Вторая первая любовь

      — Так, студенты, минутку внимания, — бодро привлекла к себе внимание завкафедры, войдя в аудиторию. — С понедельника вам предстоит пройти преддипломную практику в одном из предложенных учреждений. Я передам вам список и дам время обсудить и распределиться, а вы впишете свои фамилии напротив того места, куда хотите попасть.       — А СИЗО среди них имеется? — тупо хохотнул Ли Давон. — Самое подходящее местечко для Чона!       Чонгук ощерился, услышав свою фамилию. Вот же удод.       — А ты всё никак не можешь забыть свой позор, Давон-и? До сих пор обидно, что я тебе в прошлый раз задницу надрал?       Как-то с первого дня Чонгука этот мажор доморощенный выбесил, оскорбив чистую и светлую любовь к безразмерным рубашкам и полинялым джинсам, и с тех самых пор между ними идёт холодная война. Видит Бог, Чонгук и словами мог уверенно держать оборону, просто пару дней назад Давон палку перегнул, вот у него забрало и упало — опомнился, только когда его кулак в чужой нос впечатался. Правда, сдержать удовольствия не сумел, почувствовав, как кость приятно хрустнула под пальцами: в конце концов, разве это он виноват в том, что Ли такой придурок?       — Следите за словами, Чонгук, — строго осадила парня завкафедры. — Лучше уделите время учёбе.       — Так точно, профессор Кан, — по-военному ответил и перевёл на Давона взгляд, обещающий расправу.       — А знаете, студент Чон, я передумала, — внезапно огорошила его преподаватель. — Пойдёте туда, куда я вас сама запишу. Считайте, что это ваше наказание за неподобающее поведение.       На такое заявление Чонгук отреагировал замешательством: эта женщина вообще знает значение слова «наказание»? Ему абсолютно всё равно, где будет проходить сбор информации для диплома, так что отбыванием повинности тут даже не пахло — разве что госпожа Кан знает что-то, чего не знает Гук?       Вписав фамилию парня в пустующую строку, та передала лист старосте и удалилась, а Чонгука разобрало любопытство: куда его там определили? Возможно, он бы и дальше варился в собственных мыслях, но по аудитории поползли перешёптывания, и Чон застыл: что они там интересного нашли?       — Что происходит? — пихнул в бок апатичного Хохёна. — Там случайно нет золотодобывающей шахты в списке?       Чхве фыркнул и закинул руку Гуку на плечо.       — Вот неудивительно, что ты так отстал от жизни, Чон. Хоть бы иногда притворялся, что тебе что-то интересно. — Он послал лучшему другу «ласковый» взгляд, и тот заёрзал на стуле. — Ну ладно, ладно. Слышал когда-нибудь про компанию «Алгоритм»? Это супер-пупер-мега-крутая консалтинговая компания, во главе которой стоит сам Ким Намджун, о нём ты точно не мог не слышать хотя бы раз.       Нахмурившись, Чонгук уставился в стену. Ким Намджун, Ким... Откуда ему знакома эта пусть и не такая уж редкая фамилия? Нет, человек-то тот в городе известный, но дело было совсем не в этом. Парень мысленно взял лопату и начал разгребать завалы в памяти, а когда та зацепилась за пыльный сундук с воспоминаниями, о которых Гук давно забыл, его лицо вытянулось от удивления.       Не может быть... Не может быть, чтобы мир был настолько тесен. Сама фирма Чонгука, естественно, не особенно интересовала, а вот её основатель — очень даже; конечно, профессор Кан не могла знать, что с семейством Ким Чонгук знаком не понаслышке, хотя один минус в прохождении практики в этом месте всё же был.       Ким-младший...       Замечательно, блин!       Это нужно было как-то исправить.       — О, нет, — отсел от него на самый край Хохён. — Я знаю этот взгляд — ничего хорошего от тебя не жди.       — Так я же не заставляю, — усмехнулся Чонгук в ответ. — Только дубликат ключей от деканата сделать помоги, и свободен.       Глаза друга так забавно округляются, что он прыскает со смеху, покачиваясь на стуле.       — Совсем с ума сошёл?! Да нас обоих за такое отчислят! А я не собираюсь создавать себе проблем, когда до диплома осталось всего ничего!       — Тряпка ты, Хван, — со вздохом уронил укор.       — Предпочитаю называть это инстинктом самосохранения. А ты, Чон, будь мужиком и пройди практику там, куда тебя записали, назло всем.       Ну, рациональное зерно в этом, конечно же, было, но как избежать встреч с… Тэхёном?       Остаётся надеяться, что за столько лет тот Чонгука не вспомнит.       После занятий они с Хохёном планировали плотно пообедать в местной столовке, но планы нарушила всё та же завкафедры, которая поймала Чона в коридоре.       — Так, Чонгук, вы-то мне и нужны. — Она перебрала в руках несколько тоненьких папок и протянула одну парню, которую он прихватил чисто машинально. — Отвезите этот список в «Алгоритм», чтобы вас внесли в базу и к понедельнику пропуска сделать успели.       Спрятавший смех за кашлем Чхве выбесил Чонгука окончательно.       — Но почему я? Разве это не обязанность старосты?       — Староста у вас одна, и она уже уехала с таким же поручением. Считайте, что вы теперь староста для тех, кто будет проходить практику в «Алгоритме»: может, это научит вас хоть чему-то.       Просто здорово...       Завкафедры скрылась на лестничном пролёте, и Чонгук бросил в сторону Хохёна умоляющий взгляд.       — Ты ведь поедешь со мной?       — Прости, дружище, ты же знаешь, у меня подработка. — Друг ободрительно похлопал Гука по плечу. — Но я уверен, что ты и сам отлично справишься. Позвони мне вечером.       Чхве потопал на выход и скоро скрылся из глаз, а Чонгук так и стоял посреди коридора.       И как тут избегать Кима, когда его к нему буквально подталкивают?       Высотное здание из стекла и стали невозможно было не заметить, едва автобус вырулил в центр; оно гордо возвышалось над всеми остальными и словно насмехалось над Чонгуком за его временную робость. Но он действительно не ожидал, что начнёт волноваться, когда транспорт выплюнул его на остановке и влился в беспрерывный поток машин.       Когда-то давно Кимов знали только в пределах небольшого посёлка городского типа; они жили по соседству с Чонами, а их сын ходил с Чонгуком в одну школу, но на несколько классов старше, и на этом их взаимодействие заканчивалось. Гук нередко влипал во всякие истории, то свалившись с дерева, то подравшись с соседскими мальчишками, и дядя Намджун частенько над ним подтрунивал. Тэхёна он всегда почему-то стеснялся, но тот и мало обращал на него внимания, хотя тоже иногда не упускал возможности поиздеваться над странноватым сыном соседей. Большинство прозвищ, которыми Чонгука дразнили в школе, вошли в обиход с подачи Тэхёна — одно его особенно бесило, — и этим Ким мальчишку безмерно злил, но в восьмом классе в чонгуковой голове что-то перемкнуло, и он не заметил, как влюбился в этого идиота.       К сожалению, Чонгук не уверен, что за столько лет его отпустило — наверное, потому и не хотел сталкиваться с Тэхёном снова.       В прохладном холле его встретил совсем недружелюбный охранник, который дальше своей обители без пропуска впускать отказался, но на просьбу позвать кого-то, кто заберёт у Чонгука документы, всё же согласился. Он осматривал просторное помещение с высокими потолками и большими цветами в огромных кадках и отчаянно пытался представить, сколько людей тут ишачит, чтобы в здании такую чистоту поддерживать. Гук готов был поклясться, что даже на полу мог увидеть своё отражение! Это явно не университетский коридор с полинялым линолеумом, где бабулька пенсионного возраста пару раз тряпкой помашет!       