Это обещание.

Начнем по порядку, все началось давно, игроки едва знали друг друга, собираясь в общем зале, где наша героиня, назовём её "Эй Сом Ни", сокращенно "Ни" что в переводе "неизвестная", "неизведанная", "неясная", под номером 96 впервые увидела его. Легендарный репер-Танос, яркие, цепляющие взгляд фиолетовые волосы, растрёпанные словно после длительной взбучки или крепкого-крепкого как его телосложение сна. Яркие цветастые ногти, как будто отсылающие к камням бесконечности ногти, броские и непонятные, но лаконичные тату, простирающиеся по его блеклой коже и пожирающие, топящие в своей глубине мёртво-голубые глаза. Что-то в этих глазах пугало и привлекало, было в них что-то такое, родное? Наша героиня согласилась на игру по простым причинам, девушка давно не ощущала вкуса жизни, её жажда к этому миру иссякла, серые однотипные будни, одиночество и порицание добили домоседку. Немного о ней? Ничем не примечательная девушка на вид лет 22-26, больше и не дашь. Круги под глазами и нервный тик давали ясность в её виде, что та порядком устала, плохой аппетит, плохой сон, отсутствие солнечного света, которое привело к тощему телосложению и бледной, практически фарфоровой коже. Тёмные, почти всегда полузакрытые глаза непонятного оттенка, на солнце ярко блестящие голубоватым, в тени темно-зелые? Или карие? А может вовсе черные? Небольшие количество пирсинга, средней длины стрижка небрежно убранная в хвост на затылке. На первой же игре репер проявил себя, его действие сгубившее группу людей не было незамеченным девушкой, что несомненно вселяло страх в ту, решив все за неё "его стоит избегать." решительно поселилось в девичьей голове. Так бы все и сложилось и не пересеклись бы они, если бы не ночная перестрелка с охранниками. Я уже упоминал, что наша героиня потеряла вкус к жизни? Желания бороться не было, сдаться ведь куда проще. Думается мне, что здесь хрупкая жизнь Сом Ни и закончилась бы, если бы чья-то крепкая рука не схватила её, выдергивая из своих последних мыслей и града пуль. —Не ранили? - Раздался знакомый голос из-за спины, в углу комнаты, укрытый тьмой и барикадой кроватей. Обернувшись девушка наконец пришла в себя, понимая, кто так бесцеремонно выдернул её с того света, репер, все еще державший ту за ворот куртки дерзко улыбался и потирал щеку, перемазанную чьей-то кровью. Её хрупкие руки крепко сжимали, чуть ли не вдавливая в грудную клетку какое-то оружие а глаза забегали по комнате. —Нет.. - Заикаясь всё же ответила собеседница, переводя сбившееся от пережитого стресса дыхание. —Почему не сдалась? - С толикой иронии поинтересовался ярковолосый, окидывая игрока 96-ую серьезным взглядом. Наконец выдохнув полной грудью она устремила казащийся в этой темноте черный как смоль взгляд на лицо собеседника и тяжело, почти шёпотом ответила: —Я..- Притихла та, но вскоре продолжила. - Я собиралась, ты меня вовремя выдернул, полагаю? - С легким недоумением и неуверенностью раздался женский голос, прорезая крики игроков и звуки выстрелов. —Ну, я бы не не сказал, что я тебя спас, скорее помог выбраться оттуда. - Самодовольно озвучил парень, устремляя взгляд глаз в потолок и тихо смакуя: —Надо будет потом всех этих уродов к стенке пришить и расстрелять. - На удивление жёстко и с неким удовольствием процедил тот, словно довольствуясь своей мыслью. Девушка в свою очередь чуть сжалась от столь решительных и грубых слов, прежде чем размякнуть и едва успев опереться о стенку у кровати обнякше скатиться на пол дрожа. Танос устроился рядом с ней и одарив её горделивым взглядом кратко усмехнулся: —Ты хорошо держалась. - Донесся комплемент низким и чуть хриплым басом у уха новой знакомой. —Похоже это конец для многих. - Констатировал факт мужском голос с некоторым удовольствием, словно это была какая-то очень смешная шутка. —Как ты можешь