``сердца на пересечении границ``

утро, солнце светит, значит новый день начался. яркие лучи солнца даже не думали будить юного принца, скрывшегося за плотными шторами. сегодня, на удивление, его не разбудило ничего. он спал столько, сколько было угодно душе. это, действительно, достаточно удивительно, смотря на их большую "семейку". у них в замке всегда шумно, из за большого количества людей. но, для Лололошки, все эти особи - его семья, хоть и не родная. даже фамилии у них совершенно разные, они стали ему на столько родными, что отличий от настоящей семьи даже не было. парень широко зевнул, прикрывая тыльной стороной руки рот и зажмуривая глаза. потягиваясь, приятно разминая части тела, на последок издавая странный и непонятный звук, похожий на писк. открывая глаза, он промаргивается долго, сонно, смотря в потолок. лежа в странной позе, он потянулся снова, но лишь для того, чтобы рывком встать с кровати, что стало ошибкой. голова закружилась, а в глазах мимолетно потемнело. — пизда. — прокомментировал принц, останавливаясь на одном месте и приподнимая руки, держа равновесие. через пару секунд такое состояние прошло, довольно быстро. Лололошка с облегчением выдыхает и идёт в душ, освежиться, а после и умыться нормально. парень захватывает полотенце с небольшой вешалки, приобнимая его и, с закрытыми глазами, направляясь мыться. складывает в квадратик недавно взятую вещь и кладёт его на полочку, возле небольшого душа. он не любил мыться в ванной, там только полежать, отдохнуть, если день натянутым был. предпочитает больше душевую кабинку. там, кстати, тоже можно расслабится, главное не переборщить и не упасть. убрав полотенце, которым воспользуется после мытья, Лололошка открывает стеклянно-матовую дверцу кабинки и начинает раздеваться. растёгивает пуговицы на, очень мягкой на ощупь, рубашке. стягивает её сначала с плеч, а после уже и полностью снимает. складывает спальную одежду тем же квадратиком и кладёт её недалеко от полотенца. стягивает пижамные штаны, вместе с ними и нижнее бельё. укладывает рядышком с, недавно уложенным, верхом, и стягивает с волос на затылке чёрную резинку, сдерживающую волосы в небольшом хвостике. принц поворачивает голову в бок и встречается со своим отражением в, достаточно большом, зеркале. он поглаживает ладонью своё плечо, медленно поворачиваясь всем туловищем к зеркалу. вытягивает руки вдоль тела и смотрит на себя. проходится взглядом по веснушчатым плечам и ладоням. по небольшим шрамам на всём теле. небольшие рубцы красовались под рёбрами, на животе было несколько, на ногах тоже они были. взгляд падает на бёдра, он мягко оглаживает кончиками пальцев, уже почти зажившие царапины. принц тяжело выдыхает, убирая руку от участка тела, будто ошпариваясь о него и переводит взгляд на свои ключицы. ярко выраженные косточки торчат, хорошо виднеясь из под кожи. взгляд стремится к ногам. стройные, длинные, худые. пик моды. многие бы позавидовали, если бы обращали хоть какое-то внимание на них. вдоль икр виднеются короткие волосики, их было почти не видно, из за цвета волос. светло-шатенестые, слегка кудрявые волосы ложились на плечи парня. полностью рассмотрев себя ещё пару минут, парень всё же залез в душ. включив тёплую, слегка горячую воду, он встал под неё вместе с головой. волосы на макушке, что первыми стали намокать, прилипли ко лбу. капли воды начали активно стекать по телу парня. в комнате стало душновато, больше зеркало на стене, в которое недавно смотрелся Лололошка, запотело. принц прикрыл глаза, опуская голову вниз и полностью расслабляясь. опуская плечи, что недавно были в напряге, руки оставляя болтаться в доль тела. новые мысли забили голову Лололошки тут же, как только он закрыл тёмно-синие очи. — «интересно, что будет сегодня? хочется разнообразия, а не вечных тренировок в борьбе. а будут ли меня любить так же сильно, когда увидят мои шрамы?» — принц тяжко выдохнул, открывая глаза и глядя в свои ноги. его брови были сведены к переносице, а небольшая венка на шее взбухла, показывая этим, как он напрягся после этой, казалось бы, не значительной мысли. встряхнув мокрой головой и отгоняя ненужные мысли, парень взял в руки шампунь