Тридцать три.

— Вы были у Тетсуи? Саске удалось спокойно выдохнуть лишь тогда, когда Наруто наконец перестал дышать ему в затылок и прошёл чуть вперёд, становясь с ним на одном расстоянии к девушке. Взгляд, что до этого упорно цеплялся за лицо девушки, стоящей напротив, перескочил на Узумаки раньше, чем Учиха смог это осознать. В голове начали крутиться старые образы, запомнившийся с первого года в участке и отложившиеся в отдельном ящике подсознания. Волосы тем же золотистым вихрем, – кажется, даже длина не изменилась, – бушевали на голове, те же длинные светлые ресницы, те же мелкие веснушки на щеках ближе к глазам и на носу. Саске так же подчеркнул детали, что, хоть и не сильно, но потерпели изменений: черты лица стали более выраженными, острыми, плечи чуть шире и, самое главное – глаза, раньше сверкающие самым яркий голубым, который Учиха когда либо видел в своей жизни, стали тусклее, приобретая нехарактерную туманность. Саске не хотел мысленно развивать эту тему, зная, как она на него влияет, так что, отогнав её как можно дальше, достаточно резко, чтоб не обратить на это внимание, отвернулся от Узумаки и снова посмотрел на Синджи, заставляя себя впериться в неё взглядом и не отводить никуда в сторону, чтобы снова лишний раз не напороться глазами на Наруто, который, чёрт возьми, да, всё ещё оставался привлекательным в его глазах. Даже слишком. В любом случае, сейчас он нашёл себе задачу: следить за каждым действием и реакцией Синджи, чтоб не упустить ничего, что могло бы стать признаком того, что она врёт или недоговаривает. Где-то на периферии слуха Саске услышал голос Наруто, обращающийся к Синджи с вопросительной интонацией: — На что намекаешь? — На услугу. Оплатите мне счёт — получите информацию, — предложила девушка, задумчиво рассматривая свой аккуратный маникюр так, словно эта ситуации вовсе её не касалась и она была всего лишь молчаливым зрителем. Но она игрок. Очень хитрый игрок. Наруто хмыкнул. — Может, рассчитаемся Учихой? Саске медленно развернул к нему голову, и, так и не подняв взгляд, начал стальным голосом, не предвещающим ничего хорошего: — Узумаки. — Ладно, я заплачу, — тихо засмеявшись и приподнимая руки в жесте сдавшегося, Наруто, явно довольный реакцией Учихи, тянется к переднему карману дублёнки. Он достал оттуда чёрный кожаный кошелёк и, клацнув заклёпкой, выудил купюру, после чего протянул её Синджи, сжимая между указательным и средним пальцами. Когда кошелёк в руке Наруто наклонился в сторону ближе к Саске, он попытался рассмотреть в нём карточку, которую Узумаки ранее протягивал охраннику на входе в клуб. Она совсем немного выглядывала из специального карточного слота. Всё, что он смог увидеть, было ему уже знакомо: матово-красная поверхность и золотые выжженные линии на пластике по краям. Надпись, к сожалению, скрывалась под кожей кармана. Синджи, аккуратно забрав бумажку из чужих пальцев, подняла её на уровень чуть выше головы, рассматривая на вероятность фальшивки. Под недовольное цоканье Наруто, Синджи удовлетворительно улыбнулась и свернула купюру в трубочку. — Очень приятно иметь с вами дело, — наигранно вежливо произнесла девушка, разворачиваясь на своих аккуратных шпильках в танцующую толпу, но, прежде чем она успела сделать шаг, Наруто уже осмотрительно схватил её за плечо. — Куда пошла? — не переставая улыбаться, спросил Узумаки, вскидывая одну бровь. Синджи повернулась обратно и, стряхнув руку Наруто со своего плеча, цокнула языком, поправляя шубу и проводя по ней рукой, приглаживая ворс: — Скучные вы все, — её взгляд на мгновение стал вялым, но, стоило ей оглядеться по сторонам, как она уже взглянула на них со своей прежней ухмылкой и огоньками азарта в глазах. — Ладно, рассказываю. Вы же спрашивали у него по поводу Нео Гото? — Ты опять подслушивала? — в голосе Наруто не проскочило даже капли удивления, значит, такое поведение девушки было ему уже знакомым. Спросил, можно сказать, чтоб просто констатировать факт. — Да какая разница? Тебе интересно услышать, что я тебе скажу или мне уйти? — взвилась Синджи, нахмурив брови. Она обращалась только к Узумаки и смотрела только на него, будто бы в любой момент могла просто развернуться и уйти, прихватив под руку Саске и рассказать всё лишь ему на ухо. Синджи бросила взгляд на диванчики, расположенные почти по всему периметру клуба, глазами высматривая знакомые лица. Наруто, проследив за этим действием, понял, что нужно вернуть её внимание к себе и, со вздохом опустив голову, решил не развивать этот вопрос и предложил то, что должно продвинуть их ближе к главной теме: — Интересно конечно, но давай лучше найдём более спокойное место? — посмотрев на неё исподлобья, он кивнул в сторону двери, которая, кажется, вела на задний двор. — Нет. Мы остаемся в толпе, — вдруг подал голос Саске, встретившись глазами с вопросительным взглядом Наруто. Выходить из толпы не было смысла. Лишние телодвижения и поиск укромного уголка могут привлечь к себе больше внимания, чем разговор обычных клиентов около барной стойки. Так же, Учиха подметил взор людей, сидящих на красных бархатных диванах – там, куда ранее смотрела Синджи, – изучающие, настороженные и очень заинтересованные. Эти посетители могли быть кем угодно, поэтому рисковать и привлекать к себе ещё больше внимания уходом, были последними, чего хотелось. С занятых ими мест диалог услышать они не могут, так что единственное, что им остается – наблюдать издалека. И если Наруто и Саске не будут подавать виду, что пришли сюда не просто так, то следить за ними просто наскучит. И Учиха надеялся, что Наруто прочитает эту мысль в его глазах. Синджи, услышав слова Учихи, расплылась в ещё большей улыбке и пролепетала голосом наполненным такой интонацией, словно она обращалась к маленькому ребёнку, который, наконец, смог самостоятельно сложить дважды два: — А ты догадливый, — Синджи устремила свой взгляд к лицу Учихи, вцепливаясь в его глаза своими изучающими. — В общем, мне известно не так много, но, как я знаю, братьев Гото не двое. — Есть третий? На какое-то время пространство для Саске сузилось только до лица Синджи. Она смотрела не него, не отрываясь. Под этим взглядом становилось некомфортно, но Саске не разрывал с ней зрительного контакта, чтоб не показаться падким. Он свёл брови к переносице, делая свой образ более строгим. Когда Синджи снова заговорила, Учиха навострил слух, дабы через начавшуюся новую песню с громкими басами на фоне услышать, что говорит девушка. Он вслушивался в каждое слово, чтоб ничего не упустить. — Да. Документы его ещё чище, чем у Рейдзи, а репутация даже лучше, чем у тебя, Узумаки, — девушка на мгновение покосилась на Наруто, а тот на это лишь фыркнул, закатывая глаза и решая