В объятьях лабиринта

— Арис, что ты за рукожоп, а?! Ой, все, отойди от моих помидоров! Селена потянулась, чувствуя, как сильно затекла спина, пока она возилась с кустами ягод. Она принялась делать небольшую разминку, параллельно наблюдая, как Арис снова косячит, а Ньют орёт на всех, кто неправильно дышит на его земле. Уж к чему к чему, а к садоводству он относится прям серьёзно. — Почему всегда прилетает мне? — Ворчит парень. — Вон, Селена почти вообще ничего не делает, так ещё и в тени. — Во-первых, она моя подруга. Во-вторых, она не рукожоп и знает что делает, потому что тоже этим занималась. И В-третьих. — Ньют выдержал театральную паузу и осмотрел этих двоих. — Просто не хочу получить от Минхо. Селена ярко ему улыбнулась, а потом, видя недовольную мину Ариса, подмигнула ему. — Замути с Гарриет, тот же эффект будет. — Ой, фу. — Арис отмахнулся от неё и Селена громко засмеялась. — Нашла че ляпнуть. Как ты додумалась до этого вообще?! Селена вытерла пот со лба и уставилась на небо. Совсем скоро должен был быть обед, но если они так и продолжат работать как улитки, то Ньют никуда их не отпустит. Уже, примерно, два месяца они живут в Тихой Гавани и все никак нарадоваться не могут. Конечно появилось много у кого работы и времени стало меньше, но от этого никому хуже не стало. Ньют возглавил фракцию огородников, хотя все переживали за его состояние. Ганс и Мари почти каждый день его осматривали перед тем, как дать свое добро, но все же попросили не перегружаться. Селена сразу знала, что будет работать с ним, но к ним присоединился ещё и Арис, а также пара айсеров и многие простые иммунные. Дафлия вернулась на свою родную скотобойню и теперь многие глэйдеры шугаются от неё больше, чем когда-то от какого-то Уинстона, который был у них в лабиринте в ответе за это. Томас вместе с Брендой, Соней, и ещё парой людей в основном помогают всем и везде, а так же исследуют новые места. Что-то типа бегунов. Так же с ними тусуются Минхо и Гарриет, но негласно их объявили двумя лидерами. В основном в этом плане им помогает Хорхе и большую часть выполняет он, но и те двоя ему не собираются уступать. Больше всех людей сейчас находятся на стройке. И благодаря их труду уже построена большая часть хижин, а также нормальные три хижины с душем. Конечно, больше всего Сел волновались сироты дети, но и они быстро освоились. Кажется, они были даже более счастливы, чем раньше. После работы Сел распустила волосы и уставшая направилась на обед. Перед самым входом, пройдя мимо камня, она поздоровалась с Рейчел и пожелала ей с Терезой хорошего дня. Она каждый день желала им доброго утра и сладких снов, так на душе было спокойней. Не раз она видела, как многие приходили к этому камню и по долгу разговаривали с ушедшими. Чаще всего там стоял Томас или Арис. Ньют тоже не редко подходил к камню и разговаривал с Алби. После всего, что произошло с ним, блондин спал нормально. Даже через чур много, ведь больше его ничто не тревожило: ни ПОРОК, ни Вспышка в собственном мозгу, не потеря контроля, не страх потерять друзей. Он сам говорил, что впервые за пару лет спит так спокойно и крепко. Что нельзя было сказать о Томасе, у которого начинают проявляться уже конкретные синяки под глазами. Пару раз Сел видела его ночью: то у моря, то у камня, то у гамака Ньюта. В одну из ночей когда Селена подошла к нему, он рассказал, что боится, что уснет и все это исчезнет. Его мучают кошмары, где Ньют все таки превратился шиза и ему пришлось его застрелить, кошмары о том, что они не выбрались из ПОРОКА и много чего всякого. Про кошмары связанные с Терезой он и говорить не стал. Селена тоже думала по этому поводу