Overflow / Переполнение

Соник стоит на вершине Петли-де-Петли и просто дышит, глядя на свои любимые Зеленые Холмы. Все снова оживлено, и ветерок пахнет кокосами. Явное облегчение и счастье от того, что он наконец дома, довели бы его до слез, если бы Соник был хоть немного менее искусен в контроле своих эмоций. Вместо этого он выдыхает и плюхается вниз, свесив ноги через край петли. Они устроили небольшое празднование после недавнего поражения Эггмана, и Соник несколько раз чуть не потерял самообладание из-за близости своих ближайших друзей. По крайней мере, самых настоящих его ближайших друзей. Тех, по которым он скучал больше всего, и потеря каждого из них была такой же болезненной, как потеря конечности. После этого он заявил, что хочет пробежаться, чтобы побыть немного в одиночестве и всё обдумать. В конце концов, они не помнят обо всём, что произошло, и Соник не знает, расскажет ли он им когда-нибудь. Может быть, когда его эмоции по этому поводу не будут такими острыми. Есть только один ёж, с которым Соник мог бы спокойно поговорить о случившемся, но он сомневается, что в ближайшее время увидит Шэдоу. Его неуловимый соперник в последнее время многое для него сделал, а значит, пройдёт какое-то время, прежде чем Шэдоу снова захочет общаться с ним. Но всё в порядке, он прекрасно помнит, как уверенно держался тот перед тем, как исчезнуть с Призмой, и он знает, что с другим ежом, где бы он ни был, всё в порядке. В этот момент воздух меняется, и иглы Соника покалывает от знакомой энергии. Он оборачивается на это ощущение и встречается взглядом с тем самым ежом, о котором только что думал. Лицо Шэдоу, как всегда, бесстрастно, он прячет сверкающий драгоценный камень в свои иглы, но что-то в Сонике всё равно трепещет при виде него. — Ого, привет, — говорит Соник, опираясь на руки и широко улыбаясь своему двойнику. Шэдоу в ответ прищуривает глаза: — Ежик. — Я просто удивлён, что вижу тебя, вот и всё. Подумал, что я тебе уже порядком надоел. — Что ж, ты не ошибаешься. — ухмыляется ёж. — Я просто подумал, что ты должен знать, что Призма надёжно спрятана там, где её никто никогда не найдёт. Соник смеётся: — Я никогда в этом не сомневался, Шэдс. Где ты её спрятал? — Как будто я тебе скажу, — усмехается другой, скрещивая руки на груди. — Да, да, хорошо. Шэдоу еще более упрям, чем когда-либо мог быть Соник, если бы он не хотел что-то делать, то не было бы никакой силы, которая могла бы заставить его. Тот факт, что для того, чтобы темный ёж начал работать с ним, потребовалось стереть с лица земли их реальность, просто доказывает это. — Эй, у меня так и не было возможности поблагодарить тебя. Губы Шэдоу кривятся в отвращении, но Соник продолжает: — Нет, серьёзно. Без тебя ничего этого не было бы. — Ежик. — Я имею в виду, что никто другой не понимал, что происходит, так, как ты, и ты с самого начала следили за Найном. — Ежик. — И давай признаем, что мы с тобой были практически непобедимы, когда работали в команде! Кроме того, ты — единственная причина, по которой я до сих пор жив. — Соник! Наконец-то заметив, что на него пристально смотрят, Соник замолкает, но не перестаёт ухмыляться. Шэдоу вздыхает и трёт лицо лапой в перчатке. Раздражение, вероятно, является его самой распространённой эмоцией в присутствии Соника. — Не благодари меня, ёжик. Я сделал только то, что должен был, не больше. — Верно, верно. И все же... — Нет. Если ты хочешь меня отблагодарить, то можешь сделать это, не попадая в неприятности. Соник смеётся, отбивая пятками ритм, — Не знаю, Шэдс. Я же не ищу их. — Мог бы одурачить меня, — бормочет Шэдоу с легкой ухмылкой. — Ха-ха. Повисшая между ними тишина приятна, и Соник чувствует в воздухе аромат лаванды, который его успокаивает. Через некоторое время их покой прерывает сигнал коммуникатора Соника, и он видит, что пришло сообщение от Тейлза с вопросом, когда он вернётся домой. Но он не уверен, что уже готов. — Иди домой, ежик. Соник удивлённо смотрит на Шэдоу, но тот вместо этого смотрит на Зелёные Холмы. — Я пойду! Просто… Это странно, потому что они понятия не имеют, что произошло. — Тогда расскажи им. Ты через многое прошел, и они заслуживают знать. — Да, я понимаю. Я так и сделаю. А что насчет тебя? Шэдоу поворачивается и, прищурившись, смотрит на Соника: — Что как насчет меня? — Ну, что ты собираешься делать? Ты мог бы пойти со мной, если хочешь? — Мы не друзья, ёжик. Не забывай об этом. Соник закатывает глаза: — Да, да. Хорошо. — Просто поговори со своими друзьями, идиот. Не упусти возможность, за которую ты боролся. — Затем Шэдоу включает свои ботинки и в облаке янтарной энергии выпрыгивает из петли. — Исчез в мгновение ока, — вздыхает Соник. — Но он прав. Как обычно, я полагаю. Потянувшись, синий герой подпрыгивает и, в последний раз оглядевшись, спрыгивает с петли и возвращается к своим друзьям.

***

Глубоко внутри горы находится сооружение овальной формы. Внутри этого сооружения находится лаборатория, созданная самопровозглашённым гением зла. Этот гений с яростной энергией расхаживает по своей лаборатории, бормоча что-то своим зрителям-роботам. — Эти назойливые крысы в последний раз помешали мне. Клянусь, этот камень был самым могущественным из всего, что я когда-либо видел. Если бы я обладал такой силой, меня бы никто не остановил. Да, пришло время приложить серьёзные усилия, чтобы покончить с этими грызунами. Эггман останавливается перед большим компьютером, на экране которого отображается несколько изображений: тёмный еж, уничтожающий злодеев, и синее размытое пятно, летящее по земле. — С точки зрения чистой силы и способностей Шэдоу более опасен из них двоих, но у Соника всегда есть целая свора надоедливых приятелей. На самом деле Шэдоу будет и лучшим источником, и, вероятно, его будет проще заполучить. Он нетерпеливо стучит по клавиатуре, и изображения на экране меняются, демонстрируя различные ракурсы, на которых запечатлён только Шэдоу. Роботник смотрит на фотографии с безумной ухмылкой. — И я знаю, как именно это сделать. Маньячески смеясь, он наклоняется и ударяет кулаком по большой красной кнопке. — Лучше приготовься, так называемая «Совершенная Форма Жизни». Ты станешь моим новым подопытным, и я уверен, что мы многое узнаем о твоих возможностях.