не влезать, акцентируя внимание на такой самовольности Синджи. — К нему не подкопаться. — И зачем он нам нужен? — Он может знать больше, чем тот же Рейдзи. Ас единственный из братьев, кто работает не в тени, а снаружи, имея официальное рабочее место и на постоянной основе общается с большим количеством поверхностных людей, — на предпоследнем слове она взмахнула рукой в воздухе. — Ас? — переспросил её Наруто, вклиниваясь в разговор. Девушка, медленно повернув глаза на Узумаки, всем своим видом показывала, что спешить ей, в отличии от них, некуда. Чуть наклонив голову в бок, Синджи отвечает: — Это его клич. Настоящее имя толком никто не знает, — она вздохнула, сделав скучающе нудное выражение лица, будто ей было в тягость вспоминать. — Кто-то говорит, что его зовут Такахиро, кто-то, что Акира. — Откуда ты тогда знаешь, что он Гото? — Саске ещё сильнее нахмурился. Синджи прыснула от сдержанного смешка и покачала головой. — Когда вы его увидите, сложно будет сказать, что он не Гото. Они втроём почти как близнецы и отличаются лишь количеством седины на голове, — для пущего эффекта от своих слов она провела пальцами по волосам и подцепила одну прядь, чтоб сразу же её отпустить. — Где нам его искать? — С ним проблематично встретиться с глазу на глаз, но, если вы это сделаете, то, считайте, уже победили. Со стороны кажется, что он всегда один, но рядом с ним вьются парочку человек, охраняющих его в близи и издалека. Они будут стараться вам помешать. — Ты слишком много знаешь о человеке, который, по твоим словам, самый чистый и скрытный, — заметил Наруто, прищурив глаза. Саске тоже заметил эту делать, но решил не озвучивать. Не в его стиле было интересоваться тому, что не касается дела. Синджи загадочно отвела взгляд и, наблюдая за тем, как парнишка у бара разливает коктейли, сказала так, что на фоне музыки и голосов её было еле слышно: — Возможно, раньше у меня был его номер, — пауза, тембр тянущийся, словно мёд, на губах появилась улыбка. — И, возможно, я знала, что он предпочитает шёлковое постельное белье. Саске опешил. Ну, супер. Теперь, оказывается, они общаются с бывшей одного из преступников. Кто дальше? Террорист? Глава мафии? Кто? Но Узумаки на эту её фразу отреагировал очень спокойно: лишь на выдохе распахивает глаза, не теряя улыбки: — Синджи, я в тебе даже не сомневался. Девушка снова взглянула на диванчики, чуть прогибая спину назад, чтоб увидеть их через стоящую парочку людей. Осмотревшись, она нашла то, что искала, и, повернувшись к Узумаки, похлопала его руками по плечам. — Проведите один из ближайших вечеров с толком, — одна рука Синджи проехалась по ниткам свитера Наруто, поправляя несуществующую складку. — Знаете, приглушенный свет, джаз, хорошая компания среди карт и фишек, запах дорогого табака и всё такое. — Спасибо тебе, ты чудо, — Наруто перехватил её ладонь и сжал между двумя своими, заставляя Синджи поднять глаза на его благодарное выражение лица. Девушка как-то совсем по-матерински улыбнулась, глядя на Узумаки своими изумрудными глазами. — До встречи, мальчики, — попрощалась она и, когда Наруто отпустил её руки, добавила: — хорошо подумай о нём, Наруто. Узумаки на это лишь кивнул. Они ещё мгновение смотрели на друг друга, а потом Синджи развернулась, окунаясь в толпу. Её изящные локоны подпрыгнули, унося за собой сладкий аромат духов. Пару шагов и её уже стало не видно среди танцующих и снующих туда-сюда людей. Саске предполагал, что она направилась к тем диванчикам, на которые поглядывала весь разговор. И надеялся, что она надежный информатор, который не сольёт их намерение тем, к кому пошла. Задумавшись, Учиха попытался снова сфокусировать взгляд, который расфокусировался в момент того, как силуэт девушки пропал из поля зрения и Саске утонул в своих мыслях. Он не различал лиц в толпе, свет сменился на красный и мигающие бегающими цветными точками прожекторы создавали очень плохую видимость и центрирование. Саске решился перевести взгляд на Наруто, что, кажется, тоже находился где-то не здесь, с лёгкой улыбкой смотревший перед собой, но в тоже время – никуда. В таком освещении его волосы словно поглощали весь свет, а точки бегали в волосах, путаясь в прядях. Узумаки всё же повернулся к Учихе и с некой аккуратностью, почему-то просквозившей в его голосе, спросил: — Пойдём?

***

Клуб, казалось, вытолкнул их наружу. Пройдя через шторку и охранника, что за время их пребывания в помещении успел смениться на другого, парни смогли глотнуть свежего воздуха, не пропитанного алкоголем и духотой, смешанной с потом. На улице из-за поднявшегося ночного ветра стало прохладнее, а асфальт после прошедшего утром дождя так и не высох, продолжая блестеть под светом уличных фонарей, неровными бликами расплываясь в лужицах. Поднялся туман, делая воздух влажным и заставляя прикладывать чуть больше сил лишь для того, чтоб дышать. Наруто вышел первым. Ни разу не обернувшись, ушёл чуть вперёд так, что Саске видел только его спину. Слышал, как тот, глубоко вдохнув, выдохнул через рот и носком ботинка пнул кусок отколовшегося асфальта. Камень с глухим звуком покатился в сторону обочины. Узумаки просто встал, не поворачиваясь к Саске лицом. Будто чего-то ждал. И Учиха даст ему это что-то. С момента, как он увидел Тетсую и до сейчас, его не покидала мысль того, что Наруто сотрудничает с преступником. Синджи своим внезапным появлением только подлила масла в огонь разгорающемуся мозгу от переполнивших его мыслей. Конечно, у Учихи не было права осуждать Наруто, но разве правильно с учётом его профессии заниматься таким видом кооперации? У Саске просто рушились все его выстроенные шаблоны в голове, что успели устояться в голове за время, что он знал Узумаки. Вопрос вылетел раньше, чем Саске смог его осознать. Губы зашевелились сами, а из горла бесконтрольно вырвались слова, на ходу собиралась в предложение: — Тетсуя ведёт чёрный бизнес? Наступила тишина. Сегодня её между ними было много и, кажется, она не собиралась уходить. Просто появлялась и исчезала на какое-то время. Буквально кожей чувствовалось, что с каждым разом она становилась неприятней и морозней, проходясь мурашками по спине. Но Узумаки не заставил её долго томиться, настаиваться и сгущаться тучей над их с Саске головами. Заговорил, не удосуживаясь повернуть хотя бы голову. — Вёл. Подробностей не раскрываю. Ветер пронёсся между ними ещё более сильным потоком, чем ранее. Он развевал волосы в разные стороны, но Саске даже не обратил внимания, когда они начали неприятно лезть в лицо. Его волновал лишь человек, стоящий перед ним в нескольких метрах и продолжающий ковырять асфальт носком ботинка. — Ты осознанно покрываешь преступника? — Учиха выгнул одну бровь в вопросительном