Любовь и привороты

— Это полный кошмар, — сокрушенно вздохнул Кэйа, поставив чашку на миниатюрное блюдце с фиолетовыми розочками. Из-за книжного стеллажа показался уголок остроконечной шляпы. — Я надеюсь, ты не про мой чай, милый, — Лиза добавила на столик тарелку с печеньем и присела напротив. — Оу, разумеется, нет. Я, скорее, о более крепких напитках. А если уж быть совсем точным, о том, кто занимается их производством. В зеленых ведьминских глазах сверкнуло любопытство. — Что же такого кошмарного натворил наш самый известный винодел? Сидя в библиотеке днями напролёт, можно и со скуки помереть, не зная свежих сплетен. Я готова внимательно тебя слушать. — Просто кое-кто… совершенно не понимает намёки. Я использовал лучшие приемы из своего богатого арсенала флирта. А мне по итогу заявляют, что надоело выслушивать пошлости. Разве я мог спокойно это вынести и не возразить, что господин бармен, наверное, сам нечист помыслами, раз различает подобное в моей утонченной речи? — Лиза, поджав губы, отрицательно покачала головой, и Кэйа залпом проглотил остаток содержимого чашки. — Но я, разумеется, сама тактичность и само терпение, поэтому всё же предложил ему задержаться в моей компании после закрытия таверны. Но кое-кто ночами, видите ли, очень занят… кхм, подписью документов, а мое искреннее внимание вновь было проигнорировано, — печенье было отправлено в рот нервно подрагивающими пальцами. — Может, он и вовсе считает меня слишком навязчивым. Злится? Хиличурл его разберёт. Пиро слайм и то был бы поразговорчивее. — Плохи дела… — Лиза сочувственно вздохнула. — Мастер Дилюк одним своим появлением возле штаба распугивает половину ордена, а уж если он не в духе… Расположить его к романтике та еще задача. Вот если бы был способ слегка подтолкнуть… простимулировать… раскрыть… — Это всё я, конечно, могу, но сперва всё равно придется располагать к романтике. И от вина он точно откажется… — Кэйа задумался, опасно проворачивая ручку чашки на весу. — Ох, у меня есть идея! — Лиза воодушевленно поднялась, попутно забирая из его рук любимую чашку. Несколько минут ушло на поиски в шкафах, куда складывалось всякое барахло, и наконец она преподнесла флакончик, наполненный розоватой жидкостью. — К счастью, у меня сохранилось несколько зелий, которые любезно помог приготовить Путешественник. Вот это усиливает чувственность и выносливость, а как следствие — вызывает влюбленность и желание впечатлить объект своего воздыхания. — И ты готова одолжить мне это сокровище? — Кэйа с любопытством глянул на пузырёк. — Положим, с тебя должок, милашка, — округлая грудь качнулась возле лица капитана — Лиза поставила зелье прямо перед ним. — И забегай почаще с интересными новостями. Кэйа рассматривал жемчужно-розоватую жидкость, поднимаясь с библиотечного этажа. Правильно ли это — использовать подобные средства, вызывая искусственные чувства? «Сам виноват! Нечего быть такой хмурой ледышкой. К тому же, Лиза сказала, что зелье всего лишь стимулирует…» Заветный флакончик оттягивал карман выходных узких брюк, когда Кэйа этим вечером, одевшись понаряднее, подходил к таверне. Можно попытаться сперва добиться взаимности привычным способом, но если Дилюк снова будет невыносимым, у него имелся козырь в штанах. Кэйа занял любимое место возле стойки и поглядел на спину бармена. В пятничный вечер посетителей было хоть отбавляй. — Могу я попросить бокал «Полуденной смерти» для особенного гостя? — Кэйа прочистил горло, привлекая к себе внимание. Дилюк обернулся, доставая нужные бутылки, но принялся за его коктейль лишь в порядке