Три дня до любви

***

Утром солнце решило не будить Ольгу и Вадима, будто давая им возможность подольше побыть вместе, укутавшись в тёплое одеяло любви. Женщина медленно открыла глаза, ощущая рядом дыхание Вадима. Его рука расположилась у неё на талии. Как же сладко спалось в его объятиях. Ольга взяла с прикроватной тумбочки свой телефон и удивилась, когда увидела время – половина одиннадцатого. Вадим проснулся от движений Ольги. – Доброе утро, – прошептал он хриплым от сна голосом. – А уже не утро. Половина одиннадцатого! – Ольга попыталась встать, но Вадим её остановил. – Ну куда ты вскакиваешь? Полежи ещё со мной. Ольга опустила голову обратно на подушку, озаряя комнату своей улыбкой. Но Казанцеву этого было недостаточно. – Ну вы совсем как неродная, – не дожидаясь реакции, притянул Ольгу к себе и прижал к груди, целуя в макушку. Женщина от удовольствия прикрыла глаза и задержала дыхание. Поцелуи в макушку трогали её по-особенному, ведь они напоминали ей детство, когда родители с теплом целовали её и дарили свою заботу, ощущение безопасности. Теперь эти же чувства дарил ей Вадим, и она понимала, что с ним можно не бояться и просто быть собой – сонной, растрёпанной, проспавшей всё на свете. – Что тебе сегодня снилось? – Поинтересовался Казанцев. Ольга, прижимаясь к нему крепче, вспоминала свой сон. – Мне снилось море, – протянула последнее слово. – Такое синее-синее, как на картинках. Я шла по берегу, и волны касались моих ног... Она прекрасна от кончиков ресниц и пальцев до самых глубин своего подсознания, где рождаются сны. – Мы же так и не дошли до моря за эти дни, – задумался Казанцев. – Давай сегодня это исправим. Раз завтрак мы уже проспали, может, пообедаем где-то на побережье? – Отличная идея. – Только предупреждаю сразу – ходить босиком я тебе не разрешу, вода ледяная. Поэтому полностью воплотить твой сон в реальность не получится. – Ой, вы такой неромантичный, Вадим Юрьевич, – с лёгкой иронией произнесла Москвина, вспомнив его вчерашнюю фразу («Ну что ж вы такая неромантичная, Ольга Сергеевна?»). – Зато я дальновидный. В противном случае у тебя есть шанс после такой прогулки очень романтично валяться с простудой. Ольга только вздохнула и улыбнулась своим мыслям. Сны воплощает. Заботится. Переживает. Он вообще реальный?

***

Через час они уже сидели в уютном ресторанчике на побережье, откуда сквозь панорамные окна открывался вид на море – сегодня оно было неспокойным. Волны разбивались о причал, рассыпаясь миллионами ледяных капель. Всё небо было затянуто тяжёлыми серыми тучами, дул сильный ветер. Стихия явно что-то предвещала… Но сейчас в тёплом помещении ресторана Ольга и Вадим чувствовали себя абсолютно комфортно, даже умиротворённо. Обычный обед вместе, непринуждённые разговоры, но её лучистая улыбка и его глубокий взгляд говорили об особенности этого момента для двоих. Их окутало невидимой пеленой простого негромкого счастья, в котором хотелось остаться навсегда. Идиллию разрезал резкий звук телефонного звонка. Вадим тут же ответил. – Алло. Да, слушаю, – мужчина сразу посерьёзнел, голос стал более официальным. – Завтра? – Вадим кинул обеспокоенный взгляд на Ольгу и провел рукой по бороде. – А сегодня никак не получится?.. Да, понимаю. Хорошо, до встречи. Женщина, наблюдавшая за разговором, сразу заметила, как Казанцев поменялся в лице, как напряглись его плечи. Вадим положил трубку и посмотрел на Ольгу таким взглядом, что она сразу почувствовала беспокойство. – Что-то случилось? – Спросила женщина, стараясь сохранить спокойный тон, хотя по его лицу уже читала ответ. – Хоккейной командой заинтересовался крупный спонсор. Предлагает встретиться, обсудить детали. – Ну так это же хорошо. Разве нет? Почему ты так напрягся? – Ольга накрыла своей ладонью его и немного наклонилась, всматриваясь в синие глаза напротив. – Встреча назначена на завтра. – Но у нас же самолёт сегодня вечером. – В том то и дело… Мне придётся задержаться на один день, – сделав небольшую паузу, он взял её руку в свою и крепко, но максимально нежно сжал. – Ольга, прости. Я не смогу улететь с тобой сегодня. Такая возможность… Москвина потухла на глазах. Лететь одной. Без него. Без его руки в моей. Без успокаивающего присутствия рядом. Внутри разгоралась паника – та самая, которая накрывала её в моменты страха. Но женщина попыталась скрыть это и то, как она сейчас расстроилась – не хотела, чтобы Вадим чувствовал себя виноватым. – Я всё понимаю. Для тебя это важно и… – но ей не дали договорить. – Это важно для хоккейной команды, для нашего университета. Да, для меня тоже, но не важнее тебя, неземная. Я хочу, чтобы ты это знала. – Я знаю, – полушепотом произнесла женщина – голос был сдавлен комом в горле. – Давай выйдем на причал, раз уж мы здесь.