жесте, хоть и понимал, что Наруто этого не увидит. Саске не собирался говорить мягче. Он в принципе не собирался говорить на эту тему, но раз начал, то сдавать шаг назад нет никакого смысла. Да и глупо будет. Не маленький уже, чтоб бояться обычного разговора. Со сколькими преступниками он за всю службу провёл допросы? Сколько из них было психопатов? Маньяков? Так что сейчас Учиха совсем не мог понять, почему у него начинают трястись руки только от пары фраз, перекинутых Саске и Наруто друг другу. — Я сотрудничаю с человеком, который помогает нам ловить куда более опасных людей, — Учиха заметил, как спина Наруто напряглась, но не на столько сильно, чтоб быть уверенным в том, что он тоже переживает, ведя этот диалог. Голос его не дрогнул, тон почти монотонный, но твёрдый. Разум начинал закипать. Учиха вообще не понимал, к чему ведёт весь этот диалог. Наруто никогда не получалось переубедить в чем-то, в чем он уверен. Если бы Саске попросили визуализировать характер Узумаки, то он бы нарисовал барана, пытающегося пробить бетонную стену шириной в хрущёвку. И бараном был бы не Наруто, а тот, кто пытается ему доказать своё противоположное его мнению. Если копать глубже, то Саске просто пытался хоть каким-то образом вылить всю накопившуюся злость за эти четыре года. Будь человеком, что сотрудничает с преступником, кто-то другой, то Учиха бы даже бровью не повёл – по натуре всё равно ему на чужие дела, пока они не касаются его уж больно тесно. Но перед ним Наруто. Человек, который раньше значил всё и казалось, что он читался как открытая книга. Сейчас же Саске не понимал вообще ничего кроме того, что всё, мать его, в этом мире не вечно. Даже то, что хотелось бы, чтоб осталось неизменным. — Ты не решаешь, кого выгодно садить, а кого нет, — сквозь зубы произнёс Саске, сжимая спрятанные в карманы кулаки. Костяшки побелели, а луны ногтей больно впились в кожу, в попытке привести в чувства, но, кажется, делали только хуже. Наруто через плечо развернул голову, чтобы вонзить свой резкий взгляд в Учиху и сразу стало ясно, что внешнее спокойствие – всего лишь маска. В его глазах, потемневших от избытка света вокруг, было сложно что-то увидеть кроме разгоравшегося непринятия происходящей ситуации. Было видно, что он не хотел продолжать двигаться в подобном русле, но деваться было некуда. Либо прёшь до конца, либо признаёшь свою неправоту. А он не чувствовал себя неправым. — Зато ты прекрасно решаешь, что мир чёрно-белый. Но реальность серая, Саске, — он сделал акцент на последнем слове. Было видно, что его терпение тоже на исходе и держится Наруто лишь из собственного упрямства и желания не показаться легко поколебимым. Саске отрицательно покачал головой, не отводя глаз от чужих. Сейчас он мог назвать их именно чужими, потому что ранее, на своей памяти, ему не удостаивалось возможности увидеть похожего взгляда от Узумаки. — Это не оправдание. — Это способ работать. Эффективно, кстати, — Наруто усмехнулся, но это не звучало весело. Лишь короткий смешок, пропитанный чем-то между ядом и разочарованием. — Ты не знаешь, что можно от него ждать, — пытался убедить Саске, голос бесконтрольно повысился на пару децибел из-за рвущихся наружу эмоций. Держи в себе, Саске, эмоции сейчас ни к чему. — Он может сотрудничать не только с полицией. После этой фразы Узумаки развернулся полностью, за долю секунды делая два быстрых и широких шага вперёд. Расстояние между ними сократилось и стало малость больше чем метр, но Саске словно чувствовал дыхание Наруто на своём лице. Его глаза в миг наполнились неприкрытым непониманием, граничащим со злостью. Хотя, сколько Учиха знал Узумаки, у него всегда эти два чувства были неразлучны. — Что ты мне пытаешься этим сказать? Что я невнимателен к своей работе? — взъелся Наруто, повторяя позу Саске – пряча руки в карманы брюк. Взгляд метался по лицу Учихи, а челюсть сжалась, пуская в ход напрягшиеся желваки. Саске, пытаясь найтись со словами, на секунду отвёл голову в сторону, но после почти сразу вернул её обратно, холодным тоном давая ответ: — Я хочу сказать, что сотрудничать с тем, кто в любой момент может обернуть ситуацию против тебя – непрофессионально. Ему не нужно было, чтоб Наруто понял его и сказал, что, да, Саске, ты ужасно прав и я признаю свою вину. Учиха просто хотел вывести Узумаки хоть на какие-то негативные эмоции, потому что только так Саске понимает, что Наруто точно такой же человек, как и все остальные. Он уже жалел о своём раннее принятом решении, где уверял себя, что не хочет говорить с Узумаки о всей сложившейся ситуации. Отрицать то, что между ними было и то, что они не виделись четыре года – бессмысленно. И пытаться открыто не злиться на это перед самим Наруто – ещё глупее. Но Саске уже принял это решение. Осталось только совладать с собственными эмоциями и запихать их куда-то особенно поглубже. — Мы с ним не друзья, — Узумаки прервал было начавшийся мозговой штурм Саске, возвращая его обратно в реальность своим уверенным тоном. — Если он попытается воткнуть мне нож в спину, я уже заранее буду стоять с пистолетом у его виска. Тетсуя понимает, на каких условиях работает, — ещё два шага вперёд, расстояние между ними стало составлять меньше вытянутой руки, — Я понимаю, при каких условиях могу с ним попрощаться и усадить за решётку. Саске хотелось отстраниться, но сделать шаг назад – значило проиграть. Проигрывать в из воздуха взявшемся конфликте он не хотел. Упрямство когда-то погубит их обоих. Он понизил тон, говоря почти шёпотом: — Ты ходишь по тонкому льду. — И я прекрасно контролирую каждый свой шаг, — возможно, ухмылка на губах Наруто расползлась неосознанно, но та заставила Саске перевести взгляд с синих глаз на губы. Захотелось как можно быстрее ретироваться. Желательно на другой континент. А лучше – планету. — До завтра, Узумаки. Да, определенно лучше на планету. — Спокойной ночи, Учиха, — сказал в тон парню Наруто, его взгляд до противного наигранно стал мягче, чем минуту ранее. Не собираясь дожидаться ответа от Саске, Узумаки развернулся в только ему понятном направлении. Учиха так и остался стоять, сдвинувшись с места лишь тогда, когда фигура Наруто скрылась за поворотом дома, утопая в темноте переулка. К своей машине Учиха почти добежал, останавливая такой порыв только тем, что бегущий пару метров парень посреди пустой улицы в ночи будет выглядеть странно. Он ввалился в салон, немного сильнее хлопнул дверцей, чем хотелось бы. Совсем случайно. Глаза закрылись сами собой, а голова опустилась на руль с вымученным вздохом и нахмурившимися бровями, словно от головной боли. Хотя, Саске мог называть Узумаки своей головной болью. Уже как шестой год. Хоть что-то в нём осталось неизменным.