в, приятном на ощупь, голубом бутыльце. открыв бутыль и вылив немного содержимого себе на макушку, перед этим немного наклоняясь, для удобства, принц принялся намыливать намокшие волосы. теряя самообладание, Дейвисон прикрыл глаза, массируя кожу головы шершавыми подушечками пальцев. сколько же на тех было «боевых» мазолей, что прошли совсем недавно. он глубоко вдыхает носом приятный, сладкий аромат шампуня. что-то отдалённо напоминающее голубику. Лололошка улыбается, вспоминая, как они с семьёй выбирали подходящий друг для друга запах, для покупки обычного шампуня. тогда было так много веселья, а сейчас.. сейчас оно тоже присутствовало в жизни, но, всё же, напряжение в их дворце брало верх. пока шатен задумался, он уже полностью намылил голову, при этом, делая своеобразный массаж, помогающий расслабиться хоть немного. открыв глаза, тот подставляет свою голову под струйки воды, полностью смывая пену, а после, повторяя те же махинации с головой, начисто вымывая её. в ход идёт необычная, даже странная, перчатка-губка и, самый обычный, гель для душа. запах у того точно такой же, с голубикой, только не на столько сильный. парень благоухающий гель на перчатку, надетую на руку, выливает и принимается мылить ей тело. мусолит ладонью по торсу, да вот шершавая, жёсткая перчатка задевает шрамы, заставляя принца скривиться в недовольной гримассе боли, и приостановить свои действия. глянув на место, где только что лежала его рука, он обнаружил несколько, не сильно кровоточащих шрамов. выглядит не очень красиво. Лололошка старается не думать об этом, не думать вообще. он устаёт уже только от своих же мыслей по этому поводу, на тему его комплексов. как же так, до чего он докатился? проморгавшись и, будто выходя из транса, принц заметил, как засмотрелся на свои шрамы. не очень воодушевляет..                               ... прошло, примерно, пол часа с захода в душевую. Лололошка открыл запотевшую, от горячего пара, дверцу, выходя из неё, взлохмачивая рукой влажные волосы. он берет оставленное собой полотенце с полки и вытерает им всё своё, уже расслабленное тело, от остатка влаги после душа. промакивает этим же полотенцем волосы, с которых стекала вода, и затягивает влажную ткань на поясе, прикрывая ей паховую зону, не скрытую за нижним бельём. принц тяжело выдыхает. так как в комнате становилось душнее с каждым вздохом, он решил покинуть это помещение. открывая деревянную дверь, та слегка проскрипела, создавая неприятный для ушей звук, в контрасте тишины комнаты. Лололошка на это поморщился, но поспешил привести себя в порядок, ведь, за, достаточно большой дверью, было слишком тихо для этого поместья. для семьи тоже, в общем. не привык он к такой тишине, та казалась ему гулкой, слишком шумной. может, так казалось лишь из за нагнетающих мыслей в шатеновой головушке? даже если и так. именно эта тишина неприятно давила на принца, в груди поселилось стойкое ощущение, что намечается что-то не хорошее. да и не только в районе сердца, в мозгу, в большом клубке из мыслей, тоже было что-то такое. — "дело плохо, надо отвлечься." — думал про себя Дейвисон, кусая нижнюю, и так уже измученную, губу. дерьмово было то, что он не знал, чем можно отвлечь себя. даже за выбором одежды его приследовали эти никчёмные мысли, что раздражали с каждым разом всё больше. будто специально давили на нервы, заставляя нижнее веко начать легонько подёргиваться. парень головой вертит в стороны, старается не нужные мысли отогнать от себя. Лололошка стоит в одних трусах перед огромным шкафом с одеждой, одну руку упирает в бок, а второй почёсывает подбородок, думая над выбором одежды. в тяжёлую дверь пару раз постучали, заставляя принца подпрыгнуть на месте и выругаться про себя, хватаясь рукой за сердце, точнее, за место, где оно должно было быть, прикрывает глаза и тяжело выдыхает, стараясь успокоить бешеное колочение, слышимое даже в ушах. — слышь, Ловка, я войду? — послышался грубый, слегка хрипловатый голос за дверью. Дейвисон тихо хихикнул от прозвища, которое ему придумали во время одной игры. он просто вписал в строке своё имя, только Английскими буквами, но сделал небольшую ошибку, которую его братья заметили