In the madness and soil of that sad earthly scene
13 февраля 2025 г., 23:40
***
— Дай помогу. — Ай, блять, отъебись. — Ничего бы не произошло. — Я тебя на цепь посажу, вот тогда точно больше ничего не произойдёт. — Дим…Дмитрий. — Сказал не соваться одному. Ждать приказа. — У меня всё было под контролем. Если бы ты не полез, я бы… — Сука! Дмитрий стиснул зубы, пережидая приступ острой боли в подреберье. Полтора землекопа заражённых на пути к пункту назначения обернулись для генерала и его мини-отряда, состоящего из одного ангела, стаей отродьев. Он с самого начала чувствовал, что это была засада. Каин выхватил у Дмитрия кусок тряпки, смоченной в спирте, и начал сам обрабатывать свежие порезы на руках генерала. На самом ангеле уже не было никаких следов ближнего боя, только форменная куртка свисала по бокам лохмотьями. На штанах остались следы копоти и кое-где краснели брызги крови чудовищ. — Не стоило ко мне подходить. Я мог тебя убить. — Ты мог послушать, что тебе говорят. — Не мог. Каин оторвал новый клочок ткани и, смочив его антисептиком, продолжил обрабатывать ранения. Он аккуратно поднял руку генерала и прижал тряпицу к рваной ране сбоку. Дмитрий шумно выдохнул, а на его лице заходили желваки. Терпимо. Бывало и хуже. — Надо зашить. — Ещё раз ослушаешься и ты больше не член моего отряда. Ледяные снежинки в глазах напротив не шутили. А глухой жёсткий голос не грозил. С ним не заигрывали и не поощряли. Генерал дал выбор. Каину оставалось лишь сделать его. Он не отводил свой взгляд и лишь почти незаметным полунаклоном головы согласился. Светлая чёлка упала на глаза и скрыла червоточину. Каин оглянулся в поисках швейных принадлежностей или хотя бы чего-то подходящего под их потребности. В доме, в котором они укрылись на время, должно было быть что-то удобоваримое. Казалось, что мародёры ещё не успели тут всё вынести. Позади себя ангел услышал, как Дмитрий тихо матерится на русском и неверное думает, что Каин не понимает. Находка обнаружилась в соседней комнате. Так подхватив швейную коробочку в отдаленном подобии кладовки, он также обнаружил хозяйский бар. Пару бутылок с непонятной жидкостью и виски. Отлично. Уже неплохо, с этим можно работать. — Не хмурься генерал, смотри, что тут есть. Каин протянул Дмитрию бутылку с медной жидкостью и опустился на колени подле него. Быстро продезинфицировал швейные принадлежности, выбирая иглу попрочнее. Нащупал в кармане генеральской шинели старую зажигалку, проигнорировав удивленный взгляд, и прокалил иглу. Дмитрий зубами открыл виски и сделал большой глоток, мысленно прикидывая уровень квалификации бессмертного. Каин сбросил остатки куртки и остался лишь в темной водолазке, маленький крестик на воротнике которой игриво поблескивал генералу в ответ. — Сделай ещё глоток. Каин закончил с последними приготовлениями и, подняв подбородок, поиграл бровями. Поерзав немного коленями по жестокому полу и затаив дыхание замер в ожидании отмашки генерала. Дмитрий на секунду замялся. Помимо изодранного в кровь бока его волновал сам Каин. То что произошло, по меньшей мере час назад, заставляло шевелиться волосы на затылке. Генерал встречал ангелов и демонов раньше, и их возможности удивляли, безусловно. Но это наталкивало на некоторые мысли и не укладывалось в голове. — Дмитрий? Генерал зацепился взглядом за четки на ладони с иглой. Эта рука может с одинаковой лёгкостью как исцелить, так и убить. Чашу весов рассудит одно неловкое движение. Дмитрий выдохнул воздух через рот и сделал крепкий глоток виски, жмурясь от смеси обжигающих ощущений внутри и болезненных снаружи. Каин принялся за дело. Его холодные пальцы невесомо скользили по раненной коже вокруг повреждений, выступая в роли обезболивающего. Саднящая боль перемежалась с режущей, но ангел работал слажено и быстро. Имел ли он такой опыт шитья на живую раньше? Дмитрий на самых сильных болевых