быть таким веселым, когда вокруг люди мрут как мухи? - В недоумении и легком гневе поинтересовалась 96-ая. Сжатый, тихий смешок, явно старательно сдерживаемый его владельцем вырвался из бледных губ 230-го, что еще сильнее раздасадовало его новую "подружку". —А истерика и слезы помогут нам не сдохнуть? - Довольно грубо, но по факту отшутился тот на недовольство собеседницы и перевел свой мутный взгляд на её грустное личико, явно старательно сдерживающее кипу негативных эмоций. —Нет, но это как-то слишком жестоко, смеяться над смертями людей. Тебе из совсем не жаль? - Сжалась та у стены, подгребая ноги к сдавленной тяжелым грузом груди. Он лишь плавно качнул головой. —Нет, смех, всё что держит на плаву. Те, кто не хотел жить-уже сдохли. - Жестко и четко подытожил мужчина. Сом Ни не могла отрицать этого, было что-то правдивое и разумное в жестоких словах этого чёртового психа, но в то же время они вызывали ужас и сожаление в сердце девушки, сдавливая его и обдавая кипятком. —Почему ты здесь? - Решила сменить тему 96-ая. Тот же пробурчал что-то невразумительное и слабо похожее на правду про мать, деньги, болезнь и дом, но увидев недоверие на лице собеседнице признался: —Хм, ради денег полагаю.. И конечно от скуки. - С ухмылкой ответил исполнитель и диалог вновь оборвался. Воцарилась давящая тишина, распластавшаяся тяжелым пластом над ними и лишь продолжающиеся крики боли и горечи содрагали эту тишь, разгоняя полное молчание комнаты. Су Бонг медленно приподнялся с полу, устремляя взгляд на дрожащую, словно сейчас вылетит дверь, полную пулевых отверстий и вмятин. —Хрена моего там сейчас уде наверное замочили. - Его слова эзом отдались в ушах девушки, заставляя её сжаться пуще прежнего, вжимаясь в стену спиной, словно в надежде слиться с ней, провалиться сквозь текстуры, попросту исчезнуть из этого ада. —Хрена? Того наркомана Нам Гю? - Поинтересовалась сквозь страх девушка, как можно так говорить о друге? Пусть и таком. В ответ на обеспокоенный вид интересующейся Сеньориты тот лишь тихо рассмеялся, после переведя взгляд ниже её лица. Среди нечетких линий его лика она смутно разобрала немой вопрос, устремленный, предположительно, к оружию в её руках. Сом ни сама смутно помнила, откуда он, воспоминания быстро метались в голове смазываясь в одно мутное пятно. Она, крики, охрана, труп у её дрожащих ног и вот она уже сидит рядом с этой "звездой репа" в обнимку с окраваленным стволом. Так его вопрос и остался висеть в воздухе, не удостоившись ответа. —Убила кого-то уже? - раздался как гром средь ясного неба голос 230-го, заставляя сердце девушки пропустить удар, сжимая орудие в трясущихся руках. —Нет, я бы вряд ли осмелилась убить кого-то .. - Откровенно ответила та, словно признаваясь в своем грехе и трусости. Она опустила голову на дрожащие колени, перемазанные черт пойми чьей кровью. Брови Таноса медленно сдвинулись к переносице, выдавая его напряжение. Лицо приобрело хмурый вид. —В бою надо забить на жалость к врагу..если враг увидит твою жалость то не колеблясь прикончит тебя.. Девушка тяжко вздохнула, он прав, но как она могла? Она себя жизни лишить не смогла, а тут кого-то другого? Смешно, до боли смешно. И вновь эта атмосфера, эта оглушающая тишина. Как же она бесила репера, до дрожи, до боли в скулах, до отчаянной ломки. Тихий звук открывающегося футляра вывел собеседницу из её мрачных мыслей, но заметить что произошло она не успела, крепкая мужская рука протянула ей яркую таблеточку. —Обещаю, тебе понравится, senorita. - Заявил тот, ожидая, рискнет ли та принять его предложение. И она приняла, длинные худые пальцы взяли таблетку и недолго задержавшись у рта, погрузили её на влажный подрагивающий язык. Эта картина несомненно вызвала улыбку у наркомана и он поспешил последовать примеру новой знакомой, вновь устраиваясь рядом. Танос