***

Они медленно шли по деревянному настилу причала. Ольге хотелось подойти максимально близко к морю, но сильное волнение воды и рука Вадима на талии не позволили ей этого сделать. Москвина остановилась, вглядываясь в бесконечную морскую даль. Казанцев остановился немного сзади. Всё, как в тот вечер, когда они смотрели на закат в горах. Только вот настроение сейчас было совершенно иным… У Ольги внутри всё сжималось от предчувствия расставания и от отчаянной мысли, которая внезапно обрушилась на неё. А что потом? По возвращению домой? А что если… вся эта любовь останется здесь… Может, это просто красивая трёхдневная история. Слова, произнесённые внутренним голосом, прошлись мурашками по всему телу. Женщина обхватила себя руками за плечи, будто пытаясь согреться. Вадим заметил в этом жесте неладное и сразу обнял её со спины, замыкая в кольцо своей любви. Ольга обхватила руку Вадима, прижимая её к себе ещё больше, и, уложив голову в изгиб – туда, где плечо мягко переходит в предплечье – закрыла глаза и пыталась впитать в себя побольше этого покоя и защиты. – Я так тебя люблю, – тихо произнёс Вадим, будто ощущая все её переживания и жизненную необходимость убедиться в том, что их чувства истинные и не растворятся в привычной суете повседневности, куда женщине придётся вернуться уже сегодня вечером, а ему – завтра. «Я люблю тебя» – слова звенели в её голове, так и норовя наконец-то вырваться наружу. Но страх всё ещё сдавливал её горло ледяными пальцами. Она сомневалась не в Вадиме, а в себе, терялась в недоверии к миру, обстоятельства которого могли в любой момент всё разрушить. – Я... – начала Ольга, и её сердце забилось так сильно, что, казалось, его слышно громче, чем шум моря. – Что, моя драгоценная? – Вадим еле заметно покачивал её в объятиях со стороны в сторону, будто успокаивал. – Я просто... – она зажмурила глаза, не выдерживая внутреннего напряжения, – мне пора собираться. Самолёт вечером. Признание, которого так долго ждал Вадим, к которому так долго шла она, спряталось обратно в глубину её души. Ольге хотелось расплакаться от собственной неспособности произнести эти нужные, как вода в пустыне, три слова.

