Часть 1
23 февраля 2025 г., 17:40
Если бы Хенджин, возвращаясь домой с красивым букетом красных тюльпанов и бутылкой дорогущего шампанского, знал, что дома его ждет такой же разочарованный этим дебильным и сопливым днем для влюбленных друг, то не торопился бы, дав ему возможность выстрадать это все дерьмо в одиночестве. Но если бы он знал, чем для них двоих этот день закончится, то бежал бы со всех ног.
А дома его ждал не то чтобы грустный, но самую малость обозленный Феликс. Его лучший друг, с которым они делили одну парту в школе, одну комнату общежития в универе, а позднее и одну квартиру на двоих. Было удобно и дешево. Ко всему прочему, не нужно было ни с кем новым налаживать контакты и сближаться. С Феликсом он и так был близок. Даже когда Хенджин озвучил желание отслужить посреди обучения, Феликс в поддержку друга взял академ, чтоб они могли закончить университет вместе.
И вот, спустя восемнадцать месяцев, несколько дней назад Хенджин без предупреждения появился на пороге их квартиры, которую они все это время продолжали снимать на двоих. Феликс так был занят своими любовными делами, что и не заметил как отсчет к дембелю лучшего друга подошел к концу. От того он был не менее рад видеть товарища. Хенджин был тем самым другом, с которым можно было хоть куда и обо всем, что душе угодно. Они делились настолько интимными вещами, что страшно было.
Феликс рассказывал Хенджину о своих неудачных интимных связях, а Хенджин от души смеялся. Феликс плакал из-за того, что очередной парень бросил, а Хенджин того самого парня обкладывал хуями и обещал, что Феликс обязательно найдет того самого, единственного и неповторимого, из-за которого сердечко будет екать. Работало это и в обратную сторону. Когда очередная пассия хвасталась Хенджином как дорогим экспонатом в музее, не скрывала, что с ним из-за очень привлекательной внешности, а не из-за глубоких чувств, на которые рассчитывал сам Хенджин, Феликс был тут как тут, включал подружку-сучку и наводил на этих блядей порчу на понос, Хенджин икал от смеха и быстро отходил. После Феликс его кормил вкусной домашней едой и отвлекал какой-нибудь тупой комедией. Так и жили, душа в душу.
По дороге домой Хенджин несколько раз звонил Феликсу, знал, что у того свидание с его парнем у них дома. Ликс на звонки не отвечал, от чего Хенджин и нервничал. Боялся помешать или явиться в самый неподходящий момент. Долгих двадцать минут топтался под входной дверью, прикладывался к ней ухом пытаясь расслышать голоса, но слышал лишь музыку. Решил, что даже если зайдет в разгар ужина то тихонько извинится и прошмыгнет в свою комнату, а если процесс будет более деликатным, то Феликс вряд ли станет заниматься сексом в гостиной, а значит, главное не шуметь и его не заметят. Провернув ключ в двери, Хенджин попытался максимально тихо войти, однако стоило открыть ее, как он увидел Феликса, что именно в тот момент проходил мимо коридора надевая на волосы милейший ободок с ушками. Хенджин удивленно вскинул бровь, оглядывая такого домашнего Феликса с ног до головы.
— Хэй, Фэйри, — произнес он разводя занятые букетом и бутылкой руки, медленным шагом направляясь к другу и осматривая помещение.
— Хэй Черри, — улыбнулся в ответ Феликс и бросил взгляд на одетого в красивый, приталенный костюм, Хенджина.
— Свидание уже закончилось? — Хенджин подошел вплотную, поставил бутылку на стеклянный столик и крепко обнял Феликса за талию одной рукой. Феликс в ответ поднялся на носочки и обвил руками крепкие плечи парня.
— Оно даже не успело начаться, — хихикнул Феликс.
Хенджин оглядел красиво украшенную шарами в форме сердца комнату, вкусно пахнущий, хоть и уже почти остывший ужин, к которому к его счастью даже не притронулись, а затем протянул Феликсу букет, что до сих пор сковывал его движения из-за габаритов.
— Не хватает для полноты картины, — подмигнул он, расплываясь в улыбке.
— Тюльпаны, — протянул Феликс, — спасибо, что не банальные розы.
Хенджин рассмеялся, от чего-то неловко спрятал руки в карманы и наблюдал как Феликс, шаркая пушистыми тапочками по паркету тянется за вазой. И уже собрался было сказать, что пойдет к себе, как Феликс его перебил.
— Ты же не собрался свалить и оставить меня одного с таким количеством еды? — хитрый прищур появился на до одури милом лице. Хенджин как-то даже растерялся, на секунду засмотрелся, но вернул себе самообладание.
— Не оставлю, — поправив брюки Хенджин сел за стол.
Феликс стал услужливо обхаживать Хенджина, разогрел ужин и ласково потрепал по чуть отросшим, коротким волосам.
— Ты удивительно спокоен как для расставания, — пробурчал Хенджин с набитым ртом. Мясо было чертовски мягким и сочным, парень с наслаждением прикрыл глаза и с чувством промычал, — готовка явно твое, Фэйри.
Феликс улыбнулся на комплимент, однако совсем не торопился изливать душу.
— Сильно не налегай, Черри, в духовке твой любимый вишневый пирог, — ухмыльнулся Феликс.
— Ты посмел готовить мой любимый пирог какому-то козлу? — Хенджин драматично схватился за сердце и сделал самое удрученное из всех выражений лиц, что имел в собственном арсенале.
Феликс расхохотался, одаривая Хенджина самым ласковым взглядом, но от Хвана не ускользнула печаль, что таилась в глазах друга. Ощущалась некая тоска в его чертах лица. Хенджину очень хотелось убрать ее и вернуть блеск взгляду.