очереди. — И кто тут особенный гость? — он привычным движением придвинул бокал. — Разве я для тебя не особенный? — Кэйа протянул сладким голосом, укладывая локти на стойку. — Пф. Снова оставалось смотреть лишь на спину. С течением вечера посетители медленно рассасывались, а Кэйа лишь провожал взглядом мелькающую между стойкой и винными шкафами фигуру в форменной одежде и едва успел пригубить любимый напиток. Еще одна попытка, когда между заказами наконец случился короткий перерыв. — Не желаешь пригласить меня в гости на винокурню этим вечером? Дилюк оглянулся. — Не сегодня. Вот упрямец! — Снова ночные похождения? — Кэйа снизил голос. — Порочите добрую фамилию Рагнвиндров, господин Дилюк. — Никаких, кхм, похождений! — отразившееся на лице бармена раздражение принесло небольшое удовлетворение. — Но я тем не менее занят. — Хотя бы выпей со мной. Ладно, ладно, не вино, хоть твой продукт бесполезно переведенного винограда. — Вот неугомонный! — со вздохом Дилюк поставил на стойку бутылку и плеснул в бокал виноградный сок. — Оу, там, кажется, посетитель. Не пристало отвлекать тебя от работы, я подожду, пока ты обслужишь его. «Ты просто не оставляешь мне выбора!» Стоило бармену отвернуться, и розоватая жидкость пролилась в бокал, растворившись в темно-алом. Кэйа нервно взглянул на обслуживаемую сейчас парочку. Кажется, с этими посетителями было что-то не так. — Чего-нибудь покрепче для дамы! — Я полагаю, дама не расположена к вашему обществу. — Да ладно тебе, немного вина, и дама мигом расположится. Я ведь плачу мору! — Я ничего вам не продам и попрошу покинуть заведение. Только вас, господин. Что-то в тяжёлом взгляде Дилюка заставило пьяницу сокрушенно вздохнуть и отправиться на улицу, а притихшую девушку рядом с ним — благодарно кивнуть и устроиться за неприметным одиночным столиком. «Неужели я ничем не лучше подобного отребья? Подливать любовное зелье — какая пошлость! Будто мне нечем привлекать самостоятельно», — едва не разлив половину содержимого, Кэйа быстро поменял напитки местами ровно в тот момент, когда бармен направился в его сторону. — Небольшой инцидент, — Дилюк поднял свой бокал, приблизив ко рту. Ах да, там ведь «Полуденная смерть». Глупо, наверное, ждать, что он не заметит подобную подмену. Кэйа торопливо сделал несколько глотков, поморщившись от приторно сладкого сока. — Это какой-то дешевый способ напоить меня? Весьма остроумно, капитан, — едва пригубив алкоголь, Дилюк, ожидаемо, отставил его в сторону. И не очень ожидаемо вырвал из рук Кэйи собственный бокал. — Хотя бы не переводи напиток, если собираешься его потом выплюнуть, — с заметным удовольствием он осушил оставшуюся половину сока. Архонты, нет!!! Опаивать их обоих в планы уж точно не входило. Можно ли рассчитывать, что действие зелья притупится, если выпить только половину пузырька? Едва ли… Кэйа сокрушенно уткнул лицо в сложенные на стойке руки. И… почувствовал невесомо погладившую затылок ладонь. — Мягкие… кхм, — Дилюк отдернул руку и кашлянул в кулак. Хах, неужели господин Рагнвиндр только что сделал ему комплимент? Неужели всё же сработало? Кэйа поднял голову и посмотрел на отросшую прядь своих волос, которая лежала на стойке, а потом на обрамляющие бледное лицо напротив красные локоны. И кто бы вообще говорил? — Им далеко до ваших, господин Дилюк. Такие чарующе яркие, длинные, вьются, словно неспокойное огненное море. Половина барышень изводится от зависти, а другая мечтает прикоснуться к этому нежнейшему шелку. Если бы вы только позволили этому водопаду свободно упасть на спину… его красота расцвела