Ходячие мертвецы I. По краю лезвия

На душе бушевал ураган, но в дом я входила в полной уверенности правильности происходящего. Не особо церемонясь, я прошла в спальню, где мой "дорогой, любимый и верный" совокуплялся с не менее "дорогой, любимой и верной" подругой. - Какого?! - возмущённо донеслось мне в спину, но происходящее в кровати не стоило моего внимания. Всё также молча и невозмутимо, с дико колотящимся сердцем, я открыла дверь в гардеробную, достала с верхней полки чемодан и стала собирать вещи. - Вики... Прости, это не должно было так получиться... Я не обернулась. Голос Шейна выдавал его с потрохами. В нём была досада, некое разочарование, может, лёгкий стыд, но ни капли сожаления. Мог бы хоть раз сделать вид, что ему не всё равно! Глубоко вздохнув, я постаралась успокоиться. Нужно уходить достойно. - Вик, ты всё не правильно поняла! - соскочив с кровати, обмотавшись в простынь, стала оправдываться Молли. Я снова не обернулась. Одного чемодана оказалось мало, я достала второй, куда клала уже не только предметы одежды, но и прочие свои вещи. - Конечно, она всё так поняла. Вики в отличие от тебя не такая дура! - рассержено рыкнул Шейн, в два шага оказываясь рядом со мной абсолютно голым, - Вики, давай, замнём это, а? Рик же мой друг... Зло зыркнув на нахала, я бегло осмотрела спальню. При виде наших совместных фото, гримаса скорчилась сама собой. Нет, Шейн, ты не прав, я всё же дура. Причём, непроходимая. Резко выдохнув, буркнула: - Отойди. - Вики... - Я ухожу без скандала, скажи: "спасибо" и отойди. - Вики, а как же мой брат? - взволнованно подала голос Молли. - Сядет твой брат, - хмуро ответила я, повернув голову к ней. - Вик, но так нельзя... - Хватит! Ты закрой рот, а ты не мешай мне собирать вещи! - Время три часа ночи. Куда ты пойдёшь? - положив руки мне на плечи, почти лаского сказал Шейн. На меня обрушилась дикая злость, но едва я её подавила, сменилась сильной усталостью. - Давай, разойдёмся по-хорошему? - голос подвёл меня, звуча глухо и надломленно. - И ты даже не спросишь, почему я это сделал? - желаемого ответа мне не дали, я сжала пальцы в кулаки. - Потому что мог? Шейн растерялся, воспользовавшись этим, я подхватила чемоданы и вышла на улицу. Никто меня больше не пытался останавливать. Уже сидя в машине, используя последние силы, чтобы не разреветься, я позвонила Бекке. *** Утро встрело меня похмельем, головной болью, полным раздраем и противной трелью будильника. - Может, возьмёшь сегодня отгул? - сонно потягиваясь на диване, протянула Бекка. Я простонала. Мне всё не приснилось. - Сколько сейчас? Ребекка перевернулась на живот лицом ко мне, ей на глаза упали золотистые кудряшки. Я, к слову, спала на ковре под кофейным столиком. Благо, со мной хоть поделились подушкой. - Почти десять, - зевок в конце вырвался сам собой. - Сегодня после обеда? - Ага... Кое-как собрав конечности, я поковыляла в душ. Прохладная вода, помогла мне освежиться. Жаль, проблемы за меня она решить не могла. Закончив, с водными процедурами, прошла в бывшую спальню Эмбер, старшей сестры Бекки. Сама же девушка была уже два года как замужем и жила на соседней улице. Порывшись в теперь уже временно моём шкафу, я начала одеваться. Чёрные брюки, белая блузка и насыщенно розой жакет. Мне хотелось выглядеть красиво. Так я начинала чувствовать себя увереннее. Светло-каштановые, чуть рыжеватые, волосы с помощью краба заколола на затылке, оставив пару прядей аккуратно обрамлять чуть вытянутое и скуластое лицо. С макияжем пришлось повозиться. Прошлая ночь отпечаталось на мне не только плохим самочувствием. Благо, глаза у меня были голубыми, а кожа чуть бледноватой, используя в макияже холодные оттенки, мне удалось скрыть основной кошмар. Придирчиво оглядев себя, я натянула на ноги туфли на небольшом квадратном каблуке и спустилась вниз, где превозмогая похмелье, Бекки уже приготовила нам завтрак. - Круто. Только волосы, мне кажется, стоит распустить, - вынесла свой вердикт Бекки, поправив топоршившуюся на животике футболку, протявивая мне воду и аспирин. - Угу. - "Угу", "ага". Ты, что разучилась разговаривать? - Ага... *** Уже подъезжая к