***

Саске плохо помнил, как добрался домой. Он вообще удивлён тому, что, погружённый в мысли, смог доехать, подняться на свой этаж, прокрутить ключ в замочной скважине и даже переодеться и завести будильник, чтоб не опоздать в участок с утра. Просыпаться было сложно. Тело болело так, будто он спал не на кровати, а, как минимум, на узкой плоскодонке, без шанса повернуться или поменять положение. Голова раскалывалась, глаза болели, словно в них дули феном всю ночь и они успели высушиться почти до сублимации. Распахнув одеяло, Учиха, собравшись с силами, всё таки вылез из противно тёплой постели и, шаркнув тапочками по полу, направился в сторону ванной комнаты. Там, открыв кран в раковине и выкрутив ручку почти до самого конца в метке холодно, он собрал воду в ладони и окунул в них лицо, пытаясь прийти в себя. Чёлка, что почти всегда лезла в глаза, сейчас, намокнув, прилипла ко лбу, чёрными полосами спускаясь по коже. Саске, смахнув её, поднял взгляд на своё отражение в висящем над раковиной зеркале. Никаких отличий от вчерашнего или позавчерашнего себя внешне он не заметил: такая же бледная, но по-здоровому, кожа, немного тени под глазами из-за того, что он никогда не отличался толщиной кожи на лице, тёмные глаза, чуть бледные губы. Прошло пару минут с того момента, как Учиха вперился взглядом в зеркало и он заметил, что начал хмуриться. Ещё мокрую руку Саске поднёс к лицу и тяжелым движением пальцев расправил морщинку между бровями, а после и вовсе провёл ей по щеке, надавливая. Всё произошедшее вчера, казалось глупым и нереалистичным сном. Вспоминая все события, Учиха не мог справиться с мыслью, что этого просто не могло быть. Четыре года назад Узумаки пропал с участка. Ни сообщения, ни звонка, ни записки. Ничего. За такой продолжительный промежуток времени Саске не видел этого светловолосого ублюдка даже на улице, что уже говорить об участке. До этого два года они проработали в командной работе, хоть её и с трудом можно было назвать командной. Если их взаимоотношения в принципе можно назвать только работой. Учиха знал, что Наруто продолжал работать на участок, просто ушёл с поста в полиции. Стал частным детективом, брался за дела вместе с рядовыми, даже, как Саске смог подслушать, курировал несколько новичков в роли главнокомандующего и опекуна. Личный номер телефона Узумаки заблокировал сразу же, как решился покинуть свою старую работу. Учиха звонил несколько раз, может, даже несколько десятков, – разум отказывался считать такие, по его мнению, позорные числа, — но после гудков сразу шёл автоответчик, оповещающий, что набранного номера не существует. Не существует. В какой-то момент Саске в принципе начал думать, что Наруто не существовало в причину того, что первый год его отсутствия участок погрузился в гробовую тишину. Или же, только Учихе так казалось. В любом случае, ни одного упоминания Узумаки он не слышал, как бы не пытался подслушать чужие разговоры. Никто не спрашивал, куда он делся, никто не говорил о нём друг с другом, никто не смотрел на Саске с лицом, полным понимания того, что, да, в участке что-то произошло. Не было ничего. А Учиха не решался спросить у кого-то лично. У того же Какаши, например, который точно должен был знать. На второй год упоминания появились так, будто никогда и не заканчивались. Пошли разговоры о том, как кто провёл миссию вместе с прекрасным и профессиональным детективом, как с ним приятно работать и, чёрт, как Узумаки идёт его профессия. Снова ни одного слова про то, что раньше он работал в участке и каждый в нём знал, кто громче всех смеется, смешнее шутит и проносится по коридорам как ураган по утрам, когда его автобус опаздывал на конечную. Саске радовался хотя бы тому, что Наруто всё таки оказался реальным человеком, а не выдуманным его мозгом воображаемым другом. Иначе он не знал, как быстро его крыша поедет полностью, рухнувши черепицами на землю. Учиха закрыл кран. Вытер руки и лицо полотенцем, напоследок встряхнув чёлку и промочив её тканью, чтоб выжать как можно больше ненужной влаги. Выйдя из ванны, выключил свет и направился к шкафу. Время уже поджимало, так как проснулся он чуть позже, чем обычно – кофе выпьет уже в участке, а завтракать он никогда и не завтракал. В шкафу, просмотрев висящие рубашки на вешалках, у самой стенки он нашёл именно ту, которую искал: чёрная, немного приталенная рубашка, сшитая из ткани, что матово блестела на солнце. Саске часто любил закатывать рукава, а именно на этой были специальные пуговички, на которые цеплялись тканевые ленточки с конца рукава. Так было гораздо удобнее, чем постоянно поправлять съезжавшую ткань с предплечья. Такого же цвета брюки нашлись в выдвигающемся нижнем ящичке. Переодевшись, он вышел в коридор, натягивая ботинки и куртку наспех, попутно хватая ключи и открывая входную дверь. Провернув два раза ключ в скважине, закинул его с переплётом в передний карман куртки и направился по ступенькам через пролёты.

