Мёртвая зона

Сьюзи замечает это первой. Может, ей помогает её тихая натура, может, простая случайность, но факт остаётся фактом. Гоустфейс переступает черту их территории, с каждым днём подбираясь всё ближе. Нарушение границ не было чем-то новым — убийцы без собственных «локаций» то и дело пытались отвоевать её у других под забавляющимся вниманием Сущности. Она никогда не останавливает их, побуждая к ещё большему насилию через убийства друг друга. Вне её игр, только выжившие получают безопасность у их костров и момент отдыха без угрозы боли, ранений или голода. Со своими убийцами же, она не так милосердна. Нет, она воскрешает, когда кто-то из них умирает, но никогда не убирает ранения полностью, как она делает с выжившими. Не даёт им никаких предметов, без того, чтобы они не содрали руки в кровь сначала, и оставляет их разбираться со всем остальным самостоятельно. У Легиона много преимуществ в этом плане. Их четверо, что позволяет охранять территорию более тщательно, гора Ормонд — холодное место, не привлекающее тех, кто не терпел низкую температуру, и большинство действительно страшных убийц, с которыми бы они не справились, видят в них всего лишь глупых подростков. И всё же, почти каждую неделю приходится выходить на охоту против голодающего Чужого, скучающего Трюкача, или Каннибала, опять потерявшего любые крупицы осознанности. Увидеть на окраинах их территории Гоустфейса неожиданно неприятно. Потому что он явно приходит не как друг, прячась за контейнерами и что-то тихо высматривая, не выходя на свет. Он не учёл только одного: Сьюзи тоже была тем ещё сталкером, когда этого хотела. Дэнни не провоцирует конфликт слишком явно. Маячит где-то у краёв их базы, исчезает быстрее, чем они могут его прогнать, и действует на нервы таким поведением. Он не ищет их компании, как обычно, и она почти уверенна, что видела, как он что-то снимает на свою камеру. Одним словом — извращенец. Каким был, таким и останется. Заточенная линейка невинно лежит на столе среди кучи ножей, склеенных в веер осколков стекла и других острых предметов. Сьюзи смотрит на неё с кровати, и поглаживает бедро спящего Фрэнка. Джо за её спиной мерно дышит в крашеные волосы, грея своим теплом, а Джули сонно хмурится за Моррисоном, протирая глаза рукой. В этой комнате курорта, что они провозгласили своей спальней собраны все одеяла и пледы, что они смогли собрать, а щели заклеены от сквозняков. После целого ряда удачных матчей, Фрэнк даже смог выпросить у Сущности небольшой обогреватель, когда она решила наградить своего фаворита за победы. В этом небольшом помещении,где ткань теперь всегда пахла кровью, был их уголок комфорта. Терять его ни у Сьюзи, ни у всего Легиона не было никакого желания. — Этот ублюдок опять за своё. — тихо шипит она Джули, когда та наконец фокусирует на ней взгляд. — Поймала его сегодня почти у входа. Костенко трётся носом о забинтованное плечо Фрэнка, но тот даже не двигается — слишком вымотан от мигреней после прошедшего матча. Их «Дикое Бешенство», как называет его Сущность, никогда не уходит просто так. — Гад. Хочешь поотрывать ему со мной ленточки? — Только если мы потом засунем его камеру ему в зад. — мрачно отзывается Сьюзи, и Джо смешливо фыркает, обнимая её крепче. Они лежат в комке тел ещё где-то час. Затем со стороны Джули появляется длинная паучья нога Сущности, выбирая её как убийцу для следующего матча. — Надери им задницы! — почти синхронно говорят они, когда она одевается, уже готовая уйти. Даже Фрэнк что-то сонно мычит, на что она улыбается, наклоняется, для того чтобы чмокнуть его на прощание, и ещё пять минут пытается вырваться из их рук, когда они тоже требуют своих поцелуев. Она надевает маску, выбирает один из ножей, и салютует двумя пальцами, выходя из комнаты. С отсутствием одного тела на кровати, они притуливаются друг к другу ещё плотнее, компенсируя недостаток тепла. — У нас ещё остались капканы Эвана? — задумчиво бормочет Сьюзи, когда в помещении становится слышна метель за стенами. Такие бури тут не редкость —они воют с такой силой, словно пытаются выдрать из земли всё, что не прибито гвоздями. Поначалу было тяжело, когда снег и холод пробирали до костей, но теперь