— Брось, Ликси, — Хенджин поднялся со своего места, пододвинул стул к другу, уперся локтями в колени и заглянул ему в лицо, — что произошло, Фэйри?
— Сказал, что заебался ждать пока я раздвину ноги, — Феликс произнес это как-то слишком тихо, — и сказал, что в целом я из-за того не даю, что не слишком хорош собой. Очень старался убедить меня, что я не стою потраченных усилий и времени. И все это по телефону. Даже не лично.
— Завтра у него будут натянуты глаза на жопу, раз ему не удалось разглядеть такую прелесть, — Хенджин аккуратно обхватил Феликса за талию, притянул к себе для объятий, но Феликс вдруг перелез к нему на колени.
Хенджин от неожиданности не растерялся, не стал показывать свое удивление когда Феликс к нему прижался и уткнулся маленьким носиком в плечо. Хван погладил его по волосам, второй рукой поглаживал спину.
— Скажи, Черри, — едва слышно произнес Феликс, — я правда так плох?
Хенджин искренне удивился и с неким негодованием всмотрелся в лицо друга. Тот был настолько опечален, что хотелось спрятать его от всего мира. Ну не шла ему грусть, хотелось вечно купаться в сияющей улыбке и блеске карих глаз.
— Никогда не смей думать, что ты в чем-то плох. Ты очень красив, очень сексуален, очень умен и в целом, хорош во всем, Ликс, — твердо произнес Хенджин.
Он не врал, чтоб успокоить Феликса, он правда так считал. И легкие поглаживания щеки большим пальцем были этому доказательством. Хенджин крепче прижал его к себе, а Феликс отчаянно прильнул к нему всем телом.
— Хочешь шампанского? — Хенджин попытался отвлечь друга, но тот слегка отстранился и стал оглядывать помещение.
— Нееет, — протянул он, — нужно убрать это безобразие.
Под безобразием Феликс имел ввиду все свои старания на сегодняшний вечер. В углу комнаты фольгированные тематические шары, лепестки роз на диване, зажженные ароматические свечи, ненавязчивая музыка, и почти съеденный с лучшим другом, но не с парнем, ужин. Желательно бы еще выбросить куда-нибудь подарок, что так и не успел подарить. Может, конечно, к лучшему, но осадок все равно был горьким. Он правда старался, подолгу его искал и сегодня был тот самый день, когда он собирался перевести их отношения на новый уровень.
— Зачем убирать? — абсолютно серьезно спросил Хенджин, — ты приготовил ужин, я с цветами, шампанским и в костюме. Давай устроим свидание.
И было что-то в его словах такое трогательное, серьезное, ни капли намека на шутку или притворство, до невозможности искреннее. Феликс задумался, но ему хватило нескольких секунд, чтоб отогнать все внезапно вспыхнувшие мысли.
— Черри, ты натурал до мозга костей, какое свидание? — Феликс поднялся с его колен, от чего-то легкий румянец покрыл его щеки и он поспешил чем-то занять себя, лишь бы не смотреть Хенджину в глаза. Хенджин тут же поднялся следом и развернул к себе Феликса за локоть.
— Я тебе никогда не говорил, но я встречался не только с девушками, — Феликс недоверчиво сощурился, да так, что Хенджин поспешил объясниться, — я не шучу.
— Ты хочешь сказать, что тебя привлекают и парни, а я все эти годы спокойно щеголял перед тобой в нижнем белье? — казалось еще секунда, и Феликс разозлится по-настоящему.
— Нууу... Да? — Хенджину пришлось прикрывать свои плечи и торс от внезапно обрушившихся на него ударов от крохотных ладошек.
— Ты невыносим, Хван Хенджин, — Феликс шипел и продолжал колотить кулачками крепкое тело друга, — как ты мог?
— Ауч, блин, — Хенджин едва успел увернуться от болючего пинка и перехватить за запястья Феликса, — почему по-твоему я всегда оценивал твои экстравагантные наряды и давал советы в отношениях?
— Ты пялился на мою задницу, — возмутился Феликс, — в кружевных трусиках!
— Да. То есть нет, — запнулся Хенджин, — бля, да, было несколько раз. Но я на тебя не дрочил! — Хенджин вскинул руки в примирительном жесте.
Лицо Феликса надо было видеть. Казалось, его возмущению нет предела и он готов был всерьез с ним разругаться. Но Хенджин взял его ладонь в свою и поспешил успокоить.
— Фэйри, я знаю, что ты готовился, старался. И как бы ты не отнекивался, я знаю, что ты любишь этот праздник.
Феликс высвободил теплые руки из хватки Хенджина, нервно скрестил их на груди и задумчиво закусил губу.
— Как ты себе это представляешь? Мы же вечность друг друга знаем.
— Вот именно, — воодушевился Хенджин, — мы знаем друг друга как друзей, давай покажемся с другой стороны. Как будто мы не дружим сколько себя знаем.
Феликс все еще сомневался, а Хенджин настолько загорелся идеей вернуть Феликсу настроение, что продолжал неустанно уговаривать его на мнимое свидание.
— Ликси, зная твою любовь к переодеваниям, я уверен, ты подготовил сногсшибательный наряд на вечер. Разве ты можешь не выгулять его? Давай же, покажи мне что ты приготовил на сегодняшний вечер, — Хенджин умело подначивал друга зная на какие именно рычаги давить.
— Себя, Хенджин, — ухмыльнулся Феликс наблюдая как стремительно меняется лицо Хенджина, — я приготовил на вечер себя. Я собирался с ним переспать.
— Ой, — Хенджин растерялся и неловко почесал затылок, — ну, наверное, можно без этого?
— Если я соглашусь, поможешь отомстить бывшему? — коварная улыбка на лице Феликса кричала Хенджину, что он подписывается на какую-то очень и очень нехитрую авантюру, но отступать было некуда.