***

Шэдоу любит кататься по внешней окружности Зелёных Холмов в качестве своего рода патруля, высматривая возможные проблемы или опасности. Эта привычка пригодилась ему в прошлом, например, в тот раз, когда Соник слишком увлёкся созданием проблем. Хотя он всегда начеку, это также очень расслабляющий способ скоротать время. Шэдоу провёл большую часть своей жизни, целенаправленно катаясь на ботинках, и у него было мало возможностей просто наслаждаться этим. Так что нет нужды говорить, что он наслаждается этим временем, проведенным в одиночестве. Хотя иногда Соник появляется совершенно неожиданно, и патрулирование превращается скорее в соревнование, чем во что-то другое. Даже если его подтолкнуть, Шэдоу никогда не признается, что ему тоже нравится такое времяпрепровождение. В настоящее время темный ёж уже некоторое время путешествует, когда поблизости взрывается скальный выступ. Внезапная суматоха заставляет его вздрогнуть, плавно отпрыгивая с пути лазерного огня, который следует за ним. На него надвигаются несколько неуклюжих роботов с до боли знакомым логотипом, выбитым на внешних панцирях, и Шэдоу усмехается. Этот конкретный человек, похоже, просто никогда не поймет, что нацеливаться на другого ежа — бесполезное занятие. Неважно. Шэдоу сделает то, для чего он был создан, и уничтожит всё, что этот жалкий учёный ему предложит. Это будет не более чем лёгкая тренировка. Шэдоу телепортируется к ближайшему роботу и отрывает ему голову, используя её как снаряд, чтобы уничтожить следующего. Дальше всё сливается в размытое пятно из лазеров, бомб и скрежещущего звука рвущегося металла. Как только большинство атакующих роботов повержено, Шэдоу делает передышку, чтобы прийти в себя. Ему кажется странным, что во время этой атаки не было никаких признаков самого Эггмана. Ни насмешек, ни монологов, только безмозглые роботы. Он просто не может понять, что спровоцировало этот конкретный случай агрессии по отношению к нему. — Что ты задумал? — бормочет он себе под нос, и его иглы подрагивают от силы, которая потрескивает в его теле, когда он бросается на следующего приближающегося робота. Эти автоматы даже не особенно продвинутые и не представляют особой сложности, и, конечно, это пустая трата времени. Шэдоу проносится между ними, как мяч для пинбола, пробивая дымящиеся дыры в каждой машине. В конце концов от роботов остаются лишь груды бесполезного металлолома, и ёж изящно приземляется на вершине самой большой кучи, осматривая поле боя. Несмотря на битву, он даже не запыхался и считает, что отсутствие усилий, вложенных в эту атаку, оскорбляет и нервирует его. Он подозревает, что упускает что-то важное, но не может понять, что именно, и его шерсть встаёт дыбом от беспокойства. В этот момент груда механизмов под ним внезапно сдвигается, и Шэдоу тут же пытается отпрыгнуть, но роботизированная рука хватает его за левую воздушную туфлю, замедляя его. Не намного, но этого достаточно, чтобы из кучи появилась ещё одна рука и ударила его ножом, прежде чем Шэдоу смог взять ситуацию под контроль. Он появляется в нескольких метрах от него, но роботы снова бездействуют, и вокруг царит полная тишина. Шэдоу сгибает левую ногу, но не видит раны, а боль была мимолетной, так что он не может точно сказать, как именно на него напали. Однако он все еще чувствует себя не в своей тарелке и решает, что, возможно, лучше сбежать сейчас, пока за ним не последовали оставшиеся в живых роботы. Но когда Шэдоу активирует свои ботинки и пускается в бег, его зрение тревожно затуманивается, как когда-то давно. Трудно забыть, каково это — быть под действием успокоительного, и внезапного выброса адреналина, который вызывает у него страх, недостаточно, чтобы справиться с последствиями того, что ему, очевидно, ввели. Мир вращается, когда его ботинки перестают слушаться, и Шэдоу падает на траву, уже не в состоянии осознать приближение дирижабля в форме яйца.

***

Шэдоу приходит в себя внутри овального силового поля, подвешенного над землёй в помещении, которое явно является лабораторией. Его мгновенное чувство облегчения от того, что он не находится в криокамере, настолько сильно, что он вздрагивает всем телом. Это проходит достаточно быстро, и он может притвориться, что этого вообще не было. Подняться на ноги — странное ощущение, когда нет настоящего пола, на который можно опереться. Шэдоу направляет немного энергии в свои ботинки, чтобы взлететь вверх, осторожно касаясь границы силового поля, но ничего не происходит. Тихо рыча про себя, он опускается обратно на дно и выравнивает дыхание, собирая силу, пока один его кулак не начинает светиться ослепительным золотисто-янтарным цветом, а затем он наносит удар по клетке. Мгновение ничего не происходит, но затем сила атаки исчезает, как вода в губке. Странно. Разжав кулак, Шэдоу достаёт свой Изумруд Хаоса и фокусирует силу, чтобы телепортироваться, но вместо этого энергия поглощается силовым полем так же, как и при его предыдущей атаке. Странно. Раздражённый Шэдоу прячет изумруд обратно в свои иглы и обращает внимание на то, что находится за пределами силового поля, удерживающего его в плену. Лаборатория явно спроектирована Эггманом, но он и не ожидал ничего другого. В комнате, где находится его клетка, полно компьютеров и экранов, перед которыми стоит плюшевое вращающееся кресло, но больше ничего примечательного. Разумеется, в каждом углу комнаты установлены камеры с постоянно мигающими красными огоньками. В крайнем случае Шэдоу пытается активировать свой коммуникатор, но тот не отвечает, что он объясняет наличием пузыря, в котором находится. Кажется, на этот раз он по-настоящему попался, и Шэдоу снова не может представить, что Эггман может от него хотеть. Самой большой одержимостью безумного учёного всегда было победить Соника, и хотя Шэдоу пару раз мешал ему в этом, Эггман, похоже, никогда особо не беспокоился из-за его вмешательства. Даже в последний раз, когда Эггман использовал Призму, он казался скорее удивлённым, чем расстроенным. Размышления Шэдоу прерывает скрип открывающейся двери, и в комнату входит сам безумец. — Наконец-то! — восклицает мужчина. — Ты очнулся, я уже начал беспокоиться, что убил тебя этой сывороткой. — Что ты со мной сделал? — спрашивает Шэдоу, оскалившись. — Очевидно, я вколол тебе снотворное. Обидно, что учёный считает, что он не может собрать всё воедино. — Я не Соник, я знаю, что ты сделал. Чего я не знаю, так это как ты это сделал. — Учёные на «Ковчеге» точно знали, какое сочетание химических веществ выведет его из строя, но как Эггман получил эту информацию? — Ах, это, — Эггман пренебрежительно машет рукой. — Ну, учитывая твою уникальную биологию, я решил, что единственный способ обойти превосходную иммунную систему — это просто подавить её. Поэтому я добавил в сыворотку столько седативного, что хватило бы на целое стадо земных слонов. Пока Эггман смеётся над своим «гениальностью», Шэдоу чувствует, как та его часть, которая была встревожена, расслабляется. Безумец не нашёл никакой дополнительной информации о нем, которой можно было бы его помучить, просто применив грубую силу. — Кстати, как ты себя чувствуешь? Есть какие-нибудь остаточные побочные эффекты? Любознательные умы хотели бы это знать! — Я в порядке. — Шэдоу рычит. На самом деле у него болит голова, которую он уже приписал успокоительному и поэтому игнорирует. Со временем это пройдет. — Интересно, интересно. Должно быть, ты проспал все побочные эффекты. — размышляет Эггман, рассеянно теребя свои уродливые усы. — В конце концов, тебя не было два дня, и у организма было достаточно времени, чтобы полностью вывести сыворотку. Два дня! Это самое большое количество времени, которое он потерял за последние 50 лет, если не считать потерю памяти после… Падения. Шэдоу бьёт кулаком по силовому полю, снова привлекая внимание Эггмана. — Зачем я здесь? — Действительно, зачем. — Эггман расхаживает перед клеткой. — Проще говоря, я устал от вашего постоянного вмешательства. Невыносимая синяя крыса — достаточная проблема для меня, но в последнее время, когда я, наконец, одерживаю верх над этим сопляком, ты появляешься, вальсируя, как какой-нибудь эмо-принц в темных доспехах. Глаза Шедоу сужаются из-за путаницы в терминологии. Очевидно, что он далек от принца любого рода, а что такое эмо? Он вспоминает, что Руж упоминала о нем таким образом раньше, но ему все еще неясен смысл. Очевидно, что это оскорбление, если Эггман соглашается с описанием. — То, что ты забрал у меня этот кристалл, стало последней каплей! Ты хоть представляешь, какую силу он излучал? Если бы я смог обуздать её, меня бы никто не остановил! Это из-за Призмы? Это было бы логично… хорошо. Хорошо. Шэдоу безумно рад, что смог спрятать эту проблему так, что она никогда больше не увидит дневного света. — Итак, если только ты не хочешь сообщить мне местонахождение кристалла? — Здесь Эггман делает паузу, чтобы оценить реакцию Шэдоу. Ёж отступает вглубь клетки и скрещивает руки на груди, свирепо глядя на человека. — Нет. Он пойдет на смерть с этой информацией, что бы ни случилось. — Я знал, что ты не захочешь сотрудничать, — кивает Эггман. — Поэтому единственным выходом будет использовать следующий доступный источник бесконечной энергии, чтобы я наконец-то уничтожил это ужасное существо и правил этим миром так, как заслуживаю. Его намёк сразу же доходит до Шэдоу, и он рычит, с новым трепетом оглядывая силовое поле. — Ах, ты быстро соображаешь. Да. Добро пожаловать, Шэдоу, в твой новый дом! Ты станешь идеальной батарейкой для моей армии. Радуйся! Теперь у твоей жизни есть новая цель. Эггман делает несколько шагов назад к гигантскому компьютеру и щелкает маленьким переключателем. Силовое поле начинает светиться и гудеть от статической вибрации. В ответ тело Шэдоу начинает потрескивать и гореть энергией хаоса, полностью неподвластной ему. Эта машина заставляет его силу расти, и медленно извивающаяся янтарная молния притягивается к силовому полю и поглощается. Шэдоу в ужасе смотрит на свои кулаки, чувствуя, как сила покидает его тело. Эггман задумчиво хмыкает, глядя на экран. — Да, интересно. Всё работает идеально, как я и ожидал. Не знаю, почему я так долго не обращал на это внимания. В ужасе Шэдоу закрывает глаза и сосредотачивается на том, чтобы обуздать свою энергию, но, что бы он ни делал, он не может закрепиться, и чем сильнее он пытается отступить, тем больше энергии забирает машина. У ежа подкашиваются ноги, и он покачивается, чувствуя себя потерянным, как никогда прежде. Он снова приоткрывает глаза и видит, что Эггман полностью отвернулся от него, поглощённый показаниями машины. Как вода, вытекающая из прорванной плотины, сила Шэдоу продолжает утекать от него, и боль в голове усиливается, затем умножается на два, на три, и он теряет сознание, не в силах даже издать звук, и падает на силовое поле.