***

Быстрым шагом зайдя в участок, Саске первым делом направился в общую комнату, через которую прошёл на кухню. Сняв на ходу куртку, он кинул её на ближайшую спинку стула, подходя к кухонным шкафчикам. Выученно нашёл свою кружку и банку с кофе, клацнул кнопку на электрическом чайнике, выдвинул ящик с столовыми приборами и, взяв одну чайную ложку, засыпал с помощью неё перемолотые зёрна. Как вода начала бурлить, Учиха чуть откинул голову, проводя пальцами по волосам, убирая челку с лица назад и тяжело выдыхая. Сзади послышались чьи-то лёгкие шаги, но сразу стало понятно, чьи они, так как человек заговорил, не дожидаясь, пока Саске развернется к нему: — Как всегда в прекрасном расположении духа? Темари из оперативно-дежурной части. Перевелась к ним с другого района во второй год работы Саске здесь. Так получилось, что ещё через год её мужа перевели сюда же. Сначала начальство было не очень позитивно расположено к такому раскладу событий, но против верхушки не попрёшь. Пришлось смириться, да и работали они в разных отделах, всегда выполняли свою часть работы, а фотка Темари даже часто висела на доске почёта. Минусов, чтоб их разделить, не находилось. С Темари Учиха общался лучше, чем с остальными. Так получилось, что в первый её день работы, замдиректор взвился на неё за внешний вид. Да так, что пообещал урезать зарплату. Поругалась она тогда с ним знатно, но, на удивление, хорошо отстояла свою точку зрения и ей разрешили ходить так, как она ходила. Возбужденная и взвинченная, Темари вышла с участка в курилку, покрывая всеми возможными красноречивыми фразами человека, который, как она выразилась, был «припухшим и ослепшим долбоёбом». Девушка говорила это в воздух, не думая, что кто-то её слышит, но в углу здания, облокотившись на шершавый бетон стены и прикуривая, стоял Саске. Он, усмехнувшись, согласился с каждым её словом. На этом и спились. Теперь на перерывах они часто встречались на кухне и, чаще всего, Учиха просто выслушивал от неё сплетни или пересказы звонков на горячей линии, которые она вытерпела за день. Из Саске было сложно что либо вытянуть, но Темари и не нуждалась в этом – она довольствовалась тем, что имеет. Саске, развернувшись к девушке и облокотившись поясницей о край столешницы, проследил за тем, как она выдвинула стул из под стола и поставила его так, чтоб спинка стукнулась об стену всей своей плоскостью. Ножки скрипнули, когда Темари уселась, оставляя одну ногу на полу, а другую подгибая и ставя на обивку седушки. Локоть упал на колено согнутой ноги, голова на подставленную ладонь. Когда они встретились взглядами, Саске понял, чего она хочет и развернулся обратно к подвесным шкафам, доставая и её кружку. Беря пакетик с сахаром, он открыл его зубами и засыпал содержимое на дно кружки. Туда же добавил две ложки кофе, попутно отвечая на ветающий в воздухе ранее заданный вопрос: — Цвету и сияю, — Учиха не утруждался прятать сарказм, вызывая смешок со стороны Темари. Клацнула кнопка чайника, оповещая о закипевшей воде. Поддев его за ручку пальцами, Саске разлил кипяток по кружкам. Себе почти до краёв, Темари на половину. Она пьёт с молоком. — Что нового? — поинтересовалась девушка, ожидая услышать что-то, что ещё не успело разлететься слухом по всему корпусу. Учиха закрыл банку с кофе, отставляя её обратно в дальний угол стола. Сегодня настроение было не особо располагающим к пустым разговорам, — в целом, как и обычно, — поэтому Саске не грузил себя в раздумьях перед ответом, прежде чем выдать сухо, почти на автомате: — Дали дело с трупом у озера. — Ну это уже все знают, — девушка скучающе ещё больше облокотилась щекой на ладонь руки, наклоняя голову в бок и взглядом проводя фигуру парня до холодильника. — Уже придумал, кого выбирать будешь? — Не думал. — А стоит, — сказала Темари, забирая протянутую кружку из рук Учихи и лишь одними губами благодаря его. Пару секунд ей понадобилось, чтоб погреть пальцы обеих рук о приятно горячие стенки кружки, перед тем как продолжить: — Сейчас Тобирама собирается размораживать прошлогоднее дело в правом секторе, так что тебе стоит поторопиться, чтоб он лучших не увлёк. Опустившись на стул сбоку от девушки, Саске пожал плечами, а после стал задумчиво помешивать ложкой кофе, переодически стукая ей по стенкам. — Ты, кстати, вчера в участке вечером не был? Учиха покачал головой. — Не был. — Там кто-то снова архив перевернул. Киба сказал, что это опять Суйгетцу с той новенькой стажёркой, — Темари цокнула языком, закатывая глаза, — потому-что кроме него и их было ещё пара человек, но те точно таким не занимаются на работе. — Он скоро либо вытрахает мне мозг, либо кого-то, — Саске вымученно опустил голову так, что челка снова спала на его лицо и своими концами почти дотрагивалась до поверхности стола. Темари, делая глоток, подняла указательный палец вверх, махая им, призывая к ожиданию, будто Саске видел её жест. — Зато он делает настроение участку. Саске щекой облокотился на руку, чтоб немного приподнять голову и посмотреть на Темари взглядом из под ресниц, хмуря брови: — Лучше бы он с таким же энтузиазмом мне все отчёты закончил, которые обещал ещё к позапрошлой неделе. — Ты всё такой же зануда, — с характерным стуком поставив кружку на стол, девушка с улыбкой толкнула Учиху кулаком в плечо, вызывая у того лёгкую ухмылку смешанную с фырканьем. Настрой после этого непринуждённого диалога немного улучшился и Саске даже почувствовал, как похоронный марш, чьи барабаны отбивали ритм по его ушам с самого утра, начал развеиваться, потеряв свои палочки. Но спокойствие продлилось недолго и, кажется, оркестр, хоть и утерял возможность бить, решил отыграться на саксофоне, когда Саске увидел почти белую фигуру, появившуюся со своей обычной лёгкой улыбкой в дверном проёме. Хотелось обречённо вздохнуть, уже понимая, что ему бесповоротно придётся сейчас пережить. — Как я замечу, у вас ничего нового. Сплетни, драма и, — пришедший парень театрально загадочно сделал паузу, после продолжая с игривым, но сдержанным прищуром, — Учиховская драма? — Сай, — лукаво протянула Темари, переводя взгляд на Яманака. — Ты уже знаешь? — Я был бы больше удивлён, если бы не узнал об этом первым, — Сай закатил глаза, отталкиваясь плечом от косяка двери, на который ранее облокачивался. Он прошёл к столу и без разрешения взял кружку Темари, делая пару глотков кофе. Та возражений не проявила. Подождала, пока керамика опустится обратно на стол и спросила так, словно просто подтверждала то, что и так всем ясно: — Какаши? Ответ от Сая последовал незамедлительно, сопровождаясь кивком. — Какаши. — Я перестала удивляться тому, что он всегда в известности обо всём, наверное, ещё года три назад, — как-то слишком мрачно выдохнула Темари, что вовсе не сходилось с произнесенными словами. — На самом деле, я удивлён, что он решил связаться со всем этим вновь, — взгляд Сая стал задумчивым и немного покрытым пеленой недопонимания, как это всегда было, когда он пытался разобраться в чужих эмоциях и намерениях. — В последний раз, когда я его видел, мне показалось, что он уже свыкся со всем, что произошло. Темари, какое-то время обдумав сказанное Саем, сказанные Саем, вынесла свой вердикт: — Ну, если так подумать, то по нему никогда нельзя было сказать, о чём он думает. Он, типа, — Темари щёлкнула пару раз пальцами, пытаясь подобрать правильные слова, чтоб правильно донести свои мысли. Сформулировав в голове, она выдала это в голос, вскидывая указательный палец, — вроде как открытая книга, но когда вчитываешься, то понимаешь, что она написана на другом языке. Саске понял, что, очевидно, речь сейчас идёт не о Какаши, упомянутом раннее, а о горестно известном Узумаки, чье имя Учиха вряд ли желал слышать сейчас. — Почему молчишь? — поинтересовалась Темари, поворачивая голову обратно к Учихе. — Думаю о смене работы, — бесцветно произнёс Саске, поднимая взгляд к потолку, словно пытался найти там ответ на вопрос, почему он до сих пор не уволился. Девушка на это заявление лишь криво усмехнулась, совсем не удивленная таким ответом: — Отшельник – это не профессия. Саске решил дальше не продолжать этот разговор. Лишний раз слушать о Наруто, хоть и завуалировано, не хотелось. Учитывая, что ему с ним сегодня ещё предстоит увидеться и провести ещё один рабочий день. Поэтому, встав с насиженного места, он прихватил с собой кружку и куртку, после чего прошествовал к выходу из кухни. — Ты куда? — спросил Сай в момент, когда Учиха был уже на стыке кухни с комнатой отдыха. Устало развернув голову через плечо, Саске фыркнул: — Работать, — на время возобновив шаг, он оказался посреди комнаты, но остановился, чтоб кинуть в след: — У вас, кажется, тоже дела есть. Если вы всё ещё помните, что мы полиция в участке, а не бабки у подъезда. — Да-да, удачи с работой, — махнула ему Темари, беря последнее слово в кавычки, сделанные пальцами в воздухе. В последний раз развернувшись к Саю и Темари, чтоб глазами встретиться с их хитрыми и довольными взглядами, Учиха по-детски поднял средний палец, скрываясь за отделяющей два помещения стеной. Его кабинет находился на втором этаже участка. Зайдя внутрь и закрывая за собой двери, Саске понял, что, документы, которые он брал вчера детективу, он благополучно оставил у Наруто в машине. Хотя, это было и к лучшему, учитывая, что сам Учиха уже ознакомлен с большей частью материала, что нельзя сказать о Узумаки, пробежавшимся пару минут глазами по тексту, вмещённым в папку. Учихе оставалось лишь надеяться, что тот додумается это сделать до того, как припрётся, чтоб им не пришлось тратить на это время сейчас. Пока дел не было, Саске запустил компьютер, заходя в систему, чтоб проверить почту. Никаких новых сообщений от участка не было, от Узумаки тоже. Учиха почему-то был полностью уверен в том, что Наруто скоро приедет в участок, поэтому остался ждать в кабинете, допивая уже успевший остыть кофе. Захотелось курить и брюнет не смог отказать себе в этом желании, доставая из кармана куртки пачку сигарет и зажигалку. Как ему выделили кабинет, он часто курил здесь, даже не открывая окно. Когда начальство узнало об этом, они молча подарили ему пепельницу, чтобы тот, цитирую: «Не сыпал пепел на документы». Прикуривая, Учиха бездумно потянулся к папке с документами, что лежала на краю стола. Он не вдумывался в текст, что находился на листах. Просто пытался чем-то занять себя, ожидая неизбежного. Наруто, не заставив себя долго ждать и не маринуя Саске в его собственных начавшихся крутиться мыслях, зашёл в кабинет, не удосужившись даже постучать: — Осталась эта дурацкая привычка? — спросил Узумаки сходу, имея ввиду курение в кабинете. Он прошёл вперёд и кинул папку Учихе на стол. Саске, сразу не подняв взгляд на новопришедшего, продолжил читать документы, переворачивая очередной лист. В ответ лишь нашёлся встречный вопрос: — А у тебя осталась дурацкая привычка не стучать в дверь, когда заходишь? — Что-то же должно остаться неизменным, — Узумаки пожал плечами, усаживаясь на кресло, расположенное по левую сторону от стола. Он закинул руки за голову, складывая из в замок на затылке. — Я, как замечательный напарник, притащил документы, которые ты оставил у меня вчера в машине. Я просмотрел всё, что не успел просмотреть тогда с тобой и хочу сказать, что у нас определённо есть дела на сегодня. Учиха скептически кинул взгляд в его сторону, туша окурок о дно пепельницы: — Просвети меня в свои гениальные планы. Саске смутно доверял всем идеям Наруто, но, как бы не хотелось признавать, он часто выдавал достаточно годные идеи, так что, хоть Учиха и сделал вид, что не вслушивается ни единому его слову, внимательно вникал в то, что Узумаки начал говорить: — Во-первых, допрос, проведённый вчера с мужчиной, что сообщил полиции о найденном теле, почти ничего нам не даёт: не так много людей посещают это озеро в одно время с ним, а те, кого он знает, либо из других городов, либо сейчас в отъезде. Связаться с ними возможно, но провести допросы в ближайшее время – трудно. — К чему это? Наруто, чуть помолчав, поменял позу, складывая руки в замок уже на коленях. Сегодня он казался активнее, чем вчера. — Я хочу сделать сейчас то, что мы можем – съездить на озеро, — Узумаки подождал, пока Саске полностью переведёт всё своё внимание на него и, когда Саске откинулся на спинку стула, складывая руки на груди, продолжил, вглядываясь в глубокую смолу глаз напротив. — Мне кажется, что следователи что-то упустили, — он фыркнул, — Ты же сам прекрасно знаешь, как они иногда работают. — А во-вторых? — после первого, идёт второе, поэтому, чтоб Наруто не забыл об этом, Учиха посчитал нужным напомнить. — Во-вторых, я точно знаю, что недалеко от озера находится заправка. Мы должны съездить туда. Учиха развернулся на кресле в сторону окна, раздумывая. Идея не плохая. Возможно, из неё что-то да и выйдет выжать. Он встал и, подхватив куртку, кивнул Узумаки в сторону двери, куда сам и направился. — Тогда нам нужно спешить, чтоб успеть всё до темноты. Сегодняшний рабочий день начался.