бы еще ярче. Может быть, я помогу… — Кэйа уверенно потянулся, но его запястье оказалось перехвачено ладонью в перчатке. — Ваш язык, сэр Кэйа… — Дилюк был неожиданно близко, и вместо того, чтобы оттолкнуть, чуть притянул к себе, — способен обольщать лишь парой произнесенных слов. Редкий, непревзойденный талант. — Так вы обольщены? Стало быть, победа за мной? — Кэйа растянул губы в самой привлекающей из своих улыбок, в которой все же проблескивало немного азарта. — Если в этом мне с вами не сравниться, я возьму… реванш действиями, — хватка на запястье окрепла. Да уж, силы ему не занимать. Отличный повод для следующего обольщающего комплимента. — Извините, господин бармен… Можно еще вина? Оба обернулись на очередного бестактного гостя. Ах да, они ведь еще были в таверне. Со слегка поредевшим числом посетителей, должно быть, не заметивших расстояние всего в пару сантиметров между их лицами и поедающие горящие взгляды. Кэйа разочарованно откинулся обратно. Если уж Дилюк выпил любовное зелье, пользоваться его состоянием он не будет, тем более на винокурню его всё равно не приглашали. Хотя бы можно было считать себя победителем в этом коротком соревновании. Следующее утро встретило свежим ветерком из открытого окна квартиры и непривычным для начала субботы отсутствием головной боли. Пятница, прошедшая без алкоголя, все равно что потрачена впустую. Ветер колыхнул занавески особенно сильно, и следом в комнату бесцеремонно залетел знакомый сокол, устроившись на одеяле. — Хах, дружок, ты что-то принёс? Не ожидал, — Кэйа попытался почесать птицу, получив в ответ клевок в ладонь. — Весь в хозяина… Он отвязал от лапки сокола записку и небольшой свернутый мешочек. «Скромный подарок в качестве знака внимания. Д.» И всё? Никакого объяснения даже формальной причины столь щедрого жеста? Этот упрямец экономит чернила также как собственные слова. Кэйа с любопытством развернул мешочек. Внутри оказались ножны под кинжал. Обитые черным бархатом, украшенные серебряной вышивкой и парой крохотных рубинов и — Кэйа вынул кинжал, примеряя — идеально подходящие его оружию. Поразительная внимательность, ведь излюбленный кинжал он брал с собой далеко не каждый день. Постойте-ка, но когда Дилюк вообще делал ему подобные неожиданные подарки? Догадка молнией мелькнула в сознании: «Неужели любовное зелье действует дольше, чем я предполагал, и влияет на него до сих пор?» И тут же сменилась упрямой мыслью: «Хах, считаешь, что я не смогу впечатлить тебя сильнее? Что бы ему такого подарить?..» Пришлось потратить целый выходной на поиски, но результат стоил того, думал Кэйа, когда держал в руках приобретенную вещь. Зеленовато-голубой шелковый плащ с воротником, украшенным перьями павлина и сумеречной птицы — настоящая роскошь! Полезно заводить знакомства в командировках, и одному из таких знакомых он как раз написал накануне с просьбой подобрать что-нибудь подходящее. От старого друга вместе с плащом прилагалась записка. «Лучшее, что я смог найти! Кто-то посчитает его слишком кричащим, но, ты, я знаю, один из немногих истинных почитателей искусства и оценишь по достоинству. Не уверен, правда, насчет твоего возлюбленного, которому ты собираешься это дарить — судя по твоим рассказам, он почти настолько же чопорен, как некоторые ужасные личности. Жду тебя в таверне у Ламбада, когда будешь в Сумеру вновь!» Кэйа упаковал сбрызнутый сладкими духами плащ и передал в Гильдию искателей приключений с просьбой доставить. В конце концов, он был мастером в подарках, тонко напоминающих о его личности, и раз уж Дилюк начал