зданию больницы, я забеспокоилась. Было странное предчувствие беды, но списав всё на нервы, я поспешила выйти из машины. Нельзя оставаться один на один с собой, когда тебя переполняют негативные эмоции. Вопреки обыкновению, в больнице было шумно. Туда сюда проносились медсёстры и доктора. - О, Граймс! Тебя я и искал. Почему трубку не берёшь? - налител на меня доктор Морган, высокий седовласый мужчина. - Я... Эм... - Твоего брата ранили! - не слушая мой лепет, нервно выкрикнул он. - Что? - Полчаса назад, перестрелка на выезде из города. А ещё люди перезаражались какой-то острой формой бешенства. Док был взволнован, напуган. Его глаза метались из стороны в сторону. За моей спиной слышались то стоны, то кашель. Позже я узнала, что за короткие сроки едва ли не весь город захватила инфекция. Пусть операцию Рику проводил лучший врач нашего отделения Зак Гриффин, я всё равно за него волновалась, но док не пустил меня наверх - здесь, в приёмной люди нуждались в помощи. Быстро переодевшись, я заступила на пост в приёмном отделении. Их было десять. Двое мужчин и восемь женщин. Последние подпольно занимались проституцией в доме миссис Харрисон. Я знала, ведь сама регулярно проводила их осмотры, также, не под запись. Мужчины, видимо, были клиентами. Кто-то был покусан, кто-то поцарапан, а кто-то просто побит. Больше всего не повезло Сэм Смит. Пациентами занимались студенты из местного медучилища под строгим присмотром доктора Моргана. - Саманта, что произошло? - шёпотом спросила, подходя и начиная обрабатывать рваную рану на шее фигуристой блондинки. Её макияж размазался, пачкая лицо, а платье словно пережило встречу с газонокосилкой. - Это был сущий ад, - на глаза девушки выступили слёзы, - он словно обезумел... - Кто? -  Эндрю... Эндрю Харрисон, он... - по телу Сэм прошла дрожь. - Мы с девочками пришли за оплатой, как договаривались, а он... Он ел её. Он съел свою жену, а потом бросился на нас! - девушку накрыла истерика, она сорвалась с места и попыталась сбежать, но была перехвачена одним из студентов. - Успокоительное, срочно! - крикнул док, неодобрительно глянув на меня. - Доктор Морган, привезли ещё одного, но там кошмар какой-то! - в приёмный покой вбежал Джекилл, медбрат, сегодня дежуривший на ресепшене. - Доктор Граймс, Вы останетесь здесь за главную, - строго поглядывая то на меня, то на студентов, распорядился главврач хирургического отделения. Я кивнула, после чего обратилась к будущим медикам: - А сейчас мы с вами, используя точечную анестезию, будим учиться зашивать рваные раны на примере Саманты Смит. По ходу занятия ребятам было тяжело сконцентрироваться. Все через одного шутили про зомби апокалипсис и нашествие орды мертвецов. - Доктор Граймс, а Вы верите в зомби? - спросил меня Коллин, высокий, чуть щуплый паренёк с копной пшеничных волос. - Я... - Доктор Граймс, срочно в операционную! - провозгласил громкоговоритель. - Так ребятки, когда придут, анализы крови пострадавших, найдите меня. А сейчас продолжайте наблюдать и заполнять карточки. Подъём наверх не занял много времени. В коридоре я встретила Лори, Карла и Шейна. - Вики! - Лори бросилась мне на встречу. - Доктор Граймс, пройдите во вторую операционную! - После. У нас тут сегодня какой-то дурдом. - А как же Рик? - Лори буквально вцепилась мне в руку. - Доктор Гриффин лучший хирург в округе, всё будет в порядке. - Виктория, живее, - выскочила из дверей вторая ассистентка Марта и, схватив меня за руку, силой вытащила в операционную. Верю ли я в зомби? После сегодняшнего, да.  