раньше, чем он успел среагировать и переписать правильно. с того самого времени это, - его новая кличка в кругу семьи. эта история вообще сама по себе довольно смешная. сначала принц попросту обижался, ведь, коверкать его имя было неуважительно. но, через какое-то время тот привык, даже сам придумал точно такие же, тупые кликухи, для лучших братьев в королевстве. — конечно, Фляжка! входи, не стесняйся) — в голосе слышалась улыбка, будто её обладатель всячески старался не засмеятся, прикрывая тыльной стороной руки рот, что вот вот бы разинулся в широкой белёсой улыбке. за массивной дверью тихо фыркнули и, явно, закатили глаза, в итоге, всё же открывая дверь и заходя во внутрь комнаты. Лололошка повернулся в сторону двери и увидел, уже до боли в глазах, знакомую фигуру, которая скрестила руки на накаченной груди, которую, будто специально, обтягивала чёрная водолазка. рот того скривился в нахальной улыбке, а широкие брови свелись ближе к переносице, от чего появились небольшие складки на коже. не произвольно, Дейвисон начал рассматривать парня, стоящего в паре метров от него: чёрные, густые волосы, чёлка, зачёсанная назад, к макушке. на лбу виднелась ярко красного цвета бандана, любезно завязанная кем-то бантиком на затылке. чёрная, облегающая тело водолазка, такого же цвета спортивные штаны, с алыми вкроплениями по бокам. на стопах красовались чёрные носочки, с милым узором котика. эта деталь, почти полностью скрытая за широкими штанами, не ускользнула от взгляда шатена. — как это мило) — пропел принц, хлопая ресничками и подходя ближе, будто плывя по воздцху. — ты надел носочки, которые мы с Артом дарили тебе!! — парень сплёл длинные пальцы между друг другом, соединяя ладони в замок и поднося их к своему лицу, левую ногу приподнимая, сгибая в колене за своей спиной. принц щурится, уголки губ расплываются в ухмылке, а на переносице, не произвольно, появились морщинки. Фляжка, как его недавно назвал Ло, громко цокнул, но улыбка так и не спала с лица. — иди ты, тебе показалось. — сказав это, парень согнулся на пополам, нагибаясь к своим ногам, поправляя края штанов. Лололошка тихо рассмеялся, складывая руки на груди, только сейчас замечая, что до сих пор стоит в одних трусах. он опускает голову, убеждаясь в этом и тяжело вздыхает, понимая, что опять быстро забыл о том, что хотел сделать ещё пару минут назад. под тихий смешок брата, который давно заметил, что Лололошка стоит в одних трусишках, тот развернулся, подходя обратно к своему шкафу и выбирая одежду для сегодняшнего дня. — так чего ты хотел, Джонни? — в пол голоса спрашивает принц, даже не поворачиваясь лицом к приятелю. — да ничё такого, просто пришёл глянуть, проснулся ты, или как обычно дрыхнешь. — тихо посмеивается Джонни, подходя к чужой, большой кровати и садясь на её край, закидывая одну ногу на вторую и облокачивая руки на свои колени. — ха-ха, как смешно. — закатывает глаза принц и тяжело выдыхает, не зная, что можно надеть на себя сегодня. — я не на столько долго сплю как некоторые. — отвечает колкостью тот, намекая на второго их брата, который не присутствовал в таком интересном и интелектуальном разговоре. раздаётся скрип открывающейся двери, из проёма показывается кучерявая макушка.. — помочь с выбором одежды? — а, нет. всё же, в этом разговоре будут присутствовать все. на голос поворачивают голову оба брата, уже с улыбками на лицах, ведь, этого парня можно было узнать уже по голосу. — да, Артур, если не сложно. — немного стесняясь отвечает принц, приподнимая руку и зарываясь ладонью в свои волосы, зачёсывая их назад. — пфф, боже, я же просил не обращаться ко мне так призентабельно. — машет рукой тот. он не любил, когда, даже в кругу семьи он считается принцем, которого стоит уважать. Артур рад... нет. все, из трёх братьев, рады, что у них прекрасные отношения друг с другом. многие бы пощитали их за ред флагов или абьюзеров, так как они часто начинали мелкие перепалки, не серьёзные ссоры или мини драки. но им просто комфортно. между собой, они даже дали клятву, что, чтобы не случилось, они всегда будут вместе. до сия времени они придерживаются этой клятвы. закрывая за собой дверь и подходя ближе к