Музыкальный класс

by K.Flay

      Вай возвращалась к тому поцелую, даже двум поцелуям в её комнате, и фразе, которую она сказала не подумав. Не то чтобы она боялась обидеть Кейтлин, её больше беспокоило, кому именно адресованы слова? Чуть ли не первой красавице школы, отличнице и с большими перспективами? Хэдек пыталась себя одёргивать, вспоминая, что Кейт говорили сама о себе. Но если сравнивать, из них двоих кому и повезло «уметь классно целоваться», так это Вай.       Она ловила своё отражение в стеклянных вставках в дверях, окнах, зеркалах и даже в потухшем экране телефона, каждый раз зацикливаясь на мысли, что такая, как Кейтлин Кирамман, не могла влюбиться в такую, как Вай. Где-то точно был подвох. Хэдек уверена, девушка одумается и откажет. Она не хотела думать о Кейт плохо, но также не хотела, чтобы история с Ривен повторилась. Ведь в начале всё было очень даже хорошо. С Ривен было просто и легко, Вай быстро ей доверилась. Может в этом и была вся проблема? Вай просто наивная? Поэтому она теперь целовалась с Кейтлин, прячась от всех по углам?       Беспокойные мысли накрывали её с головой, стоило Кирамман пропасть из поля зрения. Музыка не помогала и, казалось, всё стало только хуже от этих поцелуев. Ей нравилось быть рядом с Кейт, чего бы ей это не стоило. Нравились их поцелуи вдали от чужих глаз. Но её сводила с ума недосказанность. Ей не хватало чётких слов о том, кто они теперь. Они встречаются или просто используют друг друга? Ей можно рассчитывать на что-то большее или не стоило даже думать об этом? Всё усугублялось нежеланием привлекать внимание остальных и страхом всё испортить, когда они наедине. А сама Кирамман, как на зло, молчала, а собственных домыслов Вай было недостаточно. Была бы рядом Паудер, она бы точно у неё спросила совета, потому что её старшая непутёвая сестра снова не понимала, в ком ошибалась больше: в себе или в Кейтлин?       Хэдек сама заводила себя в тупик, каждый раз прибегая по первому её зову то в туалет во время урока, то раздевалку, то в кабинет, и наивно надеясь, что первая умница сама догадается спросить. Как будто был шанс, что Вай не придётся выворачивать душу.       Вай стояла напротив зеркала, проверяя макияж. Когда Кейт пришла, она сразу увидела её в отражении. Хэдек не скрывала улыбки, но и делать что-то не спешила, предоставляя Кейтлин первый шаг. Объятия? Поцелуй? Ещё что-нибудь милое? Для Вайолет не имело значение, ей нравилось всё, что делала Кейт. Делала с ней. Кирамман увлекла её чуть дальше в туалет, в проход к пустым кабинкам, чтобы не быть замеченными. Вай встала к стене, теряя терпение. Её не волновало, какая именно, ей нужна была близость с Кейт сиюминутно. Не успела она сказать что-то язвительное, как девушка подняла руки на уровень груди и сомкнула их в замок. По выжидающему взгляду, Хэдек догадалась, что ей нужно повторить жест. Усмехнувшись, вопросов она задавать не стала. Затем Кейтлин оттопырила пальца одной руки, не разрывая замок. Но стоило Вай без задней мысли повторить это, как Кирамман лёгким движение завела её руки над головой, цепляясь за пальцы и прижимая к стене. Хэдек успела только удивлённо вздохнуть, раскрыв губы, чем тут же пользовались. Поцелуй получался коротким, из-за не сдержанного смешка на реакцию Вай. Та в свою очередь потянулась за желаемым продолжением, более не смущённая своим положением и даже не предпринимая попыток что-то поменять. Кейтлин поцеловала её снова и снова, просунув вторую руку между стеной и талий девушки, вплотную прижимая к себе.       Резкое завершение случилось из-за хлопка двери. Кто-то зашёл в туалет. Кирамман быстро спряталась в ближайшей кабинке. Кто бы это ни была, она подошла только к раковинам, что-то сделала и ушла, так же хлопнув дверью. На секунду Вай стало холодно, когда она посмотрела на уже пустой проход и прикрытые дверцы. То, как быстро и старательно Кейт скрывала их связь наводило на неприятные мысли. «Скрывается от других, чтобы не объяснять, что-то есть, или от меня, чтобы не объяснять, что ничего нет?». Хотя они не сговаривались, все их встречи изначально были не публичными и по большей части тайными. Хэдек прекрасно понимала причины, подыгрывала ей без вопросов. Но внутри каждый раз что-то ныло. – В интернете приём подсмотрела?       