— Каким образом? — слегка насторожился Хван.
— Не скажу, — Феликс был непреклонен и не собирался раскрывать карты раньше времени, — согласен или нет?
— Идет, — Хенджин уверенно протянул руку для заключения сделки, а Феликс протянул в ответ свою.
— Раз уж мы имитируем свидание, мне нужен час, — Феликс подмигнул ему и направился в свою комнату, — и не опаздывай, — крикнул он уже в двери.
Несколько минут Хенджин растерянно стоял посреди опустевшей гостиной, сверлил взглядом закрывшуюся дверь, а затем краем глаза зацепился за то, чего в гостиной обычно не бывало. Он быстро сбросил с себя наваждение, сложил два и два и двинулся к выходу. Набросив на плечи пальто он спешно покинул квартиру.
***
Феликс озадаченно терзал губы и несколько минут мерил шагами свою комнату. С одной стороны идея ему казалась максимально абсурдной, они ведь друзья и никаких романтических чувств друг к другу не испытывают. Но с другой, почему нет? Они же не обязываются провести жизнь вместе. Один вечер, не настоящее свидание, ужин на двоих и незамысловатое времяпровождение. Только с разницей, что ни перед кем не нужно притворяться и выпрыгивать из трусов. Закончив внутренний монолог Феликс решил действительно представить, что у них настоящее свидание. Понадобилось мало времени, чтоб поверить в это и погрузиться в атмосферу трепетного ожидания, волнения и предвкушения. На аккуратно заправленную кровать полетело множество разных нарядов. Вопреки уверенности Хенджина, образ готовым не был. Но благо у Феликса была привычка заранее комбинировать себе наряды. А потому выбирал не долго. Остановился на черных классических брюках, расклешенных к низу. Сверху надел белую шифоновую рубашку, что прикрывала горло. Однако был нюанс, сзади спина была полностью голой, лишь две неширокие ленты образовывались в незатейливый бантик на пояснице. С макияжем тоже не мудрил, подвел лишь глаза, нанес немного хайлайтера на скулы и покрыл розовые губы прозрачным блеском. Закончил свой образ небрежной укладкой. Полностью осмотрев себя в зеркало, Феликс остался доволен. Но решил еще распылить на шею и запястья свой любимый цветочный парфюм. В гостиной порядки наводить не пришлось, все и так было заранее убрано и подготовлено к вечеру. Посмотрев на стол с недоеденным ужином, мысленно поблагодарил себя за утреннюю неопределенность. Не смог решить, что хочет приготовить больше и наготовил всего понемногу. Стол был заново сервирован, горячая лазанья и легкий салат отправились на поверхность, ко всему добавились тарталетки со сливочным сыром, креветками и огурцом, канапешки с грушей, хамоном и грецким орехом. Еще с минуту поразмыслив, нарезал несколько видов сыра и добавил в соусник мед. В целом за временем Феликс не следил. Настолько увлекся приготовлениями, что позабыл о том, что Хенджина вообще в квартире нет. Громкая трель звонка раздалась именно в тот момент, когда Феликс поджигал оставшиеся ароматические свечи на разных поверхностях в комнате. В груди у него всколыхнулось непонятное чувство. К двери он шел нервно поправляя волосы и одергивая блузку. Совсем не так, как будто они устраивают представление. Открыв дверь, он откровенно удивился. На пороге стоял Хенджин, с новым букетом цветов, в этот раз тюльпаны были белыми, с подарочным пакетом в руках и широкой улыбкой на лице. Он неловко переминался с ноги на ногу и нервно покусывал губы. — Я не опоздал? — Хенджин склонил голову на бок, с интересом рассматривая легкие изменения в лице. — Да... Нет, — запнулся Феликс, — проходи, — он отошел в сторону, пропуская Хенджина в квартиру. — Отлично выглядишь, — Хенджин протянул букет Феликсу, тот нелепо обхватил его двумя руками и не знал куда себя деть. В момент когда Хенджин аккуратно и ненавязчиво приобнял Феликса, расположив свои холодные пальцы на спине, аккурат чуть выше завязанного бантика, а на скуле оставил едва ощутимый поцелуй, Феликс всем телом вздрогнул. Несколько раз моргнул и не мог понять как себя вести дальше. Спустя несколько долгих секунд, что показались ему вечностью, они сидели друг напротив друга за столом, между ними стояли бокалы, которые Хенджин наполнил шампанским, а в руках появились столовые приборы. — Окей, если это свидание, то... Расскажи мне о себе, незнакомец, — усмехнулся Феликс, нервно перебирая пальцами салфетку. Хенджин дернул уголком губ и притворно вздохнул. — Ну, я недавно отслужил, устроился на работу. Планирую восстановиться в университете. Могу себя позиционировать как творческую личность. Люблю рисовать, танцевать, фотографировать закаты и... — он склонился над столом чуть ближе, заговорщически понижая голос, — терпеть не могу когда ты не закрываешь крышку на зубной пасте. Звонкий смех разнесся по квартире, Феликс откинул голову назад, прикрывая ладонями улыбку. Хенджин засмотрелся. — А я терпеть не могу когда ты поешь в душе в семь утра! — Это искусство! — парировал Хенджин. — Это пытка, — снисходительно выдохнул Феликс. Они смеялись, перекрикивая друг друга, а потом, сами не заметив, переместились на диван и перешли на что-то более личное. Феликс рассказал о парне, который, оказывается, давно потерял к нему интерес. А отношения продолжал из-за заключенного пари, в котором были установлены сроки на "завалить Феликса". Хенджин