первым такую игру в этот раз, ему придется наслаждаться преподнесенным предметом гардероба. Но все еще недостаточно, всего лишь вещь. Кэйа возвращался обратно через площадь, которую облюбовал играющий на лире бард. Собравшийся вокруг народ, как и сам исполнитель, не выглядели особенно трезвыми. Кэйа заметил вчерашнюю парочку с излишне наглым хмельным господином, снова предлагавшим своей даме вино. — Эй, это мое вознаграждение, ты должен доливать мне за выступление, а не воровать честно заработанное! — едва оторвавшись от лиры, Венти отобрал из его рук стакан, мигом осушив, и продолжил игру. — Я просто хочу доказать ей, что мондштадтское вино особенное, а она твердит, что не любит его. Не думал, что в этом городе никто не даст мне вина! — мужчина разочарованно хмыкнул. — Что за пошлость, впечатлять девушку алкоголем, который ей неинтересен?! Если хочешь, чтобы она растаяла, подари ей музыку. Мондшадтскую, а еще лучше, твою собственную. А вино оставь мне! Музыку… Кэйа задумался — такое дополнение к подарку по-настоящему отразит глубину его чувств. Он протиснулся ближе к барду сквозь толпу. — Можно ли где-то раздобыть музыкальный инструмент в это время суток? Скажем, лиру… — Приятно, когда молодежь прислушивается, — Венти усмехнулся и любовно провел по струнам. — Только лира, боюсь, одна, и она мне все еще нужна, — он нахмурился в ответ на разочарованный взгляд. — Как насчет флейты? Думаю, тебе отлично подойдет! Мысли о том, всегда ли Венти хранит флейты в шляпе и чудесное ли совпадение, что именно на ней Кэйа когда-то в детстве учился играть, он оставил на потом, направившись с одолженным инструментом прямо к винокурне. Голубей и белок по дороге распугали звуки вспоминаемой мелодии. Когда показались горящие светом окна особняка, уже совсем опустились сумерки. Встав с той стороны, где была спальня хозяина, Кэйа принялся играть. Сперва перебирал простые романтические напевы, излюбленные бардами, не обходясь без легкой фальши, а после исполнил короткую мелодию, сочиненную по дороге сюда. Стоявший за плотными шторами уже некоторое время темный силуэт наконец раздвинул их, и Дилюк показался собственной персоной. Кэйа сверкнул улыбкой и извлёк из флейты еще пару прощальных нот, тут же стремительно скрывшись в темных кустах. Если уж держать образ таинственного романтика, то до конца. Этот раунд оставался за ним! Вечер следующего дня близился к концу, а от Дилюка так и не поступало вестей. Если действие зелья все же завершилось, значит, он сейчас убирал павлиний плащ в самый дальний угол шкафа, вздыхая, и готовился к очередной смене в таверне, где Кэйа снова сможет с чистой совестью действовать ему на нервы флиртовать. То есть, всё возвращалось на свои места. Замечательно. Налив в бокал вино из припасенной дома бутылки, Кэйа подошел к открытому окну. Было в этом что-то романтичное — дегустировать вино с видом на вечерний город. Мелькнула тень между крышами. Уж не вор ли? Кэйа присмотрелся, напрягая зрение. Тень выглядела подозрительно знакомо — видимо, кое-кто все-таки не мог усидеть в тепле особняка, поддавшись жажде приключений на одно место и спасения города. Закутанный в темный плащ человек в мгновение ока перемахнул с соседней крыши и оказался точно перед окном Кэйи, балансируя на карнизе. Вино в бокале пошатнулось, едва не выплеснувшись. — Господин Полуночный герой… Архонты, все девицы умрут от зависти, если станет известно, что он наведывался ночью в мой дом, — Кэйа посмотрел в скрытое темной маской лицо, тонко усмехнувшись. — Я… слышал твою музыку вчера. Это было красиво, — голос