Поток мыслей прервали гулкие шаги, эхом отражающиеся от стен, а когда Чонгук повернул голову к их источнику, чуть не подавился жвачкой. Последний раз они с Тэхёном виделись в день их с родителями переезда лет пять назад — кажется, тогда у кимова отца дела и пошли в гору, сделав его известной шишкой в городе. И за эти пять лет парень вырос, из щуплого подростка превратившись в мужчину, да ещё такого красавчика, что Чонгуку стыдно было даже думать об этом. Чужая уверенная пружинистая походка притягивала внимание, и не только Гука, судя по тому, как затянулись мечтательной дымкой глаза девушки у ресепшена.       Как раньше девичьи сердца похищал, так и сейчас ничего не изменилось — разве что хуже стало во сто крат.       — Добрый день. Вы из университета? — донёсся до слуха Чонгука голос. Упс, и когда Ким к нему подошёл? — Привезли список практикантов?       Ну, одно уже точно было ясно — Тэхён его не узнал. Вот только он вместо того, чтобы обрадоваться и вздохнуть с облегчением, почему-то расстроился.       — Ээ, да, да, добрый, — проморгался, чтобы как-то в себя прийти. — Вот.       Чонгук протянул папку, которую тот принял и отчего-то прищурился.       — Простите, мы с вами нигде раньше не встречались?       И почему рядом с ним язык и словарный запас Гука всегда проваливаются в жо... Неважно, куда. Именно в эту секунду ему стало жаль, что в гардеробе нет ни одной мало-мальски приличной и красивой вещи, а сам Чонгук лично не дружит с модой и косметикой. Получилась бы эпичная встреча через время, ага...       Хотя это и так не светит, раз уж Ким старых «друзей» не узнаёт.       — Это вряд ли, — ровно ответил и мысленно себе поаплодировал за выдержку. — Если только вы не вели пары у моей группы в универе.       Тэхён улыбнулся, и Чонгук бесшумно сглотнул, почувствовав прицельный укол в сердце. Надо же, он и забыл, насколько тот может быть обаятельным. Не с Гуком, конечно, но на взаимоотношения Кима с другими он насмотрелся — наверное, потому и влюбился.       — Я давненько в стенах университета не появлялся. И всё же ваше лицо кажется мне как будто знакомым...       — Нуу, ладно, — Чонгук нервно помахал руками, висящими вдоль тела. — Если от меня больше ничего не требуется — там, скрепить кровью какой-нибудь договор, например, — то я, пожалуй, откланяюсь.       Ким усмехнулся и милостиво кивнул.       — Конечно. Не смею задерживать. Ваши пропуска будут готовы к утру понедельника, а также я предупрежу своих сотрудников.       — Спасибо.       Чон уже собирался развернуться, когда просьба мужчины пригвоздила его к полу.       — Ах, да, оставьте мне свой номер телефона.       — Это ещё зачем?       — Для контакта, — успокоил. — Теперь нам нужно держать связь, я ведь на ближайшие две недели буду за вас всех отвечать.       — Вы?! — Должно быть, вопрос прозвучал немного... ну, ладно, не «немного», а очень резко — со стороны вообще складывалось впечатление, что Чонгук его обвиняет. Надо как-то поработать над собой и научиться думать перед тем, как что-то ляпнуть. — Ну, то есть, вы ведь сын гендиректора, я думал, нас закрепят за кем-то попроще...       Пиздец, Чонгук в самом деле сказал это вслух?       Тэхён склонил голову на бок и посмотрел на парня изучающе.       — У вас какие-то проблемы с сыновьями гендиректоров?       — Вовсе нет! — поспешно заявил и получил очередную усмешку.       — Отлично. Тогда запишите ваш номер вместе с именем и фамилией.       Волноваться снова Чонгук не спешил: раз уж мужчина лицо не узнал, вряд ли его данные тому о чём-то скажут. Поэтому, спокойно взяв в руки протянутый Айфон последней модели — и чего все на них помешались? — он ввёл нужную информацию и вернул телефон владельцу, который, глянув на экран, нахмурился, но ничего не сказал.       — Что ж, Чонгук, ждём вас всех в понедельник, — бросил напоследок и направился в сторону лифтов.       Как Чон и говорил, его не узнали. Задумчиво прикусив губу, он провожал взглядом чужую спину, пока Тэхён не скрылся в кабине лифта, и только после этого вышел на воздух, попрощавшись с охранником.