это работает в их сторону. Дэнни навряд ли будет рисковать отморозить свои яйца в такой погоде… — Не думаю. И рисковать «одолжить» их ещё раз не стану. Он и так мне чуть голову не оторвал, когда насаживал меня на крюки… Сьюзи не нужно оборачиваться, чтобы знать, как именно Джо морщится при этом воспоминании. Им с Джули пришлось долго отвлекать и дразнить разъярённого Эвана, чтобы у Фрэнка был хотя бы шанс снять его с ржавого куска металла. Зато какой адреналин! Какой восторг от погони! Ничто так не поднимало настроение, как игра на чужих нервах… — Хм. Тогда откроем охоту по-нашему. Что значило гоняться за ним по всей территории в их «Диком Бешенстве», пока они не пырнут его столько раз, что ему придётся червём ползти до Медсестры, чтобы она его зашила. И эта тактика работала. В некотором смысле. Дэнни почему-то не нападал обратно, даже когда они орали тонны оскорблений в его сторону, но спешка заставляла его быть неосторожным. И в один из его набегов Сьюзи наконец-то удалось подобраться так близко, чтобы суметь накинуться на него сзади. — Фрэнк! — Восторженно крикнула она, продолжая цепляться за зло рычащего Гоустфейса. — Я держу эту сволочь! Ответом ей стали радостные возгласы из развалин курорта, перед тем как остальные члены Легиона поспешно сократили дистанцию, тоже наваливаясь на обидчика. По одиночке — Дэнни был сильнее любого из них (кроме, возможно Джо), особенно когда они все застряли на вечной грани между чертой подростков и взрослых. Но когда они бросались вчетвером… Шансы понемногу выравнивались. Мужчина тяжело дышали больно пинался, но не произносил ни слова. — Говори! — почти смеясь от восторга приказала Сьюзи, пьянея от ощущения её пойманной жертвы. — Говори, иначе отрежем тебе член! — Воу, — удивлённо присвистнул Фрэнк, — Да у тебя наконец началась кровожадная фаза! — Неправда, она началась ещё когда Сьюзи пнула Близнецов на спор! Я всегда знал, что ей просто нужен хороший мотив! Джули оттянула извивающиеся змеями ленты на костюме Дэнни. — Давайте лучше подожжём его! — Но я первая предложила! Фрэнк засмеялся, сидя на ногах Гоустфейса, и дёргаясь каждый раз, когда он пытался пинаться. — Дети, дети, — снисходительно утешил он, — Зачем выбирать? Однако как только они достали ножи, паучьи ноги Сущности вылезли из-под земли, сопровождаемые тёмным туманом, утягивая обрадованного Дэнни на очередной матч, и не обращая внимания на их недовольных скулёж. — Так не честно! — Сьюзи надулась под маской, и сложила руки на груди, —Это была моя добыча! Досада повисла на её плечах, как тяжелый плащ, тут же вынуждая Джо забрать её на руки, в попытке хоть немного улучшить её настроение. — Тогда как насчёт утешительного подарка? — голос Фрэнка звучал невероятно самодовольно, демонстрируя небольшую камеру в руках. Он должен был знать лучше, потому что стоило им увидеть блеск нового предмета, как они втроём навалились на Моррисона, смеясь и толкаясь, чтобы рассмотреть свой приз. *** Джули догадывается о более странных интересах Гоустфейса первой. Осознание приходит, когда они перебрасываются камерой, рассматривая фотографии, сделанные Дэнни и громко комментируя каждую из них. Их много: жертвы с матчей, изо рта которых течёт кровь, люди снятые издалека, не осознающие, что за ними наблюдают, пока занимаются своими делами, ещё несколько трупов, а потом и сам Легион. Джо смеётся до хрипа, пока Джули кричит от возмущения, когда они находят фотографию, где она замерла, ковыряясь в носу. Только за это Гоустфейсу стоит выколоть глаза и отрезать пальцы. Но её предложение разбить камеру все дружно игнорируют, продолжая любопытно смотреть в маленький экран. В последнее время Дэнни всё чаще околачивался у их территории, следя за ними сквозь щели курорта, через заснеженные сугробы и разбитые окна. Не казалось, что его интересовали их вещи или еда, да и в само здание он явно не рисковал заходить. Пока. Вместо этого он фотографировал их самих. Когда они выгребают снег у входной двери, тащат консервы, данные Сущностью в награду за успешные матчи, достают остальных убийц и точат оружие. Легион не всегда попадает в кадр в своём полном составе, но Фрэнк присутствует почти на всех снимках. Они даже находят