***

В СМУ они съездили без происшествий, без драки. Даже без ссоры. Сакура совсем не удивилась, когда Саске и Наруто ввалились к ней в кабинет вдвоём. Харуно была полностью погружена в работу, с ходу рассказывая им всё, что им удалось узнать. Только изредка поглядывая в сторону парней, будто намекая на что-то своим двусмысленным взглядом. Ни Наруто, ни Саске не поняли, что она пыталась до них донести этим жестом. Хоть тело и было сильно повреждено из-за большого количества увечий и манипуляций, проведённых над ним, получилось восстановить личность – как и думал Саске, убитым оказался Нэо Гото. Значит, вчерашние приключения в клубе не оказались напрасными. Так же Сакура смогла выяснить вместе с криминалистами и другими судмедэкспертами примерную последовательность событий, которые прошёл сначала мужчина, а после и труп: Долгое время тело подвергалось насильственным повреждениям – большее количество костей, включая три ребра, ноги, руки и левую часть тазовой кости, – были сломаны минимум дважды. Зажили кости не правильно, без медицинской помощи. Прострелены колени, предположительно, пули достал либо сам мужчина, либо его мученик, так как осколки остались в мягких тканях, но самого тельца патрона не было. Все эти ранения мужчина получал в момент, когда был жив. Токсикологический анализ помог найти в волосах, тканях и крови еле заметные остатки ртути. По этому можно было судить, что Гото отравили металлами, а после его смерти держали в морозилке год или два. Потом кто-то привёз труп на машине, чтоб утопить в озере. Либо же кто-то утопил машину, а после положил туда тело. В любом из этих случаев, был человек, который целенаправлено оставил тело в машине почти по середине озера у берега, понимая, что полиция найдёт. Был ли этот человек глуп или просто не сомневался в том, что его невозможно найти? Это стоит ещё выяснить, а сейчас Саске с Наруто, услышав всё нужное, поблагодарили Сакуру и остальных за проделанную работу, направились дальше по выстроенному пути – к заправке. Хлопнули дверцы машины, когда парни почти в унисон покинули прогретый салон, вставая ногами на асфальт. Заправка, на которую они приехали, находилась примерно в ста метрах от озера и места, где нашли Нэо. Даже заворачивать никуда не нужно: от места до заправки шла прямая трасса, по бокам окруженная полями и небольшим лесом. Оглянувшись по сторонам, Саске не заметил ничего необычного. Простая вывеска, пошёрханная и едва сохраняющая свой, скорее всего, раннее яркий красный цвет. Пару мест для машин. Колонки с бензином. Автомат с закусками и напитками под стеной здания. Прозрачная входная дверь, через которую были видны стеллажи с различными закусками и средствами первой необходимости. Чтоб рассмотреть всё ближе и найти хоть одну живую душу кроме них, Саске и Наруто направились ко входу. Колокольчик над дверью зазвенел, стоило им зайти внутрь. Где-то из угла приятно бормотало радио, пахло чем-то между машинным маслом и хот догами. У кассы бурлила кофемашинка, а у дальней стены послышались шорохи и через пару секунд из-за деревянной шторки вышел зрелый мужчина, лет сорока пяти на вид, держащий в руках две громоздкие коробки. Пройдя между продуктовыми стеллажами, мужчина завидел гостей лишь около кассы. С тяжелым выдохом поставив свой груз на край кассы, он отряхнул руки от пыли, торопливо приветствуясь: — О, парни, что вам, бензин нужен? Или кофе? Хотя машинка сегодня барахлит, вряд ли что-то сносное выйдет… Для подтверждения своих слов он ударил локтем по железной стенке, на что кофемашинка запротестовала, проскрипев и прошипев, плюясь водой. Наруто помахал ему рукой, мол, не спешите так, и, не медля, начал рассказывать ему причину их внезапного появления: — Не переживайте, мы не за кофе. Я детектив, а он – полицейский, — Узумаки показал на Саске одним махом головы, не отводя взгляда от работника, чьи глаза в миг наполнились недоверием. Учиха, чтоб уверить его в правоте заявления Наруто, достал из переднего кармана куртки своё удостоверение и, сделав пару шагов вперёд, протянул его к мужчине. Тот, сузив глаза, просмотрел документ. Когда Саске положил документ обратно, работник, вроде как, поверил им и Узумаки смог продолжить, — У вас тут недалеко на озере произошло убийство, нашли машину в воде и тело мужчины. Слышали? Облокотившись на столешницу рукой, работник задумался, одним пальцем почёсывая затылок: — Да, что-то слышал. А что от меня-то требуется? — не дождавшись ответа, мужчина сразу пошёл в наступление, словно уже ждал обвинений, — Вы меня подозреваете? — Нет, что Вы! Мы просто хотим поинтересоваться, не заметили ли вы кого-то странного за последние пару прошедших дней? Не приходил никто? Саске просто стоял рядом, не вмешиваясь. Наруто сам предложил сюда заехать и правильно будет оставить ему разобраться одному со всем этим. Возможно, позже Учиха вкинет пару реплик от себя, просто чтоб не показаться немым. Плюсом, у Узумаки всегда лучше получалось разговорить людей и они ему доверяли куда больше, чем хмурому виду Саске, от выражения лица которого у некоторых пробегали мурашки по коже, а то и завязывался язык, без возможности вымолвить хоть слово. В большинстве случаев, Саске с Наруто работали по продуманной схеме: Наруто начинает диалог, всем своим видом показывая, что он добрый и не желающий упекать каждого второго за решетку, а после, когда их собеседник чувствовал себя раскованнее, – настолько, насколько это возможно в присутствии полиции, – Учиха вмешивался в диалог, добавляя пару вносящих конкретику слов. — Ох, так на ходу сложно вспомнить будет, — начал работник, принимаясь разбирать содержимое коробок, расставляя по кассе, — Помню только, что Ашер приезжал. Он дальнобойщик, как возвращается домой часто заезжает ко мне ближе к ночи за кофе и заправиться. За ним я ничего странного никогда не наблюдал. Только молчаливый этот Ашер, редко что… Наруто понял, что мужчину начало заносить куда-то не в ту степь и перебил его затевавшийся монолог: — И больше никого не помните? — Да вроде нет, парни, никого не вспомню, — мужчина отрицательно помахал головой, складывая зажигалки в ячейку, предназначенную для них. Информация про дальнобойщика показалась Учихе не особо то и нужной. Как он понял, работник давно уже знаком с ним и заговорил о нём не потому, что заметил в нём странность. Просто дальнобойщик был единственным запомнившимся гостем в следствии знакомого лица. Когда отрабатываешь полную дневную или ночную смену на заправке на окраине города, из занятий остается две вещи: разбирать товар и разглядывать решивших заскочить людей, попутно обслуживая их. Наруто не выглядел расстроенным, но, кажется, он тоже понял, что из этой поездки они почти ничего не вынесли. Так часто бывает, не все «информаторы» оказываются полезны, тут нет ничего сверхъестественного. Не желая больше терять время, Узумаки улыбнулся своей дежурной улыбкой и, кивнув, спешил попрощаться: — Мы тогда пойдём. Благодарим Вас за потраченное Вами на нас время. Саске подождал, пока Узумаки развернётся и направится к выходу, чтоб, кинув последний взгляд на мужчину, последовать за ним. Как только Наруто отворил дверь, звеня подвесным колокольчиком, мужчина резко подал голос, останавливая движение парней и возвращая внимание к себе: — Хотя стойте. Почему я сразу не вспомнил? — задал риторический вопрос сам себе мужчина, а после, как Саске с Наруто повернулись к нему, озвучил пришедшее в голову воспоминание, — Я парня видел. На велосипеде. Саске не понял, к чему это было. Парень и парень. Каждый день велосипедистов