***

БУМ! Сила взрыва подбрасывает Соника вверх, и он инстинктивно сворачивается в клубок, чтобы использовать инерцию против ближайшего робота, пробив ему грудную клетку. Справа от него Наклз поднимает огромный валун над головой, а затем бросает его прямо на приближающегося робота. Выше бластер Тейлза пробивает аналогичную дыру в другом роботе, который пытается подкрасться к Сонику, и тот в знак признательности салютует своему брату. Ещё выше Руж поднимает роботов в воздух, а затем сбрасывает их на других, каждый раз уничтожая обоих. Слева от Соника Эми размахивает своим молотом с обычной радостной решимостью, и всё это даёт герою время, чтобы остановиться и перегруппироваться. Сегодняшняя атака кажется… Какой-то другой, но Соник не может понять, что его так беспокоит. Структура этой битвы знакома, это танец, в который они все уже играли. Роботы Эггмана устраивают засаду на группу, а затем они быстро уничтожают их. Эти роботы ничем не лучше и не хуже тех тысяч, с которыми они сражались раньше. Может быть... Может быть, он просто чувствует себя не в своей тарелке, потому что это первый конфликт, в котором он столкнулся с этой версией Эггмана после того, как имел дело с Советом, где Эггман был напитан энергией Призмы и поэтому был сильнее. Вероятно, дело в этом, он просто не привык к тому, что после всех этих трудностей бой будет таким лёгким. Почувствовав себя лучше после этих рассуждений, Соник встряхивается и пару раз подпрыгивает на месте, прежде чем броситься на следующего робота. Через несколько минут группа побеждает всех и празднует победу, когда сверху на них падает большая тень. Вместе с ней звучит до боли знакомый голос. — Приветствую вас, низшие существа! Теперь, когда вы все размялись, как насчёт того, чтобы перейти к главному событию сегодняшнего шоу? Взгляните на моё последнее творение и уничтожьте его. На фоне злобного, маниакального смеха брюхо корабля-носителя открывается, и оттуда выпадает огромный двуногий титан с куполообразной головой. Он окрашен в обычные уродливые цвета «Яйцеголовых» и в целом не сильно отличается от тех, кого они только что уничтожили, разве что размером. Громоздкая машина ударяется о землю с такой силой, что Соник, Наклз и Эми спотыкаются. Соник приходит в себя и ищет Тейлза и Руж, прежде чем указать им направление на материнский корабль. Затем он кивает Наклзу и Эми и принимает боевую стойку, чтобы зарядить свою силу. — Чёрт возьми, Яйцеголовый. Ты так и не научился, да? — кричит Соник, зная, что безумец прекрасно его слышит. — Разве ты не знаешь, что чем больше ты их делаешь, тем сильнее я их ломаю! Не дожидаясь ответа, Соник устремляется к роботу, превращаясь в синюю ракету. От мощного удара робот отшатывается на несколько шагов, но остаётся стоять и, к удивлению Соника, не получает повреждений. Он возвращается к Наклзу и Эми, разделяя их удивление. — Хорошо, хорошо. — Говорит Соник, несколько раз подпрыгивая на месте. — Похоже, он выучил пару новых трюков, но ничего такого, с чем мы не могли бы справиться, верно, команда? — Давай! — кричит Наклз, ударяя кулаком о кулак, отчего сыплются красные искры. — Мы справимся, Соник, — Эми улыбается ему, с лёгкостью вращая свой гигантский молот. — Веди нас, а мы будем тебя прикрывать! — Ха-ха! Давайте сделаем это!

***

Позже, когда новая машина превращается в искрящийся кусок металла, а корабль-носитель улетает, а Эггман проклинает тот день, когда они родились, группа собирается на пляже. Тейлз и Руж объясняют, как, проникнув на материнский корабль, они были удивлены, обнаружив, что он пуст. Очевидно, его единственной целью было доставить гигантского робота, а Эггмана даже не было рядом. — Это кажется… Странным, — бормочет Соник. — Эггман обычно любит сидеть в первом ряду, когда его бьют. — Особенно когда он тестирует что-то новое, что, по его мнению, нас уничтожит. — Руж соглашается. Наклз ворчит и ударяет кулаком по земле, на его лице написано разочарование. — С энергией этого недавнего творения тоже что-то было не так. Я не могу понять, что именно, но что-то было… Не так. — Ты тоже это почувствовал? — удивлённо спрашивает Соник. Был странный момент, когда робот готовился к атаке, и герой почувствовал очень знакомую вспышку энергии хаоса. Настолько знакомую, что он даже приостановил бой в ожидании гостя, который так и не появился. — В самом деле. — Ну и каково это было? — Эми сидит на своем молоте, стряхивая грязь и траву со своих игл. — Энергия хаоса, несомненно, нестабильна и опасна. Я больше ничего не могу сказать. — говорит Наклз, качая головой. — Для меня… — Соник делает паузу. — Для меня это было похоже на Шэдоу. Как будто я ожидал, что он вступит в бой, но он так и не появился. — Это интересно. — Руж говорит: — Вы думаете, он и Доктор… — Нет, — тут же перебивает её Соник. — Шэдоу ни за что не стал бы ничего делать для Эггмана. Ни за что. Руж спокойно смотрит на него в ответ. — Ладно. Что ж, я не исключаю этого, пока мы не услышим это от него. — Прекрасно, но я говорю тебе, что это не он. — Если мы не найдём Шэдоу к следующему нападению Эггмана, я, наверное, смогу измерить энергию машины в сравнении с базовыми показателями Шэдоу, и мы будем знать наверняка! — предлагает Тейлз. — Если бы я не был на материнском корабле, я бы, наверное, смог сделать это прямо сейчас, прости. — Не волнуйся об этом, приятель. Ты хорошо справился, забравшись на тот корабль, — говорит Соник, взъерошив мех маленькой лисички. — Как сказала Руж, мы можем просто спросить его. Он не из тех, кто будет врать, и я давно его не видел, так что мог бы устроить гонку. — Звучит как план, Соник. Дай нам знать, что ты выяснишь. — говорит Эми, и синий ёж кивает в знак согласия, убегая в вихре голубого электричества.