☆☆☆☆☆

      Часовая тряска в салоне автобуса расслабила Чонгука и почти усыпила, так что он едва не проспал свою остановку. До пригорода Сеула, где Чон прожил всю жизнь, всего час езды на общественном транспорте, а на машине и того меньше, поэтому он даже не думал ни о каких комнатах в общаге или съёмных квартирах. Теперь, когда из родни у него остался только он сам, приходилось экономить на всём, чём получалось, и собственная крыша над головой тому здорово способствовала.       Помимо повышенной стипендии за отличную учёбу Чонгук занимался иногда репетиторством с местными ребятишками, подтягивая их по математике и физике, которую искренне любил. Соседские бабульки, которые хорошо знали его семью, иногда помогали провиантом, заваливая готовым кимчи, всякими закусками и свежими овощами-фруктами с собственного огорода, так что жить можно было вполне себе неплохо.       Двухкомнатная квартира, оставшаяся Чонгуку после смерти матери и бабушки, встретила блаженной тишиной. Он невольно вспомнил, что Кимы жили этажом выше, и Тэхён частенько включал дурацкий рэп, когда родителей не было дома. Гук, конечно, всегда был чересчур активным, «нетерплячим», как говорила бабушка, и всегда давал сдачи, если кто-то его обижал, но это не значит, что к учёбе он относился так же. А Ким-младший как будто знал, в какое время Чонгук садился за домашку, потому что именно в тот момент, когда он садился делать уроки, над его головой словно разверзались врата ада. Да, они с Тэхёном очень редко общались напрямую, но это не значит, что у того не было способов заставить Чонгука злиться.       Как вышло, что он умудрился влюбиться?       «Подобное притягивает подобное», — однажды со смехом заявила ему бабушка.       Ну, может они в какой-то степени и стоили друг друга...       Выходные пронеслись незаметно. В субботу вечером приехал Хохён, который не переставал терроризировать чонгуков холодильник до самого отъезда, а после присел ему на уши, допрашивая о поездке в «Алгоритм».       — Меня Ким Тэхён встретил, — между прочим брякнул Чонгук.       Чхве сразу затих и, кажется, выронил пульт от телека.       — Это который сын гендиректора? Тот самый?!       — Это всё карма, Чхве. Я же упрашивал тебя поехать со мной, а ты «Подработка, подработка»... Никто бы там не помер, если б ты на полчаса опоздал.       — Дак кто ж знал, что он сам... Я думал, секретарша кимовская спустится, а тут сам царь снизошёл...       Тот озадаченно почесал затылок, а Чонгук фыркнул: так Тэхёна и подпишет в телефонной книге, когда мужчина с ним свяжется!       К слову сказать, в воскресенье днём, когда Хохён засобирался в город, чтобы в понедельник с утра первую часть диплома на проверку куратору сдать, на телефон Чонгука пришло сообщение с неизвестного номера.       010-5556-9897:       «Добрый день, Чонгук. Подъезжайте вместе с вашей группой завтра к половине девятого. Желательно без опозданий.»       Абонент не подписался, но это было и не нужно — и так понятно, что это от Тэхёна. Чонгук не мог быть уверен на сто процентов, рассчитывал ли увидеть там что-то вроде «А ты вырос!» или «Рад был тебя увидеть, сосед!», но такой сухой текст однозначно расстраивал. Наверное, надо было смириться с тем, что его не узнали, а Чонгук растерялся, как это всегда бывало рядом с Тэхёном, и решил не помогать тому вспомнить.       Вздохнув, он сохранил номер в контакты под именем «Царь» и прилепил к нему картинку с изображением средневекового короля в короне — даже настроение как-то поднялось. Поделившись с Хохёном информацией, вытолкал друга за дверь и поплёлся наводить порядок в свинарнике, который друг тут развёл.       Ближе к девяти вечера, когда Чонгук переключал каналы в поисках чего-нибудь адекватного, его телефон ожил снова. Номер опять-таки был неизвестный, он грешным делом подумал на Тэхёна, но вряд ли тот стал бы связываться с ним с двух разных номеров. Разве что с его телефоном что-то случилось? Обычно Чон в таких ситуациях не берёт трубку, но теперь не хотелось пропустить что-то важное.       — Алло?       — Добрый вечер, — ответил ему мужской голос, и вдоль позвоночника отчего-то прокатилась волна мурашек. — Могу я услышать Чонгука?       — Это только от вашего слуха зависит, — не сдержался он от сарказма.       Серьёзно, в такое время звонит только либо вездесущий банк, либо какой-нибудь растяпа, перепутавший номера.       И похоже, от такого холодного приёма его собеседник слегка опешил.       — Воспитание у тебя и в самом деле хромает... Впрочем, ничего другого я от Наён и не ждал.       Слух Чонгука царапнуло имя давно ушедшей матери, и он выпрямился, будто проглотив кочергу.       — Язык свой прикусите. Я никому не позволю оскорблять мою маму, вам ясно? И вы, вообще, кто?       — Я твой отец, Чонгук.       Вот те раз...