поделился, как застал девушку в разгар скачек на одном кобеле, правда не на лошадиной ферме, а в ее постели. А после она назвала его "слишком чувствительным". — А что плохого в том, чтобы чувствовать? — нахмурился Феликс. — Не знаю. Наверное, некоторые люди не хотят глубины. Им проще оставаться на поверхности, — выдохнул Хенджин. Феликс покачал головой и вдруг тихо сказал: — Ну, я, например, не против чувствовать. Хенджин, что сидел к Феликсу боком, подмяв ногу под задницу, одной рукой подпирая голову, а во второй покачивая бокал, вдруг поднял на него взгляд. В комнате царил полумрак, мягкий свет над кухонным островком и теплые блики от свеч освещали Феликса, очерчивая его приглушенным контуром. И вдруг между ними повисло молчание. Не неловкое, а самое странное из всех возможных. Натянутое и как будто электрическое. Феликс смотрел на него чуть иначе, а Хенджин сглотнул ком в горле. — Если это свидание, — голос его дрогнул, но он все же продолжил, — то должно быть что-то еще, — прочистив горло произнес Хенджин. — Например? — Феликс наклонился. Хенджин не ответил. Вместо этого он просто потянулся вперед и осторожно прикоснулся пальцами к его щеке. Феликс не отстранился, наоборот, его взгляд стал мягче, но глубже. — Ты серьезно? — прошептал он. — А если да? — так же тихо спросил Хенджин. Ответом послужила тишина. А потом теплое дыхание на губах и поцелуй. Сначала неуверенный, а потом жадный, тянущий, слишком естественный для чего-то, что начиналось как шутка. Бокал Хенджина опустился на пол, пальцами он вплелся в мягкие волосы Феликса и притянул к себе за затылок. Вгрызался в губы, но боялся пойти дальше. Феликс обхватил его лицо теплыми ладонями и сам проник в рот языком, сбито задышал через нос, едва не заполз Хенджину на колени, уже чувствовал крепнущую хватку на своей голой спине и готов был пуститься во все тяжкие. Феликс чувствовал, как пальцы Хенджина скользнули по его щеке, теплые, настойчивые. Их поцелуй не был просто игрой, в которую они решили сыграть со скуки. Поцелуй был самым настоящим. Липким от шампанского, голодным от непонимания, болезненно-захватывающим. Феликс не думал, просто отвечал на него. Его тело инстинктивно тянулось ближе, к чужому теплу, к запаху, к этому странному ощущению, что Хенджин здесь, рядом, и больше ничего не нужно. А потом он понял. Резко, словно холодная вода окатила с головы до ног. Он отстранился, едва не толкнув Хенджина, словно его губы обожгли. — Черт, — выдохнул он, сжав ладонью губы — Все хорошо? — хриплым, но озадаченным голосом спросил Хенджин. Его руки все еще не слушались и отказывались отпускать упругую кожу. Но Феликс еще раз попытался совладать с собой и все же отстранился. Ощутив при этом дикое опустошение и разочарование. Хенджин смотрел на него пристально, дыхание у него было сбившееся, а глаза блестящие, немного затуманенные. Феликс нервно сглотнул. — Это... — он судорожно вздохнул, — это ошибка. — Ты серьезно? — наступила очередь Хенджина задавать этот вопрос. Он не шелохнулся. Только его челюсть едва заметно напряглась. Феликс отвел взгляд. В груди было что-то тяжелое, гнетущее. — Нам не стоило, — он провел рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями, — мы потом пожалеем. — Нам? Или тебе? — Феликс не ответил. Секунды молчания тянулись, как вязкая патока. Хенджин усмехнулся, хоть в его улыбке и не было ни капли веселья. От чего-то в груди у Хенджина кольнуло, но настаивать он не стал. Как и переубеждать в чем-то. Однако отстраняться тоже не спешил. Рассматривал под иным углом точеные черты лица Феликса, то и дело возвращаясь к губам, вкус которых никогда не хотел ощутить. Но поддавшись моменту и легкому опьянению не сдержался, полностью отдавшись искушению, сам того не осознавая, подписал собственной кровью себе смертный приговор. Все внутри Феликса кричало, что это неправильно, что он потерял контроль, что, если он сейчас не возьмет себя в руки, все изменится. Но Хенджин вдруг встал, забрав у него из рук пустой бокал. — Ладно, — сказал он ровно, стараясь не одаривать друга своим колючим взглядом, — давай тогда займемся тем из-за чего ты вообще согласился на это свидание. — О чем ты? — Феликс нахмурился. — О твоем плане мести, конечно, — спокойно ответил Хенджин, — разве ты не собирался сделать что-то провокационное? — Феликс замер, а Хенджин ухмыльнулся, бросая взгляд на штатив с камерой и кольцевую лампу, которые в гостиной стояли впервые. — Это уже не важно, — Феликс отвел взгляд. — Почему? — слегка наклонив голову спрашивает Хенджин, — потому что ты испугался собственных желаний? — Да пошел ты, — Феликс вскинул подбородок. — Давай лучше сделаем так, чтоб твой бывший пожалел, — Хенджин обошел диван и направился за подарочным пакетом. Ухмыльнувшись собственному выбору, он достал из пестрой упаковки что-то темное. Вернувшись к Феликсу он протянул вещи парню в руки. Это было черное, кружевное, нижнее белье. Феликс сначала моргнул, а затем еще несколько раз. Вложенная в его руки вещь все никак не хотела материализоваться в реальность. — Ты сейчас не шутишь? — недоверчиво спросил Феликс. — Абсолютно, — Хенджин одарил Феликса хищным взглядом и расплылся в улыбке. — Ты купил это заранее? — Феликс посмотрел на комплект, потом снова на