***

Они вернулись в отель, каждый был погружён в свои мысли. Ольга медленно собирала вещи, словно оттягивая неизбежное. Каждая вещь, которую она укладывала в чемодан, казалась связующей нитью с этими прекрасными днями. Вот её свитер с оленёнком, вот чёрное платье... Вадим сидел на диване и молча наблюдал. Совсем не хотелось с ней расставаться даже на один день. – Не улетай сегодня, – нарушил тишину Казанцев. Руки Ольги зависли над чемоданом, глаза округлились под линзами очков. Она медленно перевела взгляд на Вадима. – Останься. А завтра вместе полетим, – продолжил Вадим. Больше всего она сейчас хотела бросить этот чемодан и задержаться тут с ним ещё хотя бы на сутки. – Вадим… Ты же знаешь, завтра заседание ректората. Я обязана там быть. Тем более одного из проректоров не будет, – ей было искренне жаль, что всё так складывается. – Я всё понимаю. Работа превыше всего, – тяжело вздохнул Казанцев. Ольга не могла себе позволить пропустить важное совещание. Вадим не мог упустить потенциального спонсора. Два законченные трудоголика. И даже в этом было видно их схожесть – они просто созданы друг для друга. Москвина не могла спокойно смотреть на оттенки грусти, которые появились в глазах мужчины. – Я буду ждать тебя дома, – вырвалось у неё, и только потом она поняла, как неоднозначно прозвучали её слова. Она имела в виду, что будет ждать в их городе… Но Вадим явно услышал в этом другое и сразу оживился. – А где теперь дом? У тебя или у меня? – спросил он с надеждой. Вопрос застал Ольгу врасплох и повис в воздухе. Она не была к нему готова. Внутри всё перевернулось. Ответить сейчас – чистый авантюризм. Вот так сделать выбор между любовью, страхом и неуверенностью, буквально решить их судьбу – это слишком ответственно и в моменте для неё просто невозможно. – Мне... – голос предательски дрогнул, – мне пора в аэропорт, – пробормотала она, не поднимая глаз, и закрыла свой чемодан. Она вновь увильнула, сбежала от самого важного, от того, что они оба мечтали услышать. Только Вадим был полностью предан этой мечте и делал всё для её осуществления, а Ольга… боялась её масштабности и того, как она может круто перевернуть всю её отлаженную за годы одиночества жизнь. – Я тебя отвезу, – спокойно произнёс Казанцев и перехватил у неё ручку чемодана.

***

В машине витала недосказанность. Ольга всю дорогу смотрела в окно на проносящиеся автомобили. Вадим включил радио, чтобы хоть немного разрядить обстановку. Музыка звучала тихо, но и достаточно громко, чтобы расслышать текст.

«Останови меня Если мы вместе Если в душе твоей хватит мне места Останови меня Дай мне свою руку Я же любовь твоя, а не разлука»

В груди всё сжалось, сердце забилось чаще. «Останови меня», – кричала душа Ольги, но губы молчали.

***

Они остановились у входа в аэропорт, и время словно застыло. – Ну что, удачного полёта, – с натянутой улыбкой произнёс Казанцев. Её глаза… в них отражались все спутанные клубки мыслей, чувств и переживаний. Мужчина не выдержал этого взгляда, приблизился вплотную и так крепко обнял Ольгу, будто прощался навсегда, а не на один день. Она уткнулась лицом ему в плечо, вдыхая его запах, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. – Ну что ты дрожишь, моя нежная. Ничего не бойся. Всё будет хорошо, – произнёс Вадим, поглаживая волосы женщины. – Я даже представить не могу, что творится у тебя внутри. Но в одном ты можешь быть уверена точно – я тебя люблю. Слышишь? Москвина покивала головой. – Спасибо, – прошептала она в его плечо свой обычный ответ на признание в любви. Это «спасибо» прозвучало как никогда неправильно. Не это она должна была сейчас сказать, но то, что должна была, решилась передать через поцелуй – долгий и нежный, полон всего, что она не могла произнести вслух. Ольга взяла чемодан и пошла ко входу в аэропорт, не оборачиваясь. Знала, если обернётся – точно не сможет улететь. Каждый шаг давался тяжело, будто она шла против сильно потока ветра, но на самом деле – против себя самой.

***

Регистрация на рейс прошла как в тумане. Ольга сидела в зале ожидания прямо у окна и смотрела на взлётную полосу, но перед собой видела только Вадима. Сердце сжималось и ныло. Внутри разгорался огонь, который охватил лёгкие и обжигал горло. Стало невыносимо дышать без него. Тело сигнализировало и кричало в знак протеста её действиям. Через полчаса объявят посадку. Через час она будет лететь в самолёте. Она не хотела улетать. Не в общем, а именно без него, от него... И эта мысль была невыносимой. Она достала телефон, хотела написать сообщение, но пальцы дрожали, а слова не складывались. «Спасибо за эти дни»? «Увидимся в университете»? Всё звучало так формально, так неправильно, так не отражало того, что на самом деле творилось у неё в душе. Объявили посадку на рейс.