***

Шэдоу не может сказать, как долго он здесь находится, но ему очень хочется уйти. Постоянное истощение сил вызывает тупую боль во всём теле, которая не проходит, а голова неумолимо раскалывается. Любое движение немедленно отдаётся болью. Эггман настроил машину так, чтобы она не забирала его энергию бурным потоком, а постоянно и равномерно. Это позволяет ему оставаться в сознании, но он настолько истощен, что не может ничего сделать. Шэдоу давно не чувствовал себя таким беспомощным, и ему это не нравится. Даже когда он снимал кольца-ингибиторы, ему не было так плохо. Честно говоря, он надеется, что постоянный отток энергии в конце концов приведёт к тому, что его тело не выдержит нагрузки. Доктор то входил в комнату, то выходил из неё, монотонно разговаривая с пойманным в ловушку ежом всякий раз, когда ему этого хотелось. До сих пор Шэдоу узнавал, что его энергия прекрасно гармонирует с машинами Эггмана, и если бы он не чувствовал себя так ужасно физически, то осознание того, что его сущностью злоупотребляют, привело бы его в ярость. И всё же Шэдоу приходится прилагать все усилия, чтобы не заплакать и не закричать от боли и разочарования, потому что, хоть он и пойман в ловушку и ранен, он не сломан. Пока нет. Они оба не заметили, что золотые кольца на его запястьях начали трескаться в нескольких местах.

***

Соник трижды пробежал все Зеленые Холмы и, похоже, до сих пор не смог найти Шэдоу. Он нашел поле битвы с уничтоженными роботами, на котором определенно было написано "Дело рук Шэдоу", но никаких намеков на то, куда он отправился после или даже как давно был бой. Логически он понимает, что ёж может позаботиться о себе. Совершенная Форма Жизни выживал столько раз, когда другие существа погибали, что Соник почти чувствует себя глупо из-за того, что беспокоится о нём. И всё же… Он не может не думать о том, что не так давно он чуть не потерял другого ежа во второй раз. Он смог спасти Шэдоу в Пустоте, и что бы тот ни натворил на этот раз, Соник хочет спасти его снова. Он должен спасти Шэдоу, после всего, что тот сделал для героя, другого выхода просто нет. С Шэдоу всё должно быть в порядке, Соник не примет ничего другого. Но пока ему приходится признать поражение и повернуть обратно домой. Он явно не найдёт ежа в таком состоянии, но, может быть, Тейлз сможет помочь. Соник заглядывает в мастерскую своего младшего брата и видит, что лис что-то делает за компьютером. — Эй, Тейлз! — Привет, Соник. Есть успехи? — Нет, — Соник качает головой и нетерпеливо постукивает ногой по полу. — И у меня плохое предчувствие по этому поводу. — Ну, тогда, возможно, у меня есть идея. — Да? Что бы это ни было, я приму. — Хорошо. — Тейлз перелетает на другой компьютер, и Соник легко следует за ним. — Раньше я никогда не утруждал себя этим, потому что Шэдоу всегда так дорожил своей частной жизнью, но у меня должно быть достаточно данных и сканов его энергии хаоса, чтобы составить программу, которая сможет его отследить. — Правда? Это было бы просто здорово. — Дай мне пару минут, чтобы провести калибровку, и мы посмотрим, что я смогу выяснить. Соник с любовью наблюдает за тем, как лис делает что-то сложное с компьютером. Он очень скучал по этой версии Тейлза во время всей этой истории с Шаттерверсом. Все остальные версии были такими же достойными личностями, но ни один из них не мог сравниться с тем, кого он так ценил в своём брате. Тейлз был его самым близким другом, и это не изменится только потому, что версия лиса, выросшая в одиночестве и растерянности, действовал так, как считал нужным, чтобы выжить. Вот к чему всё свелось. Найн просто пытался выжить, и когда он увидел шанс на что-то лучшее, он попытался им воспользоваться. Однако в конце концов Найн сделал правильный выбор, поступив так, как было лучше для всех. Как когда-то поступил Шэдоу. Компьютер издаёт тихий сигнал, который отвлекает Соника от его мыслей, но его внимание привлекает выражение лица лисы. — Что случилось? — Я не уверен. Машина определённо работает, но я нахожу две разные сигнатуры, которые соответствуют уникальной энергии Шэдоу. — Две? То есть где-то, где он был недавно, и там, где он сейчас? Тейлз качает головой, вводя в компьютер новые команды. — Нет. Это показывает мне два одновременных энергетических сигнала. Как будто он буквально находится в двух местах одновременно. Может, оно не работает… — Хммм. — Соник задумчиво качает головой, но затем пожимает плечами. — Есть только один способ узнать наверняка! Давай проверим оба места. Какое из них ближе всего? — О, но это странно. — Тейлз бормочет, как будто даже не слышит ежика. — Один из этих сигналов слабее другого. Это не очень очевидно, но похоже, что энергия постепенно иссякает. Просто медленно деградирует. У Соника сжимается желудок. — Это звучит плохо, приятель. — Я имею в виду, что мы не знаем, какой из этих сигналов принадлежит Шэдоу, если вообще принадлежит! Я уверен, что беспокоиться не о чем. Как ты и сказал, мы просто проверим. Самый близкий и сильный сигнал в данный момент стабилен за пределами прохода Ежа. — Тейлз передаёт информацию на их наручные коммуникаторы и берёт ключи от самолёта. — Давай наперегонки! — кричит он, ухмыляясь Сонику. Синий ежик ухмыляется в ответ: — Я в деле!

***

Роботник стоит перед стеной с мониторами и что-то бормочет себе под нос, но Шэдоу ничего не может разобрать. Воздух в пузыре, в котором он завис, становится невыносимо жарким, постоянный поток его энергии нагревает пространство, придавая ему гнетущую тяжесть. Он больше не может заставить себя распрямиться и дрожит, свернувшись в клубок, его конечности налились свинцом. Он до сих пор не может сказать, как долго он здесь находится. Доктор перестал разговаривать с ним напрямую некоторое время назад, как только Шэдоу перестал отвечать. Эггман, кажется, не беспокоится о его физическом состоянии, и ёж с ужасом подозревает, что даже это будет не чем иным, как пыткой. Смерть не принесёт облегчения Совершенной Форме Жизни. Он горит, раздражается, чешется при мысли о том, что его низвели до такого. Просто бесконечная батарейка для безумца с манией величия. Шэдоу стоит гораздо большего, теперь он в это верит. Раньше он никогда не думал, что может быть чем-то большим, чем оружием, которое направят на ближайший конфликт, но этот идиотский синий ёж научил его многому другому. Соник укрепил идеи, которые зародились у Марии много лет назад. Что Шэдоу может быть кем-то большим, может делать что-то большее, чем то, для чего он был создан. Что он может быть самим собой и сам решать, кем и каким быть Шэдоу-Ежику. Он не хочет отказываться от этого. Он не откажется от этого. И пока он молча кипит от злости и ярости, трещины в кольцах-ингибиторах, прижатых к его груди, становятся всё шире. Он не чувствует этого, но есть часы, которые отсчитывают время, и рано или поздно его боль утихнет.