Хенджина. — Ага, — Хенджин спокойно сделал глоток шампанского, — я же на свидание шел. — Это слишком, — пробормотал Феликс, но пальцы его все равно скользнули по тонкому кружеву, оценивая ткань. — Почему? — Хенджин наклонился ближе, — ты же сам хотел такую фотосессию. Или я не правильно понял как именно ты хочешь ему отомстить? Ты струсил? — Это другое, — Феликс стиснул зубы, не поднимая взгляда. — А что изменилось? — Хенджин провел пальцами по его запястью, едва касаясь, — то, что теперь ты хочешь, чтоб это видел не он, а я? — Хенджин, — Феликс резко вскочил с дивана и шумно выдохнул. Одному богу известно насколько точно Хенджин попал в яблочко. Феликс действительно хотел, чтоб Хенджин видел. Поцелуй пробудил в нем что-то новое, неизведанное. Сочные, пухлые губы, точеные черты лица, бархатная кожа и чертовски горячие прикосновения. Феликсу слишком понравилось. Но это не отменяло того факта, что перед ним все еще был Хенджин. Тот самый Хенджин, который близкий друг, который поддержка и опора. Вновь ощутить вкус его губ хотелось до покалывания в кончиках пальцев. Но это было неправильно. Нельзя было пересекать черту. — Надень, — из мыслей Феликса вывел бархатный полушепот, — позволь мне увидеть, каким ты можешь быть. — Ты не понимаешь, Хенджин, — Феликс снова запустил пальцы в свою растрепавшуюся укладку, — целью было не просто сфотографировать меня. Фотосессия должна была быть парной. В груди у Хенджина пробежала волна жара. Осознание, что он будет лицезреть Феликса в белье, возможно касаться молочной, гладкой кожи прошибло его насквозь. Короткий, но такой жгучий поцелуй вынудил и его смотреть на друга иначе. Только слепой не скажет, что Феликс красив и сексуален. Но сейчас в его робких движениях скользило волнение, неловкость и смущение. В глазах сомнение, но там, на самом дне, мелькала маленькая искра желания. Хенджин знает, когда не хотят, так не целуют. — Фэйри, давай просто сделаем, — прочистив горло произнес Хенджин, — захочешь — скинешь ему. Захочешь — оставишь себе. Атмосфера все равно располагает. Феликс чувствовал, как что-то внутри разламывается. Его последние барьеры рушились под этим ненавязчивым напором. Еще с минуту поразмыслив, он взял со столика свой подарок и поджав губы, решился на финальный штрих. — Тогда тоже надень, — протянув коробочку Хенджину, он скользнул по нему взглядом. А потом Феликс взял комплект и ушел в спальню, закрыв за собой дверь. Но Хенджин знал — он не запер ее. А значит ждал.***
Феликс стоял перед зеркалом, рассеяно проводя ладонями по ткани нижнего белья, которое подарил ему Хенджин. Тонкие ремешки ложились на кожу, кружево было почти невесомым, а ощущение слишком интимным. За его спиной раздался щелчок камеры. — Ты слишком долго разглядываешь себя, — лениво заметил Хенджин, глядя на него через объектив, — мне кажется, ты еще не до конца осознал, как хорошо это на тебе сидит. — Ты уже начал снимать? — Феликс резко обернулся, его лицо слегка порозовело. Хенджин усмехнулся, опуская камеру. Он был одет в подаренную Феликсом портупею. Черные кожаные ремни обвивали его плечи и грудь, подчеркивали каждую линию тела поверх плотно прилегающей белой рубашки. Но самым лучшим в этом образе был тонкий кожаный ошейник, что крепился к портупее и туго сдавлилал шею. Феликс нервно сглотнул и инстиктивно прикрылся руками. Хенджин на это лишь умилительно хмыкнул. — Ты стесняешься? — Хенджин впервые видел Феликса таким скованным и смущенным. — Нет, — фыркнул Феликс, но руки убирать не спешил. — Фэйри, я видел тебя в белье, — в тишине комнаты вновь раздался щелчок камеры. — Хенджин, ты не понимаешь, это совсем другое, — Феликсу становилось все более дискомфортно, — тогда я не знал, что у тебя на парней встает. Сейчас я чувствую себя голым. — Ну, ты не то чтобы одет, — хихикнул Хван. Феликс одарил его осуждающим взглядом. — Почему вообще ты снимаешь только меня? Пример покажи, — злобно прошипел Ликс. И чего он точно не ожидал, так это того, что Хенджин решительно двинется к нему, возьмет за руку и поведет обратно в гостиную. Сам выставит свет, установит камеру и сядет на диван. Широко раздвинет свои обтянутые брюками бедра и примется расстегивать рубашку. Лицезреть прячущуюся под хлопковой тканью загорелую кожу, упругую грудь и плоский, подтянутый живот было очень волнительно. Портупея так и осталась на нем, ошейник продолжал сдавливать горло, а взгляд Хенджина буравил смущенного Феликса. — Черри, — нервно сглотнул Феликс, — что ты творишь? — Показываю пример, — Хенджин был удивительно серьезен, не было ни ухмылок, ни шуток, — включи таймлапс и иди ко мне. Хенджин приглашающе протянул ему руку, Феликс лишь на секунду подвис, словно для себя решая что-то важное, а затем выполнил просьбу. К Хенджину подходил на дрожащих ногах. Но прежде чем Феликс готов был отдаться хищнику в руки, Хенджин задал вопрос. — Что я могу делать, а что нет? Не хочу тебя смутить или напугать. — В целом все можешь, — тихо пробормотал Феликс. От заботы Хенджина было дико приятно. Волнение не ушло, но решимости слегка прибавилось. И в какой-то момент стало на все плевать. Феликс включил музыку на фон, принес вновь наполненные бокалы и грациозной походкой направился к Хенджину. Шаг, наклон, движение, плавный изгиб, глоток