринец. Феликс фыркнул. — Это не комплимент. — Это правда, — усмехнулся Чонин. — Иди лучше выспись, а то сегодня слишком много философствуешь. — Пойдём на завтрак? — спросил Чонин, вставая с кресла и потягиваясь. Феликс зевнул, лениво растягиваясь, но всё же поднялся. — Раз уж ты так настаиваешь, — протянул он, накидывая мантию. — Ну да, конечно. Просто хочу убедиться, что ты не сдохнешь с утра пораньше от голода. — Как заботливо, — фыркнул Феликс, выходя вместе с другом из гостиной. — Давай, признайся, ты просто хочешь занять лучшее место за столом. — А ты думал, я ради тебя так стараюсь? — ухмыльнулся Чонин. Они неспешно поднялись из подземелий, направляясь в Большой зал. В воздухе уже витал запах свежих булочек и жареного бекона. Студенты стекались к длинным столам, наполняя зал гулом голосов и звоном посуды. Феликс на секунду замедлил шаг, окидывая взглядом стол Гриффиндора. Бан Чан уже сидел там, болтая с Джисоном, который оживлённо размахивал руками, рассказывая что-то. — Ты уже второй раз за утро зависаешь, — заметил Чонин, толкнув его в бок. — Ммм, — протянул Феликс, отводя взгляд. — Просто пытаюсь понять, что он в нём нашёл. — А, так ты про Чана? — Чонин усмехнулся. — Слушай, может, тебе стоит спросить у себя, что ты в нём нашёл? — Заткнись, — проворчал Феликс, усаживаясь за стол Слизерина и хватая себе булочку. Феликс, жуя булочку, едва не поперхнулся, когда услышал голос одного из преподавателей. — Сегодня объявят день следующего испытания и само испытание, — обсуждали между собой учителя неподалёку. Чонин, который только наливал себе тыквенный сок, замер и скосил взгляд на друга. — Ну вот и всё, отдых закончился, — пробормотал он. Феликс тяжело выдохнул, откидываясь на спинку скамьи. — Надеюсь, в этот раз никто не будет тонуть, — буркнул он, вспоминая последнее испытание. — Это зависит от того, насколько ты везучий, — усмехнулся Чонин. — Но если испытание будет связано с огнём, то, возможно, ты хотя бы согреешься. — Очень смешно, — фыркнул Феликс. На другом конце зала Чан тоже услышал эту новость и тут же подался вперёд, посмотрев на преподавателей. — Ну и когда они наконец объявят? — нетерпеливо пробормотал он, повернувшись к Джисону. — Думаю, после завтрака, — предположил тот, оглядываясь. Камилль, сидевшая за столом Шармбатона, тоже выглядела напряжённой, явно пытаясь угадать, что их ждёт на этот раз. Феликс поймал на себе её взгляд и чуть кивнул, а затем бросил быстрый взгляд на Чана. — Интересно, какое у нас на этот раз будет испытание? — пробормотал он себе под нос, доедая завтрак.— слушал что и Рита Скитер будет Феликс закатил глаза. — О, прекрасно, ещё и эта заноза в заднице, — пробормотал он, откладывая вилку. Чан фыркнул, потягивая сок: — Ну, она хотя бы напишет про нас, как про величайших чемпионов Хогвартса. — Или как про драматичных неудачников, — вставил Джисон. Камилль вздохнула, скрестив руки на груди: — Лучше уж первая версия. Хотя не уверена, что у неё есть совесть, чтобы написать хоть что-то без перевирания фактов. — Согласен, — буркнул Феликс. — Она наверняка напишет что-то вроде: “Феликс Ли, герой-страдалец, чуть не нашедший свою смерть в ледяных водах. История о настоящем спасении и трагической дружбе с Кристофером Баном”. Чан прыснул: — “Трагическая дружба”, ты серьёзно? — Ну а что? — Феликс развёл руками. — Она любит драму. — Да уж, — протянул Чани. — Надо бы подготовиться и к испытанию, и к её вопросам. — Особенно к вопросам, — вставил Джисон. — Я уверен, её вопросы похуже испытаний, — проворчал Феликс, ковыряя вилкой кусок бекона. — А вдруг у нас будет задание по выживанию в лесу, а? — вставил Чан, ухмыляясь. — Тогда твои страдания с Ритой Скитер покажутся детской игрой. — Ха-ха, очень смешно, — протянул Ли, закатив глаза. — Но знаешь, я бы уже предпочёл драку с драконом, чем сидеть перед ней и слушать, как она выворачивает всё с ног на голову. — Надо просто держать лицо и не вестись на её провокации, — вмешалась Камилль, отставляя чашку. — Ой, мадам “держать лицо”, — передразнил её Феликс. — Конечно, тебе-то легко говорить, ты вечно ведёшь себя, как принцесса. — Потому что я и есть принцесса, — с достоинством ответила Камилль, гордо вскинув подбородок. Чан прыснул, Джисон усмехнулся, Чонин просто молчал, а Феликс лишь вздохнул: — Ну ладно, давайте уже доедим и попробуем узнать, что нас ждёт. После того как все закончили завтрак, директор Дамблдор поднялся со своего места и хлопнул в ладоши, призывая всех к тишине. Гул голосов стих, и ученики повернулись к нему в ожидании. — Дорогие ученики, настало время объявить последнее испытание Турнира! — торжественно начал он. — Это решающая битва, которая определит победителя. Феликс, Чан и Камилль переглянулись, чувствуя, как в животе зарождается напряжение. — Финальное испытание пройдёт через три дня, — продолжил Дамблдор. — И это будет настоящее испытание ваших навыков, скорости и выдержки. Он сделал паузу, давая возможность всем переварить сказанное. — Испытание будет проходить в воздухе, — объявил он. Зал загудел