своему, на данный момент, полу-голому брату, парень хихикнул, разглядывая его нижнее бельё. — ты не изменишь свой вкус в трусах, да? — на том были надеты ярко голубого цвета боксеры, с принтом чипсов "принглс". — а сам то!! — задирает голову Лололошка, складывая руки на груди. у Фикса тоже было странное бельё. на данный момент на нём были синие боксеры, в ядерно-жёлтую точку. сейчас, они были прикрыты свободными штанами в клетку. Артур опускает голову вниз, упираясь подбородком в грудную клетку, будто собирается проверить, так ли это, но лишь грустно вздыхает. — ниужели эта любовь даётся по наследству? — он хмурится, театрально шмыгает носом, будто пустил скупую слезинку, поднимает голову и показушно, резко смахивает эту самую "слезу" , смотря на уже готового задыхаться от смеха Лололошку, что закрывал ладонью рот и щурился. — пиздёшь! я же в таких идиотский трусах не гоняю! — начал Джонни, сидящий на чужой кровати и наблюдающий за сея картиной. он нахмурился, сведя брови к переносице. — да-да, видел я твои трусы)) — смеётся уже Артур, улыбаясь во все 32 зуба, прикрывая тыльной стороной руки рот и косясь на брата а красной бандане. — в стрингах гоняешь, красненьких таких. — тут Дейвисон уже не выдерживает, прыснув голосистым смехом, он сгибается в спине, облокачиваясь руками о согнутые колени. жмурится и громко смеётся. — чтоооо, не правда!! — восклицает Фляжка, выпучивая глаза в шоке и резко поднимаясь с насиженного места на краю постели, предварительно топнув ногой по деревянному полу. тут уже не выдержал даже Артур. вся комната принца залилась смехом двух братьев. которые уже на пол пути к тому, чтобы лежать на полу и кататься по твёрдой поверхности в разные стороны. из окна, на против кровати, были видны яркие лучи солнца, пробирающиеся по стене и полу, освещая комнату на столько, на сколько им позволяют не до конца задёрнутые шторы.                               ... прошло минут двадцать, может чуть больше. Артур подобрал идеальный наряд для “принца Лололошки„ , как его прозвал Джонни, за что получил подушкой по чёрной макушке. в прикид входили: чёрная, вискозная рубашка, сверху которой был белый корсет, с нежно гулубыми вставками; белые, широкие брюки с карманами на боках; сверху - темно синяя накидка на плечи, что-то типа длинного плаща до пола. всё это, к сожалению, Дейвисон отверг, объяснив это тем, что сегодня не должно было быть какого-то праздника, да и выходить из дворца он особо не собирался. ему важен собственный комфорт, а не чужое мнение. конечно, от мнения общества зависит многое, но явно не в его же доме, где все его любят и принимают, хоть даже он наденет платье. их семья славилась хорошими взаимоотношениями, идилией и комфортом. естественно, они тоже ссорились между собой, как и все семьи, ведь у каждого есть своё мнение, которое может быть не схоже с чужим. нельзя отрицать и долгие обиды, которые, со временем, решались. можно сказать, что они - обычная, среднестатистическая семья, со своими разногласиями и проблемами. просто, более дружелюбна. детям повезло, что родители, прожившие в достаточно плохих семьях, предприняли решить свои проблемы с моральным здоровьем, а после уже заводить семью. они вырастили Джонни, которому недавно стукнуло за восемнадцать, на данный момент растят Артура с Лололошкой. у последнего слегка странноватое имя, из за которого его долгое время чморили. но он справился с этим, пережил, так сказать, и больше не реагирует на это как на что-то обидное. всё благодаря братьям. они поддержали его в трудный период времени, но после и сами начали подшучивать над Дейвисоном. конечно, в начале это било по психике, а потом, в случае доверительных отношений с братьями, он тоже начал смеяться с подколов и шуток на счёт имени. перестал стесняться его, так сказать. но, даже в таком случае, его предпочли продолжать выставлять в свет под другим именем. общество знало его лишь как Романа Дейвисона. на счёт одежды Лололошка решил так. чёрная водолазка, с руковами-перчатками без пальцев, сверху нежно голубого цвета худи, на груди тёмная надпись, выгравированная английскими буквами. «create yourself», что подразумевалась как цитата, «сделай себя