Дурочка

Беларусь иногда ловила себя на мысли, что Польша её раздражает. Но не сильно. Не настолько, чтобы всерьёз обижаться, сердиться или... Упаси боже, желать ей зла. Просто… у неё была эта манера говорить без остановки, болтать обо всём подряд, даже когда белка хотелось тишины. Сегодня был именно такой день. Снег падал крупными хлопьями, в воздухе витало что-то умиротворённое, и советская мечтала просто сидеть у окна, смотреть на сугробы и, может, связать ещё одну варежку. Одну. Вторая всегда давалась сложнее. Но Поль, конечно же, влетела в дом без предупреждения, стряхивая снег с яркого пальто и громко вздыхая: — Ну и погодка! Я уже не говорю о том, что на дорогах вообще жуть, но слякоть-то зачем? Беларусь не ответила, только сделала глоток чая, не отрывая взгляда от окна. Польша, не дождавшись реакции, сама себе разрешила устроиться рядом. Взяла чашку, заглянула в неё с любопытством. — Что пьёшь? — Чай-спокойно ответила. — Дай попробую. Беларусь вздохнула, но молча протянула ей чашку. Польша сделала глоток, сморщилась. — Горько. — Ты- тоже-отозвалась Беларусь, но без злости. Польша рассмеялась. Она вообще смеялась часто. Громко, звонко, так, будто никого не боялась. Белка на неё не смотрела, но чувствовала: та улыбается. — А ты меня, типа, не прогоняешь? — Разве поможет? — Нет- Польша подмигнула —Ну,а вдруг? Беларусь только качнула головой, допивая свой чай. В комнате воцарилась тишина, прерываемая только мягким потрескиванием свечи на подоконнике. — Знаешь, ты такая... терпеливая-вдруг сказала Польша, задумчиво теребя край своей перчатки. — Даже слишком. Беларусь пожала плечами. — Может-с мягкой улыбкой проговорила советская. Польша чуть придвинулась ближе, согреваясь у неё под боком. — Это не комплимент, дурочка. Беларусь не отстранилась. Только опустила взгляд вниз, на руку Польши, почти касавшуюся её собственной. — А ты что, меня пожалеть решила? — Не-а. Просто… если я перестану тебя доставать, ты, наверное, заскучаешь. Беларусь чуть заметно улыбнулась. Всё-таки Польша была не такой уж и глупой. — Может быть. Беларусь молчала. Польша тоже, но недолго. — Ты не против?- голос у неё стал чуть тише, будто неуверенный. Беларусь посмотрела на неё: яркие волосы чуть спутались, щеки раскраснелись от холода, а пальцы, которыми она сжимала кружку, слегка дрожали. Она всегда была шумной, дерзкой, иногда раздражающей, но вот так, в тишине, без лишних слов, выглядела.. — Чего именно?- Беларусь всё-таки ответила, отводя взгляд к окну. Польша задумалась. Или просто подбирала слова. — Не знаю… Моего присутствия? Моих слов? Того, что я тебя, типа, достаю? Беларусь пожала плечами. — Если бы я была против, ты бы уже ушла. — Ну…-Польша накрутила прядь волос на палец. —Не факт. Может, я слишком настойчивая. Беларусь снова улыбнулась. Совсем чуть-чуть. — Тогда я бы тебя выгнала. Польша покосилась на неё, прищурилась, так, будто пыталась понять, говорит ли та всерьёз или просто поддразнивает. — Но не выгнала же- наконец пробормотала она, и Беларусь почувствовала, как её пальцы осторожно накрывают её ладонь. Беларусь не убрала руку. Снег за окном продолжал падать, в комнате было тепло, и чай в чашке медленно остывал. Польша смотрела на нее не дерзко, не насмешливо, а будто чего-то ожидая. Беларусь чуть сжала её пальцы в ответ. — Нет, не выгнала Так и прошел простой, но очень приятный вечер