запечатлённый момент, когда он зашивал свою куртку, и нещадно дразнят его, развалившись на просевшем диване. Моррисон шипит, бьёт их по плечам, и пытается скинуть на пол, пока они зажимают его между собой, хихикая и пинаясь в ответ. Его обида немного проходит, когда на следующей фотографии Джо выглядит совершенно нелепо, пытаясь сдержать чих. — Анна предупреждала, что он вуайерист. — скучающе тянет Джули, когда камера теряет для неё интерес. Охотница была единственной из убийц, кого не беспокоило поведение «маленьких засранцев» измерения Сущности. К ней можно было подойти за помощью, не сжимая нож в руке. Конечно, в случае если она действительно на них разозлится, он мало чем поможет, но речь шла не об этом. — Ты хочешь сказать, что его возбуждают фотографии, где мы зеваем и чешем зад? —Джо закинул в рот жвачку (невероятная ценность в их ситуации), надул пузырь и громко лопнул его прямо у уха Сьюзи. Она тут же пихнула его за это локтем, удобно сидя на его коленях. — Я хочу сказать, — саркастично отозвалась Джули, — Что его, скорее всего, заводит одно осознание, что он подбирается к нам так близко, пока мы об этом не знаем. — Странный чел. Если бы хотел переспать с нами, подошёл бы прямо. — пожал плечами Джо, и Костенко тяжело выдохнула, получив подтверждение того, что он ничего не понял. — Он наслаждение получает от самого процесса. — с нажимом продолжила Джули, и взмахнула руками, когда лица остальных членов Легиона остались такими же пассивно-заинтересованными. — Это тоже как охота, но гораздо более долгая. — подростки многозначительно промычали и пришлось сдаться. — Да ну вас, ещё буду тратить на вас объяснения. — Да он просто чудак. — Фрэнк склонил голову, — Чего тут ещё объяснять? Сьюзи покрутила камеру в руках, и щелкнула фотографию того, как они валялись на диване, переплетаясь всеми конечностями. — Думаете он захочет её обратно? — спросила она, и Джо смешливо фыркнул. — Учитывая, сколько надо умолять Сущность за такие вещи — ещё как. Божество этого измерения неохотно шло на уступки убийцам, делая исключения только для тех, кто очень долго её радовал. Это выжившие могли немного поплакать, попросить и подставить ей животики, чтобы Сущность решила, что их нытьё того не стоит. Свои жертвоприношения она старалась держать в относительном комфорте и безопасности до того момента, когда выталкивала их под лезвия своих жнецов. Джули как-то предположила, что это из-за интенсивности их эмоций. Так как Сущность питалась жестокостью, болью и насилием, ей не было выгодно, чтобы выжившие привыкали к такому и теряли стремление сбегать от убийц. Чередование комфорта и агрессии выжимало из них куда больше, чем могла бы непрерывная враждебность. — Что обменяем за неё? — спросил Фрэнк, перехватывая камеру из рук Сьюзи — Или оставим себе, чтобы махать ей перед его носом? — Шампунь! — тут же воскликнули девушки. — Пиво! — одновременно с ними сказал Джо. На мгновение возникла тишина, в которой медленно нарастало звенящее напряжение. — Я же притащил вам целую канистру шампуня недавно! — возмутился Джо. — Им только Фрэнк и пользуется! Меня уже тошнит от этого запаха киви! — Джули вздёрнула нос, игнорируя негодующий возглас от Моррисона. — Ну а мне он нравится! Берём пиво! — Оно закончится за две минуты, и ты о нём забудешь ещё быстрее! — Какие вы банальные, я-то думал отдать его Кармине за одного из её воронов… — Фрэнк ещё раз щелкнул камерой, и в комнате на пару секунд стало очень тихо. — На кой чёрт тебе ворон?! — Сьюзи выглядела так, будто собиралась вцепиться ему в грудки. — Для стиля! — весомо возразил он — Представь как круто Легион будет выглядеть, если у нас будет ручной ворон! Джули посмотрела на него, как на полного идиота. — Только попробуй. Я сожгу все твои трусы если ты выбросишь этот шанс в мусорку. И само собой разумеется, спор был выигран девочками. Однако к их удивлению, Дэнни продолжил навещать их территорию, прячась в тенях, и не показывал ни малейшего желания вернуть утраченную вещь. Потому что у него оказалась ещё одна. — Да сколько их у него? — спросил Джо, перевязывая кровоточащее плечо Сьюзи, после очередного матча. Выжившие особенно рьяно пытались выскользнуть из её рук в