Гарем цветных азиатов Салливана Клаффетера.

Каждый фейерверк я запомнил бегущей линией по небу. Яркие вспышки, чьи-то крики, кровь. Крови было много. Создатель не хотел, что бы я видел это. Никто не хотел. Я пришёл не во время. Ослепительный свет, огонь, мясо, хруст кости и все это – на моем лице. Жаль, что я тогда не умер.

***

Мама Тумба всегда заботилась обо мне как о своём птенце. Возможно, я мало запомнил о своём детстве, но воспоминания о ней все ещё роились в моей голове. Она была хорошей матерью. Хорошо ладила с.. моими, наверное, отцами. Хост. И Том. Тома я почти не помню.. помню, что именно он узнал о моей первой влюблённости. Больше воспоминаний будто бы и нет. С Хостом я познакомился в тринадцать. Конченый алкоголик, наркоман, странный, но при Вале был паинькой. Валя, кажется, был его любовником. И от них у меня сестра была. Имя давно забыл. Не виделись. Впрочем, Валя мне нравился, до каких-то пор. В то время я ходил с повязкой на глазу. Что бы люди не видели тот ужас, что остался после фейверка. ...Если меня в будущем сожрут, то я бы очень хотел взглянуть на того гурмана, осмелившегося откусить кусочек моей разорванной и полусгнившей плоти. Друзей у меня не было. Но сейчас.. У меня есть пятнадцать человек, которые меня любят. Лучше уж быть одиноким, чем иметь гарем. Я знаю о чем говорю. Я совсем забыл, что сижу на холодном кафеле кухни с ножом в руках. Интересно, создатель предусмотрел для меня хоть какие-то жизненнонеобходимые органы, или во мне действительно нечего нет, кроме противной разлагающейся массы? Вонзить в себя лезвие, оказалось, просто. Приятный холодок железа, острая боль, резкая влага на одежде. Я провернул нож в полученной ране и чёрная жидкость потекла обильнее. А теперь, что же положил в меня Каллахан?

***

К сожалению, наш рассказчик не может рассказать вам продолжение этой истории. Поэтому это сделаю я, вы не против? На чем вы остановились?

***

Появление незнакомца заставило Тита почувствовать себя обманутым. Оливер говорил, что у него здесь совсем нет ни знакомых, ни друзей. Тогда кто этот клоун с цирка уродцев? – Понимаешь, Олли настолько сильно переживал за тебя, что стал названивать мне и своим друзьям. Как видишь, приехал я. – Синеволосый встал, скрестив руки на груди. Сзади Оливер едва зашевелился и, очевидно, проснулся. Он медленно сел, потирая глаза, и пусто посмотрел на двоих парней. Тит заметил это и осторожно погладил старшего по голове. – извини, я поздно приехал. Олли лишь вздохнул, встал, и босыми ногами побрел на второй этаж квартиры, не смотря на то, что Тит попытался его окликнуть. – ..что ты с ним сделал?. Почему мой Оливер ведёт себя.. вот так? – Салл недовольно посмотрел в глаза синеволосому. Тот лишь хмыкнул и его губы скривились в улыбке: – Боюсь, сделал это с ним как раз ты. Не надо было уезжать и игнорировать его. Тит фыркнул на бредовый ответ парня и пошел искать по дому Оливера. Как только светловолосый вышел к лестнице, он увидел ребёнка, страшно напоминающего Олли. Лицо мальчика было напряжённо, будто Тит его пугал.