шампанского, томный взгляд. А Хенджин волнуется. Жадно поглощает каждое движение, скользит взглядом по окутанному кружевом телу и жаждет коснуться. Но сам не просит и не тянется, все ждет. Спустя некоторое время его терпение окупается. Феликс подходит ближе, перекидывает через него ногу и мягко опускается на напряженные бедра. Хенджин перестает дышать, щелчок камеры периодически оглушает. — Смелее, — шепчет Феликс, — или всю храбрость растерял? — Провоцируешь, — хрипло произносит Хенджин. — Да, — подтверждает Феликс. — Фэйри, я не сдержусь, — Хенджин смотрит на него снизу вверх, кончиками пальцев ведет по внешней стороне бедра и пробирается пальцами под край кружева. Чувствует как кожа под ним покрывается мурашками, как вздрагивает Феликс. Как тот смотрит пронзительно и с интересом. — У нас же свидание, Черри. Я что, зря готовился? — скромная, на грани невинности улыбка украсила красивое лицо. А у Хенджина в ушах зашумела кровь. — Наша дружба пойдет по пизде, — голос все сильнее дрожал и становился ниже. Хватка на бедре ощутимее, а кожа под пальцами раскаленнее. — Не так уж мы и дружили, — неразборчиво шепчет Феликс. Кто потянулся первым — непонятно. Хенджин все еще был осторожен, но напор его возрастал. Сжав ладонями бедра, Хенджин плотнее прижал его к себе, Феликс подался вперед и оплел руками шею, вторгся в рот Хенджина языком, жадно сминал губы и тихо стонал в поцелуй. Ладони Хенджина оглаживали спину, сжимали талию, а губы терзали липкую от блеска плоть. — Ты все еще осторожен, — сбито бормочет Феликс, — мы и так перешли черту, не сдерживайся. Тоже покажи мне каким ты можешь быть. В ту секунду вокруг них исчезли все звуки, время остановило свой ход. Были лишь они вдвоем. Такие жадные и голодные. — Здесь или в спальне? — прошептал Хенджин. — В спальне, — такой простой и короткий ответ, но столь судьбоносный. Хенджин подхватил его под ягодицы, не отрываясь от пухлых губ, понес в спальню Феликса. Уложив его на кровать, принялся терзать шею парня и прижимать его руки к матрасу. Легкий поцелуй за ушком, укус в подбородок, засос на шее, два на ключицах. Феликс извивался, грудь ходила ходуном, хотелось хныкать и просить. Образ Хенджина перед глазами был размытым. Глаза заволокло дымкой желания. Феликс приглашающе развел бедра, намекая на большее, но тут же ощутил жгучий шлепок. Пришлось свести их обратно. На вопросительный взгляд Феликса Хенджин лишь оскалился и хищно облизнулся. — Сегодня мы не друзья, Фэйри. Так что будешь слушаться, — прохрипел Хенджин. Внутренности обдало жаром, внизу живота потянуло, а обтянутый тонким кружевом вставший член призывно дернулся. — Оставь портупею, — промямлил Феликс, — это заводит. Хенджин поднялся с постели, встал напротив нее и освободился от расстегнутой рубашки. — Как давно у тебя не было секса? — Хенджин потуже затянул ремешки портупеи и притянул Феликса к себе за щиколотки. — Десять месяцев, — Феликс отвел в сторону смущенный взгляд. — Значит первый раз у нас обоих будет недолгим, — хмыает Хенджин. Расстегнув брюки, Хенджин не стал их снимать, лишь спустил резинку трусов и достал твердый член. Головка блестела, по стволу то и дело скатывались капли предэякулята, Феликс все еще не смотрел, но слышал звук расстегнувшейся молнии и безбожно краснел. — Смотри на меня, Фэйри, — Хенджин предвкушал что-то невероятное, что-то захватывающее и обжигающее. Феликс медленно повернул голову, его взгляду предстал такой новый, горячий и властный Хенджин. Он придерживал член у основания и ждал ответных действий. Феликс смотрел в глаза Хенджина, видел чистое, неприкрытое желание и осознал, что таким взглядом на него еще никто не смотрел, так не желал. Он присел на кровати, подполз к краю и опустил подрагивающие пальцы на бедра Хенджина. Не отрывая взгляда от него, он высунул кончик языка и осторожно слизал с головки выступившую каплю семени. Хенджин шумно выдохнул и запустил пальцы в мягкие волосы. Феликс бросил еще один взгляд из-под пушистых ресниц и пропустил напряженную плоть в рот. Прикрыв глаза он сладко промычал наслаждаясь тяжестью бархатной головки на языке. Было необычно, естественный вкус Хенджина ему нравился. Плотно сжимая губы вокруг члена он стал двигать головой быстрее, с каждым толчком брал глубже и резче, входил во вкус и отчаянно цеплялся пальчиками за пояс брюк. Хенджин над ним тихо стонал, поглаживал по затылку, слегка сжимая волосы у корней. — Не так быстро, малыш, — Хенджин завороженно наблюдал как вязкая слюна тянется от распухших губ к головке его члена. Чистейшее блядство. Видеть Феликса таким было сродни взрыву сверхновой. Смертельно опасно. Феликс так развратно облизывал распухшие от трения губы, взгляд был таким нуждающимся, что Хенджин не раздумывая вновь вогнал член в горло. Уже бывший друг принялся жадно сосать, утыкался вечнушчатым носиком в лобок, шумно причмокивал, кружил языком по вздутым вена, уздечке, вылизывал уретру и заливал румяные щеки слезами. Оргазм настиг их обоих и правда быстро. Хенджин достал член из влажного рта, залил тугими струями спермы лицо и размазал ее пальцами по щекам. Феликс кончил ни разу к себе не прикоснувшись, лишь от ощущения вязкой субстанции на своем лице, что уже подсыхала и стягивала кожу. Хенджин скользнул большим