от удивления, но директор продолжил: — Вы окажетесь на зачарованных летающих платформах. Они будут двигаться, исчезать и менять свою траекторию в любой момент. Вам придётся сражаться друг с другом, уклоняться от атак, а также от вмешательства преподавателей, которые усложнят вам задачу. На лицах некоторых учеников мелькнул ужас, но участники турнира уже приготовились ко всему. — Но будьте осторожны, — добавил Дамблдор, и его голос стал серьёзным. — Падение с высоты может стать фатальным. Гробовая тишина охватила Великий зал. Феликс сглотнул, Чан сжал кулаки, а Камилль нервно заправила прядь волос за ухо. — Победит тот, кто сумеет продержаться дольше всех и останется последним на платформах, — завершил Дамблдор. Ученики взволнованно зашептались, обсуждая новость. — Ну, теперь точно будет весело, — пробормотал Феликс, покачав головой. — Скорее смертельно, — тихо ответил Чан, сжимая вилку в руке. Камилль тяжело выдохнула: — Осталось три дня. Нам нужно подготовиться. — Подготавливать вас будут раздельно друг от друга, — продолжил Дамблдор. — Господин Бан, вас будет тренировать профессор Макгонагалл. Мистер Ли, вас подготовит профессор Снегг. А вас, мадам Камилль, возьмёт под своё руководство директор вашей школы. Феликс едва сдержался, чтобы не застонать от разочарования. — Ну конечно, Снегг, — пробормотал он. — Ну а чего ты ждал? — усмехнулся Чан. — Он же тебе явно симпатизирует. Феликс скривился: — Если это и есть симпатия, то я боюсь представить, как выглядит ненависть. Камилль, хоть и нервничала, улыбнулась их подколкам. — Вам хотя бы не нужно будет тренироваться с директором, который требует от вас идеальной осанки во время дуэли, — тихо заметила она. Чан задумчиво постучал пальцами по столу. — Вы понимаете, что нас собираются гонять до изнеможения? Феликс вздохнул: — Да, но у нас нет выбора. Камилль кивнула: — Нам нужно это пройти. Дамблдор, убедившись, что все услышали его слова, вернулся на своё место. Ученики снова загудели, обсуждая предстоящее испытание. — Ладно, — Чан встал со своего места и потянулся. — Раз уж нам осталось три дня на подготовку, думаю, стоит как следует поесть. Феликс усмехнулся: — А потом мучительно страдать? — Именно, — усмехнулся Чан, подцепляя вилкой кусок бекона. Феликс покрутил в руках ложку, задумчиво глядя в тарелку. — Но я не понимаю смысла. Зачем им нам помогать? Чан поднял брови. — В смысле? — Ну, — Феликс поставил ложку на стол. — Снегг вообще-то терпеть меня не может. Макгонагалл всегда за тебя, но ей важно, чтобы Гриффиндор не опозорился. А твоя директриса, Камилль, — он повернулся к девушке, — вряд ли заинтересована в том, чтобы ты нас обошла. Камилль нахмурилась. — Это мой директор. — Ну да, — Феликс усмехнулся. — Но давай будем честными: если кто-то и поможет тебе выиграть, то это ты сама. Чан откинулся на спинку стула. — В любом случае, нам стоит воспользоваться моментом. Если они готовы учить нас, значит, можно что-то выведать. — Например? — спросила Камилль. — Например, есть ли способ не сломать себе шею на этих платформах. 🪄🪄🪄 Феликс стоял в центре пустого класса, нервно оглядываясь. В воздухе вокруг него парили зачарованные платформы — на разных уровнях, в хаотичном порядке. Они медленно двигались, но стоило одной из них исчезнуть в воздухе с легким хлопком, как Феликс понял: стабильности ждать не стоит. — Ну же, мистер Ли, — голос Снегга раздался откуда-то сверху. — Я жду. Феликс сжал палочку, глубоко вдохнул и запрыгнул на ближайшую платформу. В этот же момент в его сторону полетело первое заклинание. Он еле успел пригнуться ,чувствуя, как поток магии пролетает буквально в сантиметре от его плеча. — Не так плохо, как я думал, — лениво заметил Снегг. Феликс недовольно поджал губы. — Могли бы просто сказать «неплохо», профессор. — Это был бы комплимент, а я не склонен раздавать их направо и налево, — ответил Снегг, и в следующий момент в Феликса полетело сразу три заклинания. Он отчаянно перепрыгнул на другую платформу, но та исчезла прямо под его ногами. Феликс взмахнул палочкой, цепляясь за край следующей, и с трудом подтянулся наверх. — Вы хотите меня убить? — вздохнул он, садясь на платформу. Снегг скрестил руки на груди. — Если бы я хотел вас убить, мистер Ли, то не тратил бы на это столько времени. Феликс прищурился, тяжело дыша после очередного прыжка. Он стоял на одной из парящих платформ, ощущая, как она слегка покачивается под ногами. — Я хочу, чтобы хотя бы в этом задании вы не опозорились, мистер Ли, — холодно произнес Снегг, наблюдая за ним с земли. Феликс фыркнул. — А вы, конечно же, говорите это исключительно из заботы обо мне. — Нет, — без тени улыбки ответил профессор. — Скорее из нежелания видеть, как Слизерин проигрывает. Феликс вздохнул, закатив глаза, но прежде чем успел что-то сказать, новая атака заставила его резко уйти в сторону. Платформа, на которой он стоял, исчезла, и ему пришлось наугад перепрыгнуть на другую. Он приземлился неловко, чуть не потеряв равновесие. — Концентрируйтесь, мистер Ли, — раздался вкрадчивый голос Снегга. — Или будете падать до бесконечности. — Спасибо, профессор, я уже чувствую вашу бесконечную поддержку, — буркнул Феликс, но все же сосредоточился. 