спазмах сжимал до белеющих пальцев кожаную обивку дивана под собой и шумно глотал алкоголь из бутылки. — Шрам останется шикарный. — Похуй. — Мне тоже. — Базаришь? — Конечно. Каин сделал последний стежок и вытащил из рук генерала бутылку с остатками виски. На ангельских руках темнела кровь. Они были выпачканы почти полностью, вызывая однозначные ощущения. Каин бросил рядом с диваном штопальный набор и сделал маленький глоточек из горла. Сглотнул, скривился, как будто съел лимон целиком и утерся рукавом водолазки. На щеке остался розоватый след от ладони в крови. Дмитрий залип на испачканных пальцах. В голове возникла картина, где четырёхкрылый ангел с налитыми кровью глазами копается в его, Дмитрия, распаханной, вывернутой наружу грудиной клетке. Перебирает внутренние органы, меняет их местами, удаляет лишнее, заменяя на что-то своё. Инородное. Чужое. Каин плеснул остатками из бутылки на зашитую им рану и отодвинулся на коленях назад. Болезненный стон генерала сопровождал звук упавшей на пол пустой бутылки, укатившейся куда-то вглубь комнаты. — Ах ты, сука! Блядский крылатый ебанат. — Надеюсь это что-то хорошее. — Хуй тебе. Каин оторвал кусок от своей водолазки, решив, что одежда с базы лучше подойдёт для перевязки, нежели старая неизвестного происхождения одежда в их временном пристанище. Перетянув генерала поперёк туловища и сделав накид на левое плечо, ангел, наконец, удовлетворился своей работой. Он присел на задники своих ботинок и слепо уставился взглядом в подлокотник рядом с генеральским бедром. Дмитрий откинулся назад под неприятный скрип дешёвой кожи дивана. Острая боль в боку потихоньку перерастала в ноюще-зудящую. Жить можно. Не в первый раз. Если закрыть глаза, то под закрытыми веками назойливо появлялась дымка красных глаз. Воздух наэлектризовался, как перед бурей. Дмитрий прикрыл ресницы и окунулся в чужой омут, ведомый неистраченным запасом адреналина. Генерал в здании. — Почему две пары? — Не знаю. — Пиздишь. Каин многозначительно промолчал, оставаясь всё так же далеко, но и неизмеримо близко к Дмитрию. Сила, что он использовал перед ним, была его проклятием. Чем-то чего он никогда не просил, и, получив её, сильно об этом пожалел. Не сбежать и не получить желаемого. Когда отродья один за другим появлялись у их цели, Каину ничего не оставалось, как активировать «суперспособность». Ситуация выходила из-под контроля и ангел принял решение понимая, что взамен отдаст слишком многое. — Я стараюсь не прибегать к этому. Дмитрий приоткрыл глаза и недоверчиво окинул ангела взглядом. Каин всё также неподвижно сидел у его ног. Его не смущали ладони в крови, валяющиеся вокруг него грязные тряпки и стылая тишина мёртвого дома вокруг. Казалось что у ангела села батарейка после череды препятствий на пути от Оксфорда до станции «Где бы они сейчас не были». — Больше так не делай. По-крайней мере без моего ведома. — В переводе с генеральского, надеюсь, это спасибо что спас мне жизнь? — Хуй на, а не спасибо. Каин неожиданно легко засмеялся в ответ и посмотрел прямо в глаза Дмитрия. Он чувствовал, что генерал уже некоторое время наблюдает за ним, но не решался встретиться взглядом. Внутренний стержень пересилил чужеродную силу. В этот самый момент на лице Каина появилась хищная улыбка, а глаза окрасились алеющими огоньками. Где заканчивался простой ангел и начиналось бессмертное хтоническое существо никто не знал. — Ну раз предлагаешь. Ангел расправил за спиной крылья и, приподнявшись на коленях выше,положил ладони на бедра генерала. Под пальцами напряглись мышцы, но Каин не остановился. Дмитрий, обессиленный последним часом их жизни, все-таки попытался воспротивиться. — Каин? — Мне нравится, когда ты материшься по-русски. Это даже немножко заводит. — Что ты делаешь? — Беру все, что ты мне можешь предложить. Просто доверься. Не прерывая их взгляд Каин добрался до брюк и расстегнул