По зову сердца

Энджел уже почти год провел в отеле "Хазбин", пережил много всяких передряг, не сказать, правда, что сильно продвинулся в деле искупления или отказа от веществ, зато приобрел кое-что очень, очень важное... Та ссора с Хаском, во время которой паук неожиданно вывалил все, что на душе накипело, сильно изменила их отношения. А что еще им, двум лузерам, оставалось, кроме как держаться вместе? Первоначальные дружеские посиделки у бара быстро переросли в нечто большее, нечто запретное. Все чаще они зависали в комнатах друг у друга, на что остальные обитатели отеля понимающе делали вид, что ничего не замечают. Вместе они смотрели фильмы или валялись лениво на кровати, иногда обсуждали всякую хренотень, периодически хохоча, как идиоты, иногда - просто обнимались. А иногда... С клиентами и партнерами по съемкам Энджел спал, потому что его обязывала служба. С Валом - потому, что не имел права на отказ. А с Хаском - по зову сердца... Кот, конечно, далеко не сразу на это согласился. Но хрупкая нить доверия, неожиданно появившаяся между ними однажды, становилась крепче день ото дня, и все чаще Даст ловил на себе заинтересованные взгляды ворчливого бармена. Когда он, например, слизывал без задней мысли приправы от чипсов с кончиков пальцев, или когда смеялся с какой-нибудь тупой шутки так, что в животе начинало колоть, или когда слишком просторная домашняя футболка с него спадала, открывая пушистое белое плечо... Их общее грехопадение стало лишь вопросом времени. Рядом с Хаском Энджел мог с чистой совестью сбросить с себя статус главной порнозвезды Ада, забыть к херам собачьим и студию, и клиентов, и мерзкую ухмылку Валентино... Пусть ненадолго, но эти моменты он ценил, как никакие другие. В обычной жизни с ним никто, босс особенно, не церемонился - нагнули или поставили на колени, сорвали одежду, и пошло-поехало, а котик никогда не торопился. Они могли подолгу лежать голыми, обнимая друг друга, и Хаск всегда мурлыкал ему на ушко, целовал и руки, и шею, называя деткой и своим любимым паучком... Его-то, самую известную шлюху в Пентаграмм-сити! Бармен всегда был так осторожен. Прежде, чем снять с Энджела одежду, всегда спрашивал разрешения, а когда доходило до процесса - не больно ли ему... Даст уже привык ничего не чувствовать во время секса. Частенько в этом деле ему помогали наркота и бухло в безбожных количествах, но с Хаском все было слишком по-настоящему. Каждое прикосновение этих мягких лапок заставляло его рассыпаться на ебучие атомы, удовольствие поднималось из низа живота по всему телу ударной волной эйфории, он комкал простыни пальцами всех четырех рук, кусал губы и стонал... Не как на студии, громко и театрально, нет - наедине с Хаском его стоны были тихими и, если можно так выразиться, целомудренными. Он стеснялся сам себя, что, оказывается, может и так - отдаваться не за дозу, не за баксы, а просто... Просто потому, что ему нравился этот хмурый демон в шляпе-цилиндре и тузом в рукаве. В обычной жизни за такое вольнодумство Валентино бы его распял, прямо как второго Христа, но его грязные лапы не могли дотянуться до отеля. А значит, иногда Энджел мог забыть о долге шлюхи и делать то, что говорило ему сердце...