shall we be there together?

— Улыбающийся человек в окне напротив! — кричит ему Субон из соседней комнаты. Кафель на кухне холодный. Скорее даже, ледяной. Намгю закрывает уши руками, лишь бы этот придурок закрыл свой рот и оставил его в покое. Шкатулка с наркотой уже пустует — лежит, перевернувшись на бок. Из нее, как внутренности, вывалились пустые зиплоки, пакетики уже без дури и Его Крест. Цепочка стала красной — то ли Намгю не смог отмыть ее от крови Субона, которая стекала по его шее, пока тот умирал в туалете на Игре, то ли ему просто казалось под его мерзким приходом, каким его было назвать сложно. — Намсу, Намсу, так тако-о-о-ое! — голос Субона то там, то тут, а когда оказывается прямо над ухом, Намгю инстинктивно дергается в сторону. Чертовы глаза не поддаются дрессировке и снова, снова бегают по всей кухне, пытаясь найти сквозь пелену слез и эффекты наркотиков тело Субона. И каждый раз тщетно — даже если голос так близок. Тот никогда не опаляет горячим дыханием, как это было на Игре, а только холодом. Или просто кафель холодный. Намгю жмется калачиком, дыша так часто, как только могут его прогнившие легкие. — Съебись отсюда! Уходи из моей головы! — Он кричит сколько осталось сил, а потом стонет от боли. От этой невыносимой пытки. Когда он уйдет!? — Ой! А что ты кричишь? Все становится тише. Звуки пропадают. Субон вздыхает где-то возле окна и Намгю отрывает взгляд от красной цепочки Его Креста, но обнаруживает только совершенно засохший кактус на грязном подоконнике. — Такой странный человек в костюме... Знаешь, я много размышлял об этом, — голос Субона будто бы больше не отражается эхом и становится более грузным, серьезным, совершенно другим. Не таким играющим. — Много думал о самоубийстве. Когда в головешку стали закрадываться такие мысли, я думал о самом безболезненном способе себя прикончить. Вот дурак, да? Намгю зажмуривается. Может он и потерял себя и свой разум, но прекрасно помнил, как Танос выглядел там, на кафеле туалета в луже чужой и собственной крови. — Дур-рак... — соглашается Намгю. Его голос охрип от крика, но парень постепенно приходит в себя. — Если бы не тот человек в костюме, я бы правда спрыгнул... Намгю с трудом встает с ледяного пола и усаживается на задницу, опираясь спиной о кухонную столещницу. Он закрывает глаза и пытается унять дрожь в руках. — Странно, что ты не откинулся. — усмехается Субон. — З-заткнись. Это не твое дело. — Намгю шмыгает носом. Из одной ноздри стали падать капельки крови. — Хотя знаешь, нет. Это твое дело. Я сделал это из-за тебя. — Во-оу, только меня не надо к этому приплетать. Ты серьезно будешь винить мертвеца в своих проблемах? Это даже для меня слишком. — Я ненавижу тебя. Ты мне всю жизнь испортил. — Мда, ты, видно, меня не слушаешь. Намгю открывает глаза и гневным взглядом обводит всю комнату, чтобы Субон с любого ее конца увидел недовольное и обиженное лицо. Танос смеется. Смех проходит внутри черепушки холодком и табуном мурашек. Неприятно. Намгю мотает головой и кровь слегка брызгает в сторону на грязный кафель. — Отвали. — Воу, воу, воу, а что это тут, а? — голос повеселел и Намгю повернулся к шкатулке с Крестом. — Я не выбросил. И ничего оттуда не взял. После того, как ты... Погиб. — Неа, в своей голове ты говоришь "сдох". — Погиб. — Сдох. — Погиб! — Ладно, ха-ха. Прекрати оправдываться и попробуй эту вкусняшку! — голос становится все ближе и теперь Субон шепчет ему на ухо. — Зеленые специально для тебя оставил. Твои любимые. Намгю вздыхает. Он чувствует себя отвратительно, но не может об