сам». она достаточно полезная, хоть и банальная. в плане, многие говорят это. а так, ему просто до жути нравилось само худи, — его цвет, он не такой вычурный, но и не слишком тусклый; длинна как надо, будто под него сшили. спереди еле доходит до низа живота, а сзади всё прикрывает; да и материал тоже отличный, приятный к телу, хлопок. на нижних частях тела Дейвисона красовались те-же белые брюки, что ему подобрал Фиксплей. на ножках носки. бежевые такие, с маленькими головами мишек. — какой же ты всё таки ребёнок. — цокает старший и встаёт с мягкого кресла, на которое перебрался сразу, как только Лололошка начал красоваться своими нарядами. которые, кстати, каждый раз подбирал ему Артур, и которые каждый раз были провальными, так как их убирали обратно в шкаф. он смотрел на носки, надетые на стопы. для него вся одежда с рисунками казалась детской, что раздражало родных братьев, которые любили повыпендриваться и поносить что-то детское. — ты тоже в душе то ещё детё. — подкатывает глаза Лололошка, тяжело выдыхая, но всё же улыбаясь. он улыбается шире, когда смотрит на Джонни, а после переволит взгляд на его носки, скрытые за штанами. на что второй бесшумно цокает, скрещивая руки на груди. этого не заметил Артур, который валялся среди нескольких, подаренных Ло, мягких игрушек и тёплого пледа. — почему ты не спишь с игрушками?? это же такой кайф! — спрашивает того немного сонный голос младшего брата, где-то среди игрушек. видимо, тот уже успел вздремнуть, пока шатен выбирал себе, что надеть. на заданный вопрос, Лололошка пожимает плечами, зная, что брат на его даже не смотрит, и хихикает, разворачиваясь лицом к Фиксу, наблюдая за тем, как тот нежится в постели. — ну всё, мы и так уже затянули. — на выдохе говорит старший, опираясь на колени и вставая с насижанного места. — родаки тебя звали, сказали, что-то невьебически серьёзное. — парень подходит ближе к Дейвисону и кладёт ладонь на его плечо, слегка сжимая и потрясывая вперёд - назад, будто подбадривая. принц напрягается, складывая вместе свои руки на груди. — нам входить запретили, поэтому тебе предстоит самому справиться с этим босс файт заданием. — наигранно тот прикрывает глаза, брови домиком хмурит и тыльную сторону ладони ко лбу пристраивает, не сильно откидываясь корпусом назад и огорчённо вздыхая через каждое слово. Лололошка похихикал немного, подбадриваясь таким настроем брата и его набором слов. но тревожность начала пробираться в груди, оставляя за собой не приятную горечь. даже Артур оживился, садясь на кровати в позу лотоса, а руки кладя на согнутые колени и наблюдая за реакцией своего братца. тот, в свою очередь, лишь кивнул и поспешил покинуть свою комнату, оставляя её на умирающего от скуки Джонни и обнимающегося с его игрушками Артура. не дай Арнир, те пропитаются его ярко пахнущими духами, он будто обливается ими. Лололошка кусает губу, когда закрывает за собой дверь и идёт по длинному коридору. в доль стены стояли разные тумбы и шкафы, со стеклянными дверцами, на тех стояли разные штуки для интерьера, укращающие пустой коридор. по типу ваз, самых разных, фарфоровых, стеклянных, в не многих стояли небольшие букеты цветов. так же на полках можно было увидеть статуэтки. женское тело. мужское тоже стояло где-то, Лололошка точно помнит. какая-то рука, потом голова с плечами и ещё множество разного. где-то так же были украшения. между шкафами было небольшое расстояние, но его было достаточно, чтобы впихнуть туда окна. недалеко от двери, ведущей в комнату шатена, была ещё одна, большая, стеклянная дверь. если бы тут был мастер, он бы сказал так: дверь-пинал, такой вид представляют собой раздвижные двери, которые убираются прямо в стену, создавая иллюзию отсутствия двери вообще. сама дверь была выполнена из толстого стекла, которое достаточно сложно разбить одним ударом. в длину оно достигало, примерно, две тысячи пятьсот миллиметров, тоесть, два с половиной метра. а высота чуть ли не до потолка. вид был прекрасным. Лололошка специально выбрал комнату именно на первом этаже, он очень любил природу и всё, что с ней связано. за стеклянными дверьми находилось небольшое поле, с разными цветами, самых разных