Тодзи Фушигуро: Зеро

Тодзи полз, цепляясь грязными пальцами за холодный бетонный пол, оставляя за собой неровный кровавый след. Единственное, что он смог разглядеть в этой хаотичной обстановке в зале, заваленном обломками — кусок стены с острым зазубренным краем. Это был не меч и даже не нож, но в его положении выбирать не приходилось. — Черт… откуда эта тварь вообще взялась? — прохрипел он, бросив взгляд через плечо. — Какого она ранга? За ним медленно, но неотвратимо плелось проклятие. Оно было огромным: массивное тело, похожее на лягушку, но голова… голова была неправильной, чужеродной: широкая морда, как у быка, с плоским носом и пустыми белесыми глазами, из которых сочилась какая-то черная субстанция. Из его пасти вырывались звуки — низкие, булькающие, словно оно пыталось что-то сказать: — То-о-о… Д… Про-о-о… — Заткнись уже, урод! — Тодзи заставил себя подняться, опираясь на стену. Проклятие приблизилось, его смрадное дыхание, смесь гнили и сырости, ударило ему в лицо. Парень шагнул вперед и вонзил обломок прямо в шею твари, туда, где пульсировала какая-то темная, вязкая субстанция. — Я ни черта не понимаю, что ты там бормочешь! Может, просто сдохнешь, и все дела?! Проклятие взревело — звук был такой, будто кто-то раздавил бочку с водой — и мотнуло головой. Удар был быстрым, слишком быстрым. Тодзи даже не успел среагировать — его отшвырнуло через весь зал, как тряпичную куклу. Он врезался в противоположную стену с глухим хрустом, голова ударилась о бетон, и перед глазами вспыхнули белые искры. Кровь — горячая и липкая— потекла по виску, заливая лицо, но он уже не обращал на это внимания. Все его тело было покрыто кровью — своей, чужой, проклятой — и он давно перестал отличать, где чья. Парень тяжело дышал, грудь вздымалась рывками, словно он пытался втянуть в себя весь воздух этого проклятого места, но кислород не помогал. Силы уходили, и пронизывающий цепкий холод начал растекаться по телу от кончиков пальцев до груди. — Как-то… холодно стало, — пробормотал он, и голос его дрогнул. Он поднял голову, заставляя мутнеющий взгляд сфокусироваться. Проклятие приближалось медленно, уверенно, словно знало, что добыча уже никуда не денется. Тодзи попытался пошевелить рукой, ногой — хоть чем-то, но тело отказывалось подчиняться. Мышцы свело судорогой, а кости, казалось, превратились в свинец. Он достиг своего предела, и осознание этого ударило сильнее, чем он впечатался в стену. «Уверен, моя мать отправилась в ад, но даже там… она хотя бы свободна. Не то что я». Все, что у него осталось — глаза. Он водил ими по сторонам, цепляясь за размытые очертания зала: обрушенные колонны, треснувший потолок, куски бетона, усеявшие пол. Зрение подернулось пеленой, краски тускнели, звуки становились глуше. Проклятие было уже совсем близко — он чувствовал его смрад, слышал, как оно продолжает бормотать что-то невнятное, но сил сопротивляться не осталось. Тодзи моргнул — медленно, тяжело, — и мир перед ним погас, как выключенный экран. * * * — Снова он? — голос девушки был пропитан усталостью и раздражением, когда двое дюжих парней из клана Зенин втащили парня в ее крохотную лечебницу. — Сколько можно его ко мне таскать? Я же ясно сказала: обратная проклятая техника на нем не работает. Не могу я его исцелять, и все тут! Блондинка склонилась над Тодзи, лежащим на потрепанном столе, который больше походил на разделочный, чем на операционный. С растрепанными волосами, стянутыми в неряшливый хвост, она нахмурилась, разглядывая глубокие раны на его груди и руках. Обычно девушка гордилась своими способностями: клан Зенин не зря платил ей приличные деньги за лечение их бойцов с помощью обратной проклятой техники, но сейчас ее арсенал ограничивался лишь бинтами, йодом и швейной иглой. И, черт возьми, она ненавидела возиться с обычными ранами. — В этом клане одни изверги, — пробормотала она, роясь в ящике со старыми инструментами. — Либо требовать прибавку, либо валить отсюда к чертям. Ее тонкие пальцы взяли пузырек с антисептиком, и она начала обрабатывать одну из рваных ран на плече Тодзи. Она морщилась, словно это ей было больно, а не ему. И тут парень неожиданно дернулся. Его глаза, мутные, но все еще цепкие, распахнулись, и он уставился прямо на нее. Первое, что сорвалось с его пересохших губ, было: — Малявка. У блондинки тут же вздулась вена на лбу. Она резко выпрямилась, сжимая в руке пропитанную тряпку, и гневно сверкнула глазами. — Сам ты малявка, чертова мумия! — рявкнула она, тыча в него пальце. — Мне пятнадцать, а рост под метр восемьдесят! Это кто тут мелкий, а?! Не сдержавшись, она шлепнула ладонью прямо по его рассеченной ране. Тодзи скривился, тело его дернулось в сторону, но вместо крика или ругани он лишь буркнул, уткнувшись лицом в стену: — Захлопнись, дылда. Голова сейчас