Тревогу как рукой сняло, когда её прекрасные глаза снова посмотрели на неё. Кирамман снова встала рядом, а Хэдек снова лыбилась, отвлекаясь на маленькую словесную шалость. Кейтлин улыбнулась ей. Смотря на её лицо, девушка одновременно не понимала: откуда у неё сомнения и почему Кейт не скажет всё прямо. Где-то глубоко внутри ей казалось, что лучше момента для прямого вопроса не придумать, но ей так сильно хотелось запомнить мгновения спокойствия, что она продолжала молча стоять. Неясная неловкость, вызванная резким разрывом, витала в воздухе и липла к кончикам пальцев. Вай передумала и решила отложить на следующий раз. Снова. – Кому-то ведь не хватало дерзости, – Кирамман будто тоже чувствовала перемену и пыталась забить тишину словами. Вай усмехнулась, но больше ничего не сказала. Она хотела пройти мимо, чтобы вернуться в класс, но Кейт остановила её, нежно обнимая и прижимая боком к себе. – Встретимся сегодня?       Она говорила про их «занятия», биология отошла на второй план, но встречи в комнате остались. Вай кивнула, игнорируя завязывающееся в узел нутро. Кейтлин поцеловалась её, а та отвела взгляд и вскоре ушла. – Что не так? – Кирамман поймала её в музыкальном классе, когда все ушли, а Вай осталась. Она вздрогнула, потому что девушке удалось застать её врасплох. Хэдек на автомате сначала пожала плечами и даже попыталась принять невинный вид, и только потом поняла, насколько она очевидна и заметна со своим беспокойством без причины. – Кейт, мы встречаемся? – Что ты имеешь ввиду? – её улыбка не намекала на усмешку или что-то обидное, скорее доброжелательное, будто она всё ещё не видела чего-то серьёзного. – Жаться по углам это, конечно, здорово, но… Но если это всё, то лучше закончить это здесь.       Вайолет старалась оставаться недвижимой и непоколебимой в своих словах. Тишина разъедала кожу и проваливалась внутрь сквозь рёбра. Кейт долго и неотрывно на неё смотрела, сложив руки на груди. Бунтарка отсчитывала секунды до взрыва где-то в районе сердца. На последних секундах Кирамман ей улыбнулась: – Я могу понять твоё беспокойство, поэтому давай всё обдумаем и завтра всё решим, хорошо?       Вай снова кивнула, хотя сгорала изнури от смени злости, бессилия и отчаяния, что снова осталась без ответа. Ей всего то нужно было простое и недвусмысленно: любит ли её Кейтлин? Словами вслух, а не намёками. И то, что Кейт не ответила ей сразу – расстраивало и заставляло по новой думать о досадном. «Она издевается надо мной?».       Вечером Кейтлин не пришла, а Вай не хотела открывать соцсети, чтобы не обнаружить, что её отшили через сообщение. Легла раньше и долго не могла уснуть. В голову постоянно лезли мысли. Но все они были не сколько о девушке из параллели, сколько о самой себе. Вай обмякла, и это злило вдвойне. Она не могла игнорировать то, как сильно её вдруг стали задевать, казалось бы, обычные вещи. Виной ли тому чувства к Кейт, сама Кейт, Шёпот, переживания, страхи или всё вместе, но Вай ощущала себя настолько хрупкой, что даже одно слова Кейтлин могло разбить её вдребезги. Быть слабой непривычно. Казалось, все видели её уязвимость и норовили ударить в самое больное. Хэдек держала лицо и хотела, чтобы всё закончилось как можно быстрее. – Хочешь спеть? – Афелий сам пришёл репетировать с ней и с порога предложил неожиданное, почесав затылок. – Ты выглядела… Воодушевлённой, когда пела в прошлый раз.       Они играли в небольшом репетиционном зале. Из случайных зрителей были только ученики, что ждали своей очереди. Вайолет смешно и грустно от того, что для Кейт петь и играть у неё получалось. Ритм не сбивался, а слова сами вылетали из горла. «Ты заставляешь меня гаснуть. Делая ярче, ты заставляешь меня гаснуть». Наигранно трагично, приторно сладко, возможно это и хорошо, что Кейт её не слышала. Хоть её и не было рядом, песня – лишь часть послания. Хэдек подбросила ей записку в шкафчик, потому что не могла больше ждать. Но и сказать всё напрямую – не представлялось возможным.       