Три дня до любви

***

В номере Ольги царил хаос, впрочем как и в её голове. Вещи были разбросаны повсюду — на кровати, на кресле, на стуле, а то, что не долетело до мебели, лежало на полу. Чемодан уже был пуст. Главный вопрос, который сейчас волновал женщину: что мне надеть, чтобы было и тепло, и красиво? А почему должно быть красиво? Про «красиво» никто не говорил. Вадим Юрьевич чётко сказал: «одевайтесь теплее». Ну не пойду же я в джинсах на термоколготки? Или пойду?.. Кошмар! Столько вещей взяла, а ничего одновременно тёплого, удобного и красивого нет. Деловая поездка — деловые наряды. Но они совсем непрактичны и для вечерней прогулки точно не подойдут. Ну откуда я могла знать?.. Из удобного и тёплого только вязаный свитер с оленёнком… Но он чисто для номера. В таком не выйдешь в люди. А с другой стороны, кто там видит, что у меня под курткой? Путём долгих размышлений и внутренних споров, образ был собран. Не то, чтобы она была в восторге от него… Но белый пуховик скрыл под собой всё. Только ниже колен виднелся тёмный джинс и тёплые угги. Ну не буду же я раздеваться? Это просто прогулка. Не забыла и про очки, так благородно предоставленные Казанцевым. Ольга последний раз покрутилась перед зеркалом, улыбнулась своему же отражению и покинула номер.

***

Казанцев уже стоял у входа. Специально спустился на 10 минут раньше, чтобы Ольга его не ждала. — Вадим Юрьевич… — из раздвижной двери вышла Ольга и негромко окликнула коллегу. Он резко повернулся и увидел совершенно чудесную картину. Второй раз за день эта женщина удивляет его своим видом. Казанцеву было непривычно видеть её в облике обычной женщины. Всегда в деловых костюмах и строгом чёрном пальто… а сейчас в мягком пуховике на вид, как воздушный зефир. Так бы и потискал её сладкую. — Ну мы идём? — Москвина заметила, что Вадим завис на ней, и решила вывести его из транса. — Одну минуту. Вы кое-что забыли, — Вадим подумал о недостающей детали в образе женщины. — Что? — Ольга развела руки в стороны, осмотрела себя, насколько это было возможно, но так и не поняла, о каком недостающем элементе говорил Казанцев. Он снял со своей шеи шарф в синюю и бордовую клеточку, и кинул на Ольгу оценивающий взгляд — «стоит или нет?» Стоит. Мужчина подступил на шаг ближе — этого хватило, чтобы сократить расстояние между ними до минимума. Вадим расправил шарф и, заведя свои руки женщине за голову, накинул его на тоненькую шею. На мгновение их взгляды встретились. Вадим ощутил это несмотря на тёмные линзы, за которыми Ольга пыталась скрыть своё удивление. После этого мужчина накинул один оборот шарфа вокруг тоненькой шеи и взялся поправлять его, чтобы всё выглядело красиво. — Думаю, так вам будет теплее, — отстранился, медленно проводя руками вниз по гладкому пуховику. Руки его были за одно мгновение до её пальцев. Ещё сантиметр — и он бы их коснулся… Но Ольга резко взялась поправлять шарф, так и не позволив этому соприкосновению случиться. Предчувствовала, но испугалась.