взорвется… Его голос был низким, хриплым, как будто каждое слово выдавливалось через силу. Парень вообще редко говорил, в основном молчал, а если и открывал рот, то ничего хорошего из этого не выходило. Девушка, однако, не собиралась отступать. Она наклонилась ближе, тыкая пальцем в глубокую рану на его боку: след от копья, оставленный явно не в дружеской схватке. — Вот засранец! Сначала мелкой называешь, потом дылдой? Сейчас брошу тебя здесь, истечешь кровью и сдохнешь. — Да пофиг, — равнодушно бросил Тодзи, даже не повернув головы. — Ты сдурел?! — ее голос сорвался на крик. — Я не позволю тебе тут окочуриться, понял?! — Делай что хочешь… — выдохнул он, закрывая глаза, словно ему было все равно, жив он или мертв. Между ними повисла неловкая тишина. Они были одного возраста, но блондинка выглядела старше: не столько из-за роста, сколько из-за осанки и того, как она держалась: уверенно, почти вызывающе. Для девушек это было обычным делом — казаться взрослее своих лет. Она вздохнула, отбросила окровавленную тряпку в сторону и аккуратно перевернула парня на спину, чтобы наложить швы на рваную рану на груди. Ее движения были осторожными, но пальцы слегка дрожали: не от страха, а от раздражения. — Так… — пробормотала она, сосредоточившись. Ради интереса она вновь решила пустить в ход обратную проклятую технику. Раз парень пришел в себя, она хотела понаблюдать за его реакцией. — Ну? Почувствовал что-нибудь? — спросила она, чуть наклонив голову. — А должен был? — Не знаю. Может, тепло, покалывание… или полегче стало? — Не-а… — Бестактность у тебя в крови, да? — она фыркнула, явно уязвленная его тоном. — Как и у тебя неумение лечить, — парировал Тодзи. Палец девушки дрогнул, и игла, которой она зашивала рану, вонзилась чуть глубже, чем нужно. Парень прошипел, как старый кот, но не дернулся, просто бросил на нее мрачный взгляд. Блондинка, однако, не смутилась. Она спокойно продолжила шить, и ее голос стал неожиданно мягким: — Откуда в тебе столько этого? — Чего? — Недовольства. Или, скорее, злобы, — она пожала плечами, завязывая узел на нитке. — Хотя… глупый вопрос. Над тобой же постоянно издеваются. Однако знаешь, твои попытки выживать в таком состоянии это что-то. Тебя уже столько раз притаскивали ко мне за эти полгода, и каждый раз твое тело будто… адаптируется. Шрамы затягиваются быстрее, чем у обычных людей. «При этом в тебе совсем нет проклятой энергии, хотя даже у обычных людей она есть», — она замолчала, глядя на него задумчиво. В этом мире людей делили на шаманов и нешаманов. У всех была проклятая энергия: у шаманов она циркулировала внутри, по-своему укрепляя их тела, а у остальных выплескивалась наружу, подпитывая проклятия, но Тодзи… в нем не было ни капли этой энергии. Ничего. Обычный человек с такими ранами давно бы умер, а он все еще дышал, еще и огрызался. — Исследовать бы твое тело как следует… — вырвалось у нее между делом. Парень медленно повернул голову и уставился на нее. Он бы сбежал, если бы мог, но с дыркой в спине и без инструментов для самолечения это было не вариантом. — А, прости-прости, не то имела в виду! — она замахала руками, заметив его взгляд. — Просто… обычные люди источают проклятую энергию, из-за которой и появляются духи, а у тебя ее нет. Совсем. Если бы таких, как ты, было больше, проклятий в Токио бы поубавилось. Понимаешь? Тодзи промолчал. Ее слова звучали, как насмешка. Его всю жизнь гнобили за отсутствие проклятой энергии, а эта девчонка теперь говорит, что это, мол, круто? Что мир был бы лучше с такими, как он? Смешно. Он стиснул зубы, решив не отвечать, все равно любое его слово обернут против него. Блондинка закончила зашивать рану, глубоко вздохнула и начала переворачивать его на другой бок. Ее руки были ловкими несмотря на всю ее болтовню. — Может, я и правда много говорю, но я не из тех, кто будет спрашивать разрешения, чтобы что-то изменить. Я найду способ разобраться с проклятиями раз и навсегда. Чтобы всем жилось спокойнее. — Н-да? — парень наконец подал голос, скептически хмыкнув. — И как же? — Для начала поступлю в магический колледж. Освою свою странную силу и начну путешествовать, пытаясь докопаться до истины, — она улыбнулась, загадочно и чуть дерзко. — Я тут ненадолго, знаешь. Если коротко — я в бегах. Будешь выспрашивать подробности — получишь по попке, Тодзи-кун. — Еще чего. Обойдусь, — буркнул он, отводя взгляд. — Ну-у-у, неужели не интересно? — она наклонилась ближе и легонько ткнула его пальцем в живот. — Слишком много болтаешь… ай! * * * Дорогие читатели, если вам понравилась данная работа - не забывайте прожимать лайки и писать свои комментарии! Именно от вашего актива зависит в каком темпе будет писаться и выходить работа) На других площадках главы сопровождаются артами ) Больше глав здесь: https://boosty.to/whier