молнию. Белая кожа рук, покрытая разводами красной краски, резко контрастировала с темной тканью форменного материала. Помогая Дмитрию стянуть штаны с трусами на бёдра, ангел скользил влажными от крови пальцами по обивке дивана, скрипя в унисон. От усердия он даже высунул кончик языка. Дмитрию казалось, что его настиг жар, и он в лихорадке где-то в Оксфорде в забытье бредит. Всё это нереально. Сначала Каин превратился в подобие крылатого терминатора, раскидав местных зараженных на закорки цивилизации. Потом изобразил мастерицу золотого шитья, что не только подлатала, а как надо заштопала. Вышивальщица, блять, нашлась. И что же теперь? Каин в это время не занимался внутренним монологом. Он как раз старался отогнать роем кишащие мысли в голове. Облизнул свою ладонь, ощущая немного солоноватый вкус крови на губах и языке, и накрыл ей пока еще не заинтересованный член Дмитрия. Помогая второй рукой, Каин обхватил его с двух сторон и сделал пару движений на пробу. Генерал, ведомый адреналином и последующей за ним неизвестностью, приподнялся и попытался сесть ровно, но недавняя рана не могла в полной мере позволить ему это. Каин, не отвлекаясь от члена, подтянул Дмитрия за бедра ближе к себе, двигая генерала ближе в свои объятия. От водолазки ангела осталась только верхняя часть, не прикрывающая даже солнечное сплетение. Щеки его раскраснелись. Глаза, что всегда были скрыты серебристой челкой, сейчас не мигая наблюдали за реакциями Дмитрия, неотрывно держа руку на пульсе, в ладони сердце и шёпот в душе. Выглядел он сейчас совершенно по-другому, нежели обычно. Всегда малоэмоциональный, равнодушный атлант оказался хаотичным парнем с раздвоением личности. Учитывая его скрытые таланты. Словно сломался переключатель и Каин теперь версии 2.0 — новый и улучшенный. — Держись. Каин взял в ладонь запястье Дмитрия и положил себе на затылок. Не обременяя и не отпуская. Давая сделать свой собственный выбор. Он вернул внимание к члену в руке, уже достаточно напрягшемуся, и, нагнувшись, накрыл его ртом. — Пиздец. Каин скользнул дальше, ощущая в своих волосах крепкую хватку. Член не до конца окреп, поэтому ангел смог вобрать его почти до конца, так что в его горло упёрлась головка. Он шумно сглотнул и выпустил ствол. Дмитрий свободной ладонью накрыл чужие пальцы на своём члене, смешивая свою кровь со слюной ангела и каплями предэякулята. Каин поцеловал краешки фаланг и вобрал в себя поочередно несколько пальцев. На его лице вместо дикой усмешки застыла ранимая осознанность. Чтобы скрыться от вездесущего генеральского взгляда Каин снова взял в рот и пососал головку. Член окреп и теперь было сложнее приноровиться к нему. Поэтому ангел старался помочь себе двумя руками у основания, смешивая глубокие толчки внутрь с поцелуями и нежными движениями пальцев вверх-вниз. Дмитрий зарылся в волосы на затылке, сжимая и разжимая их, тем самым отсылая сладкие разряды по позвоночнику ангела. Каин застонал на члене и, вынув его изо рта облизнулся. На обнажённой груди блестели розоватые подтеки. Маленькие бусинки сосков напряглись встречаясь с прохладным воздухом в комнате. Крылья позади ангела коротило, они мельтешили, норовя разрушить и так держащийся на рогах местный колорит. Каин снова насадился горлом глубже, рвано дроча в унисон, и скользнул одной рукой в свое белье. Хватка в волосах усилилась, но не принесла за собой ничего. В боку генерала кололо, разжигая горючую смесь внутри. Дмитрий сжал светлые пряди в руках, не мешая ангелу, а лишь одобрительно подстегивая того. Его пальцы массировали кожу головы, заходя на границу к загривку, каждый раз вызывая в Каине мелкую дрожь. Ангел, продолжая посасывать член Дмитрия, вбирал и тут же выпускал его. Вены под языком налились. Приближался исход. Бессмертный огладил напряжённый пресс перед собой, и поднял взгляд выше, встречаясь с Димиными глазами. И Каин нашёл