***

– Ваш паспорт и посадочный талон, пожалуйста, – сказала сотрудница аэропорта. Ольга застыла, крепко сжав паспорт в руке. Внутри что-то щёлкнуло. Она представила, как Вадим сейчас едет обратно в отель. Один. Представила свою пустую квартиру. Вся прежняя жизнь одним моментом пронеслась у неё в сознании. Москвина поняла, что она больше не хочет той жизни. Не хочет без него. – Женщина, вы полетите? – Переспросила сотрудница, видя, что Ольга медлит. – Я? – Москвина посмотрела на неё, словно видела впервые и не понимала, где находится. Вдруг всё стало кристально ясно. – К чёрту всё, – шёпотом, но резко произнесла Ольга, и в этих словах была вся её решимость и сила. Она развернулась и быстрым шагом последовала через весь зал, направляясь к выходу. В груди горел огонь любви, который готов был вырваться наружу и испепелить все преграды на пути. Выйдя из аэропорта, женщина остановилась, тяжело дыша. Она огляделась по сторонам в надежде найти его глазами на парковке. Какова вероятность, что он за столько времени не уехал? Взгляд Москвиной зацепился за знакомый силуэт, и дыхание перехватило. Вадим стоял, прислонившись спиной к машине и смотрел в небо. Не смог уехать сразу. Он ждал, когда взлетит её самолет. – Вадим! – закричала Ольга изо всех сил, срывая голос. Мужчина резко повернул голову ко входу в аэропорт и увидел её, не веря своим глазам. Он быстрым шагом поспешил к ней. Ольга же кинулась бежать к нему навстречу. Сапоги на каблуках предательски скользили по асфальту, пальто развевалось на ветру, волосы растрепались. Увидя, как отчаянно она спешит к нему, Казанцев тоже перешёл на бег. Они с разбегу влетели друг другу в объятия. – Оля, что ты делаешь? Ты что-то забыла? Самолёт... – он задыхался от бега и от волнения. – Я забыла. Я столько всего забыла, Вадим! – Ольга говорила сквозь напрочь сбитое дыхание, но как никогда уверенно. – Я забыла в любви тебе признаться, – выдохнула она, глядя Вадиму в глаза, наконец-то освобождая эти слова из плена своих страхов и неуверенности. – Что ты сейчас сказала? – Вадим округлил глаза, боясь, что ослышался, и сжал женщину за плечи. – Повтори. Пожалуйста, повтори, – попросил он. – Люблю, – сказала Ольга чётко и без капли сомнения. – Я люблю тебя. – Ещё раз, – в его голосе была жадность к этим словам. – Люблю, – повторила она, смеясь сквозь слёзы счастья. – Люблю, люблю, люблю... Ольга говорила всё быстрее и тише, почти шёпотом, но каждое слово долетало до сердца Вадима, и он чувствовал, как внутри всё переполняется абсолютным счастьем. Но это было ещё не всё... – Ты спрашивал, где сейчас дом, – произнесла Ольга и слегка наклонила голову, вглядываясь в его глаза. – Дом там, где ты, Вадим. Я больше не могу без тебя. И не хочу. Теперь дар речи потерял Казанцев. А ему ничего и не надо было говорить, ведь Ольга уже сказала всё – за себя и за него. Мужчина наклонился к ней, нежно взял её лицо в руки и начал хаотично целовать её щёки, солёные от слёз, волосы, губы. Он будто пытался убедиться, что она реальна, что она здесь, рядом с ним и никуда сейчас не улетит. Ольга просто улыбалась такому порыву чувств. Она наслаждалась моментом, пытаясь максимально детально зафиксировать в памяти каждый его фрагмент. – Вадим, – ласково обратилась она к нему, заставляя оторваться от её лица. – Да, моя неземная, – Вадим отстранился и внимательно ждал, что она скажет. – Не отпускай меня больше никогда. Даже на один день. – Даже если ты будешь сильно против? – Казанцев улыбнулся. – Особенно тогда, когда я буду против, – засмеялась Ольга и прижалась к нему. Они стояли, обнявшись, посреди парковки. Мимо них проходили люди с чемоданами и билетами. Но для Ольги и Вадима сейчас существовали только они двое, их любовь и решение быть вместе. Всегда.

***

«Я люблю тебя, и если человеку нужен человек,

Мне тебя хватит на тысячу лет»