***
И опять мирный сон прерывает крик командира, объявляющий всем: "Подъëм!". Но от него уже не подпрыгиваешь и чуть не падаешь с кровати, как раньше, не боишься его, он уже как должное, просто часть твоей жизни. А после него все как один начинают быстро заправлять свои постели и одеваться. И делают они это так, будто им в детстве сказали: "Выучи эту теорему так, чтобы если тебя разбудили ночью, ты смог бы рассказать так, чтобы от зубов отскакивало!",- а они это восприняли всерьёз. И не важны сонливость, недосып или бессонница, у тебя этого быть не может, по крайней мере, ты не должен об этом говорить. Ты вообще ныть не должен, ты же мужик, мужчина, рыцарь в конце концов. Но никого не волнует, что кому-то лет 14, а кому-то 20 и больше, вы хоть и в разных подразделениях, но дрессируют вас одинаково. А ваш главный лозунг "Не торопись, но делай всё быстро", который придумал ваш командир. Но вот, ни свет ни заря кучка рыцарей идёт на улицу выполнять зарядку и прочую белиберду. Но стоит лишь слегка отлынуть от занятий, как тебя быстренько вернут назад пинком под зад. А потом ещё и умственные способности отправят развивать, причём, на удивление, цивильно. Так называемую "школу" должны были посещать все рыцари, поголовно. И в одном классе могли быть люди абсолютно разного возраста, ведь здесь делили по знаниям и умениям. И спасибо надо сказать, что не разбивали на профили, а причиной тому девиз : "Рыцарем стал - рыцарем и умрёшь", из-за которого это самое деление не имело смысла в принципе, ибо это было как приговор. Таким образом проходит пол дня, после чего всю эту орду ведут на обед в столовую. Причём там свои порядки, например, те, кто был выше по рангу, т.е. ближе к королю, сидели вообще в отдельном здании, которое и выглядело цивильней, и кормили там лучше, так как и обязанностей у этих людей больше. Таким "выше по рангу" был сэр Алон, хотя, пока никем не командовал. Вроде бы пацанчик лет 15, но он был и силён, и вынослив, и нервы у него были сделаны будто из титана, но особи женского пола обращали на него внимание исключительно из-за внешности и статуса, хоть и считали его несколько странным. За рыцарями часто наблюдали всякие дамы, обсуждали их, делили, некоторых кадрили, а с другими заводили романы. А сэру Алону на них было всё равно, он и не знал, что делать, они его как-то не волновали, есть и есть, главное чтобы не докапывались и не мешали. После обеда всех разбивают на подразделения и теперь уже начинается либо обучение чему-то новому, либо отработка старого до идеала. И как всех рыцарей делили, наверное, одному Богу известно, хотя, даже он, скорее всего, без понятия. Эти самые подразделения мало отличались друг от друга, но для всех было обязательным знать борьбу и обращение с доспехами и бронёй в целом, с холодным оружием, в том числе и с огнестрельным. И в муках проходит вторая половина дня, а именно в изнуряющих тренировках, сдачах нормативов, сортировке и проверке оружия, его починка или подтверждение того, что оно пришло в негодность. Перечислять можно бесконечно, ведь главнокомандующие иногда и постебаться над "солдатиками" любят. Так думало большинство, когда устраивались всякие марш-броски, сдачи нормативов, чистки всех мечей, доспехов, ружий, уборку и мытьё комнат, ремонт или ещё что-нибудь, что взбредёт в больную голову командира, который еле стоит на ногах после второй бутылки дешманской водки. Сегодня, судя по всему, никто не решил сжалиться над бедолагами, потому что этот самый командир был не в духе из-за какой-то больно умной личинки, сдерзившей ему на планёрке, и приказал сделать всё, перечисленное ранее, даже больше того. Конечно, никто не был рад, но время пролетело незаметно.***
Вечер. Часов 5 где-то, может 6. У сэра Алона кончилось терпение, усталость начала атаковать, не жалея его. Всё закончилось, теперь можно наконец-то пойти заняться своими делами. Он обещал вчера зайти к принцу, но ни настроения, ни сил, ни желания у него уже не было. Но всё же, через несколько минут раздумий было принято решение идти, долбаные чувства чести и совести. Алон не заметил, как добрался до покоев своего друга. Сделав глубокий вздох, пытаясь привести свои мысли в порядок и сбавить пыл, он постучал в дверь. Буквально через 5 секунд он увидел перед собой ДеЛеонМаффVII, одетого в пиратский костюм, который, по всей видимости, играл в пирата. И весь негатив как рукой сняло, от наследника будто веяло чем-то успокаивающим, один его вид убил всё то, что накопилось за этот трудный и несправедливый день. Алон не заметил, как уже сидел на диване, а принц что-то увлечённо ему рассказывал, наверное о том, сколько сегодня воображаемых сокровищ он нашёл, и сколько злодеев одолел в неравном бою. Через некоторое время перед ним появился альбом с рисунками всяких приключений, причём красивых, он никогда не мог понять, как принц так хорошо рисует. И шли беседы, они были словно музыка, такие же приятные на слух. Атмосфера теплоты, уюта, понимания и дружбы царила в этой комнате. Темы скакали непредсказуемо, будто после мажора начинался минор и наоборот. Смех, открытая форточка, шоколадка, принесённая Алоном из столовой и поделëнная напополам, душевные разговоры и мягкий диван. Это всё то, чего не хватало обоим, но то, что было необходимо.