там всё, что когда-либо искал. Терзания сомнениями и самыми первыми изначальными вопросами нашли успокоение в этой тихой гавани. Горячие пальцы генерала сменили его ладони. Ангел, путаясь серебром креста в молнии брюк, обхватил свой член. Дмитрий провёл по стволу быстрым движением и притянул за затылок Каина ближе. Ангела била крупная дрожь, он чмокнул дрожащую перед собой головку и, не опуская глаз, нарочито облизнул ее, подрагивая от самовольности. Глаза ангела зарябили, мелко переключая программу передач с красного на привычный цвет. За спиной пробивались свежие перья. Дмитрий кончил серебряными нитями на грудь ангела, попадая тому мелкими каплями на подбородок, где те мешались с брызгами его же крови. Любопытство пересилило. Каин тут же облизнул палец, раскатывая по небу непривычный вкус предварительно смахнув кляксу спермы с соска. — Иди сюда. Каин подтянулся на руках и оседлал Дмитрия. Он обхватил лицо генерала двумя ладонями и поцеловал его. На своих бёдрах ангел ощутил стальную хватку, которая сменилась нежностью сильных пальцев сжимающих его член. Каин выдохнул в поцелуй, низко застонав от неявных контрастов этого человека. Под руками были колкие от щетины скулы, а резкие от грубых слов губы ласкали его жаждущий рот, жадные вдохи мешались с щедрыми выдохами. Каин сам не заметил, как впустил в себя генерала, дал ему забраться под кожу, поселиться где-то там под плинтусом запретной секции. И кончил.***
— Красиво. — Я думал, что ты так и не решишься. Каин развернул голову, продолжая наигрывать на органе какую-то мелодию, ухмыляясь своему позднему гостю. Дмитрий так и остался стоять в тени, прислонившись спиной к полуразрушенной стене монастыря. Его лица не было видно в полумраке, но ангел безошибочно определил тонкую нитку улыбки на его губах. В шинели генерала пискнула рация. — Не хотел прерывать тебя. — Я слышу нотки заинтересованности в твоём голосе, генерал? Мне это не снится? — Это по твоей части. Страшно представить, что ты там ещё умеешь делать. Дмитрий был посвящён в некоторые детали. Всего, наверное, и сам Каин не знал о себе. Большая сила была как даром, так и проклятием. Появление ангела в жизни генерала изначально меняло вектор направления миссии. Расшифровка книги апокалипсиса могла пролить свет не только на спасение мира. От неё зависел сам Каин. Он и его договор. — Не меняй тему. — Мне действительно понравилось. Где ты этому научился? — Меня научил священник при церкви. Рация снова затрещала, сообщая генералу голосом Грега, что обход завершён и ничего подозрительного не обнаружено. В конце подчинённый как будто замялся и хотел спросить что-то ещё, но бросил затею и нажал отбой. Мелодия из-под пальцев ангела прервалась. — О, ты не сказал своей мини-версии где ты? — Грег знает достаточно. — Почему не позвал его с собой? Идеальное место. Безлюдный полумрак и отряд не греет уши. Романтика! Каин вовсе поднялся и вышел из-за органа. В полночном свете, льющемся из витражей, его глаза играли опасными всполохами огня, не предвещающими ничего хорошего. Дмитрий сцепил руки на груди и хмыкнул. — Хватит паясничать, Каин. Грег отличный боец и незаменимая часть команды. На этом всё. — Приказы твои ловит на лету. Я знаю, чего желает твоё черствое сердце. — Не неси хуйню. Язык как помело. — Язык плюшевого мишки Грега наверное лучше? Каин бесшумно наступал. Позади него виднелись растрёпанные крылья, то и дело сшибающие на своем пути разбросанный позабытый монахами мусор. Под ботинком Дмитрия скрипнули страницы богослужебных книг. Упс. Не православненько вышло. — Так блять. — Хорош мальчик? Каин приблизился к генералу и опалил тяжёлым вязким взглядом. Вокруг сгустилась сама тьма, и единственным маленьким пятнышком света были гуттаперчевые крылья позади порочного создания. — Не с кем сравнить. Дмитрий поймал замахнувшегося Каина и прижал к себе, изолировав смертоносные