***

Сигнал энергии хаоса, исходящий от перевала Ежа, приводит Соника и Тейлза к выдолбленному в скале туннелю. Очевидно, что он сделан человеком. Тейлз возится со своими гаджетами, а Соник задумчиво хмурится, глядя на вход в пещеру. — Это более сильный из двух сигналов, о которых ты говорил, верно? — Да. Опять же, я не могу с уверенностью сказать, что это действительно Шэдоу, но это самое близкое совпадение, которое я могу сейчас найти. — Что ж, думаю, есть только один способ это выяснить! — Герой тянется, чтобы взъерошить шерсть брата, и смеётся, когда Тейлз отмахивается от него с притворным недовольством. — Давай проведём расследование! Он ведёт их внутрь, но вскоре Тейлзу приходится взять на себя роль проводника и освещать путь фонариком, пока они углубляются в строение. В конце концов они подходят к металлической двери, приваренной к скале, без ручки, но с установленной клавиатурой. На двери выгравирован знакомый символ, на который Соник хмуро смотрит, пока Тейлз сканирует клавиатуру одним из своих инструментов. — Клянусь, буквально всё сводится к Эггману. Этот парень просто не может взять выходной, даже если от этого зависит его жизнь. Лис смеётся, и клавиатура издаёт три звуковых сигнала, прежде чем свет меняется с красного на зелёный. — Он доводит «трудоголизм» до крайности! Дверь начинает открываться наружу, и они оба отпрыгивают на несколько шагов назад, чтобы не попасть под её широкую дугу. Пока они осторожно крадутся вперёд, начинают загораться лампы, освещая пещеру, в которую они вошли. Первое, что видит Тейлз, — это стена с экранами и различными компьютерами в спящем режиме, но внимание Соника привлекает огромный робот, похожий на того, с которым он недавно сражался со своими друзьями. Он, казалось бы, неподвижен, стоя в дальнем углу, но к нему подведено несколько толстых кабелей. Кажется, что кабели сами по себе излучают слабый светящийся цвет, который доходит до робота, а затем рассеивается на его блестящей металлической поверхности. Пока Тейлз включает компьютеры, чтобы посмотреть, что он может выяснить, Соник подходит к роботу и смотрит на него, запрокинув голову. Он упирает оба кулака в бедра и с любопытством разглядывает кабели, прослеживая их до компьютеров как источника. Цвет, который они слабо излучают, — красивый подсолнечно-желтый, и чем дольше Соник смотрит, тем больше он начинает чувствовать, как его притягивает. Качая головой, Соник вместо этого возвращается к Тейлзу, чтобы проверить, что он нашел. — Ну, очевидно, что здесь нет Шэдоу. Похоже, это просто одна из тайных лабораторий Эггмана. Хотя на этих компьютерах не так уж много интересного. — Ты можешь сказать, что не так с этим роботом? Энергия, которая его питает, кажется… Странной. Тейлз отходит от компьютера и обходит робота, а маленький жёлтый гаджет продолжает издавать непрерывный писк. Маленький лисёнок задумчиво хмыкает и возвращается к Сонику. — Ну что, хочешь хорошие новости или плохие? — Фу, — Соник хмуро смотрит на пустое лицо робота. — Вариант номер 3, пожалуйста. — Что ж, этот робот излучает энергетический сигнал, который в данный момент имитирует сигнал Шэдоу. — Что? Как это возможно? — Это плохие новости. — Говорит Тейлз, опустив уши. — Я предполагаю, что Эггман черпает энергию из Шэдоу напрямую, чтобы направить ее в эту машину. И, вероятно, в другие тоже. Соник прищуривается, в нём начинает закипать гнев. — Но это означает… — Да. Мы не можем найти Шэдоу, потому что он каким-то образом попал в руки Эггмана, — кивает Тейлз. — Но почему Шэдоу? И как, чёрт возьми, Эггману удалось его перехитрить? — Соник раздражённо взъерошивает иглы. — Не знаю, как он поймал Шэдоу, но могу догадаться, зачем ему это понадобилось. — Лис поворачивается к компьютеру и снова начинает работать. — Посмотрим, смогу ли я использовать эту систему, чтобы проникнуть в главное хранилище Роботника. — Ну, конечно. У Шэдоу есть сила, но по большей части у Эггмана нет разногласий с Шэдом, как со мной. Почему бы ему не обратиться ко мне с этим своим планом? — Я могу назвать несколько причин. Наиболее вероятная из них — просто потому, что Шэдоу был более лёгкой мишенью. Я имею в виду, что ты всегда тусуешься с кем-то из нас, если не со всеми, а Шэдоу — одиночка. Соник раздражённо всплеснул руками. — Эй, не из-за недостатка попыток! Этот парень просто такой упрямый. Тейлз бросает на Соника насмешливый взгляд. — О, я знаю. — Что? Что это значит? — спрашивает Соник, прищурившись в притворном негодовании. — Ничего! — Тейлз с ухмылкой поворачивается к компьютеру. — Просто я был твоим рупором во всех твоих попытках уговорить Шэдоу присоединиться к команде, знаешь ли. Но не волнуйся, я считаю это милым. — Милым!? Что ты… — Соник заикается, не находя слов, но лис лишь хихикает. Вместо ответа он указывает на экран. — Смотри, с помощью этого компьютера я могу просматривать записи с камер наблюдения в главном логове Эггмана. Это привлекает внимание Соника, и он наклоняется ближе к Тейлзу, чтобы посмотреть на экран. Изображение довольно чёткое: лаборатория, похожая на эту, со стеной, заставленной компьютерами и экранами. В центре комнаты висит… Что-то в форме шара. Поверхность шара блестит и переливается оранжево-золотистой энергией. В нижней части можно увидеть тёмную свёрнутую фигуру. Кажется, она не двигается. — Это… Это Шэдоу? В этой… Штуке? — спрашивает Соник, уже зная ответ. — Не волнуйся. — Уверенно говорит Тейлз. — Мы знаем, где это, поэтому можем пойти и забрать его. — Что ты имеешь в виду? — Он не может отвести взгляд от маленького тёмного пятнышка, напряжённо вглядываясь в него в поисках признаков движения. — Ты что, забыл? Другой источник энергии, о котором я говорил, тот, что с странными колебаниями? Готов поспорить, что источником является сам Шэдоу. Было бы логично, если бы сигнал действовал подобным образом, если бы Эггман постоянно истощал его силы. — Верно. — Соник рассеянно бормочет, прежде чем до него доходит. — Верно! Это значит, что мы можем спасти его! — Да. Я отправлю координаты на твой коммуникатор, чтобы ты мог выдвигаться. — Тейлз так и делает, но Соник хмурится. — Ты что, не идешь со мной? Лис качает головой. — У меня плохое предчувствие насчёт этой машины, которая вытягивает силы Шэдоу. Мне нужно вернуться в лабораторию и взять кое-что, что, как я думаю, пригодится. Не волнуйся, я догоню тебя и сообщу остальным, что происходит, чтобы они могли встретиться с тобой там! — Если ты уверен. Просто будь осторожен, хорошо, малыш? — Ты тоже, Соник, — говорит Тейлз, шутливо отдавая честь. — А теперь иди и останови Эггмана! Соник в последний раз смотрит на экран, на крошечную пиксельную фигуру Шэдоу, и уходит.

