яблоки и чай.

      Сырой запах заброшенного метро мерещился словно наяву. Ноги и посейчас болели после долгого бега, а стихающий голос сестры отдавался эхом в ушах. Колени предательски трясутся, хоть и прошло по меньшей мере четыре часа со.. Смерти СиСи. Слабое наваждение мерещится перед глазами, брови в раздражении хмурятся, когда взгляд замыливается, и перед ним возникает размытый образ сестры. Она улыбается, стоит перед ним с яблоками и Тянь Чень цокает языком, моргая и хватая перед стоящую за запястье. Принесшая фрукты Цяо Лин дёргается назад, освобождает руку и бьёт влажными пальцами по тыльной стороне ладони. Зная его способности, девушка так и опасается вновь поддаться чужому контролю, уж вновь убивать Гуана ей точно не хотелось сейчас. Парень меняется в лице, брови поднимаются вверх в недопонимании и девичье запястье остаётся свободным. Невольно Цяо Лин подмечает, что руки у него уж больно холодные, это ей не особо нравится.       — Не бойся, я лишь принесла яблоки, ты, должно быть, голоден. Нормальная еда будет только через час, извини. – садясь на диванчик, совсем недалеко от него. Тарелка с глухим стуком ударяется о деревянную поверхность стола.       Ответа никакого не следует. Ему стыдно. Стыдно, что он настолько внушаем. Стыдно, что из-за него пострадали другие. Стыдно, что эти другие, другая, которую он бессовестно использовал, настояла на том, чтобы приютить его, хотябы на время. Словами не передать, насколько он был шокирован тем, что это помещение на деле принадлежит кому-то в духе Чэна Сяоши. Тянь Чень искренне верил, что именно она настоящая хозяйка фотоателье. Тянущее ощущения за рукав заставляет парня отвлечься и вернуться в 'настоящее'.       — Тебе холодно, может? Руки подрагивают все, да и ты тоже.       Дрожащее ощущение в груди раздражает, не даёт нормально сосредоточиться и окончательно прити в себя. Его же недоверие не даёт ему расслабиться и впервые за долгое время отдохнуть. Вся эта работа и манипуляции человеческими жизнями изрядно выматывают и удручают. Тянь Чень выдыхает и облокачивается спиной о диван, всё тело немеет и болит, отдаваясь напряжением в висках.       — Как раньше уже не будет, верно? – куда-то в потолок, ему стыдно смотреть не то что ей в лицо, на неё в целом.       Цяо Лин складывает руки на коленях, подвигается ближе и наклоняется вперёд, так удобнее рассмотреть парня поближе и в разы детальней.       Тянь Чень от такого внимания невольно сьеживается.       — Да, как и всегда. Но это не значит, что стоит опустить руки и бездействовать, верно? Пускай и убийца твоей сестры сидит за решёткой, можно найти новую цель. Это необязательно должно быть что-то глобальное, допустим... Изучение нового языка? В зависимости от того, что тебе нравиться. Можно так же усовершенствовать твои боевые навыки! Для поддержания физической формы полезно. Без понятия, какое мнение у Лу Гуана и Сяоши, но лично я постараюсь помочь тебе.       Она улыбается. Он хмурится.       С чего бы им помогать ему, после всего произошедшего? Он убил ту офисную задротку, почти убил Гуана, шантажировал их им же и в добавок из-за него пострадал Сяоши. Это всё блядски подозрительно.       А с того, что Цяо Лин умеет в любых ситуациях оставаться человеком. Бесспорно, парня можно понять, ошибки прошлого порой толкают на необдуманные, аморальные и жестокие поступки. Понадобится немало времени, чтобы ужиться, теперь уже, вчетвером, довериться и сработаться, но кто Цяо Лин такая, чтобы опустить руки перед настолько плёвой задачей?       — Не понимаю ваших мотивов.       — А какие по твоему они могут быть? – по птичьи склоняя голову в бок, рассматривая профиль детальнее и наблюдая за задумчивостью в его взгляде.       — Желание отомстить? Использовать в своих целях? Не знаю, тот чёрный выглядит как тип, способный на что-то эдакое.       Мимолетная грусть на её лице сменяется искренним смехом. Представлять в Сяоши преступника кажется ей до боли уморительным.       — Какая же бурная у тебя фантазия! Подростки и сейчас умеют удивлять, вот это да!       — Ч-Чего?!       Она смеётся, хлопая ладонью по неприкрытой юбкой коленке и второй прикрывая рот.       — Эти двое ни на что большее подзатыльников не способны, даже тогда они не... – она запинается и тушуется, неясные ей сейчас воспоминания, которые достались ей после смерти Тянь Си, не дают ей покоя. Если уж убийцу Сяоши она представить кое-как может, не без смеха и иронии, то мёртвый Чэн Сяоши никак не вызывает у неё желание пошутить да похихикать, – Не попытались убить тебя или Цзянь Циня.       