звучал низко и приглушенно, видимо, от долгого нахождения на прохладном ветру, и отчего-то это приводило в легкий трепет. — Ого, так понравилось, что пришел поблагодарить лично? — Не только для этого. Кхм, приходи завтра на винокурню. У меня кое-что есть для тебя. — Приглашаешь на свидание? — ухмылка стала шире. Словно игра — чем откровеннее Дилюк себя вел, тем сильнее хотелось смутить, довести до точки, прощупать грань. Кажется, костюм Полуночного героя придавал этой грани солидное количество крепости. — Пусть будет так. Дилюк потянулся вперед, оперевшись рукой о раму, и вовлек в поцелуй. На следующие несколько мгновений мир волшебным образом сжался лишь до теплых, несмотря на вечернюю прохладу, губ, ощущения их мягких касаний, бабочек, заворочавшихся где-то в животе, и горящих алым из-под маски глаз. И только когда губы вновь обдул ветерок, Кэйа заметил, что бокал давно накренился и превосходное вино оросило кустики под окном. — Архонты, это твой тайный план так и не позволить мне выпить на этих выходных?! Полуночный герой искривил уголок рта, подаваясь назад, и через пару мгновений уже растворился в уличной тьме. Раз уж предстояло свидание, к нему требовалось подготовиться основательно. Кэйа с самого утра вымылся до скрипа, подобрал наиболее эффектный костюм, чтобы брюки лучшим образом обтягивали всё, что надо, глубокий вырез на рубашке дразняще привлекал, а светлый густой мех на плаще подчеркивал всю эту красоту, и в довершении щедро прыснул на шею маняще-сладкие сумерские духи. Оставался последний штрих, и перед визитом Кэйа заглянул в лавку Флоры, которой как раз привезли свежую партию цветов. Донна вызвалась упаковать выбранный букет из нежных сесилий и так любимых Дилюком хрупких светяшек. — Говорят, сэр Кэйа, этой ночью в городе видели Полуночного героя! Мне никто не верит, но я-то точно видела. — Оу, если Полуночный герой и существует, кажется, он предпочитает убивать монстров за городом, а не мелькать под окнами барышень, разве нет? Было бы весьма опрометчиво с его стороны, не так ли? — Но… Подавив смешок, Кэйа наконец двинулся в сторону винокурни. Дверь открылась после пары стуков, и на пороге неожиданно оказался сам хозяин, в не менее парадной, хоть и куда более закрытой одежде. — Я отпустил сегодня горничных, — он ответил на вопросительный взгляд. — Цветы? Спасибо. Они красивые. — Оу… Кэйа прошел в гостиную, оглядывая знакомый интерьер, в котором теперь так редко удавалось бывать. Стол был сервирован на двоих и украшен свечами в высоких подсвечниках. Кажется, Дилюк и правда основательно подготовился. Кэйа взглянул на еще исходящее паром разложенное на тарелках мясо с тушёными овощами. — Сам готовил? Мастер Дилюк расщедрился на свое фирменное блюдо? — Хмф, принимайся за еду, пока не остыло. Дилюк поставил на стол пару бутылок, налив густой красный напиток из одной в свой бокал, а содержимое другой — в тот, что был рядом с Кэйей. Кэйа приготовился к приторному виноградному соку, который, так уж и быть, выпьет, чтобы оказать почтение хозяину, и весьма удивился, когда рот обжёг сладко-терпкий вкус вина. Это было идеальным свиданием, вот уж не удивительно, что такой внимательный джентльмен звался самым завидным женихом в городе. И все-таки терзало беспокойство. Слишком хорошо, будто бы что-то не так, будто бы… Ох, архонты, неужели проклятое зелье действовало спустя столько дней? — Это не всё, что я хотел тебе сегодня показать, — сообщил Дилюк, когда трапеза была окончена. «Разумеется, не всё, не зря ведь я потратил столько времени на утреннюю ванну», — подумал