***

Шэдоу не спит, но и не бодрствует в полной мере. Каждый вдох кажется ему тяжёлым из-за того, что воздух внутри пузыря стал таким же тяжёлым. Он думает, что у него галлюцинации, потому что он мог поклясться, что слышал голос Марии, который звал его из-за пределов его тюрьмы. Как она делала раньше, когда он был заперт в своей био-пробирке на Ковчеге. Но Мария уже очень давно мертва… Не так ли? Или всё это было просто страшным сном? Если так, то он надеется, что доктор скоро его выпустит. Ему так жарко, и какое бы обследование они ни проводили сегодня, оно изнурительное. Он чувствует себя опустошённым до мозга костей, как будто он хрупкий и может сломаться от малейшего прикосновения. Прямо за пределами пузыря (трубы? Он всё ещё не уверен, что это реально, а не просто очередной кошмар.) Шэдоу может различить лишь вспышку цвета сквозь размытое зрение и барьер трубы. Ярко-синего цвета, как любимое платье Марии или мех… Он теряет ход мыслей и позволяет себе полностью закрыть глаза. Он так устал, что учёные наверняка не будут возражать, если он немного вздремнёт, пока они заканчивают сегодняшние испытания. Позже он извинится перед Марией за то, что проспал её визит. Она поймёт, она всегда всё понимает. Кольца-ингибиторы на лодыжках Шэдоу начали раскалываться в нескольких местах, а два кольца на запястьях рассыпались на сверкающие золотые осколки. Сразу за сферой, в которой находится ёж, происходит взрыв, и комнату озаряют голубые молнии.

***

Соник в рекордно короткие сроки добирается до места, куда его ведёт коммуникатор. Он не раз испытывает искушение преодолеть звуковой барьер, но не хочет использовать слишком много своих сил, пока не уничтожит Роботника, на случай, если что-то пойдёт не так. Он добирается туда раньше своих друзей, но это вряд ли можно назвать неожиданностью. Соник знает, что должен дождаться их, что разумнее было бы вместе придумать план и штурмовать базу командой. Но… Это Шэдоу. Эггман поймал его и запер в ловушке, и кто знает, что он с ним сделал за это время. Соник не может этого сделать, он не может просто ждать здесь, пока его соперник, его друг, его… Пока страдает Шэдоу. Соник, по крайней мере, делает паузу, чтобы отправить сообщение, в котором сообщает всем, что он идёт внутрь, и чтобы они следовали за ним как можно скорее, прежде чем он буквально выломает дверь, ведущую в крепость. Скрытность никогда не была его сильной стороной, так зачем начинать сейчас? Разумеется, в каждом зале полно бадников всех мастей, но из-за тесноты Сонику остаётся всё меньше мест для манёвра, и он так взбешён, что машины едва его замедляют. В мгновение ока он практически зачищает всю базу в поисках Шэдоу, прежде чем коммуникатор наконец указывает точное местоположение, и Соник, слегка задыхаясь, останавливается у последней двери на своём пути. За этой дверью находятся Эггман и Шэдоу. Наконец-то он может спасти другого ежа. Соник скалит зубы в свирепой ухмылке и выбивает и эту дверь.

***

Соник тут же замечает Эггмана, сидящего внутри ещё одного из этих огромных роботов, питающихся энергией хаоса Шэдоу. Доктор радостно смеётся, явно ожидая его, и выглядывает из неуклюжей машины. — Наконец-то! Пришло твоё время, маленькая синяя угроза! Я воспользуюсь этой силой, чтобы раздавить тебя, как крысу! Соник уклоняется от запуска ракеты и мчится к подвешенному сдерживающему полю, удерживающему другого ежа. — Я так не думаю, Яйцеголовый! Эта сила тебе не принадлежит. Поднявшись на пузыре, Соник оказывается на идеальной высоте, чтобы увидеть свернувшегося в клубок Шэдоу внизу. Другой ёж выглядит ужасно. Его тёмная шерсть слиплась от пота, иглы обмякли, а глаза лишь частично открыты. Герой едва различает тусклый блеск рубиновых глаз, уставившихся в пустоту. — О, Шэд… Что он с тобой сделал? Темный ёж не подает никаких признаков того, что слышал Соника или вообще находился в сознании. — Сила есть сила, ты, идиотский хорек! — Эггман кричит. — И он просто позволил всей этой силе пропасть даром, ты можешь в это поверить? Столько энергии хаоса в такой маленькой упаковке. Да ведь он делает самую совершенную батарейку. Ты согласен? Соник вынужден покинуть пузырь из-за струи пламени, которую Доктор выпускает в его сторону. — Выпусти его, Эггман! И, может быть, я не буду полностью уничтожать тебя на твоей же базе! — Я так не думаю, грызун! На самом деле, я думаю, что сделаю ещё одну маленькую клетку специально для тебя. Представь, какой силой я тогда буду обладать. — Хихикая, как сумасшедший, Роботник выпускает несколько ракет и янтарный лазер, от которых Сонику приходится быстро уворачиваться. Робот, использующий украденную силу Шэдоу, излучает такую мощную энергию, что Соник почти чувствует её вкус, когда она буквально сочится из машины. У него сводит зубы, а шипы на спине инстинктивно поднимаются. Что-то не так, но он не может понять, что именно его так настораживает, кроме очевидного. Соник резко тормозит позади защитного пузыря и осторожно касается силового поля. Как он и ожидал, оно не поддаётся, так что он не сможет просто вытащить Шэдоу. Но он должен найти способ перекрыть слив, иначе Эггман продолжит доставлять неприятности. Соник не уверен, что в одиночку сможет одолеть этого усиленного злодея, ведь в прошлый раз ему понадобилась помощь друзей. Синий ёж лихорадочно оглядывает комнату, но ему практически не с чем работать. Возможно, компьютеры могли бы остановить всё это, но Соник вряд ли настолько хорошо разбирается в компьютерах, чтобы понять это самостоятельно, и Эггман ни за что не подпустит его к ним. У него нет другого выбора, кроме как сражаться с этой глупой, ворующей энергию кучей мусора, пока его друзья не придут ему на помощь. Соник в последний раз смотрит на Шэдоу, всё ещё неподвижного и выглядящего таким слабым, и укрепляет свою решимость. Он спасёт его, чего бы это ни стоило.