видов. через пару метров начинался густой, дубовый лес. Дейвисона всегда тянуло к природе, она завораживала, таила разные секреты. вместе с разными лесами было придумано не мало байк, про разных существ, которые в любую минуту готовы накинуться на тебя и съесть за живо. этот лес большой, да, никто не спорит, но за все года и хождения по этой территории, принц так и не встретил никого из зверушек. кроме тех же белочек или птичек. один единственный раз встретил маленькую, рыженькую лисичку, та что-то несла у себя в зубах, а как заметила шатен, испугалась и начала пищать. но увидя, что тот никак не двигался, она поспешила ретироваться с места встречи и убежала куда подальше. больше парень никого не встречал. да и не нуждался он в этих зверьках. на поляне они с братьями обычно устраивали поединки, дрались между собой. использовали разное. палки, веники, просто кулаки, только нижнюю часть тела. на мечах и других оружиях они дрались намного чаще, хоть и под присмотром отца, чтобы научиться теории боя. Фиксплей даже плёл, несколько раз, для них венки из растущих в поле цветов. со временем они, конечно, завяли, но младший не расстраивался и плёл новые, с каждым разом они получались у него всё лучше. заблудившись в пучине воспоминаний, Дейвисон и не заметил, как остановился на против двери, рассматривая развивающиеся цветы среди травы и пожелтевшие листья на деревьях. моргнув пару раз, парень мягко улыбнулся, поджимая губы. — "какие же, всё же, у меня хорошие братья." — думает про себя принц и тихо посмеивается, разворачиваясь обратно, скрестив руки на груди, и направляясь в сторону главного зала, где, скорее всего, сидели и ждали его родители. по коридору разносилось тихое, еле слышимое эхо от тяжёлых шагов. Ло напряжённо, прерывисто дышал. брови сведены к переносице, из за чего появились небольшие морщинки. взгляд направлен в пол, куда-то к себе в ноги. мысли давили, сдавливали голову. почему-то именно сегодня в коридорах так не уютно. будто грядет что-то не хорошее, даже погода за окном испортилась. на небе виднелись серые тучи, которые закрывали солнце, из за чего, её лучи не могли попадать на землю, согревая. за окном поднялся несильный ветер. видимо погода собирается к дождю. Дейвисон любил дождь. под моросящим или не слишком сильным он мог прогуляться, развеяться. ведь, именно в эту погоду воздух особенно чист. когда же на улице свежо и идёт ливень, парень любит проводить это время с братьями или с любимой фентези книгой, в своей комнате. тяжело выдохнув, принц поднял взгляд на дверь в зал, он нажал на ручку и опустил её вниз, приоткрыв дверь. он ожидал увидеть своих родителей, но в комнате никого не оказалось. — "значит у себя" — парень поджимает губы, поняв, что предстоит подниматься на второй этаж, в комнату родителей. он расслабляется, его плечи опускаются и прикрываются веки. он закрывает ранее открытую дверь и направляется к лестнице. мысли снова окутали его разум. — "если они у себя, значит разговор будет не таким уж и напряжённым, так ведь? надеюсь ничего серьёзного, потому что у меня плохое предчувствие." — слышится шарканье, это Лололошка поднимается по ступеням вверх, потом он идёт по, ещё одному, коридору и направляется к белоснежной двери, в спальню короля и его королевы. подойдя к двери, он долго смотрит в одну точку, собирается с мыслями и, с тяжёлым вздохом, несколько раз стучит косточками пальцев по деревянной двери. слышится приглушённое, из за стен, «входи». тревожность била за край, странные мысли посещали шатенову голову. Дейвисон вошёл в комнату, закрыв дверь за собой, так и оставаясь у порога, поджимая губы и пальцы на ногах. — проходи, не нервничай. — раздался мягкий голос матери, сидящей на краю кровати, будто поджимая всё это время сына. женщина похлопала ладонью рядом с собой, приглашая парня присесть, что он и сделал, хоть и не совсем уверенно. как только Лололошка сел рядом с матерью, на заправленную кровать, пастельного цвета, женщина решила продолжить говорить. — то, что я хочу тебе сказать.. — она сделала небольшую паузу, прежде чем продолжить. — ..