этот раз, вонзая любые острые предметы в её тело. Джули, кипятившая воду в небольшой кастрюле и опускавшая в неё бинты, нахмурилась. Она проследила взглядом как в окне Фрэнк гонял его по всему курорту, срываясь в бешенство, и вздохнула. Несмотря на удары ножом, Гоустфейс не спешил уходить от разъярённого Моррисона, как будто… играясь с ним. Вспомнилась странная деталь о фотографиях, что Джули заметила раньше. — Вам не кажется, что Дэнни интересует не сам Легион, а только Фрэнк? Сьюзи поморщилась от болезненных ощущений, когда Джо приложил бинты к её коже, и приподняла брови. — То есть это ещё и его попытки подкатить были? — Слабак. — фыркнула Джули — Все знают, что мы идём целым комплектом. И я точно не помню чтобы он просил у нас разрешения. Джо посмотрел через окно, и его лицо помрачнело. — Судя по всему, он даже не собирается этого делать. На улице среди снежных сугробов и ржавого металла, Дэнни легко перехватил руку Моррисона, закружил его в своеобразном танце, и повалил на землю. Его ленты по-собственнически скрутились вокруг Фрэнка, пока сам Дэнни навис над ним, довольный, как сытый хищник. Свои маски они схватили синхронно. Даже Сьюзи не издала ни звука от раненого плеча, когда потянулась за своей заточенной линейкой. Пора было идти бить морду ублюдку, который решил, что может просто так забрать у них часть Легиона. *** Джо принял меры первым. Он не успел это сделать сразу, так как Сущность вызвала Фрэнка на очередной матч, но по крайней мере это позволило им избить Дэнни до тех пор, пока он едва ли не зашипел на них, всё ещё не доставая ножа. Знал, сволочь, что Моррисон не подпустит его даже на километр, если он хоть палец положит на кого-то из них. А затем несколько ударов ножом, болезненных, прокрученных для ещё больших ощущений, перед тем как они наконец убили его, позволяя Сущности возродить его в лесах у костров выживших. Измазанные в крови, почти дымящие от ярости, Легион вернулся в помещение, молча ожидая Фрэнка. На этот раз не было никаких бесед, никаких споров — просто напряженное ожидание. Но матч закончился проигрышем Фрэнка. Убитый Сущностью за провал, и возвращённый ею же к жизни, он появляется в Ормонде со сдавленным звуком боли. Они подхватывают его под руки, ложа на кровать и зажимая между собой. Одеяла, пледы, подушки — всё это привычно окутывает их, давая ощущение защищённости под тихий гул обогревателя. Джо целует раненое плечо Сьюзи, Джули осторожно убирает волосы Фрэнка со лба. Как кусочки паззла, они прижимаются друг к другу, привычно оставляют место для чужих рук и ног, и согреваются ощущением дыхания на коже. Как самый высокий из них, он всегда с краю, позволяя кому-то уткнуть голову в его шею, и наблюдая за тем как Джули повторяет его движения с другой стороны, закрывая их кокон. Когда-то Фрэнк и Сьюзи ещё возмущались такому, не желая признавать свой низкий рост, но со временем, им стало нравиться всегда быть в центре, и протесты быстро затихли. Особенно, когда такое положение всегда позволяло чувствовать кого-то рядом. Джо знал, что Моррисон был одиноким до того, как они сформировали свой Легион. Они все были, в каком-то роде. Но у них была Джули, даже когда они ещё не были так близки, а у Фрэнка только безразличные семьи, что перекидывали его из дома в дом. Близость, что не приносит боли, успокаивает его, и нет ничего проще чем полностью спрятать его в своих руках. И они не позволят украсть его у них. Злость и ревность заставляют его действовать быстро. Как только Моррисон открывает глаза после долгого сна, Джо накидывается на него с мягкими поцелуями. Опускается ниже, кусает шею, игнорируя его растерянные вопросы, и дразнит его касаниями до тех пор, пока он не начнёт ерзать и тяжело дышать. Сьюзи присоединяется следующей, сжимая зубы поверх его татуировки, и толкая его на спину. — Ребята? — с придыханием спрашивает он, когда Джули прижимается к его руке, ведя носом по его виску. — Ммм? — Джо хватает его за талию, бёдра, ноги — везде, где от его хватки останутся синяки. — Я сделал что-то хорошее? — Сделаешь. — улыбается Джули, ласково прикусывая его за ухо. За окном маячит лишняя тень и они все закрывают Фрэнка от чужого взгляда, движимые только