***

Это похоже на игру в догонялки, — размышляет Соник, уклоняясь от очередной ракеты и взмаха бензопилы, которой размахивает бадник, питающийся хаосом. Он бегает кругами вокруг этого неуклюжего громилы, но тот не собирается сбавлять скорость или терять силу. Ему также порядком надоел издевательский смех Эггмана, сопровождающий эту дурацкую битву. Остальные должны появиться с минуты на минуту, ему просто нужно продержаться чуть дольше. Соник перепрыгивает через куполообразную голову робота, которым хвастается Эггман, и врезается ему в спину, заставляя его пошатнуться и давая ему передышку. Он опирается на колени, чтобы перевести дух, вспотевший и тяжело дышащий. В комнате становится жарко, почти душно из-за всей той энергии, которую продолжает вырабатывать глупый робот. Энергии, украденной у Шэдоу. Он не мог долго оставаться рядом с пузырём, чтобы хоть как-то проверить состояние другого ежа, но пока энергия расходуется, Шэдоу, по крайней мере, жив и из него можно что-то вытянуть. Тем не менее, Соник понятия не имеет, как долго чужое тело сможет выдерживать такое ужасное напряжение. Сонику кажется, что где-то в глубине его сознания тикает таймер. Словно предзнаменование, робот, которым управляет Эггман, издаёт внезапный пронзительный звук, из-за которого герой поспешно закрывает уши. — Что это?! — Соник едва слышит возглас Эггмана, когда смотрит на приближающегося робота. Похоже, что у бадника что-то не так, по поверхности машины беспорядочно пробегают золотые искры. Энергия в воздухе потрескивает, и Соник чувствует запах горящего озона. — Невозможно! — Безумец лихорадочно нажимает на кнопки, но, кажется, ничего не помогает. — Как я могу перегрузиться? У крысы не может быть столько энергии! Соник делает пару нервных шагов назад от дёргающегося робота, в то время как Роботник воет от ярости, а затем как можно быстрее проносится над пузырём, в котором находится Шэдоу. Поверхность силового поля, кажется, кипит, буквально пузырится и колышется от количества необузданной янтарной энергии, исходящей от безвольной фигуры, запертой внутри. — Что за чёрт? — Соник подносит руку к силовому полю и чувствует исходящий изнутри сильный жар. Внезапно, сквозь треск молний, синий ёж слышит тихий стон. Он переводит взгляд с силового поля на Шэдоу и с ужасом видит, что тот открыл глаза и смотрит на него. Рубиновые глаза переполнены золотой энергией, а на лице застыло выражение боли, которого Соник никогда раньше не видел. Язык Шэдоу вываливается изо рта, пока он беспомощно задыхается, издавая мучительные стоны и извиваясь на месте. — Шэдоу! — кричит Соник, нервно подпрыгивая на месте и бессильно размахивая руками, не в силах даже приблизиться к силовому полю. — О нет, нет, нет, нет. Что мне делать? Шэдоу, что происходит?! Не в силах говорить, ёж может лишь медленно и мучительно протянуть Сонику свои лапы, ладонями вверх. К его ужасу, герою требуется целая секунда, чтобы понять, что тот пытается ему сказать. На перчатках Шэдоу нет привычных золотых колец, и у Соника сводит живот от ужаса, когда он видит, что на дне силового поля разбросаны фрагменты колец. Соник быстро смотрит на ноги Шэдоу и видит, что его кольца на лодыжках не в лучшем состоянии, но они не разбиты, а просто треснули. Все четыре кольца-ингибитора Шэдоу были уничтожены из-за того, что Эггман постоянно забирал его силу, выходя за пределы возможностей ингибиторов. Ёж официально превратился в ядерную бомбу, и Соник не знает, что делать. — Шэдоу. — Соник пытается приблизиться, но вскрикивает, когда силовое поле бьёт его током. — Чёрт, Шэдоу. Прости, прости меня. Я опоздал. — Его голос срывается на извинениях, и Соник моргает, сдерживая слёзы. Он не знает, что делать. Он не может это исправить. — Ёж! — От яростного крика Роботника шипы синего встают дыбом, и он сам начинает злиться. — Что он натворил с моими машинами? — Что он натворил? — Соник кричит в ответ, разворачиваясь лицом к заикающемуся и перегруженному роботу, внутри которого скрывается его хозяин. — Что ты натворил? Из-за твоей жадности к власти и силе, которая тебе не принадлежит, мы все умрем! — Я устал от твоего голоса. Думаю, пришло время наконец-то прикончить вас обоих. — Эггман рычит и приводит в действие бензопилу, которая с рёвом оживает. Энергия Шэдоу продолжает потрескивать и вспыхивать вокруг робота, но Соник просто выпрямляется и собирается с силами, на его лице застывает вызывающее выражение. Возможно, он не сможет остановить бомбу, в которую превратился Шэдоу, но он точно не позволит этому безумцу причинить ему ещё больше вреда, чем уже причинил. Соник защитит его, даже если будет слишком поздно. Но прежде чем Доктор успевает сделать что-то большее, чем просто поднять руку, яркая красная вспышка ослепляет Соника, и робот Эггмана разлетается по комнате. Когда ехидна приземляется перед Соником, защищая его, он чувствует тошнотворное сочетание восторга и ужаса. Его друзья здесь, чтобы помочь! Как раз вовремя, чтобы стереть с лица земли всю гору! — Наклз! — выдыхает ёжик. — Нет, вы, ребята, должны выбраться отсюда! — Какого чёрта? Мы только что пришли! — Наклз хмуро смотрит на него в ответ. — Ты не понимаешь! — Соник поворачивается обратно к пузырю. — Эта дурацкая ловушка — единственное, что мешает Шэдоу взорвать всю эту гору! — Внутри ёж крепко зажмурил глаза, прижал лапы к груди и дрожит всем телом. — Ну и чёрт с ним. Хорошо, что Тейлз — самый умный лис на свете, да? — Что? — Соник! — Его имя выкрикивают три разных голоса, когда Эми, Тейлз и Руж подбегают к нему. — Ты в порядке! — Эми говорит с облегчением. — Да, спасибо мне, — ворчит Наклз, но в его голосе нет настоящей злости, когда он хмуро смотрит на ежа, запертого в пузыре. Очевидно, что он расстроен увиденным, и остальные трое тут же оборачиваются, чтобы увидеть то же самое. — О, Шэдоу. — ахает Руж, прикрывая рот рукой, и на её глазах выступают слёзы. Их реакция согревает сердце Соника. Его друзья никогда не были особенно близки с Шэдоу, за исключением Руж, которая иногда заставляла другого ежа проводить с ней время, занимаясь сомнительными вещами. Но Соник чувствует связь с Шэдоу, какой никогда не чувствовал ни с кем другим, и ему приятно видеть, что его друзья по-своему заботятся о другом, несмотря на то, что не знают его так, как Соник. От всех этих эмоций у героя снова наворачиваются слёзы, и он сжимает кулаки, пытаясь справиться с чувством отчаянной беспомощности. Он вот-вот потеряет всех, и он ничего не может сделать, чтобы это остановить. Снова. Маленькая лапка осторожно сжимает кулак Соника, и он вздрагивает, вырываясь из спирали, в которую едва не погрузился. Тейлз мягко улыбается ему в ответ, и у Соника перехватывает дыхание. — Все в порядке, Соник. Мы справимся с этим. Эми тянется к другой лапе ежа и кивает. — Тейлз подозревал, что это произойдёт, как только вы оба узнали правду о том, что случилось с Шэдоу. Глаза Соника расширились. — Вот почему тебе нужно было вернуться в лабораторию. Тейлз, пожалуйста, что мне делать? — Нам нужно заменить эти кольца на Шэдоу, а затем очистить его от избыточной энергии. — Лис достаёт четыре новеньких блестящих золотых кольца и протягивает по одному каждому из них. — Я могу использовать компьютер, чтобы управлять очисткой, но сначала нужно надеть кольца. Нам нужно будет действовать очень быстро. Как только барьер падёт, он начнёт превращаться в бомбу, но если мы будем достаточно быстрыми, это сработает. — Ладно, ладно. Да, мы точно справимся. — Соник благоговейно берёт одно из колец, и Тейлз кивает. — Да, мы справимся. Я запущу последовательность для отключения барьера и начала очистки. Соник кивает своему младшему брату, а затем поворачивается к Шэдоу, Наклзу, Эми и Руж. — Шэдоу. Ты меня слышишь? Внутри барьера дрожащая фигура никак не показывает, что что-то