ладони. Их сила была несоизмерима. Очевидная истина для них двоих. — А что случилось? Думал, только ты умеешь провоцировать? — Дмитрий почесал основание крыльев за спиной ангела и жадно изучал разгневанное лицо напротив. — Пошёл в жопу! Отпусти сейчас же! И… крылья не трогай! — Ты неплохо выучил русский язык. — С кем поведёшься! Дмитрий! Каин сорвался на позорный писк, когда генерал переключился с крыльев на ягодицы. Дыхание давно сбилось: даром, что бессмертный ангел. Каин перестал царапать ногтями чужую шинель и залез ладонями под джемпер генерала. Дмитрий оттянул брюки на Каине, предварительно задирая его светлую рубашку, и накрыл одновременно оба полушария. Нежная кожа под руками плавилась, превращаясь в масло на свежем горячем тосте. Дмитрий сжал пальцами, легонько прихлопывая ягодицы, потирая их друг о друга. — Дмитрий! — Уже хорошо, а то заладил Грег то, Грег се. — Я тебя сейчас… Губы Каина заткнули мокрым поцелуем. Он затрепетал в объятиях и накрыл ладонями щеки генерала. Сердце было готово выпрыгнуть из груди, а пульс шарашил как не в себе. Он уже не понимал, где заканчиваются его ощущения и начинаются чужие. Ангел приоткрыл шире рот и застонал, когда язык генерала толкнулся глубже. Дмитрий расстегнул чужие брюки и снова сжался ладонями на ангельской попке. Свободные штаны сползли к коленям, стреножив ангела, но это не мешало генералу оставить на любвеобильных ягодицах пару шлепков. — Ещё раз скажешь Грег и я тебя убью! — Каин прервал поцелуй, слепо ткнувшись выше шрама на губе Дмитрия, собрал дорожку поцелуев по щеке и присосался к коже ниже уха. — Ты там не усердствуй, а то твои послания увидит Гре… Ай! Острые зубки впились в нежную кожу на пересечении шеи и плеча. Дмитрий сжал сильнее ягодицы и резко отпустил их. Холодный воздух Роткова сразу покрыл их сахарной глазурью мурашек. — Отряд увидит! Пиздец, ты вампир! Дмитрий присел на колено перед ангелом и помог ему вышагнуть из ножных пут. Быстро поднявшись, генерал также быстро вернул Каина в свои объятия. Горячие ладони вернулись на своё законное место, сжимая и даря приятные прикосновения. Каин в ответ лизнул маленький шрам в уголке губ генерала и ловко расправился с преградой из ремня и застёжки на джинсах Дмитрия. Чуть влажный на конце член толкнулся в загребущие руки ангела. Каин дразнясь медленно подрочил его. — Только я? — Только ты. Самое ненасытное жадное бессмертное создание. Моё. Дмитрий тут же поменял их местами. Каин оказался спиной у стены. Демонстративно расстегнул рубашку — последний оплот невинности в этом рассаднике Сибирского греха. Каин подхватил чужую руку и вернул её на свои ягодицы, показывая чему нужно уделить повышенное внимание. Прямо сейчас. Его заводило всё в генерале. Этот хмурый взгляд и жесткие приказы, эти грубые руки в шрамах, что ласкают очень-очень нежно, эта старая шинель, о которую он не раз стирал чувствительную кожу вокруг своих сосков потираясь, словно кот в чужих объятиях. Русский язык, в конце концов. Каин мог бы наверное кончить только от того как Дмитрий говорит на своём родном языке. Лучше чтобы это было что-то распутное с толикой мата. Лучше. Его имя на губах генерала. Самая грязная и богохульная вещь на земле. Дмитрий прижался вплотную, согнул ногу ангела, погладив под коленкой, и закинул её себе за спину. Пальцами другой руки, потирая ягодицы, он приласкал чувствительную дырку меж них и надавил на неё. Теснота обхватила средний палец. Потихоньку за ним толкнулся и указательный. Дмитрий поступательными движениями мягко и аккуратно растягивал Каина. На особенно приятные поглаживания внутри из бессмертного вырывались тихие вздохи, а пальцы на члене генерала конвульсивно двигались в такт. Ангел был одним большим сгустком энергии. Он вибрировал, потираясь крыльями о стену позади него, сжимался на трёх пальцах внутри, и прерывисто дышал генералу в шею, покусывая её. Дмитрий