долго, только вот Минхо, находящийся рядом, сразу почувствовал что что-то не так и проснулся, после чего прилег к ней. Тогда девушка быстро уснула в его объятьях — Что не сделаешь ради ваших компотов. Минус спина. — Селена присела около Томаса с Брендой и рухнула головой об стол. — Вы то как сегодня? — Мы нашли пещеру с мелкой речушкой. Но ты не поверишь, что в ней обнаружилось! — Эмоционально начала рассказывать Бренда. — Платина! — Ого. — Удивилась Селена. — Платина и правда очень редкая. На её сборы уйдёт, правда, куча времени. Если не лет, то уж веков. Особенно для нас. Вскоре к ним подсели и остальные, а в скором времени солнечное небо озарилось тучами. — Дождь, ну наконец-то. — Улыбнулась Соня, смотря на небо. Блондинка наладила отношения с Гарриет, но теперь так часто друг с другом их было нельзя увидеть. Соня, а Ньют её называл исключительно Лиззи, могла с раннего утра пропадать, изучая остров. Чаще всего одна, но бывали и дни, когда без Бренды она не соглашалась куда-то идти. Тогда приходилось либо брать Томаса с собой, либо парень оставался и помогал Минхо. Иногда Соня все таки брала выходной и проводила время на плантациях рядом с братом. Они очень много о чем говорили. — Думается, сегодня можно и полениться. — Галли продолжал есть, как не бывало. Все равно никто ничего сделать не сможет. — А вдруг буря, как в Жаровне? — Подумала вслух Даф и все замолчали, переваривая эту информацию. — Тогда бы.. Все громыхало? — Предположил Ньют и посмотрел на Томаса. Тот сделал глоток из своей чашки и помотал головой, мол, не знает. — Думаю, Ньют прав. То была гроза и мы слышали её задолго до её начала. Это же, наверное, обычный дождь. Это оказалась и правда не гроза, а простой мелкий дождь, что не могло не вызвать радости, особенно у детей. Они выбежали из под навесов и, смеясь и дурачась, носились по траве, грязи, толкали друг друга и тянули в свои забавы взрослых. Они играли с ними в мяч и тоже валили друг друга на землю. Вот сейчас Селена понимала, что это отчасти стоило всего того, что они пережили. Бренда утащила с собой Соню и они обе рухнул на землю, Томас рядом с Сел засмеялся. Не успел он очухаться, как в него полетела грязь, а потом его и вовсе вытащил под дождь девчонки. Ньют смотрел на все это и смеялся так громко, что после у него точно болел рот. Когда же каким-то боком оказался в этой ораве чего то громкого и грязного Галли, то уже и Даф засмеялась в голос. Когда Селена открыла глаза, то солнце только начинало вставать. — Минхооо. — Тянет сонно девушка, чувствуя, что не может даже перевернуться на другой бок. Парень, который обнимал её со спины, что-то неразборчиво мычит ей прямо в макушку, но хватку ослабляет. Селена принимает сидячее положение и подтягивается, после чего обратно подаёт на кровать. И так происходило почти каждое утро. Вроде она и пытается встать, а вроде и не получается. Сегодня ночную смену вела Гарриет, поэтому Минхо был с ней с самого вечера, как вернулся. Когда происходит наоборот, то Минхо приходит только под утро и заваливается на неё - то и становиться будильником для девушки. Он начинает театрально вздыхать, жаловаться как сильно устал ничего не делать и вообще его никто не любит, а Фрайпана смеётся с него, как чайка. И Селена слушает его, сонно улыбается, что-то отвечает, целует и пока он теребит её разбросанные по подушке волнистые волосы, она пропускает пальцы через его густую шевелюру. По началу было волнительно, ведь все произошло у них так быстро, что Сел и подумать не успела ни о чем. Из-за их прежней жизни казалось они продолжали куда-то бежать и при этом хотели пожить для себя. Но все оказалось не так страшно. Может