🪄🪄🪄 Чан уверенно стоял на платформе, пока профессор Макгонагалл наблюдала за ним с поднятыми бровями. — Вам придется двигаться быстрее, мистер Бан, — строго произнесла она. — На настоящем испытании никто не будет ждать, пока вы соберетесь с мыслями. — Я не тормоз! — возмутился Чан, но тут же пригнулся, когда в него полетел учебный обезоруживающий луч. Он резко оттолкнулся, перепрыгивая на другую платформу, но не успел как следует закрепиться, и она тут же начала пропадать из под его ног. — Черт, — пробормотал он, резко меняя направление. В воздухе на секунду повисла пауза, прежде чем он приземлился на новую платформу, но едва устоял на ногах. — Будь платформа чуть дальше, вы бы уже проиграли, — невозмутимо заметила Макгонагалл. Чан стиснул зубы, выпрямляясь. — Учту. — Вы должны не просто уверенно стоять, а двигаться быстрее. Думать быстрее. Ваш соперник не будет ждать, пока вы выровняете дыхание. Чан выдохнул, решительно кивнул и приготовился к следующему прыжку. Он резко оттолкнулся, намереваясь приземлиться на следующую платформу, но в последний момент та неожиданно дернулась вверх. — Чёрт! — выругался он, едва успевая схватиться за край руками. Пальцы сжались на скользкой поверхности, ноги болтались в воздухе, а сердце бешено колотилось в груди. Где-то сбоку профессор Макгонагалл невозмутимо наблюдала за ним. — Вам следует быстрее принимать решения, мистер Бан, — сухо заметила она. — Да вы серьёзно?! — огрызнулся Чан, пытаясь подтянуться. Платформа качнулась, словно издеваясь, и он судорожно втянул воздух. Если он сейчас сорвётся… Чан стиснул зубы и резко метнулся в сторону, используя рывок, чтобы зацепиться ногой за край. Напрягая все мышцы, он рывком вскарабкался наверх, падая грудью на твёрдую поверхность. — Отлично, — раздался голос Макгонагалл. — Но в следующий раз постарайтесь не оказываться в такой ситуации. Чан тяжело дышал, ощущая дрожь в руках, но только усмехнулся: — Постараюсь, профессор. Он, всё ещё тяжело дыша после прыжка, сел на платформе и бросил взгляд на Макгонагалл. — У вас хорошие показатели и баллы, мистер Бан, — сказала она, сложив руки на груди. — Если не будете совершать подобных ошибок, у вас есть все шансы на победу. Чан вытер пот со лба и криво улыбнулся: — Ну, надеюсь, что никто не собирается внезапно толкнуть меня вниз. — Возможно, собираются, — невозмутимо ответила Макгонагалл. — Но вам нужно быть быстрее и внимательнее. Чан фыркнул, но затем, взглянув вниз, чуть нервно сглотнул. Полететь с такой высоты — явно не лучшая перспектива. — Ладно, профессор, — пробормотал он, поднимаясь на ноги. — Давайте ещё раз. — Но у меня вопрос, профессор, — Чан покачал головой, разминая плечи. — Если всё-таки кто-то упадёт… его поймают? Макгонагалл посмотрела на него поверх очков. — Только до определённой высоты. Ну или если успеют. Чан нахмурился. — Что значит «если успеют»? — Платформы будут на высоте примерно от пятого до двенадцатого этажа здания, — пояснила она. — Чары безопасности есть, но они срабатывают не мгновенно.и не забывай о том что вам нужно поймать кубок чтобы выиграть. Так что, мистер Бан, вам лучше не рассчитывать на удачу. Чан нервно сглотнул и бросил взгляд вниз, представляя себе эту высоту. — Отлично, просто замечательно, — пробормотал он. — Ну, давайте ещё раз попробуем. Только теперь без падений. 🪄🪄🪄 Камилль сидела напротив мадам Максим в просторном кабинете, освещённом мягким светом свечей. В отличие от уютных помещений Хогвартса, в её кабинете всё выглядело величественно и строго. — Камилль, — голос директрисы был низким, но веским. — Это ваше последнее испытание. Возможно, последний шанс доказать, что Шармбатон достоин победы. Девушка сглотнула. — Я понимаю, мадам, но… — Нет, вы не понимаете, — перебила её Максим, складывая ладони на столе. — Гриффиндорец и слизеринец уже слишком много раз получали преимущество. Они сильны, но мы не можем позволить себе проиграть. Камилль сжала руки в кулаки. — Но я не могу просто… — Можете, — твёрдо сказала мадам Максим. — Вам не нужно совершать ничего откровенно грязного. Вам всего лишь нужно сделать так, чтобы ваши соперники не смогли продолжить бой. Камилль побледнела. — Вы хотите, чтобы я… — Я хочу, чтобы вы не проиграли. Девушка отвела взгляд. Она не была уверена, что готова так поступить. Но под этим взглядом, под этим давлением её решимость начала медленно трескаться. — Подумайте об этом, — мягко добавила Максим, но в её голосе слышалось предупреждение. — Турнир — это испытание, а испытания созданы для того, чтобы выявить сильнейшего. Вы ведь хотите быть сильнейшей, не так ли? Камилль не ответила. Она только сжала зубы и кивнула. — Но… мадам… — её голос дрогнул. — Это ведь нечестно. Женщина поднялась во весь свой внушительный рост и склонилась к ней, её тень накрыла девушку. — Ты хочешь сказать, что те двое играют честно? — в голосе директрисы скользнула насмешка. — Они сильны, Камилль. Сильны и хитры. Если ты не воспользуешься шансом, ты проиграешь. А вместе с тобой проиграет и Шармбатон. Ты этого хочешь? Камилль покачала головой, но её пальцы дрожали. — Хорошая девочка, — удовлетворённо кивнула Максим. — Вот заклинание. Она протянула ей маленький клочок бумаги. Камилль развернула его и в ужасе прочитала написанное. — Но оно же… оно может… — Ты не собираешься убивать, — ровным голосом сказала мадам Максим. — Ты просто позаботишься о том, чтобы твои соперники не смогли встать на ноги. Это турнир, Камилль. Здесь не место слабости.