Слишком дорого за вечность

За спиной раздалось тихое покашливание. Яэ Мико обернулась. Путешественница привстала, опираясь на вытянутую руку. Последний удар Сегуна.. выбил ее из колеи. К счастью, она успела уклониться, но все же ее немного задело. Мико же, как очень добродушная Гудзи, любезно предложила ей отлежаться в храме. Яэ хмыкнула, вялая попытка путешественницы встать ее развеселила. —Сёгун.. попала в меня?.. Послышался слегка заторможенный голос позади. —Оу, если бы Сёгун попала в тебя, то мы бы уже оплакивали тебя где-то на горе Ёго, — она лукаво улыбнулась, — Но к счастью, ты оказалась проворнее. —Прости.. я не смогла помочь. Походу, она действительно чувствовала сожаление. Кажется она собралась ещё что-то сказать, но ее тут же перебила Паймон, закружив вокруг и пища от радости за то, что та жива. —Не переживай, мало кто может одолеть Сёгуна, — на языке терпко закрутилось “и глупые убеждения Эи„, но она воздержалась. Мико убрала книгу которую до этого держала в руках и подошла к путешественнице. Смерив ее оценивающим взглядом, та спокойно проконстатировала факт,— Жить будешь, ранений толком нет. Несколько дней спустя Пару дней отлежавшись в храме, путешественница уже снова рвалась на Ватацуми, помогать с гражданской войной и прочей чепухой. Хоть и не с первого раза, но Томе удалось заверить, что ей стоит продолжить свое путешествие, и не соваться в ещё одну передрягу, особенно после инцидента с Сёгуном. Скрепя зубами, девушка все таки покинула Инадзуму, держа курс на Сумеру. Но теперь Мико это не волновало, ведь она снова осталась одна. Да, с ней были другие жрицы и посетители храма, но этого было катастрофически мало. Вряд-ли кто-то из людей поймет, каково это — жить столетиями. Да и в принципе жить.. без неё. Сколько бы Яэ не старалась с этим мириться и жить дальше для своего удовольствия, она больше не могла наслаждаться в полную меру. Теплые летние вечера уже не вызывали такой радости как те, когда они все вместе собирались на пикники, а пышная сакура, растущая прямо в храме, стала лишь колючим воспоминанием, что так и наровило достать ее каждый божий день. Да и впринципе все напоминало о ней. Гром и молния, звёздное небо, данго в магазинчике рядом, которое она так любила. Кажется, Мико так привыкла его покупать, что полюбила даже больше жаренного тофу. Как же больно осознавать что все это лишь «напоминания», которые вряд-ли станут реальностью в скором времени. А вот что правда было реальностью, так это гражданская война и бунтующие люди. Мало кому нравился закон Сакоку и указ о охоте на глаза богов. Конечно, Яэ Мико это должно было мало заботить, ведь это проблемы Сёгуна, но сердце бога хранящееся у нее, будто обязывало что-то делать, ведь она положилась на нее. Оставила ей самое сокровенное - Инадзуму, но ушла сама даже не попрощавшись. Мико всегда раздражали ее идеалы о неизменной вечности. Да, потери и изменения это страшно и иногда больно, но не закрываться же из-за этого как маленький ребенок в комнате! Вот только переубедить она ее не могла, из-за чего становилось хуже.