начало было у них такое, но потом они начали узнавать друг друга больше постепенно. И каждый в такой момент Селене казалось, что она влюбляется все больше и больше. — Тебе надо идти сменять Гарриет. — Шепчет девушка и ведёт подушечками пальцев по его скуле. — Если опоздаешь она опять злиться будет. Минхо недовольно вздыхает, но девушка знает, что он проснулся тогда, когда она его позвала. У него довольно чуткий сон, особенно когда рядом с ним она. — Нах Гарриет, устроим себе выходной. — Тогда пойду Ньюту жаловаться. Когда делать было совсем нечего Минхо часто заглядывать к ним на плантации, а там главный был исключительно Ньют. И когда азиат отвлекал от работы других, в частности Селену и Ариса, блондин мог ненароком пришибить его лопатой. Поэтому да, сейчас это звучала как угроза. Селена приподнимается на локтях и зевает, замечая что парень не выглядит сонным от слова вообще. Он смотрит на неё и улыбается. Минхо первый тянется к ней и целует, ведя рукой по спине, вызывая табун мурашек. Он знает, как чувствительна она к подобным касания и пользуется этим. Вроде совсем недавно они только учились друг на друге, а сейчас чувство словно неловкости между ними никогда не было. После где-то месяца жизни в Тихой Гавани удивительно, но многие люди захотели уединятся. Не важно что они знакомы были всего ничего, люди утоляли свою жажду. На начале Костра, который произошел месяц назад, Селена подсознательно понимала, чем он может закончиться, и не ошиблась, когда Минхо после повёл её в пустую хижину, где они потом осели. Тогда она первая к нему потянулась и удивилась насколько этот парень оказался надежным. Страха не было, ведь Минхо она доверяла, но её руки все равно дрожали, когда она цеплялась за его рубашку и целовала. Целовала и целовала. “ты боишься?” - спросил он тогда своим хриплым голосом и аккуратно уложил её на кровать. “нет, просто не знаю, что сейчас хочу” “меня” - он не мог ответить по другому. Не мог после не улыбнуться и не заставить улыбнуться её. Наверное, Селена будет ещё долго повторять, что все идёт у них быстро, что порой она отдышаться не успевает от нового потока информации, но это вовсе не плохо. Не известно сколько им ещё осталось, что будет дальше, а таких воспоминаний совместных хотелось как можно больше. Хотелось просто жить. Соня с Брендой только смеются с них, Ньют шутит в своей привычной манере, Томас загадочно улыбается, а Галли и Даф смущенно переглядываются. Наспех заплетая косички, Селена все таки выталкивает Минхо к Гарриет, а сама направилась на завтрак. — Доброе утро, Рейчел. — Направилась она к камню для начала и заметила Ариса. — И тебе, Арис. Как дела? — Да пока нормально. — Кивает он и остаётся ещё ненадолго, предупредив, что не голоден и лучше это время проведет здесь. Настроение было прекрасное и Селена хотела поделиться им со всеми другими, но зайдя под навес она останавливается. Томас и Ньют спали почти друг на друге не так далеко от того места, где вовсю работал Фрайпан. — Что с ними? — Тихо спросила она. — Шастали туда сюда половину ночи, а не свет ни заря приперлись сюда. Вроде, опять че-то Томасу приснилось. — Пояснил парень. — Ток недавно вырубились. Совсем рядом появилась Бренда и, прислонив указательный палец к губам, повела её за стол, где сидела вместе с Хорхе. Мужчина начал жаловаться на Минхо и Гарриет, которые в очередной раз что-то не поделили. Ему было трудно тягаться с этими двумя язвами, особенно если они начинают ссорятся, а происходило это не редко. Минхо и Гарриет не желали уступать хоть в чем-то друг другу, а так же просто хотели показать то, кто надежней. Когда то даже Сел спросили не ревнует ли она