одной целью — Заставить его петь для них. — Нет, я серьёзно… — тянет он, судорожно хватая ртом воздух, когда Сьюзи сильно прижимает ладонь к его члену через одежду. — Мы тоже. Это никогда не бывает просто. Моррисон будет прикусывать губы, давать саркастичные комментарии и сдерживать свои реакции до последнего, но у него нет ни шанса против их общего внимания. Потому что они ласкают и отказывают прекращать наслаждение до тех пор, пока он не захнычет, смотря на них влажным, мутным взглядом. — Посмотрите на него. — довольно мурлычет Джули, позволяя Джо забрать Фрэнка к себе на колени, закрывая его спиной — Ни одной лишней мысли в этой хорошенькой голове. Она наклоняется, жадно целуя его и крадя каждую крупицу дыхания. Сьюзи торопливо раздевает его, припадая губами к груди и ревниво покрывая следами каждый сантиметр бледной кожи. Джо тянется рукой ниже, начиная готовить его для себя, и Фрэнк наконец начинает срываться, издавая первые звуки наслаждения. Легион улыбается, когда за окном отчётливо слышен треск. — Нам надо почаще так делать. — Сьюзи соблазнительно прижимается к нему, толкая Джули чтобы тоже получить свои поцелуи. — Согласен, — Джо целует его в шею, слушает низкие стоны, набирающие громкость и улыбается — Я всего лишь просунул один палец, а он уже выглядит так, будто сейчас заплачет. А когда я его возьму… За окном раздаётся ещё один шум, слишком громкий, для того чтобы остаться незамеченным. Дэнни явно недоволен отсутствием прямого вида, который они описывают, но на этот раз подсмотреть ему не удастся — Джули перешла на сторону Джо, забирая любую возможность подсмотреть то, что творилось под их руками. А посмотреть было на что. Фрэнк ёрзал в их руках, уже почти ничего непонимающий, способный только сладко стонать и просить большего, отзываясь на каждое их касание. Пот блестел на его коже, пока они атаковали его поцелуями со всех сторон, сжимали бёдра, но никогда не трогали там, где он хотел больше всего. Иногда он ещё пытался что-то сказать, притянуть их ближе или просто позвать, но даже на это у него не хватало дыхания. — Наш, только наш. — улыбнулась Сьюзи, проведя широкую линию языком на его животе. — Красивый, потрясающий… — шепнула Джули, довольно блестя глазами, когда Фрэнк начал скулить. — Давай же, пой для нас громче. — подсказал Джо, толкнувшись внутрь, и в комнате прозвучал первый звонкий крик, срываясь на беспорядочные стоны. Они разбирали Фрэнка на части, склеивали его обратно, и не разрешали покидать своих объятий. Кровать безжалостно скрипела, пока Джо насаживал Моррисона на себя, и даже сама Сущность не смогла бы оторвать их друг от друга сейчас. Бледная кожа была полностью покрыта уже наливающимися лиловым следами пальцев и отметин зубов, но это никого не останавливало. Сидя на коленях Фрэнка и потираясь об него всем нагим телом, Сьюзи оставила на его шее горячий поцелуй и самодовольно улыбнулась, выглядывая над плечами Джо и Джули. В жесте полного триумфа она ещё раз провела языком по солоноватой от пота коже, и подняла средний палец фигуре в окне. Даже не оборачиваясь, остальные члены Легиона сделали то же самое. Ленты Дэнни угрожающе взвились в воздух, пока он прижимался к окну в попытках увидеть хоть что-то, и от того насколько жалким он выглядел в этот момент становилось смешно. — Ты так хорошо меня принимаешь, — довольно мурлыкнул Джо, говоря вкрадчиво, но достаточно громко, чтобы их наблюдатель смог всё услышать — Сжимаешь меня так, будто хочешь чтобы я навсегда остался в тебе. Фрэнк мог отвечать только стонами, и Джули засмеялась, когда услышала рычание за стеклом. — Не переживай, мы трахнем тебя столько раз, что ты будешь готов принимать нас в любое время дня. — Джо акцентировал свои слова резкими толчками, выбивая самые прелестные крики. Гоустфейс продолжал беситься за окном. Но если он думал, что это всё на что они были способны, то он крупно ошибался. Ночь была долгой и останавливаться они не собирались даже если Сущность решит прервать их веселье. Им надо было донести одну очень чёткую мысль. Фрэнк принадлежал им, и они не собираются его отдавать. — Мелкие засранцы, — прошипел Дэнни и Легион засмеялся, перемешивая этот звук с манящими стонами.