***

— А нам вообще долго идти? — поинтересовалась женщина. — Минут двадцать. Сейчас дойдём до подъёмника, на нём переместимся на ту сторону, — показал рукой на виднеющуюся возвышенность. — А там уже и та самая смотровая площадка с чудесным видом. Ольга остановилась и с ужасом посмотрела на Вадима. — Я не пойду, — твёрдость её голоса пронеслась холодом по телу мужчины. — Как? — с непониманием посмотрел на коллегу. — Почему вы так резко передумали? Всё же было хорошо. — Вы не предупреждали, что придётся на подъёмнике ехать над ущельем, — голос её дрогнул, в глазах испуганным зверьком метался страх. — Так вот в чём дело… Вы просто боитесь высоты? — Казанцеву казалось, что он всё понял. — Нет, я не просто боюсь, у меня панический страх высоты! Поэтому давайте вы пойдёте без меня, а я как-то с балкончика понаблюдаю. Для меня выйти на балкон четвёртого этажа это уже ого-го какой экстрим, поверьте, — пыталась скрыть за самоиронией свою слабость. — О, нет. Без вас я не пойду. И вам не позволю упустить такой шанс воззреть прекраснейшие сочинские закаты. — Я неясно выразилась? Тогда перефразирую. Если вы не хотите наблюдать мою паническую атаку вместо, как вы сказали, «прекраснейших закатов», лучше не настаивайте. — Ольга Сергеевна, помните, что я вам говорил в самолёте? Будем бороться со страхами. Страх полётов мы с вами успешно прошли, значит, и страх высоты тоже преодолеем. Доверьтесь мне. Ну пожалуйста, — убеждения были преподнесены мягко, без натиска. — Я не уверена, что мне удастся… Слишком много подвигов за один день. Боюсь, мне духу не хватит совершить ещё один… — сомнения не спешили покидать женщину. — А я вас за руку буду держать. Хотите? В самолёте это сработало — и здесь поможет, — Казанцев почему-то был уверен, что этот аргумент её «дожмёт». Не ошибся. — Ох, во что вы меня втягиваете… — Ольга вздохнула, мотнула головой, но сдвинулась с места и продолжила путь. Мужчина вызывал у неё доверие, поэтому опираться было невозможно и бессмысленно. Ей и правда казалось, что она сможет справиться со всем рядом с ним.

***

Чем ближе они подходили к подъёмнику, тем сильнее нарастала тревога внутри Ольги. Она специально замедлила шаг, лишь бы оттянуть момент, когда нужно будет взглянуть в глаза своему страху. Смена темпа не осталась незамеченной Казанцевым. Боится. Но не сбегает. Она даже не знает, сколько в ней сейчас силы и смелости. Вадим приблизился к Ольге и молча протянул ей руку. Женщина метнула встревоженный взгляд сначала на его ладонь, затем — прямо в глаза. Что-то её настораживало, но она упрямо не хотела замечать очевидное у себя под носом. Ещё не готова. Москвина хотела невозмутимо уложить свою ладонь в его, но из-за бушующего внутри страха, вцепилась в руку мужчины, будто тонула, а он — спасательный круг, без которого ей не выплыть. Небольшие вагончики гондольного подъёмника сменялись один за другим. — Как вообще успеть туда запрыгнуть? — Ольга искренне не понимала. — Всё гораздо проще, чем вы думаете, — Вадима посетила безумная мысль. — Вы мне доверяете? — Д-да… А что? Вадим подхватил Москвину на руки. Женщина вскрикнула от неожиданности и даже не успела уловить момент, как они оказались в кабинке. — Вот и всё, а вы боялись, — Вадим осторожно положил Ольгу на пол, не забирая рук с её талии, пока не удостоверился в том, что женщина устойчиво держится на ногах. — Вы какой-то… — успокаивая дыхание, пыталась как можно яснее выразить свою мысль. — Какой же? — загадочно улыбнувшись, подтолкнул её продолжить. — Безумный! — отвела взгляд и хихикнула. Вдруг вагончик пошатнулся, и Москвина начала терять равновесие. Казанцев ловко поймал её под руки и потянул на себя. Ольга на мгновение посмотрела в прозрачное стекло кабинки — этого хватило, чтобы понять, на какой высоте они сейчас находятся и что под ними огромное ущелье. Паника тёмной пеленой начала окутывать её самообладание. Женщина задрожала в руках Вадима, земля начала ускользать из-под ног, перед глазами всё поплыло. Москвина изо всех сил сжала руками плечи Вадима, за которые успела ухватиться, когда он её поймал. — Мне так страшно… — громкий дрожащий вдох прошелся прямо по груди мужчины. — Мне кажется, мы сейчас туда упадём, — не в силах это выдержать, Ольга зажмурила глаза. Вадим ощущал её дрожь, её прерывистое дыхание и то, как крепко она держалась за него. — Не бойтесь. Я не позволю вам упасть. Я вас не отпущу, — прошептал ей над ухом и только сильнее прижал к себе. — Не отпускай…те, — еле различимо произнесла женщина. Они, сами того не понимая, со стремительной скоростью летели в бездну, имя которой — любовь. Только бы не разбиться…