остановился и крепко поцеловал Каина, отпуская млеющие ягодицы на волю. Но этот обманчивый простор также мгновенно закончился. Генерал развернул ангела лицом к стене и мягко подтолкнул на нее, шепча тому на ухо, чтобы Каин прогнулся. Крылья забились в судорожном танце предвкушения, но Дмитрий усмирил вакханалию, основательно шлепнув по выставленным на показ пунцовым ягодицам. — Шепфа! — ангел заскреб пальцами по штукатурке на стене монастыря. — Здесь давно нет твоего бога, — генерал притиснулся к Каину сзади, потираясь всем телом об ангела. — Дим! Дмитрий скользнул ладонью под чужой живот и сомкнул кулак на члене Каина, вырывая из него столп вибрирующих искр. Поддерживая его так, под живот, генерал мазнул головкой по горящей попке ангела. Резким контрастом играла чуть смуглая кожа Дмитрия с нежной тонюсенькой на вид кожей Каина. Прелюдия затянулась. — Дима? Генерал слитным движением вошёл в ангела. Сделал несколько лёгких толчков, чтобы сменить их на глубокие. Каин повис в крепких объятиях Дмитрия, лениво и сладострастно поддаваясь назад. С его члена текли вязкие капли, пачкая древние развалины маленького монастыря где-то в сердце холодной России. Но холодно тут не было. Дмитрий прикусил Каина за загривок и перешёл на мучительный для него темп. Не вынимая член практически совсем, он продолжил размеренно вбиваться в податливое алчное до ласк тело ангела. Ладонями сжимая то узкую талию, то поощряя неутолимые частыми поглаживаниями полушария ягодиц, то почесывая прожорливые до причастности к всеобщему безумию крылья. Каин развернул в пол-оборота своё лицо. На щеке серебрились влажные дорожки слез, а уголок губ дрожал. Дмитрий не удержался и поцеловал его. Это было так чарующе притягательно. Со вкусом соли. Он не смог противостоять этому чувству. — Ты пиздец какой-то. В самую душу забрался, не вытравить ни чем. Дмитрий накрыл ладонью чужой член, собирая в нее жемчужные капли. Каин пискнул и ослаб, туго сжимаясь на хую. По его позвоночнику пробежала дорожка мурашек, в которую и уткнулся лбом Дмитрий. Пережидая чужой оргазм, он обнаружил стайку веснушек на плечах Каина. Каждую сосчитал поцелуем. Сильные бедра под руками генерала потихоньку успокаивались после сокращения мышц. Дмитрий успокаивающее погладил Каина по спине и вытащил член. Понадобилось пара движений, и он тоже кончил. — Сыграть тебе мою любимую симфонию?***
Каин вынырнул, словно из-под толщи воды. Ожидая увидеть причину безумного самопожертвования ради простой смертной, ангел не рассчитал и забрался в мысли генерала слишком далеко. Слоняясь по поезду в ожидании прибытия в Оксфорд, Каин измаялся донельзя. От неизвестности и невозможности поговорить с Дмитрием. Тот был вечно занят то докладами генералом на минималках, то внезапными криптографическими открытиями, то сестринскими душеизлияниями. В итоге Каин решился зайти только к вечеру второго дня пути. Хотел увидеть главную причину суицидальных наклонностей их генерала. Внезапное неравнодушие к Лэйн бесило до расчехления боевого арсенала. Поэтому ангел старался избегать всех, кроме разве что парочки Бибы и Бобы. Грег до сих пор был персоной нон грата. Желание превратиться в машину-убийцу возрастало с каждым часом. После скорого отъезда из Роткова, Каин не мог прийти в себя. Изначально конечно, потому что потратился на трансформацию. Потом потому что не знал придёт ли Дмитрий в себя. Промежуток между коротким пора и оглушающим выстрелом стёрся из памяти Каина. Мог ли он предотвратить это? Зачем он вообще принимает эту форму, если не в силах противостоять элементарным опасностям. Стоили ли вообще всё эти усилия того? Даже одну человеческую жизнь он спасти не в состоянии. Придя в медотсек ночью, Каин надеялся не столкнуться ни с кем. Только недавно мимо прошли врач и новенький парень, которого их отряд подобрал по пути назад в Оксфорд. Шарахается тут еще. Они были у