Свобода

Родерик понимал, что этим все и закончится. Ощутив свободу, Скарлет исчезла, подобно ветру. Он больше не имел над ней никакой власти. Изначально волшебник думал, что почувствует только облегчение — больше никого не придётся прикрывать за совершённые преступления и можно теперь отвечать только за себя, спокойно занимаясь любимыми делами. Вернувшись в ранее покинутый дом, он с удовольствием сел в уютное кресло и достал недочитанную книгу. На чём же тогда остановился? Слова не шли в голову, прерываемые разными мыслями. Через месяц нужно было снова возвращаться в академию, отчитываться за исчезновение преступницы и отправляться на другое задание. Привычная рутина, по которой Родерик раньше скучал, теперь вгоняла в апатию, что было крайне ироничным: они смогли победить Пустоту, навеки заточив Дракона, теперь же казалось, что пустота осталась не в древнем неразрушимом ящике, а внутри него самого. Отложив книгу, Родерик осмотрелся по сторонам. Казалось, бы всё оставалось по-прежнему, только внимательный взгляд волшебника заметил отсутствие некоторых ценных вещей. Она точно была здесь и явно не изменила своим привычкам. Раньше бы это вогнало его в бешенство, но сейчас вызвало лишь очередную волну грусти. Она убила его дважды — принеся в жертву для входа в Храм Смерти, а теперь уйдя с концами. Он никогда б не сдался без боя, испепелив на месте любого врага, но в тот момент, поддавшись какому-то странному желанию, сам вызвался быть добровольцем. Для дела. Доверие? Это казалось безумным — довериться преступнице, которую обязан позже доставить в тюрьму. Она тоже понимала это, периодически косившись на приставленного к ней надзирателя. Но после первого вздоха, уже внутри Храма Смерти он взглянул на Скарлет по-новому. Человек, который запросто мог уйти, оставив позади какие-то древние пророчества и спасение мира, вернул его к жизни. Родерик до последнего считал её легкомысленной гедонисткой, и ни капли не удивился решению обнажить нож. Прервать чужую жизнь ради свободы. Бесчеловечная проверка, которую Скарлет всё-таки прошла. Вполне заслуженная, учитывая то, что он и сам отправлял одну в самые опасные места и попросту пользовался ей, даже не скрывая этого. В то же время, Родерик всегда был готов прийти на помощь, замечая по мерцанию телепортационной пирамидки, что с напарницей что-то не так. Сейчас, конечно же, никаких пирамидок и не было. Чтобы не искал и не шёл за ней следом. Он понимал этот выбор, и казалось, что закрыть глаза на долг и отпустить было самым большим, что он сейчас мог сделать для Скарлет, но в душе всё равно неприятно свербело. Достав с полки музыкальную шкатулку, Родерик стёр с неё пыль и открыл. Старая баллада волшебника Водена «Никогда не забуду то волшебное чувство» залила своей мелодией ранее заброшенный дом. Когда-то она казалась искателю глупой, сейчас же словно отражала терзающие изнутри мысли. Здравый смысл твердил, что Скарлет была не тем человеком, ради которого стоило так убиваться. Необходимо было идти дальше, жениться, как поступил его предшественник многие века назад и жить дальше. Сейчас Родерик не был правителем, но прекрасно помнил, чем всё завершилось. История повторялась, только адреса, куда он мог писать, уже не оставалось. Иногда Родерик посещал Первый Сад, в надежде встретить Скарлет там. Но его одиночество скрашивали только вечное солнце, ветер и цветы неведомой красоты. — Хранитель, ты сейчас один? — раздался над ухом шёпот Астарты. Богиня появилась незаметно, что заставило волшебника вздрогнуть. — Да, и похоже, наша история закончилась, — ответил он, — не все легенды имеют счастливый конец. — Воздух и земля могут жить сами по себе, но только вместе они способны создать мир, — улыбнувшись сказала Астарта, растворившись в потоках ветра. Остался только нежный цветочный