первый прервал из блаженное молчание, пока немного покалывающий язык холодок с кисловатым привкусом растекался по ротовой полости, понемногу даря приход: —Не ожидал. Впервые пробуешь? В ответ поступил отрицательный кивок, вызвавший легкое удивление в глазах яркоголового, что заставило ту пояснить. —"Всё что не убивает, просто не интересно" - Процитировала она до боли в сердце знакомые парню строчки песни, толи намекая, что знакома с его творчеством и историей, толи отсылая на свою собственную трагичную жизнь. Некоторое время их погрузило в блаженное успокоение, легкая дрожь протекала по телу, словно им пустили экстаз по венам и лишь изредка в воздухе летали какие-то отвлеченные фразы, отдаленно напоминающие адекватный и непринужденный диалог. —Слушай, давай заключим уговор? - Неожиданно окликнул робкий звонкий голосок. Голубоглазый приподнялся, стараясь посмотреть ей в глаза и приподнимая бровь в немом вопросе: "какой?". —Ты обеспечиваешь мне выживаемость в этом аду, а я развею твою скуку и отдам свою часть выигрыша. - Озвучила свою идею Сом Ни полностью, чем вызвала интерес 230-го. —Great, твои шансы выросли до 75%. - Кратко подытожил игрок рядом и тихо посмеялся, подтверждая своё согласие. Вскоре перестрелка закончилась, игроки разошлись кто куда, только вот нашей героине никак не спалось, ходить по "казармам" желания так же не было, опасно и страшно. Танос сидел и смотрел в пустоту, иногда поглядывая на дверь своей комнаты, думая, что если кто-то решиться вторгнутся то получит "пулю под сердце".. Дверь тихо скрипнула, тем более, что она не была заперта, словно репер ждал, ждал кого-то. Из щели в дверном проёме, в потемках выглядывала 96-ая, сжимая на себе куртку и худая, бледная фигура была отлично видна, несмотря на окутавшую помещение темноту. Она робко поглядывала в комнату, боясь войти или сказать что-то, лишь оглядываясь, спит ли 230-ый или нет. Он не спал, устроился поудобнее, головой к дверному проему и прикрывая глаза от боеклого, бьющего в щель двери света глядел на её силуэт. —Не помешала? - Всё же рискнула поинтересоваться та полутоном, делая шаг в комнату. Парень ловко перевернулся, приподнимаясь на своей койке на локтях и подзывая 96-ую рукой и тихо посмеивая. —No-no, присаживайся. - Приглашал он гостью к себе. Девушка неуверенно подошла к кровати репера и неуверенно примостилась рядом на край. —Нам Гю так и не вернулся? - Почти шёпотом словно боясь кого-то разбудить поинтересовалась она. Танос кротко посмеялся и отрицательно покачал головой. —Ох, мне жаль.. Тихо ответила та, когда взгляд упал на полуголый торс репера, в блеклом свете лампы его татуировки выглядели прекрасно, обычно закрытые одеждой сейчас предстали взгляду полностью. Где его куртка? На самой 96-ой, вся её одежда была в крови, так что наша звезда решила проявить толику заботы о новой подруге, но вот судьбу его футболки мы не можем знать точно, хотя можно с легкостью предположить, что её постигла участь коврика на полу, небрежно снятой и брошенной в угол помещения. Репер не любил спать одетым, одежда сковывала его движения, неприятно. Заметив пристальный взор его компании, бегающий и словно впивабшийся в рисунки по телу он тихо пробурчал, словно примурлыкивая, хотя, более жто походило на тонкий сладостный рык: —Впечатляет? Последовал робкий утвердительный кивок. —А этот крест? - Её рука медленно потянулась к кресту на оголенной груди Таноса. Он молча наблюдал, следя за её робкими медленными касаниями, перемещением бледных худых рук, легонько прикрыв свои голубые глаза. Крест с таблеточками располагался прямо на солнечном сплетении. Рука 96-ой, не услышав ответа и не встретив препятствий коснулась груди парня, после чего аккуратно, брязливо обхватила крест. Казалось черные глаза её стали пристально оглядывать интересующее украшение. 