Дмитрия? Ангел тихонько прикрыл за собой дверь и защелкнул на задвижку. Генерал спал, обнаженный по пояс, подложив руку под голову. Простреленное плечо опоясывала фиксирующая повязка. Ангел сделал мысленную пометку проверить при случае, как этот местный медик зашил его генерала. Укус уже мало интересовал Каина — прошло достаточно времени. Грудь мерно вздымалась, метрономом выделяя глубокий сон своего хозяина. Реки шрамов приобретали новые притоки, обретая русла и создавая течения. Какие-то из них были до Каина, какие-то появились вопреки, а какие-то и благодаря. Он не гордился этим. Разве что выделял один. Тот самый шрам, к которому, в конце концов, сам приложил руку, зашивая его из говна и палок стоя на коленках. Каин потянулся и огладил его, делая это как можно нежнее. Чуть помедлив, он собрался с мыслями, раздумывая о моральной стороне вопроса, но все-таки решился и нырнул в чужие воспоминания. Поток сознания выхватывал кусочки генеральских кошмаров, заснеженного Роткова и пустого кабинета в поместье Романова. Подземелье под монастырём сменялось развалинами у кладбища. И ещё мириады частей смешивались в одну. В каждом осколке незримым гостем был сам Каин и его оригинальная версия. Каждый раз он натыкался лишь на своё отражение. Никаких других ответов на заданный вопрос не существовало. А потом Каина закинуло в момент зацикленной пленки, откуда всё началось. — Дай помогу…***
Дмитрий проснулся и на автомате схватил Каина под локоть. Пальцы вздрогнули, но так и не отстранились от кривого шрама на боку. — Говорил же, что останется шрам. — Блять, Каин. Чего ты добиваешься? Ангел неловко переступил с ноги на ногу и потупил взгляд. При желании он легко мог освободиться от рук Дмитрия, но не этого желало корыстное сердце. Каин вдруг нашёл интересным рисунок на пододеяльнике постельного комплекта, которого естественно там не было, и с небывалым энтузиазмом стал изучать его, водя пальцем по краю. — Читал мои мысли? Каин? Каин вздрогнул и сбился, но продолжал, как лось в свете фар делать вид, что ничего не происходит. Неловкости не занимать. Дмитрий цыкнул и, коснувшись щеки ангела, развернул его к себе. Каин скривил губы и упрямо не поднимал на него свой взгляд. — Все мы делаем то, что должны. Нельзя было потерять Лэйн. — А тебя? Тебя потерять можно? Смелости хватило лишь на дерзкий писк. В глазах зарделась яркая заря. Губы Каина задрожали, но он не сказал больше ни слова. Дмитрий, вздохнув, притянул его к себе, укладывая ангела сбоку, на здоровую сторону, поближе к розовеющему их связью шраму. Погладил вихор волос на затылке и чмокнул их успокаивая. Ладонью прошёлся дальше, перебирая пёрышки у того самого местечка откуда появляются новые крылья. — Посмотри на меня. — Не хочу. — Каин, блять. — Я не блять! — Каин оторвал голову от чужой груди и хмуро зыркнул красным. — Это другое слово, — мягко улыбнулся Дмитрий. Генерал невесомо убрал со лба Каина непослушные пряди и заправил их за ухо. Ангел в поисках внезапной ласки прикоснулся щекой к его ладони и потерся, выпрашивая ещё немножечко тепла. — Однажды я собьюсь и перестану контролировать себя окончательно, потеряю рассудок и стану чужой марионеткой. Дмитрий прекрасно понимал, о чем речь. Древний контракт, который связывал Каина с более могущественными силами, сковывал его по рукам. Но не он был основной проблемой. У ангела был иной якорь. Именно поэтому Дмитрий доверял книгу апокалипсиса Каину. Мог доверить ему и свою жизнь. Но не чужие. Теперь генерал был не уверен сможет ли вести за собой отряд если даст волю чувствам. Разобьются вместе. Генерал продлил ласку и огладил Каина по быстро-быстро бьющейся жилке под челюстью. Ангел шумно задышал под таким тёплым взглядом лучистых голубых глаз в мелких солнечных паутинках, греясь и нежась, хоть на минутку выпадая из мира реальности. Откровенностью на откровенность. — Я не дам тебе упасть.