Кэйа, но Дилюк указал ему на дверь. — Я вернусь через минуту. Когда он вышел следом, поверх строгого костюма красовался знакомый украшенный цветастыми перьями плащ. Столь вычурный и не вязавшийся со стилем Дилюка, что Кэйа невольно подавил смешок кулаком. — Не думал, что ты его наденешь! — Это ведь подарок, — Дилюк потеребил перо. — Весьма… экстравагантный, как и все что связано с тобой. За поместьем начинались виноградники, солнце уже садилось, играя на листьях золотыми бликами, и за несколькими рядами густых позолоченных зарослей приткнулись дома работников, сараи и прочие подсобные помещения. Именно туда они отправились. Старая конюшня, заброшенная еще много лет назад, Кэйа помнил, как в далеком детстве они здесь прятались и строили шалаши. Зачем бы им идти к ней сейчас? Послышалось тихое ржание. Нет, этого не могло быть! Наверное, послышалось. Ржание повторилось громче, а когда они приблизились на достаточное расстояние, из денника показалась лошадиная морда. — Архонты… — Кэйа замер в паре шагов. — Откуда?! — Из Ли Юэ. Заезжие торговцы попросили оставить на передержку. У нее была повреждена нога, но Таннер смог выходить и обустроил стойло. Совсем скоро ее заберут, и я подумал… — Дилюк уже гладил рыжую умную морду и обернулся с хитрой улыбкой, — не пристало здоровой лошади слишком долго стоять в загоне. История казалась невероятной. Вообще-то лошади в Мондштадте были обычным делом всего пару лет назад, но почему-то теперь стали восприниматься едва не чудом. Дилюк открыл загон и ловко надел на животное висевшие рядом сбрую и седло. Подвел к Кэйе, который так и оставался стоять на месте, словно вкопанный, пока ему в висок не ткнулись большие мокрые ноздри и мягкие губы. — Как же ее зовут? — он осторожно погладил гриву и шею. — Торговцы уехали слишком быстро, не сказав ее имени. Так что пока я назвал ее Заря. Последние закатные лучи неровно ложились на лужайку перед конюшней и играли в рыжей лошадиной шерсти, подсвечивая ее местами, будто огненными всполохами. То же самое озорные лучи творили с собранными в чуть растрепанный хвост волосами Дилюка. Кэйа подумал, что имя подходит как нельзя лучше. — Забирайся! — Дилюк запрыгнул в седло и протянул руку. — Право… — И когда уже капитан кавалерии перестанет опасаться лошадей? — Вот еще! — Кэйа хмыкнул на беззлобный смешок и подтянулся следом, устроившись в конце концов перед седоком. Это был не страх, скорее, трепет, возникший когда-то перед увиденным впервые в жизни огромным нетерпеливым зверем. В Каэнри’ах лошадей не было. А в Мондштадте к ним пришлось в конце концов привыкнуть. И Кэйа умел ездить верхом, даже возглавлял несколько подобных операций отряда кавалерии, но все не мог побороть странную дрожь, охватывавшую каждый раз, когда ему приходилось забираться в седло. Ветер зашумел в ушах, Дилюк тепло прижался грудью к спине. Сперва он пустил лошадь рысью, а после одного широкого круга подстегнул на галоп. В седле с кем-то другим Кэйа всегда чувствовал себя увереннее. Особенно, если кто-то другой был Дилюком, именно его присутствие и помогло когда-то научиться верховой езде. Эта отчасти забытая, резвая скачка и тихий, счастливый смех за спиной заставляли что-то колыхаться в душе, а губы сами собой тянулись в улыбку. Спустя еще три круга Дилюк остановил лошадь на прежнем месте, выпустив побродить поблизости со спутанными ногами. — Понравилось? Кэйа кивнул, тяжело восторженно дыша. — Я рад. Дилюк опустился на траву рядом и вдруг потянулся к нему с совершенно ясными намерениями. Стоп. Это все было слишком хорошо. И либо должно было