230-ый молча наблюдал, прикрывая глаза и будто ловя свой особый кайф от её интереса, не мешая, не двигаясь, позволяя делать все что ей захочется не вмешиваясь в процесс. Недолго вертя предмет в руках Ни нашла на нем заглушку и отварив её, открыла крест, с удивлением поднимая взгляд на репера. Раздался краткий смешок и его лицо озарила идиотская улыбка. –Внутри что видишь? —Экстази.. Кетамин.. - Тихо проговорила та, беря двумя пальчиками одну из таблеток и оглядывая её. Его голова медленно склонилась на бок, хищный взгляд поднялся сопровождая каждое движение её рук, следя ща маленькой яркой "конфеткой" в её пальцах. Понимание что она приняла тогда и ответы на мучавшие её вопросы "почему он так весел и жесток" сами собой всплыли в сознании девчушки. Некоторое время в комнате воцарила тишина, разбиваемая лишь звуками их дыхания. Легкая улыбка тронула уголки губ парня, когда та ненавязчиво поднесла таблетку к его губам и он покорно приоткрыл рот, обдавая её холодные пальцы жарким дыханием и зажимая её бледными узкими губами. —Можно? – Едва слышно донёсся сладкий голос, отдающийся эхом по пустой комнате. На толику секунды взгляд его стал серьезен, пытливо оглядывая лицо собеседницы, после чего Танос прикрыв глаза медленно кивнул и поддался вперед в ожидании её действия. 96-ая неторопливо притянулась к парню. Вероятно он ожидал, что она возьмет таблетку из креста или из его губ, но вместо этого его бывшая фанатка приподнялась на коленях и приблизившись к губам парня отломила половину таблетки, зажатой в его напряженных мягких губах. Прожевав "конфетку", расходящююся по рту легким кисловатыс привкусом и немного погодя она робко положила руку ему на плечо и придвинувшись еще ближе легонько протолкнула оставшуюся половину в рот Звезды репа-Таносу. Очень непривычное ощущения, в корни рознящееся с той атмосферой угара и чертового смеха с 124-ым, Нам гю, когда они вместе принимали. Друг просто нахально, повиливая хвостиком как покорный песик брал таблетку у него из креста, бывало даже не спрашивая. Парень аккуратно проглотил таблетку, чувствуя, как по языку разлилась сладкая прохлада. Вскоре она пойдёт дальше - дальше некуда. Он утянул руку девушки в свои волосы, легонько проходя пальцами по гриве коротких чёрных прядей. Сердце начало стучат быстрее и по всему телу разлилась странная лёгкость и небывалый комфорт. Сом Ни подсела ближе, облокачиваясь на стенку у изголовья его койки, голова парня медленно упала на бедра девушки, нежные прохладные руки гладили загривок 230-го, почесывая то у подбородка, то макушку, то за чуть покрасневшим ушком. Он молчал, прикрывая глаза и слушая тихие звуки, которые доносились от девушки.. Прикосновение холодных рук заставляли кожу покрываться россыпи мурашек, которые медленно переливаются, словно вода по спине. Танос лежал и вслушивался в звуки, не решаясь даже подать голос. Приход же не заставил себя долго ждать, легкая улыбка расползлась по лицу девушки и она начала тихонечко, словно это было лишь для них двоих, напевать один из треков репера, все так же поглаживая его яркие локоны, перебирая из чуть подрагивающими пальцами, задевая его горячую кожу. Странная, не свойственная атмосфера. Она привыкла быть одна, а он привык к запаху притонов, страсти, ярким приходам с глюками и криками. Сейчас же они были вместе, тихо и уединённо наслаждаясь друг другом. Мир вокруг сжимался до этой комнаты.. Лишь её приглушённый голос, напевающий его песни и отдающийся эхом от стен до самого сердца и легкие прикосновения, словно погрудая в самое безопасное и мирное место, самое любимое время, самые желанные моменты, медленно наполняющие блаженством. Су Бонга уже ничего не волновало, он легонько прикоснулся своей щекой к её бедру, нежно проводя по мягкой коже. Сом Ни робко положила прохладную руку на смуглую щеку Су бонга, нежно поглаживая его скулу большим пальцем, она смотрела на полок, погруженная в мысли о чем-то своем. В голове роились мерзкие воспоминания её прошлой жизни, жизни за этими стенами, где она Эй Сом Ни, а не 96-ая, эти мысли кружили и сталкивались, смешиваясь в непонятной пурге чувств с этой атмосферой и теплом лежащего рядом человека. Она впервые за время игр почувствовала спокойствие, тут, в этой пустой, пропахшей табаком и дорогим одеколоном комнате. Такие нежные прикосновения, убаюкивающий голос, тепло другого человека, приятный аромат. 