он встречает по штук десять, если не больше. В чём странность? Или работник опять скажет что-то не в тему? Учиха прищурился, хмуря брови. — Подробнее. Где-то внутри он надеялся, что эта вметка, кинутая мужчиной, несёт в себе хоть какую-то нужную им сейчас информацию, ибо, если это не так, то он только ещё больше отнимет их время, которого до заката осталось не так много. Сейчас конец февраля и солнце только недавно начало заходить не с приходом позднего полудня, а чуть позже, к часам шести. Так что Учиха, не желающий по ночи лазить по «болоту» с фонариком, не собирался тратить час попусту. Мужчина, завидев взгляд Саске, чуть стушевался, но, перевёв глаза с него на Узумаки, успокоился, встречаясь с заинтересованным лицом. — Дня два назад ночью лил ужасный дождь, я уже думал вздремнуть, так как под такую стену вряд ли кому-то припрёт за бензином повернуть. Почти закрываю глаза и вдруг боковым зрением через стекло вижу парнишу на велосипеде: в дождевике, с рюкзаком, как будто едет с работы. Неожиданно, знаете? Полночь, дождь, фонарик и полуживой велосипед с лишь на добром слове державшимся колесом, — работник снова принялся за разбор коробок, занимая свои руки хоть каким-то делом, — И вот он просто стоит и смотрит на проезжающие машины. Не зашёл, ничего не купил. Когда коробки опустели, он сложил их и всунул коробку поменьше внутрь большей. Пальцами медленно прошёлся по мятому местами картону, не отводя от него взгляд, словно находил в этом действии нечто очень заинтересовывающее. — Я бы не придал этому такого значения, если бы не то, как он уехал. Резко сел на свой велосипед и умчался, будто увидел кого-то. Шуганный парниша. Мутный. Узумаки, что до этого держался пальцами за ручку двери, отпустил её, разворачиваясь всем телом к работнику. В вопросе, который он задал, слушалась некая аккуратность, непонятно откуда появившаяся: — А если вы увидите его ещё раз, сможете распознать? — Думаю, что да, — ответил мужчина, махая головой. В его глазах, снова переведённых на парней и скакавших взглядом с одного на другого, читалась маленькая неуверенность, но, в силу своего возраста, он решил не показывать её полностью. Наруто потянулся к заднему карману джинс, выуживая оттуда пару маленьких картонных визиток. Переложив одну из них в пальцы правой руки, а остальные аккуратно сжав в левой, он протянул её мужчине, дожидаясь, пока он её просмотрит, прежде чем заговорить: — Позвоните мне на этот номер, если заметите его снова, — работник сдержанно кивнув в ответ, засовывая карточку к себе в накладку рубашки. — И могу я попросить Ваш? Чтоб если в мою голову ещё какие-то вопросы придут, мне не пришлось снова сюда ковылять. Работник какое-то время смотрел прямо Узумаки в глаза, раздумывая что-то, но потом всё таки отвернулся и прошёл за кассу, выдвигая ящик, расположенный под ней. — Конечно, сейчас, — кинул работник, доставая маленький блокнотик в клетку. Положив его на стол, он пошарил руками по телу и взглядом пробежался вокруг себя, пытаясь найти ручку. Когда та нашлась за банками газировки, мужчина быстро открыл блокнот, записал туда свой номер и вырвал лист, протягивая его уже сложенным в двое Наруто, — Вот. Узумаки посмотрел на листик, но, не став его открывать, всунул вместе с визитками в карман джинс. Они выжали всё, что могли на данный момент и могли со спокойной душой попрощаться, что и сделал блондин, быстро оказавшись у выхода: — Безумно благодарен, — дернув за ручку, он впустил в помещение свежий воздух, что до этого так плохо проходил через еле открытую форточку над кассой. Напоследок он припечатал: — Тогда, если что, до связи! — До свидания, парни, — махнул им в след мужчина, направляясь обратно в подсобное помещение, прихватывая за собой коробки. Саске вздохнул полной грудью лишь тогда, когда дверь за ним полностью закрылась. Солнце, на удивление, ещё высоко светило в небе, но облака, начавшие клубиться неподалеку от него, наровили либо прикрыть Учихе и Узумаки свет, либо облить их новой порцией дождя. Будто вчерашнего всем не хватило. Как они прошли к машине, Наруто развернулся к Саске и, облокотившись спиной о машину, слишком довольно улыбнулся, смотря на ставшего напротив него Учиху. Тот решил опустить его с небес, в своём духе заявляя, складывая руки на груди: — Это было бессмысленно. — Ничего не бывает бессмысленно, если ты умеешь слушать, — Узумаки ещё больше улыбнулся, вводя Саске в больший ступор. Чему он так рад? — И если бы ты не страдал хуйней, — парировал Саске, закатывая глаза и доставая ключи, после подкидывая их в руке. Наруто на это лишь зацокал языком, театрально отчитывая Учиху за такое сквернословие: — Не гоже материться, товарищ лейтенант. — Я не лейтенант, — усмехнулся Учиха, нажимая на кнопку разблокировки. Двери клацнули сигнальным звуком и Узумаки, услышав его, отпрянул от корпуса машины, оказавшись в стоячем положении чуть ближе к Саске, чем до этого. — Но звучит красиво, согласись? — он сложил руки в карманы, прищуривая глаза в улыбке. Саске лишь помотал головой, призывая себя к большему терпению. Он уже собирался ответить что-то колкое, но Наруто опередил его, спешно проговаривая: — Ладно, поехали на озеро теперь. Чур я за руль! — Узумаки даже чуть припрыгнул на месте, когда двинулся в сторону, чтоб обойти машину и сесть на водительское сиденье, но Саске, как бы ему не хотелось этого делать, протянул руку вперёд, мёртвой хваткой цепляясь за плечо Наруто, останавливая его действо. По ладони будто прошёлся разряд тока до самых корней волос на затылке, заставляя чуть ли не встать их дыбом, но Учиха откинул это чувство куда подальше, не прислушиваясь к нему в серьёз. — Обойдешься. И убрал руку сразу же, как Наруто обречённо щёлкнул языком. — Ну, стоило попытаться. Саске, оставив Узумаки так, сам отлип с места, направляясь к обратной стороне машины, обходя её через капот. На пол пути он остановился, когда за спиной услышал мелодию, похожую на входящий звонок. Учиха сначала подумал, что это его телефон, но, нащупав его в нагрудной кармане, он не услышал вибрации, поэтому дальше долго догадываться не пришлось, где находится источник звука. Как он развернулся к Наруто, тот уже достал телефон и принял звонок, приближая его к уху. В момент его лицо тронула лёгкая улыбка, а голос стал наполнен дружеским, но выдержанным тоном: — Привет, чего звонишь? — спросил Узумаки, поворачивая голову в сторону заправки, чтоб зацепиться хоть за что-то взглядом. Прошло секунд тридцать, за которые взгляд Наруто со спокойного поменялся на непонимающий, а улыбка быстро спала с лица, оставляя от себя лишь полупрозрачный отголосок в виде чуть приподнятого уголка, — Стоп, чуть медленнее и внятно. Ещё минута, и взгляд Узумаки полностью потускнел, оставляя в глазах лишь остатки всего, что отражалось в них ранее. — Как убили? — Учиха не мог слышать, что говорит Наруто его собеседник, но потому, что озвучил Узумаки, он почувствовал себя некомфортно. Кто умер? Где? — Стой, никого не вызывай, я сейчас приеду. Саске не хотел влезать в дела Наруто, но не смог себя удержать от вопроса, вылетевшего сразу после того, как Узумаки небрежно выключил звонок, спрятал телефон в карман и опустил глаза в бетон асфальта, закусывая щеку изнутри. — Что случилось? Наруто, потупивший взгляд, не решался поднять глаза на Учиху. Когда он всё же неуверенно, – нехарактерно для него, – сделал это, в его бегающих радушках Саске смог разглядеть чистые замешательство и ошеломление, словно Узумаки сам толком не понимал и не верил в то, что он услышал в трубке. — Айамэ убили.