И если даже кто-то из этих сорванцов умрёт, тебя не обвинят! Девушка медленно кивнула, чувствуя, как под её кожей растекается страх. В голове всё ещё звучало: “И если даже кто-то из этих сорванцов умрёт, тебя не обвинят.” 🪄🪄🪄 Турнирный стадион гудел, заполненный криками зрителей. С высоты трибун доносились хлопки, свист и выкрики болельщиков. Все взгляды были прикованы к зачарованным платформам, парящим на разной высоте в воздухе. Они двигались, исчезали, появлялись снова, словно живые, готовые в любой момент сбросить неосторожного участника вниз. Феликс стоял на одной из платформ, сжимая палочку. Ему было не по себе. Всё тело помнило ледяную воду прошлого испытания, но теперь ему предстояло не просто держаться на плаву — ему нужно было атаковать и не упасть. Напротив, на другой платформе, стоял Чан. Он выглядел собранным, но напряжённым. Феликс не мог сказать, волновался ли он, но, судя по тому, как он оглядывался, он тоже понимал: это задание куда опаснее предыдущих. Камилль была чуть выше них, уже готовая к бою. Её лицо казалось спокойным, но Феликс уловил в её взгляде неуверенность, как будто что-то внутри неё боролось само с собой. — Итак, господа, начинается последнее испытание! Поединок на летающих платформах! — раздался голос ведущего. — Победит тот, кто останется последним! Помните, платформа не вечна! Желаем удачи! Громкий звук гонга разнёсся по стадиону, и в тот же миг с разных сторон полетели ослепительные вспышки заклинаний. Феликс едва успел увернуться от заклинания, метнувшегося в его сторону, как платформа под его ногами резко дёрнулась вверх. Он едва удержал равновесие, инстинктивно прижимаясь к её поверхности. Чан, стоявший на соседней платформе, без раздумий перепрыгнул на другую, даже не сбившись с дыхания. Он легко уходил от атак, балансируя на грани падения, и выглядел так, будто заранее знал, куда двинется следующая платформа. Камилль парировала одно заклинание за другим, но её движения были более агрессивными. Она не просто защищалась — она наступала. Сосредоточенный взгляд выдавал её решимость. Феликс отразил летящий в него луч, но в ту же секунду платформа под его ногами исчезла. Он за доли секунды успел прыгнуть вперёд, ухватившись за край другой платформы. Палочка чуть не выскользнула из рук, но он судорожно вцепился в неё, подтягиваясь. — Чёрт… — пробормотал он, быстро переводя дыхание. Зрители на трибунах вскрикнули, когда одна из платформ Камилль исчезла, и та упала вниз, но успела зацепиться за другую. Не давая себе времени на передышку, она тут же бросила заклинание в Чана. Чан отразил удар, но сделал это с такой силой, что вспышка от рикошета едва не задела Феликса. Он прищурился, встретившись взглядом с гриффиндорцем. — Ты в порядке?! — крикнул Чан, прыгая на следующую платформу. — Отлично! Даже лучше, чем ты! — выкрикнул Феликс, отпрыгивая в сторону. В этот момент Камилль поднялась, её палочка ярко сверкнула, и Ли вдруг почувствовал, как вокруг него сгустился воздух. Платформа резко дрогнула. И в следующее мгновение всё пошло не так. Феликс приземлился с силой, его ноги подогнулись, и он едва удержался на платформе. Но не успел он перевести дыхание, как платформа рванулась вверх с такой скоростью, что у него заложило уши. — Чёрт… — выдохнул он, судорожно вцепившись в край, чтобы не потерять равновесие. Всё вокруг слилось в размытый вихрь — трибуны, преподаватели, Чан и Камилль. Его быстро поднимало всё выше и выше, пока он не оказался на уровне двенадцатого этажа. Феликс почувствовал, как сердце бешено заколотилось в груди. Отсюда падение означало одно — никто его не поймает. — Надо выбраться отсюда… — мысленно приказал он себе, пытаясь сосредоточиться. И найти кубок , чтобы побежать в его сторону Но стоило ему поднять голову, как он увидел Камилль. Она стояла на соседней платформе, её палочка была направлена прямо на него. — Нет… Феликс не успел даже моргнуть, когда вспышка её заклинания ударила прямо в его платформу. Она дрогнула, а затем… исчезла. Он полетел вниз. Феликс даже не успел закричать. Только почувствовал, как воздух вырывается из его лёгких, а сердце сжимается от паники. Он видел, как небо стремительно удаляется, как трибуны, люди, платформа Камилль — всё мелькает над ним. — Чёрт… вот так я и умру? Где-то сверху раздался оглушительный крик Чана: — Камилль, ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ?! Но её лицо оставалось холодным, как будто она уже приняла для себя это