пальцем в рот и Феликс тут же его принял. Мужчина обхватил его лицо ладонями и жадно вгрызся в губы, слизал с них остатки спермы и слюны, стал жадно вылизывать рот. В голове шумело, воздуха не хватало и Феликс отстранился первым тяжело дыша. — Ты грязное животное, знаешь? — Феликс уткнулся лбом в лоб Хенджина, но тот не стал долго тянуть. — На живот, быстро, — Хенджин издал нечто похожее на приглушенный рык. Он не стал дожидаться пока Феликс ляжет сам, резким движением перевернул его и притянул к себе за бедра. Отвесив звонкий шлепок по округлым ягодицам, он раздвинул их в стороны. Голодным взглядом смотрел на аккуратную, растянутую дырочку, ее края были раскрасневшимися и Хенджин осторожно обвел их по кругу пальцем. Феликс вздрогнул, подавшись бедрами вперед. Хенджин придержал его и крепче сжал ягодицы. — Плохой мальчик и правда готовился подставить попку сегодня, — Феликс от этих слов зарылся горящим от смущения лицом в подушки и сжал простыни руками. Хенджин чувствовал как рот наполняется слюной и не стал препятствовать своим желаниям. Он оттянул полоску стрингов и жадно присосался губами ко входу, очертил его по кругу острым языком и толкнулся внутрь. Феликса выгнуло дугой, свой громкий стон он поспешил заглушить постельным бельем. — Не смей быть тихим, — рыкнул Хенджин. Спустя секунду его вновь оглушили стоны, звонкие, сладкие и тягучие. Хенджин несколько раз толкнулся в Феликса языком, сжимал ладонями половинки. Широко лизнул промежность от мошонки до дырочки и вновь стал ласкать ее обильно смачивая слюнями. От пошлых звуков судорогой сводило все, что только могло. Член ныл, желал оказаться в горячей тесноте. Хенджин чертовски хотел ощутить как податливые стенки будут сжиматься вокруг него. Он просунул руку под животом Феликса и накрыл ладонью член, что до сих пор находился в плену кружева. Трусики были липкими от просочившейся сквозь ткань спермы. Феликс дрожал, тихо скулил и просил большего. Хенджину едва удавалось держать себя в узде. — Черри, прошу, — захныкал Феликс, — возьми меня. Хенджин прикусил кожу на бедрах и отстранился. Вышел из спальни, но вернулся спустя несколько минут. Без тепла чужого тела и прикосновений Феликсу было холодно и пусто. Благо ждать пришлось недолго, Хенджин избавился от одежды полностью, присел у изголовья кровати и притянул к себе Феликса. Тот дрожал как осиновый лист, тянулся за поцелуем и, кажется, плохо соображал. Хенджин разорвал упаковку презерватива и протянул его Феликсу, тот послушно надел его на твердый член друга и перекинул ногу через его бедра. Широкие ладони тут же легли на острые тазовые косточки. Хенджин любовно их огладил и приподнял немного Феликса, предварительно придерживая полоску трусиков. Феликс несколько долгих секунд медлил, вглядывался в такие знакомые черты лица и Хенджин понял о чем он думает. — Если не уверен, можем остановиться, — прошептал он покрывая легкими поцелуями взмокшую кожу на шее. — Мы уже все равно совершили ошибку, останавливаться поздно, — Феликс завел руку за спину и направил пульсирующий член в себя. Головка уткнулась в податливый вход и проникла на половину, от чего тот рвано выдохнул. — Прошу, только не называй это ошибкой, — зажмурив глаза шептал Хенджин. А затем толкнулся на всю длину и плавно вошел до упора одним размашистым толчком. Феликс звонко простонал, Хенджин притянул его к себе за спину и втянул во влажный поцелуй, смаковал его губы, ласкал языком язык Феликса и двигался. Не спеша, ритмично и чувственно. Пальцами скользнул к соскам и слегка сжал их, от чего Феликс простонал громче обычного. Зубы Хенджина сомкнулись вокруг розовой бусинки, пальцами другой руки он терзал второй, сжимал его и оттягивал. Феликс закидывал голову назад и хрипло стонал покачиваясь на бедрах. В какой-то момент он одной ладошкой схватился за кожаный ремень портупеи и мертвой хваткой вцепился в него. Под ошейник на шее Хенджина проникли два пальца и Феликс, оттянув на себя ремешок, крепко сжал его в кулаке. На шее Хенджина вздулись вены, лицо стало краснеть, губы не смыкались от нехватки воздуха, а мозг отказывался функционировать. Проснулось желание трахнуть жестче. Хенджин крепче обвил талию Феликса одной рукой, второй сжал его горло и постепенно смыкая пальцы на тонкой шее увеличил темп. Феликс сместился выше и каждый толчок теперь был точным и смертельным. Оба задыхались в ощущениях, хрипло дышали через раз и сдавленно стонали. Звонкие шлепки влажных от пота ягодиц о такие же влажные бедра эхом отдавались в ушах. Феликс ноготками стал царапать кожу на груди Хенджина и начал насаживаться сам, резче, глубже и грубее. Хенджин вдруг резко разорвал спереди трусики на нем и обхватил сочащийся влагой член, быстро стал надрачивать под головку, в такт своим движениям. — Ах, Черри, — захныкал Феликс, — остановись. Но Хенджин не собирался, смотрел как слезы стекают по раскрасневшимся щекам и наслаждался. — Плачь, мой мальчик, плачь, — словно в бреду шептал Хенджин, — тебе так идут слезы удовольствия. Моли меня о чем угодно, но не проси остановиться. Феликс в преддверии оргазма все сильнее тянул за ошейник, Хенджин под ним хрипел, жадно хватал воздух ртом, но не сбавил темп ни на секунду. Казалось, стал таранить нутро Феликса еще интенсивнее. Феликс