Глава 1. Маомао
16 февраля 2025 г., 20:48
Записки аптекаря
Глава 1. Маомао
«Ох, как же хочется поесть уличных шаокао*...»
Глядя на облачное небо, Маомао тяжело вздохнула. Окружавший ее мир был самым прекрасным из всех, что она видела, и в то же время источал ужасающие, гнилостные миазмы.
«Прошло уже три месяца... Хватает ли отцу еды?»
На днях, отправившись в лес за травами, она встретила похитителей, которых звали Деревенщина Один, Два и Три. Совершенно грандиозная, крайне раздражающая брачная активность, сокращённо «охота на невест», а по сути — набор женщин во дворцовый гарем. Ну, платят-то вроде неплохо, и если поработать года два, можно вернуться в город, к обычной жизни. В общем-то, место работы не самое худшее... но это, конечно, если идешь туда по собственной воле.
Однако для Маомао, которая прекрасно жила, зарабатывая на жизнь ремеслом аптекаря, вся эта история была крайне раздражающей.
То, что эти горе-похитители ловили молодых девушек на выданье и продавали евнухам, чтобы заработать деньжат на выпивку или взамен собственных дочерей, Маомао совершенно не касалось. Однако она все же была втянута в эту историю против своей воли. Если бы не это, девушка не хотела бы иметь ничего общего с делами дворцового гарема.
В воздухе разливались удушающие ароматы грима и благовоний, а на губах, облаченных в красивые одеяния придворных дам, застыла фальшивая улыбка. Занимаясь аптекарским делом, Маомао пришла к выводу: нет яда страшнее, чем женская улыбка. И разницы нет — будь то дворцовые покои, где проживают знатные вельможи, или же кварталы развлечений у подножия замка.
Подхватив корзину с бельем, стоявшую у ног, Маомао отправилась в глубь здания. В отличие от парадной части дворца, на унылом внутреннем дворе располагался выложенный камнем колодец, где мужчины или женщины — невозможно было с точностью сказать — стирали горы белья.
Вход на женскую часть мужчинам был запрещен. Войти туда могли лишь самые знатные особы страны, либо их кровные родственники... ну и те, кто был лишен самого ценного, то есть евнухи. Разумеется, здесь присутствовали последние.
Маомао считала это странным, однако не лишенным логики. Она поставила корзину и посмотрела на другие, выстроенные в ряд в соседнем здании. Это было не грязное белье, а уже выстиранное и высушенное на солнце чистое. Она посмотрела на повешенную на ручку корзины деревянную бирку. На ней было изображено растение и написаны цифры.
Среди придворных дам встречались и неграмотные — ведь некоторые из них были похищены, словно жертвы работорговцев. Перед тем как привести их во дворец, их, разумеется, обучали основам этикета, но с грамотой все обстояло куда сложнее. Если хотя бы каждая вторая деревенская девушка умела читать, это уже считалось достойным результатом.
Можно назвать это нежелательным последствием чересчур разросшегося гарема — женщин было много, однако качество желало оставлять лучшего. Он не мог сравниться с «цветущим садом» покойного императора и насчитывал две тысячи наложниц и придворных дам, а вместе с евнухами число подбиралось к трем тысячам.
Маомао занимала среди них самое низкое положение простой служанки, у нее не было даже должности. Для девушки, похищенной лишь для численности, это было вполне закономерным. Впрочем, если бы у нее было пышное, словно бутоны пиона, тело и белая, подобно луне, кожа, возможно, был бы шанс получить место хотя бы низшей наложницы. Но Маомао могла лишь похвастаться загорелой кожей, усыпанной веснушками, и худыми, словно сухие ветки, руками да ногами.
«Ох, поскорее бы покончить с работой!»
Когда девушка нашла корзину с деревянной биркой, на которой был нарисован цветок сливы и начертана цифра «17», она ускорила шаг. Ей хотелось вернуться в комнату до того, как тяжело набрякшее дождевыми тучами небо пролилось слезами на землю.
Владелицей чистого белья в корзине была низшая наложница. Выделенные ей покои, по сравнению с другими наложницами низшего ранга, были обставлены роскошнее, но чересчур вычурно. Хозяйка этих покоев, вероятно, была либо дочерью богатого купца, либо кем-то подобным. Если у женщины был титул, она могла иметь служанку, но наложницы низшего ранга могли иметь не больше двух. Поэтому такие служанки, как Маомао, у которых не было определенного хозяина, и таскали чистое белье или занимались другой работой.
Наложницам низшего ранга позволялось иметь отдельные покои на женской половине дворца, однако они располагались на самом краю, и попасться на глаза императору было делом крайне редким. Тем не менее, если наложница хотя бы раз удостаивалась ночи с императором, то ее немедленно переселяли в более подходящие покои. Вторая же ночь означала повышение ранга. В то же время, если наложница не смогла привлечь внимание императора и достигла брачного возраста, без содействия влиятельной семьи ее понижали в ранге, а в худшем случае дарили какому-нибудь сановнику.
Счастье это или нет, зависит от того, кому будет отдана наложница, но в большинстве случаев больше всего они страшились быть дарованными евнухам.
Маомао тихо постучала в дверь.
— Оставь там, — грубо бросила открывшая дверь служанка, закрепленная за этими покоями.
А внутри, распространяя приторно-сладкий запах, покачивала чашей вина наложница. Перед тем как попасть в гарем, ее, должно быть, восхваляли за красоту, однако в конце концов она оказалась всего лишь лягушкой в колодце, не видевшей дальше собственного носа. Роскошные цветы гарема подавили и разрушили ее гордость — теперь она даже не пыталась выходить из собственных покоев.
— Будете оставаться в своей комнате — никто за вами не придет!
Маомао взяла корзину с грязным бельем из соседней комнаты и вновь поспешила к месту стирки.
Осталось еще много работы. И хотя она попала сюда не по своей воле, девушка все же получала жалованье, которое намеревалась честно отрабатывать. Такова уж серьезная и основательная бывшая аптекарша Маомао. Если она будет спокойно работать, то вскоре сможет покинуть это место. Уж ее-то точно никогда не повысят до наложницы!
Но, к сожалению, Маомао оказалась слишком наивной. Никогда не знаешь, что может случиться — такова жизнь.
Через несколько дней Маомао предстояло раскрыть жуткую тайну смертей младенцев, рожденных в гареме. То, что считалось проклятием бывшей наложницы императора, не было для нее чем-то загадочным.
*шаокао — китайское «барбекю», жаренные на углях шашлычки.