этом думать. Он вообще думать не может. Ужасные ощущения во всем теле. Голова начинает раскалываться. Слишком много мыслей. — Не могу, я итак слишком много принял. — Парень хмурится и добавляет. — Всё из-за твоей истерики. — Всё из-за твоей истерики. — А-а-а! — Намгю хватается за волосы и больно их теребит. В последнее время они стали выпадать. Здоровье ни к черту. Болят глаза, сердце, мышцы, все время озноб. Зубы еще... Просто ужасны. Он ужасен. — Как же ты меня достал! Господи, нахрена ты вообще туда полез! Все могло бы быть нормально, если бы не- — Ничего бы не было нормально, Намсу. Ничего бы не было нормально. — Ненавижу тебя. Все из-за тебя, Су-Бо-н. Субон замолкает. Так странно. Намгю давно не оставался в одиночестве. Его взгляд вновь привлек Крест. Будто нехотя парень взял его в руки, покрутил, провел пальцами, осторожно открыл. Внутри было 3 таблетки — и все зеленые. Он провел пальцами по цепочке. Холод металла встретился с ледяными пальцами Намгю, так что тот ничего не почувствовал. — В моей голове нет места для двух людей... — он сказал это так тихо, так неуверенно, будто бы взывая к Таносу. — Где ты? Никто не ответил. Намгю погладил пальцем шершавую поверхность Его Креста, не открывая взгляда от таблеток. — Ты мразота, Субон. Оставил меня одного. Знаешь, что они сделали? — он с усмешкой поднял голову вверх, устремил взгляд в потолок. — Они выбросили меня посреди дороги, с сумкой с баблом. И уехали. Тишина начинала давить. Резкое изменение ощущений в теле, в голове и звуках очень сильно пугало Намгю. Он бегал глазами по комнате, снова пытаясь найти Субона. На улице послышались чьи-то пьяные разборки и парень дернулся от внезапных криков. — Ночной ветер зовет тебя, Намсу. * Так он оказался на мосту. Ветер обдувал его похудевшее, больное лицо, грязные волосы трепались на ветру. Кажется, он забыл закрыть квартиру, даже оставил дверь нараспашку открытой. Чем больше он смотрел на гладь ночной реки, тем быстрее волнения покидали его больной ум. Намгю еле стоял, опираясь руками об ограждения, но взгляд его был строг и недвижим, был прикован к воде. — Мне было страшно. А тебе? — Я... Я не хочу бояться. — Так не бойся. Подчини себе этот страх. Ты знаешь, как решить эту задачку. Субон вздохнул. Намгю схватился одной рукой за Крест на шее. Кровавая цепочка обжигала кожу, но он не обращал на это внимания. Внутри было три таблетки. Намгю прикрыл глаза. — Ты будешь со мной там? — Где "там"? Намгю нахмурился и глаз не открывал. Он вынул одну из таблеток и положил её в рот. — Ты не покидаешь мою голову. Значит, там мы должны встретиться. По-настоящему. — Не знаю никакого "там". — Прекрати, что ты заладил! Еще одна таблетка легла на язык. Намгю не почувстовал ничего, кроме прилива жара. Он открыл глаза. Субон был рядом. Он шептал на ухо. — Будь смелым. Будь настоящим. Я всегда с тобой — по-настоящему рядом. Будто издеваясь над судьбой Намгю, последняя таблетка внутри креста оказалась сломаной напополам. — Половина тебе, Субон. — Как скажешь. Намгю еле вытащил половинку из креста трясущимися пальцами. Его дыхание было тяжелым, грузным, совсем неглубоким. Он бросил половинку вниз. В воду. Субон вновь подгонял его, шепча что-то с разных сторон. — Скажи правду. — Правда там. Намгю опустил голову вниз. Взгляд вновь встретился с апатичной водной гладью. Она казалась такой черной, будто это была не вода вовсе. Смола. Густая. Упадешь — и застрянешь навечно. На-веч-но... Намгю больше не поднимал головы. Половинка наркотика оказалась на языке. И, закрыв глаза, он спрыгнул вниз.