некотролируемо стонал, всхлипывал и хныкал, ресницы и щеки были мокрыми от слез, а руку Хенджина обдало жаром вытекающей в плотно сжатый кулак на члене спермы. Феликс рефлекторно сжался вокруг члена Хенджина и ему вмиг показалось, что тот в нем стал больше, плоть пульсировала наполняя презерватив семенем. Феликс обмяк, хватка на шее ослабла и Хенджин вдохнул полной грудью. Проморгавшись, он прильнул носом к мокрой щеке и стал собирать с нее соленые капли губами. — Мне так нравятся твои всхлипы, — тихо шептал он, — ты такой хороший, чувствительный мальчик. — Если бы я знал как хорошо ты трахаешься, давно бы начал тебе строить глазки, — улыбнулся Феликс. — Мы больше не друзья, Фэйри, — спустя несколько мучительно долгих минут произнес Хенджин. У Феликса скрутило внутренности от произнесенных слов. Он предполагал, что ни один из них не сможет делать вид, что ничего не было. Но от этого легче не становилось. — Да, — выдохнул он поднимаясь с бедер.***
Утро выдалось на удивление мерзким. Плакать Феликс вчера не стал, но от того все равно было горько. Едва разлепив опухшие веки, он зачем-то повернул голову и ожидаемо увидел смятое постельное белье и холодную подушку. Значит Хенджин ушел под утро. Либо сразу после того как Феликс уснул. После слов Хенджина он решил взять от этой ночи все, раз они все равно не друзья. Хенджин брал его на весу когда они пошли принять совместный душ, Феликс оседлал его еще раз в гостиной на диване. Когда решили передохнуть и выпить по бокалу шампанского, Хенджин не выдержал вида такого затраханного Феликса. Бокалы звонко встретились с плиткой на кухне, разлетаясь сотнями осколков, а Хенджин, подхватив его, разложил на столе. Второй минет Феликс сделал Хенджину у входной двери, когда тот собрался мчаться в круглосуточную аптеку за презервативами, ведь свой запас они израсходовали. Позже Хенджин отсосал Феликсу в душе, когда им захотелось прийти в чувство во второй раз. На закрытом балконе, когда захотелось вдохнуть свежего воздуха, Хенджин нагнул его раком, снова вылизал, а после взял прямо у открытого окна. Феликс срывал голос стонами и выкрикивал на каждом толчке грязные словечки и имя бывшего друга. Рассвет встречал глотая сперму после того как Хенджин накрывал его тело своим и шептал ласковые слова на ушко в миссионерской позе. Проведя ладонью по пустующей половине постели Феликс тяжело выдохнул. Искренне надеялся, что не пересечется с Хенджином. Обсуждать это все и прекращать общение хотелось меньше всего. Тихо ойкнув, Феликс попытался встать с постели, поясница безбожно ныла, а на попу присесть было невозможно. Медленно приоткрыв дверь своей спальни он выглянул в гостиную, там никого не было. Пройдя на кухню он решил выпить стакан воды. Краем глаза заметил, что в прихожей не висит пальто Хенджина и горько улыбнулся. Но подметил, что все было убрано, еда разложена в холодильнике, а посуда вымыта. С разъедающим сердце чувством Феликс отставил стакан и пошел в ванную. Горячий душ был именно тем, что доктор прописал. Но и там он долго не пробыл. Захотелось спрятаться в комнате и на случай если Хенджин захочет поговорить, притвориться мертвым. Но судьба как всегда злодейка, из-за шума воды Феликс не слышал хлопка входной двери, а с самим Хенджином столкнулся на выходе из ванной. — Ты уже проснулся, — раздалось таким теплым и знакомым голосом. — Да, — неловко переминаясь с ноги на ногу промямлил Феликс. Хотелось испариться, раствориться, исчезнуть и не сталкиваться вот так. Видит бог, он пытался уйти, но мягкое касание к его руке остановило. Он впервые поднял взгляд на Хенджина и стало в разы грустнее. — Хенджин, не надо, я понял, — произнес Феликс, — мы больше не друзья. Хенджин нахмурился, его густые брови забавно сошлись на переносице, но спустя несколько секунд сознание прострелило. — Пойдем, — улыбнулся Хенджин. Его рука легла на напряженную спину растерянного Феликса. На кухонном столе, к которому его подвел Хенджин стояли дымящиеся чашки с чаем, вазочка с новыми, розовыми тюльпанами и миленький тортик, с коробки которого нетерпеливый Хенджин развязал красный бантик и открыл ее. Глупая надпись на нем красными буквами кричала "Happy Valentine's Day". — Не понимаю, — пробормотал Феликс поднимая взгляд на Хенджина. — Фэйри, я сказал, что мы больше не друзья только потому что понял, что захочу пригласить тебя еще не на одно свидание. Только в этот раз уже на настоящее, — серьезно произнес Хенджин. Его теплые руки все еще незатейливо оглаживали спину, он подошел вплотную и уткнулся носом в висок, вдыхая запах распаренной после душа кожи. Целовать не рискнул хоть губы и сводило от желания. — Мы не влюблены друг в друга, но я увидел тебя совершенно другим, не таким какой ты со мной обычно. Я хочу узнать другого тебя. Нам будет сложно, но мы можем попробовать что-то построить. Начнем со свиданий и никакого секса, — тихо пробормотал Хенджин. Вскинутые к верху руки и улыбка полная надежды, искренность в глазах и зародившееся ночью тепло в сердце растопили лед в чужом. — Можем попробовать, — улыбнулся Феликс, — но с тебя новый комплект белья, Черри. Ты вчера мой подарок порвал, а он мне очень понравился. А затем Феликс потянулся к губам напротив и оставил на них нежный поцелуй.