оказаться каким-то затянувшимся приятным сном, либо Дилюк очень скоро разочаруется и вновь станет холодным. А если он еще и узнает о зелье каким-то образом… — Стой! — Кэйа уперся ладонью в чужую грудь, столкнувшись с вопросительным взглядом. — Я должен признаться тебе кое в чем. Дилюк с заметным разочарованием поджал губы и сел прямо. Можно было бы, конечно, протянуть этот момент чуть дольше, но… — Сейчас, одну минуту. Это не всегда получается… — Кэйа призвал крио, обволакивая себя тонким прозрачным щитом. — И что это еще за ледяная стена? — Должен же я чем-то заранее защититься, если ты решишь направить на меня свою огненную птичку или еще чего-нибудь! Я тебе солгал… — Архонты… — Дилюк напряженно вздохнул. — Говори. — Я… подлил тебе любовное зелье. Вообще-то не специально… почти. Но все же это произошло, и я подозреваю, что все твои, кхм, действия обусловлены им. — Я не думаю, что это так… И сними уже щит, ради Барбатоса, я не собираюсь призывать феникса! — Конечно, не думаешь, ты ведь находишься под его действием! — Кэйа осторожно нейтрализовал щит. — Прошу, давай просто попросим у Лизы противоядие, а потом ты все еще не будешь призывать своего феникса. — Если ты считаешь это необходимым… хорошо, — Дилюк откинулся на траву. В небе потихоньку зажигались звёзды. Библиотека встретила стойким запахом роз и ванильного печенья. Лиза любопытствующе выглянула из-за шкафчика с книгой в руке. — О, двое джентльменов, значит в два раза больше свежих сплетен. А может, вы пришли поблагодарить? Вынуждена только напомнить, что шуметь в библиотеке запрещено, а притихать, в вашем случае, — тем более. Я сейчас принесу чай. Дилюк напряженно потер шею, кажется, вспоминая, почему не особенно любил посещать библиотеку ордена. — Нам нужно противоядие! — твердо заявил Кэйа. — От чего же? — Лиза спокойно принялась разливать по чашечкам свежезаваренный напиток. — Если бы я знал, что любовное зелье такое стойкое, ни за что бы его не взял! Он, — Кэйа ткнул пальцем в сторону Дилюка, — не дает мне прохода вот уже несколько дней! Без действия зелья он бы точно не был таким романтичным. А я… я хочу, чтобы всё было натуральным… — Любопытно… — Лиза посмотрела на винодела. — Это и правда началось, когда ты выпил зелье? — Кажется, в тот вечер у меня действительно был прилив… сил. Но я ждал выздоровления лошади, и именно поэтому не позволял тебе приходить на винокурню раньше времени, чтобы не испортить, кхм, сюрприз. «Сюрприз, ха?!» — Кэйа едва не подавился чаем, удивленно посмотрев на собеседника. — А что касается остального, ты, знаешь ли, тоже проявлял немалую прыть! — Дилюк сложил руки на груди, просверлив обвиняющим взглядом. — Я ведь не мог просто уступить. Я решил… что ты соскучился. Хочешь сказать, все твои действия тоже были лишь под влиянием зелья?! Лиза медленно жевала печенье, наслаждаясь сценой, ничуть не хуже, чем в новеллах издательского дома Яэ. К сожалению, если ей не хотелось драки в своей драгоценной библиотеке, нужно было вмешаться. — Зелье действует всего несколько часов, милашки. Уж точно не больше. И лишь стимулирует симпатию, а не зарождает с нуля. Всё остальное было исключительно вашей инициативой. Мужчины переглянулись. — Что же, тогда… я ни в чем не виноват, — Кэйа расслабленно усмехнулся. — Даже и не знал, что в господине Дилюке иногда просыпается такой романтик. — Ты все еще опоил меня, пф! — Спасибо за приятный визит, мальчики, — Лиза поправила шляпку, поднимаясь. — Заканчивайте уже свое свидание. И больше не опустошайте мои запасы любовного зелья. Вам двоим оно точно не нужно.