очень важно, я надеюсь, ты поймёшь и не будешь злиться. — женщина кусала нижнюю губу и бегала взглядом по чужому лицу. она проморгалась, прикрыла глаза, тяжко выдохнув, и положила руки на плечи своего сына, открывая очи и смотря прямо в радужку на против. — мы, с твоим отцом, приняли очень важное решение. оно может не понравится тебе, когда ты узнаешь о нём, и это совершенно нормально! — дыхание её сбилось, плечи напряжены, как и руки, сжимающие плечи шатена. — Ром, — мать троих детей взглотнула. — мы решили отдать тебя за одного, очень хорошего, парня из соседнего королевства! нам это будет только в пользу, нашему городу тоже. у них есть то, чего не хватает нам, это будет выгодно! — женщина говорила быстро, не совсем внятно, потому что голос был очень тихим. но даже без громкого голоса, парень смог всё понять. Лололошка будто перестал дышать. глаза расширились, а зрачки наоборот, сузились. он в полном непонимании уставился на нервно улыбающуюся мать, которая всё ещё что-то быстро говорила. в порыве эмоций, женщина начала слегка потрясывать сына за плечи, которые недавно стискивала в своих ладонях. Дейвисон отшатнулся, немного приоткрывая рот, в шоке. его будто пронзили острым мечём. оцепинение, которое сковывало его несколько минут, после услышанного, прошло. в голове крутилось тонну мыслей. веки подрагивали, как и раслабленные губы, которые уже не сжимали между собой. учащённое, тихое дыхание местами обрывалось, но его всячески старались восстановить, начиная вбирать в лёгкие воздух с новой силой. в груди что-то сильно закололо и заболело, ощущение сдавленности никак не покидало его. он сглотнул ком в горле, стало неприятно больно. прокручивая реплику матери снова и снова. его трясли, ведь ответа не получали, делая лишь хуже. поняв, что это всё реальность, а не сон, и что он не проснётся сейчас, подскакивая ранним утром и стараясь успокоить бешено стучащее сердце, парень разочаровался во всех. веки расслабили, оставляя глаза в полу прикрытом состоянии. взгляд опустился в свои ноги. краем уха, через густой шум, слыша говор женщины, Лололошка лишь двинул плечами, чтобы та наконец пустила его. подняв, всё ещё не понимающий, взгляд на неё, он сказал. — это выгодно лишь для вас, а я? почему вы никогда не думаете обо мне? — голос в самом начале был охрипшим, поэтому ему пришлось приостановится и прокашляться в кулак, но мама слушала его не перебивай, ведь понимала, на сколько это сложно. он хмурится. ноздри увеличиваются и уменьшаются с каждым вздохом. женщина уже хотела было что-то сказать, это было понятно по резко открывшемуся рту, но, видимо, та ничего не придумала и просто опустила голову вниз, смотря на свои подрагивающиеся руки. — кто он? — послышался тихий вопрос, уже видимо, смирившегося принца. — Джон Дейви Харрис. — поспешила ответить женщина, так и не подняв свой взор на сына. нервничая, она перебирала пальцами, теребила их. Рома хмыкнул громче, чем он хотел. он резко встал с кровати родителей, не собираясь больше находится на втором этаже. он сильно закусил губу, потому что в глазах потемнело, но останавливаться не стал, продолжил свой путь и вышел из чужой комнаты, даже не закрывая её. за время разговора на улице начал моросить дождь, переходя уже в сильный ливень. не справедливо. почему ему не предоставили выбора? он для них ничто? он же тоже человек.. в уголках глаз выступили солёные слёзы, глаза начало щипать. парень побежал из замка на задний двор, ведущий к лесу. он быстро спустился вниз по лестнице, несколько раз чуть не упав, но успев схватиться за спасательные перила. он постарался быстро выбежать за стеклянную дверь, на которую отвлёкся, пока шёл в главный зал. он захотел скрыться за деревьями с густыми листьями на ветках. да вот, из за ливня появилось множество вязкой грязи, из за которой ноги принца запутались и он обессиленно упал коленями на землю. белые брюки, надетые на ноги парня, были полностью измазанны в грази. инстинктивно, при падении, руки выставились вперёд, из за чего тоже увязли в небольшом слое обмокшей земли. Лололошка шмыгал носом и кусал губы. это уже вошло в его привычку, во время стресса обкусывать сухие губы. перед глазами появилась пелена, будто плёнка, закрывала взор на запачканные штаны и руки. почему так жестоко?