парня, который так помешан на победе над Гарриет. Но Селена знала мнение двух сторон и могла уверенно посмеяться с этих слов. Уж такие люди притягивают друг друга не в плане романтических отношений, а только в плане кто лучший лидер. Ревнивецей она уж точно не была. — Доброе утро, Даф, опаздываешь. — Сел, отстань. А с ними что? — Блондинка садится около них и кивком головы указывает на спящих парней. — Все стабильно, не боись. — Думаю, это меня и напрягает. — Дафлия тянется и зевает. — Сегодня опять костёр разжигаем. — Почти два месяца мы здесь. — Кивает чему-то своему Бренда. — И я думаю это прекрасно. — Отвечает Селена и улыбается, решив не затягивать грустную тему. — Было бы славно и дальше жить так. — Тихая Гавань не так уж плоха. Возможно, мы и правда полностью привыкнем к такой жизни. — Соглашается Дафлия. — Дафлия! Все за столом, не включая названную, оборачивается. Девушка издаёт тихий стон отчаяния. — Вот же маровня. — Даф встречается взглядом с Селеной, выдаёт бледную улыбку и кивает, как бы благодаря за всё. И натягивает капюшон. — Увидимся позже. Мгновение, и она теряется в толчее - в противоположной стороне от мужчины, мчащегося к ним. — Куда она пошла? Селена неохотно поворачивается к нему. Она не знает всех жителей в лицо, поэтому понятия не имеет кто это, но кажется он тоже работает на скотобойне. Свежая рана и повязка на руке это только подтверждают. — Откуда нам знать? Недовольный он тоже выходит из навеса. — Странный. — Высказывает Хорхе наиболее нейтральное мнение из всех возможных. Он смотрит на лицо Селену, в котором читается плохо скрываемое недовольство, и улыбается. — Ты начинаешь хмурится, как Минхо. — Платье для костра? Нэнси упирает руки в бока и смотрит на неё непонимающе. Дафлия разводит руками. — Ну, я просто хочу не отставать от всех. Праздник как-никак. Нэнси приподнимает одну бровь. Она знает эту девочку всю их сознательную жизнь, и ни разу ещё не было случая, чтобы она хотела "не отставать от других", скорее наоборот. Впрочем, в последнее время все девушки из лабиринта начинают скидывать привычные штаны и наряжаться, чтобы привлечь внимание противоположного пола. На губах Нэнси появляется улыбка понимания. — Ладно, как скажешь. Не обращая внимания на её ухмылочки, Дафлия кивает и проскальзывает внутрь. Внутри шатра пусто, только ряды одежды, и она переводит дух. Ещё не хватало, чтобы её застали за подобным занятием, особенно кто-нибудь из айсеров. Однако те похоже кинулись сюда, как только Хорхе вместе с Гарриет и Минхо объявил праздник. Не то чтобы Даф хотелось наряжаться, но вероятность, что Дейв пойдёт искать её именно сюда, очень мала. Подумав так, Дафлия разрешает себе успокоиться и погрузиться в поиски. Тем более что она знает, чего хочет. Свободное голубое платье, большими мягкими складками ниспадающее вниз, с серым ремешком к нему. Скромно и просто. "Просто ты такая красивая" - Месяц назад, на Костре, как-то в моменте сказал Галли. Схватившись, чтобы не потерять равновесие, за полки платяных шкафов, Дафлия прикладывает ладонь к щекам. Её сердце стучит как маленькая птичка, которая чувствует, что вот-вот может выбраться на волю. На губах её обозначается улыбка. “... Лия тоже очень красиво звучит. Даже лучше чем Даф…” Он ведь и сам очень красивый. Многие говорили обратное из-за шрамов, но эти глаза, эти линии лица... Может с ней что-то не так, раз она считает их привлекательными? Может быть. Но в таком случае ей не привыкать. "...