решение. Феликс зажмурился. Он падал слишком быстро, его тело не слушалось, а попытки схватиться за воздух выглядели жалкими. — Я не хочу умирать… Внезапно сквозь свист ветра он услышал ещё один звук — резкий толчок воздуха. Кто-то прыгнул за ним. Он не сразу понял, что произошло. Его тело всё ещё падало, но вдруг что-то резко рвануло его вверх, ломая скорость падения. Метла. Чан. —Блять Держись ! — выругался Бан, крепко схватив Феликса за руку и притягивая к себе. Феликс судорожно вцепился в него, ногами нашаривая опору, пока Чан управлял метлой одной рукой, лавируя между платформами. Почему… Почему он это сделал? Ли поднял взгляд. Чан был напряжён, лицо сосредоточенное, но в глазах горел тот самый огонь, который всегда пугал Феликса больше всего. — Ты дурак?! — выдохнул Феликс, когда они наконец стабилизировали полёт. — Ты серьёзно? — огрызнулся Чан. — Ты падаешь, а я, по-твоему, должен смотреть на это и забивать хер?! Феликс замер. Чан больше не думал о турнире. О победе. О правилах. Он выбросил всё это ради него. — Чан, куда ты летишь?! — прокричал Феликс, всё ещё вцепившись в него, когда тот направил метлу вниз, прочь от платформ. — К чёрту этот турнир! — рявкнул Чан. — Я тебя сначала спасу, а потом разберусь с тем, кто тебя скинул! Феликс широко распахнул глаза. — Ты же… Ты не выиграешь, если сейчас улетишь! Чан резко дёрнул головой в его сторону, его взгляд пылал злостью. — А ты, блядь, вообще жить хочешь? Или тебе первое место важнее?! Феликс прикусил губу. Он… правда не думает о победе? Ради меня?.. Метла наконец вырвалась за границы испытательной арены. Феликс чувствовал, как его сердце бешено колотится в груди, а руки дрожат. — Ты идиот, Бан Чан. — А ты мудак, Ли Феликс. И почему-то Феликсу от этих слов вдруг стало теплее. Чан резко выдохнул, когда Феликс обнял его. — Ты… Ты чего вдруг? — пробормотал он, но не отстранился. — Вечно ты спасаешь меня, — тихо сказал Феликс, сжимая его крепче. — Спасибо. Чан нахмурился, но в уголках его губ мелькнула слабая улыбка. — Ну, ты ж мой личный источник проблем, Ли, — буркнул он. — Если тебя не спасать, кто ещё меня будет бесить? Феликс тихо хмыкнул и уткнулся носом ему в плечо. Сердце стучало слишком быстро, метла слегка покачивалась в воздухе, а крики на арене звучали где-то далеко. Всё, что сейчас имело значение, — это тепло Чана и то, как крепко он держал его, даже несмотря на всё. — Может, опустимся на землю? — пробормотал Феликс, всё ещё не ослабляя объятий. — А, ты теперь ещё и боишься высоты? — фыркнул Чан, но развернул метлу в сторону арены. — Нет, просто если ты меня уронишь, мне снова придётся тебя обнимать. — О, ужас, не дай Мерлин, — скривился Чан, но уши у него всё-таки покраснели. Метла плавно снизилась, и едва их ноги коснулись земли, Феликс устало вздохнул: — Ну, теперь можно и упасть в обморок. — Попробуй только! — возмутился Чан, успевая подхватить его за плечи. — Я тебя не тащил с высоты двенадцатого этажа, чтобы ты тут отрубился! — Поздно, — хмыкнул Феликс и, не теряя достоинства, просто грохнулся на землю — Ты... Ты серьёзно? - Чан уставился на него сверху вниз, уперев руки в бока. - Вот так просто? Без предупреждения? Феликс лишь что-то невнятно пробормо-тал, прижимаясь щекой к холодной земле. — Блядь... — Чан закатил глаза и присел рядом, осторожно тронув его за плечо. — Ликс, не вздумай умирать, иначе я тебя убью. Толпа вокруг них гудела, преподаватели уже спешили к ним, но Чану было плевать. Он снова вздохнул и, не дождавшись реакции, просто приподнял Феликса, забрасывая его руку себе на шею. — Вот знал же, что ты мне обуза. — ...Знаешь, — едва слышно пробормотал Феликс, не открывая глаз, - сейчас я бы возмутился... но мне слишком хорошо. — Конечно, тебе хорошо, ты у меня на руках, — проворчал Чан, поднимаясь на ноги. — А теперь давай-ка в больничное крыло, принцесса. — Ура, меня несёт на руках горячий гриффиндорец, мечта сбылась! — простонал Феликс, прикрывая глаза и довольно улыбаясь. Чан фыркнул, крепче прижимая его к себе. — Можешь не стараться, Ликс, я тебя всё равно сейчас брошу. — Ага, конечно, — протянул Феликс, обвивая его шею руками. — Ты слишком благородный для этого. Чан закатил глаза, но ничего не ответил, продолжая нести его в сторону толпы преподавателей. — Вообще, ты мог бы сделать это ещё эффектнее, — задумчиво пробормотал Феликс. — Например, на фоне заката, под торжественную музыку… — Ликс, заткнись. — Да, сэр. — Феликс! Чан! — раздался вскрик Джисона, когда он вместе с Чонином вырвался из толпы и бросился к ним. — Вы в порядке?! — Ян чуть ли не силой оттаскивал Джисона, который готов был схватить их обоих и трясти, пока не убедится, что всё хорошо. — Ага, ничего страшного. Просто Ликс решил пощекотать мне нервы падением с высоты. — Чан аккуратно поставил Феликса на землю, но тот тут же пошатнулся. — Ничего страшного?! — взорвался Чонин, оглядывая Феликса с ног до головы. — Ты только что едва не… — Но не умер же, — слабо улыбнулся Феликс, опираясь на Чана. — И вообще, мой спаситель сделал всё возможное, чтобы