Взгляд упирается в пол и тело ощущает слабость, что резко накатила вместе с тоской, будто этот идиот-Сяоши и вправду помер. Цяо Лин опускает голову вниз, расплывается на диванчике и сжимает подол юбки-карандаш, слабо нервничая.       — Ты видела что-то, когда СиСи... Умерла? – вкрадчиво, почти неразлечимо со стоящей вокруг тишиной. Её сила не могла пропасть просто так, верно?       — ...Воспоминания ваших прошлых.. Дел? И.. Лу Гуана.       Она смотрит сквозь стол, тарелку и яблоки. Глаза вновь застилает пелена воспоминаний, и все они сходятся лишь в одной точке.       — Прости.       — А?       — За то, что пытался твоими руками убить Гуана. Ты, наверное, помнишь, как я пытался и..       — Всё в порядке. Ты пытался выжить, без потакания этому недо-адвокату вы с сестрой бы и не вывезли.       Он поддается вперёд, упирается локтями в колени и опирается щекой о кулак. Сложно поверить ему, что не держат на него зла. Как минимум она.       — И что ты планируешь делать дальше? Со всем этим и со мной в частности?       Цяо Лин оживляется, промаргивается и глядит прямо на него, глаза-в-глаза, Тянь Чень слабо вздрагивает.       — Для начала, тебе стоит выпить успокаивающий чай, Сяоши часто пил его в юности, когда тревожился о родителях или из-за слов одноклассников в детстве. Я скоро вернусь!       И ушла. Упархала на подобие кухни, греметь посудой и кружками. Спустя пару минут возвращается обратно.       — А.. Тебе с сахаром или без?       Молчит, думает над ответом. Отчего-то желание показаться крутым парнем не даёт ему покоя. А крутые парни ведь пьют чай без..       — Две ложки, пожалуйста.       Совсем тихо, прикрывая рот воротником толстовки и подавляя желание укрыться капюшоном. Уши обдало жаром.       Цяо Лин хихикает, скрывается в проходе и снова шумит посудой. От скуки холодная ладонь, потряхиваясь, тянется к яблокам. В детстве мама говорила ему, что глюкоза неплохо утоляет голод в краткосрочной перспективе. Кислинка фрукта ударяет по рецепторам и заставляет поморщится. Скулы приятно сводит и вторая долька уходит следом за первой.       — Твой чай, оплату можешь оставить завтра, как только мы откроемся!       — Чего? Оплату?       — Знаешь ли, обслуживание клиентов так же входит в услуги нашего фотоателье!       Умничает, машет указательным пальцем в воздухе и ставит поднос с чаем прямиком на кожаную ткань дивана.       — Не волнуйся, можешь расплатиться своим телом на первое время.       Тихое недовольство парня ощущается практически на физическом уровне, он понимает истинное значение этой фразы, но довякость её заставляет выпрямиться и недовольно-осуждающе посмотреть на невинное лицо девушки.       — Не смотри на меня так, если понял о чём я! Это некультурно!       — Заставлять работать на вас преступника тоже некультурно, да ещё и противозаконно.       — Тоже мне! Скажу Капитану Сяо, чтобы выписал тебе испытательный срок у нас и дело с концом, мозгов договориться мне хватит.       — Верю наслово, госпожа я-всё-умею.       — Ну-ну, можно просто 'хозяйка'! Зачем так заморачиваться.       Цяо Лин со смехом подметила, что парень, кажется, смог расслабиться. Шумные споры парней сверху отчего-то добавляли теплоты атмосфере, ей искренне хотелось верить, что они смогут поладить, уж способости Тянь Ченя им однозначно понадобятся в работе.       Время спустя веселье сменилось умиротворением, похоже. Чай в самом деле помог ему успокоиться и привести нервы в порядок. Чужая рука на его собственной ощущалась прохладной, что вызвало небольшой приток мурашек и слабую дрожь.       — Наконец согрелся, и не дрожишь больше!       — А?       — Б! Поздно уже, детям спать пора.       — Прости..? Боюсь, мне негде, только если эээ... На этом диване, думаю.       — В моей комнате есть небольшой диванчик, моя старая кровать. После покупки новой я не знала куда её деть, и оставила её как 'второй шкаф'. Постелю тебе там.       — А это точно безопасно для меня?       — Попробуешь – и узнаешь! – восклицает она и поднимается с места.       Женская ладонь с силой обхватывает его запястье и поднимает с места. Шаги гулом отдаются по металлической лестнице и, кажется, за один день Тянь Чень успел как потерять, так и приобрести 'семью' вновь.