аромат, приятно щекочущий ноздри. Он успокаивал, и казалось, что богиня, подобно ласковой матери обнимала своего грустного ребёнка. Родерик и не заметил, как уснул. Проснувшись, волшебник сразу же вернулся домой и заперся в спальне. Темнота глухих штор была контрастом яркому солнцу в Первом Саду, и не вызывала непрошенных воспоминаний. Она спасала, помогая не сойти с ума, а в реальный мир возвращала лишь та заевшая мелодия из шкатулки. Родерик практически не выходил наружу, пока не приходило время отправляться на задание. Поиск немного сгладил тоску, но на сердце всё равно остался глубокий шрам, сделав то более чёрствым и равнодушным. Родерик позабыл про Икару, и без разбору уничтожал всех причастных к Источнику. Некоторые считали Искателя слишком жестоким, но никто не мог усомниться в его успехах. Подобно ищейке он рыскал по Ривеллону, и это стало его спасением. Пока некоторое время спустя, вновь не вернулся в свой дом. — Я знала, что найду тебя здесь! — Скарлет нагло сидела на кресле в гостиной, словно никуда и не уходила. Родерик ничего не сказал, только впервые за долгое время улыбнулся и сгрёб бывшую напарницу в охапку. Несмотря на всю испытываемую ранее боль, он понял, как сильно соскучился. — Прости меня, — сдавленно произнёс волшебник, не решаясь снова открыть глаза и отпустить гостью, боясь, что она тут же исчезнет, и всё окажется миражом. — Да ладно, это дела прошлого. Мне нужно было многое обдумать. Убить пару демонов, а также некоторых магов Источника. Но с последним, смотрю ты и сам неплохо справился. — А я вот про тебя совсем ничего не слышал. Рассказывай, где была, если не секрет. Его голос звучал доброжелательно, и сев в соседнее кресло, волшебник подал ей чай. Улыбнувшись, Скарлет отхлебнула горячего напитка, и начала: — Помнишь, Джаан говорил про охоту на Хираку? Так вот, я немного помогла ему с этим. Долгие поиски демона среди жён королей, украденные сокровища, побег из тюрьмы и сражения со стражниками — всё в моём стиле, — бывшая искательница усмехнулась, словно вспоминая одни их лучших моментов своей жизни, — И это было весело, пока в один момент не поняла, что в отличие от Джаана не являюсь бессмертной. Он был полностью поглощён своей охотой, а я решила вернуться. — Почему ж ты сразу не сказала? — вернув свой привычно строгий тон, спросил Родерик. — И что? Ты б выдал добрую сотню причин о том, почему мне не нужно этого делать? Начал бы читать нравоучения? Ладно… я всё-таки не для того пришла, чтоб снова ссориться с тобой. — более миролюбивым тоном произнесла Скарлет. — Так как ближе тебя у меня никого на всём Ривеллоне не осталось, давай попробуем начать заново? Я пойму, если ты откажешься. Всё-таки наши отношения в прошлом были не самыми гладкими. Родерик задумался. Он прекрасно знал, как легко для этой женщины было кого-нибудь обмануть, и наверняка она имела за своим предложением какие-то корыстные цели, но в то же время они слишком многое прошли вместе, и как говорила Астарта, появилась та самая возможность «создать новый мир», а также изменить концовку их старой истории, после чего волшебник сказал: — Что ж, давай попробуем. Но в следующий раз за демонами будем охотиться вместе. Как и грабить сокровищницы. — Что я вижу? Любитель закона сам оказался нечист на руку, — усмехнулась Скарлет, присев ближе, но столкнувшись с суровым, практически каменным выражением лица своего напарника, произнесла, — признаюсь, по этому я тоже скучала. Как бы странно оно ни звучало. Родерик понимал, что может ещё пожалеть о своём решении, и пообещал себе постараться, чтобы хоть в этот раз всё было по-другому, прекрасно зная о том, как легко воздух проходит сквозь пальцы. Он же не зря изучал непонятную для себя аэротеургию, чтобы хоть на мгновение, но всё же суметь задержать непостоянную стихию.