96-ая первая прервала эту комфортную тишину, разнеся тихим эхом по комнате неожиданную фразу: —Ты скучаешь по жизни за этими стенами? По сцене? На этот вопрос он ответил не сразу.. Сжимая её бедро своей рукой, он молчал. Парень легонько повернул голову и взглянул в практически черные в этой темноте глаза девушки.. —Скучаю.. - Его губы растянулись в улыбке, которую никто, кроме неё, ещё не видел. Она медленно опустила взгляд зацепив им эту милую, такую по-детски искреннюю улыбку. —А.. Хотел..- Неуверенно продолжила она. - Хотел бы вернуться на сцену? Его руки продолжали нежно гладить её кожу, легонько скользя ладонями по бедру. —Хотел бы... Он молчал, легонько всматривался в её глаза, устремлённые лишь на него.. Су Бонг впервые говорил о том, чего он хотел на самом деле. —Расскажешь о том.. Какого быть звездой? Что это такое, сцена, фанаты? - Тихо, едва слышно интересовалась девушка, поглаживая парня по ярко-фиолетовым волосам. Ярковолосый легонько усмехнулся, словно возвращаясь в ту эпоху. Он прикрыл глаза и ответил, медленно, словно подбирая слова: —На сцене.. Ты, буквально god, понимаешь? Ты словно выше всех.. Ты можешь кричать в толпу своих поклонников, ты можешь отыгрывать все свои эмоции, и все ответят тебе тем же, they'll pick up your wave, этот порыв мысли.. Мои слова становятся music.. —Знаешь.. Я бы была рада снова услышать твои треки, твоё выступление, еще хоть раз.. Плавно растворялись слова в воздухе, в тишине комнаты, отбивая эхом в ушах репера. На губах вновь мелькнула та искренняя, ласковая и такая непривычная для этого дерзкого лица улыбка...Он легонько повернул голову в её сторону, чуть сильнее сжимая бедро девушки, что сейчас покоится в его ладони. —Может, я спою тебе чуть позже..? —Споёшь мне? Только для меня? - С легкой, нежной усмешкой отозвалась Ни на ласкающий слух спокойный голос репера. —Да, только для тебя. - Ласково отвечал он. Девушка склонилась над парнем, едва касаясь его тонкой кожи, поцеловав его в лоб. —Это обещание.. В ту ночь было сказано много слов, тихие голоса сменялись смехом и обратно, но главное так и не было сказано в слух. Игрок под номером 96 выбыла в финале. Непредвиденное и болезненное стечение обстоятельств для нашей пары. Победитель лишь один и Сом Ни выполнила свою часть уговора, отдав её Таносу, отдав деньги, будущее и саму себя. Сколько времени минуло с тех времен? Разноцветные стены, крики и веселая музыка остались тяжкой раной на душе вновь воцарившего на сцене репера и мутным черным пятном в его памяти. На месте, где когда-то закапали маленькое тельце, стоял простой деревянный крест из бившихся вокруг него кедров. Танос опустился на колени, положив на землю простые, как его покойная мечта розы. Крест испещрённый всевозможными именами склонился и застыл в причудливом положении, сломленный долгими годами. Его губы дрогнули в легкой, нежной улыбке. "Это обещание" пронеслось эхом в ушах, сбиваясь с шумом опадающих листьев кедра, тонким свистом легкого прохладного ветра, будоража старые раны и горестные воспоминания. Худая бледная рука сжала крест, покоящийся на груди высокой фигуры. Две таблетки, себе и ей. Он медленно опустился к её надгробью, приобнимая ветхий крест, словно она была рядом и тихая спокойная мелодия озарила этот мрачный день.