я остался жив. Как думаете, мне стоит теперь вечно ему служить? — он театрально взглянул на Чана снизу вверх. — Я просто швырну тебя в озеро, и всё. — Любишь ты угрожать. — Любишь ты нарываться. — не ожидал такого от Камилль — Я тоже… — пробормотал Чан, нахмурившись. Феликс усмехнулся, но в его глазах не было ни капли веселья. — Ну, по крайней мере, теперь ясно, кто готов пойти на всё ради победы. Джисон вздохнул и обхватил себя руками, будто ему самому стало холодно. — Но ведь она… — он запнулся. — Она же не была такой. Она всегда честно боролась. Почему сейчас?.. — Думаю, мы скоро узнаем, — твёрдо сказал Чан, бросая быстрый взгляд в сторону трибуны, где мадам Максим уже что-то бурно обсуждала с другими преподавателями. Феликс чуть передвинулся, упираясь ладонями в бока Чана, чтобы удержать равновесие. — Чан, а ты заметил, что твоя грудь очень удобная? — Ли Феликс, замолчи. Профессор Макгонагалл подошла первой, бросив строгий взгляд на Чана, но в её глазах читалось беспокойство. — Господин Бан, объясните, что произошло. Почему вы нарушили правила турнира? Чан крепче сжал руки в кулаки, но всё равно ответил уверенно: — Я спас его. Если бы я не полетел, Феликс бы разбился. Разве это нарушение? Феликс, всё ещё сидя на земле, ухмыльнулся. — Технически он нарушил, но, думаю, это можно списать на благородство, да? Снегг, стоявший чуть поодаль, скрестил руки на груди и смерил Феликса холодным взглядом. — Вы должны были защищаться, а не падать с высоты одиннадцатого этажа, мистер Ли. Феликс приподнял бровь: — Я должен был не умереть. И благодаря Чану я с этим справился. Макгонагалл тяжело вздохнула и обернулась к мадам Максим, которая подошла ближе. — Мадам Максим, вы что-нибудь хотите сказать по поводу поведения вашей ученицы? Директриса Шармбатона лишь сложила руки на груди и произнесла: — Моя ученица поступила в рамках турнира. Это соревнование, а не дружеский поединок. Чан резко шагнул вперёд. — Она использовала запрещённое заклинание! Толпа зашумела. Макгонагалл прищурилась, а Дамблдор, стоявший рядом, осторожно произнёс: — Это серьёзное обвинение, господин Бан. Вы уверены в своих словах? Чан сжал зубы, но Феликс вдруг заговорил: — Да, он прав. Камилль собиралась не просто победить, а избавиться от нас. Мадам Максим бросила на него предупреждающий взгляд, но Феликс только улыбнулся: — Думаю, вам стоит проверить её палочку. В обычные дни Чан всегда казался светлым, почти солнечным. Даже когда был раздражён или ворчал, его эмоции никогда не перерастали в настоящую ярость. Он мог пошутить, мог закатить глаза, но всегда оставался в рамках сдержанности. Но сейчас… Сейчас перед всеми стоял совершенно другой Чан. Его челюсть была напряжена, руки сжаты в кулаки так сильно, что побелели костяшки. Голос — низкий, срывающийся на рык, в нём больше не было той добродушной теплоты, что обычно его наполняла. Даже его осанка изменилась: он не просто стоял, он возвышался, словно лев, готовый растерзать каждого, кто попробует оправдать случившееся. Толпа слегка отпрянула, даже Макгонагалл выглядела напряжённой, а Снегг, которого, казалось, невозможно было вывести из равновесия, прищурился, но ничего не ответил. — Феликс мог умереть! Вам стоило быть повнимательнее! — Чан говорил жёстко, резко, не сдерживаясь. — А вы, профессор Снегг, должны быть хоть немного сердечнее! Ваш ученик чуть не погиб, а вы просто смотрите на него, как на испорченное зелье! Как вы собираетесь это объяснять его родителям?! Мгновение стояла гробовая тишина. Казалось, даже ветер стих. Феликс, несмотря на лёгкое головокружение, смотрел на Чана с каким-то восхищением. Он уже видел его злым — но не таким. В этой ярости не было бездумной агрессии, она была осмысленной, справедливой. — Чан… — тихо позвал он, надеясь, что тот немного остынет. Но Чан всё ещё дышал тяжело, взгляд его был цепким, грозным. Все вокруг прекрасно понимали: если бы он мог, то уже давно разнёс бы всё к чертям. — Зовите мадам Помфри! — рявкнул Чан, даже не оборачиваясь. Толпа встрепенулась, будто очнувшись от оцепенения. Кто-то бросился к выходу с арены, а преподаватели начали перешёптываться между собой. Феликс хмыкнул, чувствуя, как его слегка качает. — Успокойся, я же живой, — пробормотал он, но Чан лишь сжал губы в тонкую линию. — Ты упал с высоты одиннадцатого этажа! — прошипел Чан, яростно сверкая глазами. — Если бы я не поймал тебя… Феликс не дал ему договорить. Он резко наклонился вперёд и накрыл губы Чана своими. На мгновение всё вокруг стихло. Толпа, преподаватели, даже мадам Помфри, которая уже подбегала к ним, — все словно исчезли. Был только Чан, напряжённый, ошарашенный, но не отстраняющийся. Когда Феликс отстранился, его губы тронула слабая, уставшая улыбка. — Ты слишком много говоришь, Бан, — пробормотал он. Чан моргнул, несколько секунд явно пытаясь осознать, что только что произошло. Затем его лицо вспыхнуло, но не от злости. — Ты… Ты вообще в своём уме?! — воскликнул он, но голос прозвучал куда мягче, чем он, вероятно, хотел. — Честно? — Феликс хрипло рассмеялся. — После такого падения — вряд ли. — О, Мерлин, мистер Ли! Немедленно в больничное крыло! — раздался голос мадам Помфри. — И Чан тоже! — вставил Феликс, пока Чан не начал протестовать. — Мне не… — Ты спас меня, так что будешь страдать вместе со мной, — ухмыльнулся Феликс, но в глазах его всё ещё отражалась благодарность. Чан тяжело вздохнул, прикрывая лицо ладонью, но спорить не стал. 