Едва мы вошли во внутрь помещения, на нас накинулся обезумевший пациент. - Марта! - только успела крикнуть я, как он поварил молодую девушку на пол и вгрызся ей в горло. Марта закричала, из её рта хлынула кровь, а этот монстр всё не унимался. Проведя ладонями ей по бокам, он вонзил свои пальцы ей в живот, разрывая одежду и плоть. В ужасе я выскочила из операционной. - Шейн! Поняв всё без слов, мужчина промчался мимо меня. Чтобы остановить эту тварь было не достаточно прострелить ему колени, чтобы убить эту тварь было не достаточно прострелись ему грудную клетку. Только выстрел в голову. Я стояла в проходе и боялась дышать. Рядом со мной на полу булькала Марта, испуская последний вздох, там внутри, минуя предоперационное помещение, на корточках у стены сидел доктор Морган и истекал кровью. Шейн такой же поражённый осматривал тело убитого им человека. *** С тех пор прошло две недели. Многие уехали из города. Кто остался прятался по домам не рискуя выйти на улицу лишний раз. Телевидение накрылось. Нет, нам и раньше вещали по новостным программам о странном вирусе, но здесь, в ничтожно маленьком городке на пять тысяч человек, зараза объявилась только спустя полгода. Операцию Рику провели качественно, несмотря на сосетство. Марта умерла почти сразу, но ближе к вечеру очнулась и покусала дежурного. Доктор Морган впал в горячку, там и обратился, искусав всех, кто был с ним в реанимации. А впрочем, он там не один такой инфицированный был.  Было принято решение держать всех заражённых в одном крыле. Помочь им мы не могли никак. На них не действовали ни антибиотики, ни противовирусные. Клетки их крови быстро разрушались, прекращая насыщать мозг кислородом. Но они дышали. Даже обратившиеся. Их нельзя было считать полностью умершими. Первые несколько дней. Потом начинался процесс гниения тканей. Но все мы точно знали, что зараза передаётся через кровь. Если Вас ранили, если ваши открытые раны контактировали с заражённым, то исход всегда один - смерть. Всё это напоминало эпидению СПИДА, но с очень быстрыми и сулящими неприятности всем последствиями. С Шейном мы так и не помирились. Патрульные полицейские приняли решение отстреливать всех подозрительных во избежание ещё большего распространения болезни. Был объявлен карантин. *** Спустя два месяца ряды выживших порядели на треть, началась массовая эвакуация, и последующая за ней зачистка. Рик так и не очнулся. Семейство Граймс запаздывало с отъездом - Лори на отрез отказывалась ехать без мужа. Мой брат был ещё слаб и зависел от аппаратов. Да, он даже дышать не мог сам! Шейн напирал на необходимости отъезда. В город прибыли солдаты. Они заходили в каждый дом и отстреливали всех, кого считали опасными, остальным советовали поскорее убрать из города. Начали заканчиваться антибиотики и обезболивающее. Брату Молли повезло, что его съели с неделю назад, не то бы я прибила его сама за продажу лекарственных препаратов "из-под стола" в доинфекционный период. *** Спустя ещё три недели мы с Шейном решились на транспортировку Рика. В этом нам должен был помогать их общий сослуживец Энди Рудс. Но всё пошло не по плану. Я была на взводе с самого утра. Быстро собрав свои вещи, только самое необходимое, спустилась на первый этаж дома Бекки - саму её расстреляли на второй день приезда военных, напоследок окинула взглядом гостиную, где мы с ней выпивали после моего ухода от Шейна. Отдельно рассмотрела диван, на котором её застрелили. Лужу крови я накрыла покрывалом, её не было видно, но сердце всё равно замирало. От чего-то мне ужасно захотелось взять что-то на память. Тут мой взгляд наткнулся на её дневник. Это был довольно увесистый блокнот в твёрдом переплёте, к нему также в комплекте шла ручка, что помещалась в особую выемку внутри обложки. После её смерти я часто его перечитывала. Это была какая-то особая форма самоистязания. Она была здесь, рядом со мной, а я её не уберегла. Дрожащими руками я коснулась бархата, окрашенного цветом малахита, и быстро, пока не передумала, запихала в сумку, одетую через плечо. Дорогая, Ребекка, надеюсь, ты когда-нибудь простишь меня... - Ты там скоро?! - в дом ворвался Шейн. - Да, я уже готова, - подхватив с пола сумки, я прошла мимо него на улицу. Отовсюду доносились крики, стоны, выстрелы. - Давай, живее! - крикнул Шейн, запрыгивая на водительское сиденье микроавтобуса. Решительно выдохнув, я бросила свои сумки на расчищенный от пассажирских сидений пол, оставив лишь ту, что висела на плече, а сама села к Шейну. - Где Энди? - спросила я под звонкий визг колёс. Брюнет повернул ко мне голову, одного его взгляда было достаточно, чтобы понять. - Мне жаль. - Не стоит об этом, — сказал Шейн, потеряв интерес к разговору, и сосредоточился на дороге. — Он пытался