Корпоративные цепи
9 марта 2025 г., 12:39
Заброшенная Академия Арасаки возвышалась над Площадью Корпораций, как надгробный памятник собственным амбициям корпорации. Стеклянные фасады, некогда сиявшие логотипами с сакурой, теперь были покрыты трещинами, а у входа валялись обломки дроидов-охранников с опознавательными знаками «Армейский контингент Арасаки». Люси переступила через разбитый терминал, на котором застыла надпись: «Образование — оружие будущего». Ирония была горькой — именно здесь Дэвида превратили в оружие.
— Сканер ловит сигнал на нижних уровнях, — сказал Рей, поправляя повязку с датчиками. — Но система защиты всё ещё активна. Будто сама академия не хочет отпускать свои секреты.
Они спустились в подземную лабораторию, где стены цвета корпоративного индиго были испещрены следами взрывов. Люси вспомнила, как Дэвид в шутку называл это место «фабрикой гениев». Теперь же воздух здесь пахнул озоном и... страхом.
Комната напоминала не лабораторию, а камеру пыток. На стенах висели голограммы учебных модулей: «Оптимизация нейронных связей», «Синхронизация с киберимплантами». В углу стояло кресло с ремнями и опалёнными электродами. Люси коснулась подлокотника — терминал ожил, показав запись:
«Протокол Silverhand. Испытуемый: Дэвид Мартинес. Цель: Тестирование предела адаптации к имплантам военного класса».
Видео началось. 15-летний Дэвид, в форменной куртке Академии, кричал, пока его тело дёргалось от ударов тока. «Стоп! Я не могу!» — голос за кадром холодно отвечал: «Арасака не терпит слабости».
— Они не учили его, — прошептала Люси. — Они лепили из него солдата.
Рей указал на дату: эксперимент проводился за месяц до их встречи. «Он молчал об этом... Все эти годы».
Грохот сверху прервал их. Сработала сигнализация.
Они бросились к выходу, но в коридоре их встретили тени прошлого — киберпризраки в форме студентов. Их лица были искажены болью, а голоса звучали, как скрежет металла: «Почему ты выжил? Почему мы должны страдать?».
— Это... выпускники Академии, — понял Рей, отстреливаясь. — Их сознания загрузили в сеть после «неудачных» экспериментов.
Люси прорвалась в архивный зал, где терминал светился алым — сигнал Дэвида был здесь. На экране мелькнула переписка:
«Отчёт директора Академии: Мартинес проявляет аномальную совместимость с Сандевистаном. Рекомендуем переход к Фазе 3 — стирание эмпатии для полного контроля».
— Они пытались стереть его человечность, — Люси ударила кулаком по экрану. — Чтобы сделать идеальным оружием.
— А теперь «Милитех» хочет повторить это, — добавил Рей, показывая на логотипы в углу документов. — Они сливают данные через Вудуистов.
Голограмма Дэвида материализовалась у серверной стойки. Его форма дрожала, как будто он боролся с невидимыми оковами.
— Ты нашла самое пекло, — он горько усмехнулся. — Здесь они сломали меня в первый раз. И последний.
— Почему ты не сказал? — в голосе Люси смешались боль и гнев.
— Потому что думал — это сделает меня сильнее. — Дэвид коснулся голограммы кресла. — Но я ошибался. Они оставили в мне «дверь»... чтобы снова взять под контроль.
Люси шагнула вперёд: — Мы уничтожим их. Вместе.
— Тогда найди остальное, — Дэвид указал на данные, вспыхнувшие на карте. Медцентр «Новый рассвет» — место, где умерла его мать. — Там ответы на все вопросы.
Его голограмма рассыпалась, оставив в воздухе след сакуры — символ Арасаки, который медленно истлел.
На выходе их ждал сюрприз — труп вудуиста с чипом в руке. Рей извлёк данные:
«Приказ Милитеха: Ликвидировать Мартинес-Ехо. Образец слишком нестабилен».
— Они боятся, что Дэвид выйдет из-под контроля, — сказала Люси. — Значит, у нас есть шанс.
— Или это ловушка, — Рей посмотрел на дымящийся терминал Академии. — «Арасака», «Милитех», Вудуисты... Мы в центре войны, которую не можем выиграть.
— Но можем переписать правила, — Люси сжала чип с координатами. — Начинаем с медцентра.
Они вышли под дождь, который смывал с Академии следы её преступлений. Но внутри, в цифровых недрах, всё ещё кричали призраки детей, которых корпорации назвали «будущим».