🪄🪄🪄 Феликс лежал на кровати, завернувшись в одеяло, а Чан сидел рядом, угрюмо ковыряя ложкой какую-то кашу, которую им выдала мадам Помфри. — Не понимаю, зачем мне это есть. Это что, тоже часть лечения? — пробормотал Чан, поморщившись. — Не ной, я тут вообще чуть не умер, — лениво отозвался Феликс, вытягиваясь на кровати. — Не напоминай, — Чан сердито ткнул ложкой в воздух. — Ой, да ладно тебе, ты же меня поймал. — Только потому что ты дебил! Джисон, который сидел напротив, громко фыркнул. — Ребят, может, просто поцелуетесь и закроем тему? — ЧТО?! — одновременно выпалили Чан и Феликс. — Ну а что? — пожал плечами Джисон. — После такого геройского спасения… это же как в книгах! Чонин, до этого молча наблюдавший за всей сценой, усмехнулся: — Не, ну если вы хотите, мы можем выйти. — Проваливайте оба! — рявкнул Чан, запуская в них подушкой. Джисон и Чонин засмеялись, но не ушли. Феликс тоже усмехнулся и, повернувшись к Чану, лениво бросил: — Ну, если они так настаивают… — Ли Феликс, не смей! — Да шучу я, шучу. Хотя… — Феликс ухмыльнулся, и Чан, кажется, всерьёз задумался о том, чтобы снова его придушить. Феликс едва успел что-то сказать, но Чан уже резко притянул его за воротник и впился в губы. Поцелуй вышел неожиданно горячим, наполненным всей той напряжённостью, что копилась между ними годами. — Глаза бы мои этого позора не видели, — протянул Чонин, театрально прикрывая лицо руками. — ГОРЬКО! ГОРЬКО! ГОРЬКО! — вдруг заорал Джисон, хлопая в ладоши. Чан, не разрывая поцелуя, вслепую схватил ближайшую подушку и запулил в сторону крикунов. — АУ! — возмущённо выкрикнул Джисон. — Ну прости, что я просто романтик в душе! — Чан, ты так смело кинулся спасать его с двенадцатого этажа, а теперь что? Взял в плен?! — хохотнул Чонин. Феликс только довольно выдохнул, прижимаясь ближе. — Если это плен, то я не против. — Ой, всё, — простонал Чан, утыкаясь лицом в шею Феликса. — Вот это уже неплохо, — хмыкнул Джисон. — Но не расслабляйтесь! В следующий раз я притащу конфетти и баннер с надписью “Свидетельство о браке”. — НЕ ДАЙ МЕРЛИН! — хором завопили Чан и Феликс. Дверь в больничное крыло отворилась, и в комнату вошли профессор Дамблдор и профессор Макгонагалл. Атмосфера мгновенно изменилась: Джисон тут же захлопнул рот, Чонин сел ровнее, а Чан и Феликс разом отстранились друг от друга, будто их только что не застукали за поцелуем. — Ну-ну, не будем притворяться, что ничего не было, — с хитрой улыбкой произнёс Дамблдор, поправляя очки. Феликс почувствовал, как его уши предательски вспыхнули. Чан только тяжело вздохнул, прикрывая лицо ладонью. — Мы пришли обсудить случившееся на последнем испытании, — строго добавила Макгонагалл, скрестив руки на груди. Все сразу посерьёзнели. — Мистер Ли, как вы себя чувствуете? — спросил Дамблдор, заглядывая на его постель. — Бывало и хуже, — буркнул Феликс, потирая плечо. — Но жить буду. — Благодаря Чану, — добавил Джисон с ухмылкой, на что Чан лишь фыркнул. — Мы уже провели беседу с мадам Максим, — продолжила Макгонагалл. — То, что произошло, недопустимо. Камилль Лефевёр будет дисквалифицирована. Феликс не удивился, но внутри что-то неприятно кольнуло. Всё-таки Камилль тоже боролась за свой дом, хоть и выбрала ужасный способ. — Кроме того, мистер Бан, ваша реакция тоже нарушила правила, — добавила Макгонагалл, смерив Чана строгим взглядом. — Я не мог оставить его там! — горячо ответил Чан. Дамблдор мягко улыбнулся: — Вот именно поэтому у вас есть сердце истинного чемпиона. Чан моргнул, а Феликс только сильнее вжался в подушку, чувствуя, как от этих слов у него теплеет внутри. — То есть вы хотите сказать, что кубок… — Чан прищурился, словно пытаясь заранее разгадать ответ. Дамблдор загадочно улыбнулся: — Кубок достаётся вам обоим. На секунду в комнате повисла тишина. — Ч-что? — первым подал голос Феликс, глядя на него с явным недоверием. — Вы оба проявили качества настоящих чемпионов, — пояснила Макгонагалл, — и, учитывая обстоятельства, жюри решило, что награда достанется сразу двум участникам. — То есть я всё равно не победил? — скептически уточнил Чан, скрестив руки. — Зато ты герой, — хмыкнул Феликс. — Я и без кубка знал, что я герой, — фыркнул Чан, но в уголках его губ мелькнула довольная улыбка. — Чемпион с метлой, — добавил Джисон с ухмылкой. — И с поцелуем в качестве бонуса, — вставил Чонин, от чего Феликс тут же пнул его под кроватью. Дамблдор тихо рассмеялся: — Что ж, похоже, вам есть что обсудить. Мы не будем мешать. И, подмигнув, он вместе с Макгонагалл направился к выходу. Уже на пороге профессор обернулась и бросила: — И всё же, мистер Бан, в следующий раз прошу вас не нарушать