скормить меня этим тварям. - Почему не карета скорой? - поинтересовалась я странным выбором машины. - Была одна, но она перевернулась. А с другой стороны дежурили солдаты. Я кивнула, но сообразив, что Шейн этого не видел, ответила вслух: - Хорошо. Мимо нас мелькали люди, чьи-то горящие дома, где-то в далеке проводились расстрелы, и всюду были ходячие. Меня передёрнуло. - Надо же. Да же у тебя нервы сдают, - прокомментировал моё состояние Шейн. - Мисс Невозмутимость больше не столь невозмутима. - Лучше следи за дорогой, - начала я раздражаться. Нервы и без того были на пределе. Видимо, не у меня одной. - Знаешь, мне надоело! Ты постоянно меня попрекаешь, а потом сама же и просишь помощи! - Ты был в тот день с Риком и ты трахнул Молли - мне проще злиться на тебя, чем на апокалипсис, - стараясь сохранить спокойствие, сказала я. Шейн как-то печально рассмеялся и протёр лицо рукой. - Тут не поспоришь. Наконец, мы подъехали к больнице. Моё дыхание на секунду замерло, а сердце продолжило бешено биться. - Всё будет хорошо, - Шейн успокаивающе положил ладонь мне на ногу, но встретившись взглядами, сразу её убрал. - Не простишь меня? - Может, в следующей жизни. Больница, теперь уже больше напоминающая склеп с забитыми на первом этаже окнами, утопала в шуме ещё больше, чем улица. Здесь словно все обезумели. - Не стой столбом! - сквозь визги и пальбу прокричал Шейн, отстреливая ходячих за моей спиной. Тут я поняла свою ошибку. У меня не было оружия. Шейн тоже это заметил. Выругавшись, он разбил стекло с противопожарным инвентарём и протянул мне топор. - Идём. И мы побежали. Периодически уворачиваясь от пуль и отбиваясь от зомби. Шейн застрелил несколько военных. И всё же мы разделились. Как договаривались, я пробежала по лестнице на второй этаж, а Шейн прикрывал мне спину. Но вот уже виднеется палата Рика, а напарника всё нет. Тут мне на встречу вышла тётя Маргарет, наша санитарка, она прибежала с соседнего крыла. - Туда нельзя. Там кругом живые трупы! Её глаза были расширены от ужаса, а голос дрожал. Всегда аккуратно уложенные волосы растрепались, делая её похожей на одуванчик. Но то, что я заметила потом, привело в ужас уже меня. - Тебя укусили. - Послушай меня, девочка. Рик твой - нежилец. А тебя я спасу. - Что? - не успела я возразить, как она толкнула меня в один из кабинетов и заперла дверь на ключ. - Это для твоего же блага. Я передам военным, что ты здесь, - сказав это, она удалилась. Я слышала, как она побежала вниз, и слёзы потекли у меня по щекам. Бедная Маргарет, видимо, ещё не знала, что военные отстреливают врачей. Вздохнув, я саданула топором по замку. Раз, второй. В коридоре послышались чьи-то шаги, хрипы и выстрелы. А потом крики и снова выстрелы. Мимо меня кто-то промчался с каталкой. Наверняка, это Шейн. Я хотела было в очередной раз треснуть топором по замку, как чьи-то руки дёрнули меня за волосы. Я завалилась на него спиной. Над моим ухом прозвучали, леденящие душу хрипы, а руки твари тем временем пытались поудобнее за меня ухватиться, чтобы укусить. Сердце замерло. Зловонное дыхание живого трупа коснулось моей шеи. Собрав всю свою волю и желание жить в кулак, я ударила его топором на угад. Ходячий взревел. Перекатившись с него, я попыталась встать, но была схвачена за ногу. Меня снова повалили на пол, навесая теперь уже сверху. До обращения этот труп явно хорошо пожрали, иначе ни как не объяснить, что моя джинсовка в раз промокла. Дёрнувшись, я повалилась нас обоих на бок, вновь пробуя ударить его топором. Прозвучал очередной визг. Отползая от него на четвереньках, я забралась под стол. За дверью донеслись выстрелы. Они отвлекли меня. Следующий крик был уже моим. Что-то, что когда-то было Коллином, одним из наших студентов, что до последнего надеялись найти лекарство для больных, выгрызлось мне в ботинок. Я в последний раз занесла топор и раскроила ему череп. С противным чавков и звоном металла голова монстра опустилась на пол. Я прислонилась спиной к ножке стола, моё сердце бешено колотилось, перед глазами всё плыло, тело сотрясала дрожь, а воздуха катастрофически не хватало. Спустя мгновение меня накрыл обморок.