слышит. — Ладно, все в порядке. — Соник делает глубокий вдох и сжимает кольцо в руке. — Если ты меня слышишь, Шэдоу, у нас есть замена твоим ингибиторам. Так что, как только Тейлз снимет силовое поле, мы наденем их на тебя, хорошо? По-прежнему нет никаких видимых признаков того, что тот слышит его, но Соника это не останавливает. Пока Шэдоу дышит, он будет благодарен за всё, что произойдёт дальше. — Ладно, ребята! — зовёт Тейлз. — Я готов убрать барьер. Вы готовы? — Да! — вчетвером отзываются они, держа наготове ингибиторы. — Ну вот, началось! — Воздух в комнате сразу же стал ещё тяжелее и горячее, когда барьер мгновенно исчез. К счастью, Соник — самый быстрый из всех живых существ, поэтому он смог поймать Шэдоу, когда тот упал на пол без поддержки пузыря. Так же быстро герой хватает Шэдоу за левую руку и надевает на его запястье кольцо-ингибитор. Следом за ним Наклз надевает кольцо на его правую лодыжку, Эми — на левую, а Руж — на правое запястье. Шэдоу настолько окутан энергией хаоса, что прикосновение к нему обжигает их всех, особенно Соника, который прижимает его к себе. Они все задерживают дыхание, когда вспыхивают кольца, словно пытаясь сдержать силу, бушующую внутри него. — Ну же, — молится Соник, — пожалуйста, работай, пожалуйста. Наконец, спустя, казалось бы, целую вечность, кольца начинают тускнеть, и энергия, свободно вытекающая из Шэдоу, исчезает, возвращаясь в него, где ей и место. Герой может лишь вздохнуть с облегчением, когда остальные радуются, а Соник импульсивно обнимает Шэдоу. От этого действия ёж издаёт стон, когда слегка приходит в себя и ощущает боль от сдавливания, когда ему кажется, что всё его тело раздавлено изнутри. Соник немного ослабляет хватку, но продолжает поддерживать Шэдоу, который опирается на его грудь. — Как ты себя чувствуешь? — мягко спрашивает он, не в силах удержаться от того, чтобы успокаивающе погладить его по влажным, вялым иглам. — Соник? — хрипло произносит Шэдоу. — Что… Что происходит… — Да, только я, Шэдс. Не волнуйся, мы скоро принесём тебе воды, обещаю. В ответ Шэдоу издаёт низкий рокочущий звук, но не пытается вырваться из хватки Соника. — Отличная работа, ребята! — кричит Тейлз из компьютера. — Я сейчас начну очистку и удалю всю эту опасную энергию хаоса из систем Эггмана. Это займёт у меня как минимум несколько минут, так что устраивайтесь поудобнее. — Спасибо, Тейлз! — Герой отвечает, когда Руж встает. Она нежно похлопывает Шэдоу по колену, прежде чем потянуться. — Я собираюсь ещё раз осмотреть это место и убедиться, что мы не пропустили ничего интересного. — говорит она, направляясь к двери. Соник отмахивается от нее с тихой благодарностью, когда Эми тоже встает. — Я пойду посмотрю, не найду ли я что-нибудь попить для Шэдоу. Я сейчас вернусь! Соник благодарно улыбается ей, прежде чем она уходит, а Наклз плюхается на спину. — Это было чертовски близко, да? — Можешь повторить это ещё раз, — говорит Соник с невесёлым смехом. Что-то в его тоне, должно быть, задевает ехидну, потому что вместо того, чтобы сказать что-то ещё, он закрывает глаза и притворяется, что дремлет. Соник воспользуется передышкой, притворной или нет. Вместо этого он сосредотачивается на ощущениях, когда проводит лапами в перчатках по иглам и шерсти Шэдоу. Быстрое высвобождение энергии как будто мгновенно высушило пот, которым ёж был пропитан ранее, но его шерсть всё ещё жёсткая и слипшаяся, поэтому Соник находит довольно успокаивающим расчёсывать его как можно лучше. Тело Шэдоу всё ещё дрожит в его руках, то ли от боли, то ли от усталости, Соник не может сказать, но это побуждает его начать тихо мурлыкать в надежде успокоить его. Сердце Соника всё ещё колотится, но постепенно успокаивается по мере того, как он продолжает спокойно сидеть здесь и просто обнимать Шэдоу. Они сделали это. Благодаря его гениальному младшему брату они смогли его спасти. И подумать только, на минуту синий ёж почувствовал себя таким беспомощным. Как будто он снова собирался потерять того, кто ему дорог. При таких темпах Соник больше никогда не сможет отказать Тейлзу ни в чём. Медленно, по мере того, как адреналин уходит и тело расслабляется, Соник опускает лицо ниже, чтобы уткнуться носом в всё ещё обмякшие чужие иглы, от которых пахнет горелым озоном, солью и лёгким ароматом лаванды. Он не знает, проснулся ли Шэдоу, но сам Соник вот-вот уснёт. Но прежде чем он успевает задремать, он чувствует, как Шэдоу внезапно напрягается в его руках и издаёт грубый, нечленораздельный звук тревоги. Соник и Наклз напрягаются, но прежде чем они успевают заметить опасность, золотое копье хаоса проносится через комнату в сторону Тейлза и пронзает мужчину, стоящего позади него с большим гаечным ключом, направленным на уязвимую голову лиса. Эггман роняет оружие, когда копье отбрасывает его в сторону, и прежде чем он успевает встать на ноги, Наклз уже рядом и швыряет его лицом вниз на пол. — Лежи смирно, — злобно рычит Наклз, — пока я не втоптал тебя в землю так, что ты никогда не поднимешься. Тейлз переводит взгляд своих широко раскрытых глаз с Наклза и Эггмана на Соника, который держит на руках Шэдоу, чьё тело всё ещё слегка светится после использования его силы для броска копья хаоса. — Спасибо тебе, Шэдоу. Чёрный ёж просто кивает лису, снова опуская лапы на колени, и Тейлз возвращается к компьютеру. — Я почти закончил, так что скоро мы сможем уйти! — Хорошая работа, приятель. — Соник зовет его немного нетвердым голосом. Шэдоу поворачивает голову назад, чтобы попытаться уловить выражение лица Соника, но не может его разглядеть. Вместо этого он издает хриплый вопросительный звук, на который Соник качает головой. — Ничего, я в порядке. Просто... Спасибо. Я твой должник. Еще раз. Шэдоу отрицательно качает головой, отвергая благодарность. — Ни за что, Шэдс! Ты многое для меня сделал, и я буду благодарен тебе, если захочу, — говорит Соник с долей дерзости. — Кроме того, на этот раз я почти опоздал, чтобы спасти тебя. Этого больше не повторится, клянусь. Темный ёж вздыхает, и, хотя Соник этого не видит, он знает, что тот закатывает глаза. Соник тихо смеётся и не может удержаться от желания снова обнять Шэдоу, который кряхтит от давления, но не отталкивает Соника локтем. Теперь, когда его энергия вернулась в тело, он медленно начинает восстанавливаться после нанесённых ему повреждений. Шэдоу подозревает, что через день-два он снова будет в боевой форме, но до тех пор… Что ж, есть и похуже места для отдыха, как он предполагает. Синий на удивление удобная подушка. Спустя ещё минуту, в течение которой Наклз сидит на спине Эггмана, а Тейлз стучит по клавиатуре, Соник протягивает лапу к Шэдоу и держит её ладонью вверх, ожидая. Не понимая, чего от него хотят, Шэдоу вопросительно наклоняет голову. Вместо того, чтобы ответить вслух, герой продолжает протягивать лапу, пока не может осторожно взять другого за запястье и успокаивающе погладить большим пальцем по золотому кольцу. — Могу я попросить об одолжении? — Тихо говорит Соник другому ежу на ухо, тот вздрагивает от шепота, и Шэдоу снова поворачивает голову, на этот раз ловя половину пристального взгляда. — Я знаю, что ты, вероятно, очень скоро вернешься и будешь на ногах, но до тех пор ... Не мог бы ты остаться со мной и Тейлзом? Я бы чувствовал себя намного лучше, если бы ты задержался с нами на несколько дней. Ты понимаешь? Шэдоу мгновение смотрит на него, прежде чем усмехнуться с лёгкой ухмылкой. — Сопляк, — удаётся выдавить ему, и Соник широко улыбается. — Да, да, втирай это в мою кожу. Сентиментальная чушь — это как раз в моём духе, помнишь? Шэдоу снова встречается взглядом с Соником, чтобы закатить глаза, прежде чем отвернуться и снова удобно устроиться в его объятиях. Соник опускает голову, чтобы скрыть улыбку за чёрно-красными иглами. — Итак, это означает "да”?