правила столь драматично. — Обещаю, — усмехнулся Чан. — В следующий раз буду спасать Феликса более элегантно. Феликс только закатил глаза, но улыбка всё равно появилась на его лице. — А куда делась Камилль? — вдруг спросил Феликс, нахмурившись. — Она… — Джисон замялся и покосился на Чонина. — Сбежала, — вздохнул тот. — После всего, что произошло, её больше никто не видел. Говорят, что мадам Максим срочно покинула Хогвартс вместе с ней. — Сбежала? — переспросил Чан, приподняв брови. — Ну, конечно. Сделала дело — свалила. — Директор Шармбатона всё знала, да? — Феликс сжал кулаки, вспоминая, как Камилль без колебаний сбросила его с платформы. — Вероятно, да, — кивнул Джисон. — После инцидента Дамблдор пытался её допросить, но они уехали раньше, чем он успел вмешаться. — Трусиха, — пробормотал Феликс, глядя в потолок. — Плевать на неё, — Чан положил руку ему на плечо. — Ты цел, а кубок у нас. Так что победа явно за нами. Феликс посмотрел на него и ухмыльнулся: — Да, ты прав. Хотя кубок — фигня, поцелуй был лучшей наградой. Чан фыркнул, а Чонин с Джисоном одновременно застонали: — О боже, хватит! 🪄🪄🪄 Месяц спустя Хогвартс постепенно возвращался в привычный ритм жизни после турнира. Кубок гордо стоял в Большом зале, а слухи о скандале с Камилль утихли, сменившись обсуждениями экзаменов и летних каникул. Феликс сидел в гостиной Слизерина, лениво листая учебник по зельям, но больше смотрел в окно, чем читал. Чонин что-то бубнил рядом, зубря трансфигурацию, а Джисон, как обычно, носился по комнате, жалуясь на учебную нагрузку. — Ну хоть турнир прошёл, теперь можно расслабиться, — зевнул Феликс, закрывая книгу. — Расслабиться? — возмутился Чонин. — Тебе вообще-то ещё экзамены сдавать! Феликс махнул рукой. — Какие экзамены, если у меня теперь есть герой-Гриффиндорец, который в любой момент может меня спасти? — Ты неисправим, — простонал Чонин, но промолчал, когда дверь в гостиную внезапно открылась. На пороге стоял Чан, скрестив руки на груди. — О, а я только о тебе думал, — ухмыльнулся Феликс, поднимаясь с дивана. — Не сомневался, — усмехнулся Чан. — Пошли, я тут кое-что придумал. Феликс прищурился. — Опасно? — Определённо, — ухмыльнулся Чан. Феликс быстро схватил мантию и кивнул: — Ведите, мистер спасатель. Чонин тяжело вздохнул, а Джисон только фыркнул, отправляя им вслед: — Только не целуйтесь при мне снова, ладно?! — я так и не понял что ты здесь делаешь? — спросил Чонин у Джисона — то что я Гриффиндорец это не значит что я не могу зайти сюда — Вообще-то может, — скептически прищурился Чонин. — Это гостиная Слизерина, а не проходной двор. — Ну и что? — Джисон самодовольно уселся на подлокотник кресла. — Ты же тоже бывал в нашей. Чонин фыркнул, но спорить не стал. — Ладно, предположим, что тебя сюда пустили, — он внимательно посмотрел на друга. — Но зачем ты здесь? Феликса ты уже потроллил, Чан ушёл, тебе скучно? — Вообще-то я пришёл посмотреть, как живёт мой друг Чонин, — хмыкнул Джисон. — Вдруг тебя тут обижают? — Да уж, нашёлся защитник, — Чонин покачал головой, но, кажется, был не против. — Ладно, раз уж ты здесь… хочешь чаю? — Чаю? — Джисон смерил его подозрительным взглядом. — Ты что, ядом меня хочешь травануть? — Да, Джисон, именно так. Мы, слизеринцы, только этим и занимаемся, — драматично вздохнул Чонин. — Ну так что, пить будешь? Джисон ухмыльнулся и вытянул ноги на стол. — Ладно, давай. Покажи мне, что у вас тут за чай. 🪄🪄🪄 На улице стоял мягкий весенний вечер. Тёплый ветерок гулял по стенам Хогвартса, с балкона открывался вид на освещённый огнями замок и тёмное, гладкое, словно зеркало, озеро. Феликс сидел на перилах, лениво покачивая ногой в воздухе, а Чан стоял рядом, скрестив руки на груди. Их разговор давно сошёл на нет, но в этой тишине не было неловкости — только лёгкость и спокойствие. — Долго ещё собираешься изображать загадочного парня? — вдруг нарушил молчание Феликс, чуть повернув голову. Чан хмыкнул. — Смотря, насколько тебе нравится. — Мм… — Феликс наклонился ближе. — Очень нравится. Он потянулся и, прежде чем Чан успел что-то ответить, поцеловал его. Это было не так неожиданно, как в первый раз, но Чан всё равно замер, словно теряя почву под ногами. Однако его руки тут же скользнули к талии Феликса, чтобы удержать его — не столько от падения, сколько от себя. Поцелуй был медленным, тёплым, каким-то ленивым и до невозможности нежным. Таким, от которого по телу расходится приятное тепло, таким, который не хочется прерывать. — Дурак, — пробормотал Чан, когда они наконец отстранились. — Твой дурак, — с улыбкой отозвался Феликс, переплетая их пальцы. Чан вздохнул, но в уголках его губ мелькнула мягкая улыбка. Он перевёл взгляд на сверкающие вдали огни Хогвартса, затем снова посмотрел на Феликса. — Пойдём? — Куда? — Куда угодно. Главное — вместе. Феликс сжал его руку чуть крепче и кивнул, улыбаясь. Впереди было ещё много испытаний, вопросов без ответов, возможно, споров и подколов, но одно было неизменным — теперь они были не соперниками, а чем-то большим. ПАРА ПАРА ПА ПАМ ! КОНЕЦ