твои глаза красивые". Вздохнув, Даф отрывается от шкафа и начинает переодеваться. Отлично сидит. Она находит связку бус и зелёную жилетку в дополнение к платью. Что ж это даже может быть симпатично, и... — Привет, Нэнси. Дафлия здесь? Блондинка подпрыгивает от неожиданности. Нашёл! — Здрасте. Да, она там уже час или около того. — Могу я зайти? Надо срочно с ней переговорить по поводу работы, пока Гарриет не добралась до нас. Дафлия медленно и неслышно движется вперёд. Главное, не паниковать, спокойно. Звук раздвигаемых бусин и шаги. — Даф, ты ведь здесь? Выходи. Она замирает на месте и старается не дышать. Куда он пойдет? — Даф, нужно поговорить. Почему ты мне не доверяешь? Ага, направо. Фух. Какие же длинные шкафы, и как она это раньше не замечала? — Мы должны поговорить. Ты меня избегаешь, играешь со мной, я-то знаю. О богиня. Она так долго умудрялась сбегать от него, что уже и забыла, какой он псих. Или он сошёл с ума за то время, пока она бегала от него? Ох, кто знает. Но это неважно, неважно! — Я знаю, ты злишься на меня из-за вчерашнего, поэтому и пырнула по руке ножом. Прекрати, Даф, ты... Он замолкает и от повисшей тишины у неё шевелятся волосы на затылке. — Дрянная ты девчонка… Ты действительно пришла сюда выбирать платье. Дафлия! У меня твоя одежда. Она ещё теплая, я знаю, ты ещё здесь. Вот зараза! От мысли, что он может думать, трогая её ещё не остывшую одежду, Дафлию мутит. Нет, если она выдаст себя, он может её схватить, тихо, не паникуй. Вперёд, просто иди вперёд. — Так значит он тебе действительно нравится, этот парень? Он тебе не подходит, слышишь? Ты слишком спешишь, нельзя спешить с мальчиками-подростками, они не умеют любить в этом возрасте, поверь мне. Он не сможет оценить твоей красоты. Зато я смогу. Ты не носила капюшон при нём. Что он тебе сказал? Что ты ему нравишься? Но ведь я говорю это тебе уже очень давно, почему же мне ты не давала так долго смотреть на тебя? И он всё равно не понимает тебя так, как я. Ну же, давай поговорим. Выдохнув, девушка выходит в поле его обозрения. — Вот ты где, Даф. — Лицо Дейва похоже на лицо больного, и ей страшно от осознания, что таким его видит только она. Он порывисто идёт к ней. Его взгляд исследует её тело с ног до головы, и её снова мутит. — Ты очень милая в этом платье. И без капюшона я так давно не видел... — Зови меня полным именем, но не как не Даф. И даже когда я начну называть себя Лией, то все равно зови меня правильно. — Отрезает она. — Дейв, хватит. Прекращай. Всё, что ты делаешь, давно вышло за рамки обязанностей наставника. — Лия? — Он хмурится и берёт её руку. Громадным усилием воли она заставила себя выдержать это. — Какое-то издевательство над твоим именем. Это его идея? И ты так просто это приняла? Нельзя слишком много позволять таким, как он. Ты совсем его не знаешь, позволь мне обо всём позаботиться. Он пытается поймать её вторую руку, но Даф не даёт ему этого. — Я сказала, хватит. Позаботиться о чём? Единственный, кого ко мне не следует подпускать, это ты. Ты сумасшедший! Ты хотя бы слышишь себя? — Я сумасшедший из-за тебя. — Он хватает её за плечи и грубо встряхивает, но никакой реакции не получает. Девушка знает, что только этого он и ждёт. — Ты дразнишь меня, манишь, но не подпускаешь к себе. Ты сама этого хотела, я ведь тебя знаю. — Пусти меня немедленно. — Зачем? Чтобы ты пошла к этому парню? Он тебя не достоин, только опорочит тебя. А ты такая нежная, гладкая, невинная... Его ладони напрягаются и начинают гладить её плечи. Терпение Даф лопается, но не так, как это было обычно… Она не кричит, не махает ножами. — Ну что ты, не плачь. — Он протягивает пальцы к её щеке и вытирает с неё слезу. Задержав дыхание, Даф зажмуривается и изо всех сил бьёт его лбом в переносицу. Он отшатывается, хватаясь за нос. А она уходит. Щека, которой он касался, кажется замараной навсегда.