Она не пыталась себя обмануть, что весь день намеренно избегала мест, где можно было встретить Кирамман. Потому что чувство неловкости зашкаливало, потребность что-либо сказать и услышать в ответ разъедала череп, но внимание других давило на горло. Вай уже ничего не ждала, когда Кейтлин Кирамман вошла в комнату без стука, тихо прикрыв за собой дверь. Хэдек не останавливала её, но встала с кровати, потому что от напряжения сводило живот и хотелось бежать. Кейт что-то держала в руках. – Меня бесит, что ты расхаживаешь по школе королевской походкой, а я жмусь по углам, как помойная крыса. Я не выношу, как ты смотришь на меня, когда рядом никого нет, а при людях отказываешься даже говорить со мной. Может, вся эта затея – большая ошибка. Так что, только скажи, я уйду. Но попроси – и я останусь. – спокойным голосом Кейт читала записку Вайолет. Она подняла глаза, а Хэдек задержала дыхание. – Что это, Вай? – Не делай вид, будто не понимаешь, ты же сама всё только прочитала, – девушка выдавила фырканье и шагнула назад, скрестив руки на груди. – Ты даёшь мне выбор, – Кейтлин не обратила внимание на её враждебность, но продолжала сокращать расстояние между ними. – А чего хотела бы ты?       Вай не хотела отвечать на вопрос, она присела на край стола, хмурясь и смотря в сторону. Плечи напряглись, губы сжались в полоску. «Глупый вопрос». Хэдек чувствовала, как позорно краснели и наливались жаром щёки. Она не видела себя стороны и не хотела даже думать о том, как нехарактерно и слабо выглядела в чужих глазах. Пытаясь придумать, как уйти от загоняющего в угол вопроса, девушка пропустила, как близко к ней подошла Кейт. Положив ладони на её щёки, Кирамман мягко подняла её голову, заставив посмотреть на себя. Судорожно вдохнув через приоткрытые губы, Вайолет показалось, что внутри всё сжалось, а сама она стала в разы меньше. – Ты останешься, если я попрошу. Но я хочу, чтобы сказала, чего ты сама хочешь, – Кейтлин не протыкала взглядом, её слова вторили мягким касаниям, поглаживаниям большими пальцами по коже. Вай опустила руки, сжимая столешницу по обе стороны от своих ног. Она силилась отвести взгляд, бегло смотря на что угодно, но всё равно возвращалась к лицу девушка. Осознание, что говорить вслух глупое и очевидное придётся, сдавило ей горло, из-за чего голос совсем был тихий. Разве что не дрожал. – Я люблю тебя. И я бы хотела, чтобы и ты меня любила.       Её чувственность вознаградилась поцелуями. Легко и мягко Кейт прижимала губы, оставляя невидимые знаки нежности, целуя её щёки, лоб, скулы и останавливаясь на губах. Когда девушка чуть отстранилась, и их взгляды снова пересеклись, Кирамман усмехнулась: – Несложно было? – Отвали. Хэдек ворчала и горбилась, но едва ли Кейт верила её гримасам. Когда Вай пыталась встать и сделать шаг в сторону, Кирамман обняла её, прижимая к себе и не давая возможности сбежать. Поглаживая её по спине и волосам, девушка тихо ждала. Вайолет не могла долго строить драму и быстро сдалась, постепенно расслабляясь в её объятиях. Она уложила голову на её плечо, издав неясный звук на выдохе, и пока что неуверенно обняла Кейт в ответ. Сомнения таяли от тёплых касаний, Вай наконец-то с облегчением выдохнула. Кейтлин поцеловала её в висок, прежде чем снова начала говорить: – Можно мне остаться у тебя на ночь? – Хэдек воспользовалась паузой и вернула должок, поцеловав её в губы. На вопрос она ответила кивком и улыбкой. – А я могу поспать на твоей кровати? С тобой. – уточнение заставило Вай дважды глупо моргнуть. И ещё сильнее покраснеть. О чём ей тут же сообщили, проведя пальцами по щеке. – Ты мило краснеешь. – Кровать маленькая, придётся прижиматься. – она всё-таки нашла, что ответить, ухмыльнувшись и даже почти не стесняясь пунцовых скул. – О, надеюсь, ты не ошибаешься. – но последнее слово всё равно было за Кейтлин. – Потому что я на это и рассчитывала.       У Вай вырвался смешок, и они начали подготовку ко сну. Снятие макияжа, душ, переодевание в пижаму. Хэдек попутно раза три уточнила, уверена ли Кейт, что не будет спать на отдельной кровати. На всякий случай. Но Кирамман ни разу не дала ей договорить предложение до конца, заткнув её поцелуем. Обе знали, что Вай специально спрашивала, но обе так же были не против. Девушка уступила Кейтлин место у стены, а сама легла у края, привычно ложась спиной к остальной комнате. Пока она чувствовала тепло Кирамман, темнота не пугала, а пустота чужой кровати больше не вызывала тревогу и панику. Вай к своему удивлению начала быстро засыпать. Шёпот на ухо она услышала уже на пороге сновидения: – Я тоже люблю тебя, Вайолет Хэдек.