Детские проблемы

— Говорю тебе, я слышала, как папа плакал, — шептала маленькая девочка, шагая за старшим братом по темному коридору к родительской спальне. — Папа никогда не плачет! — возразил Скорпиус, крепко сжимая ладонь сестренки, чтобы не упустить из виду. Свечи хоть и освещали длинный коридор, но не так, как солнце днем. И ему не хотелось, чтобы Лира вновь убежала. — Но это правда! — топнула ногой она, из-за чего Скорпиус обернулся и шикнул: — Говори тише! — суровые нотки в его голосе неприятно ударили по Лире. — Не дай Мерлин домовики нас услышат. Мы уже давно должны спать. Десять минут назад Лира вбежала в его комнату и, с явным испугом в глазах запрыгнув к нему на кровать, начала размахивать руками и рассказывать, что слышала, как папа и мама, проходя мимо ее спальни, о чем-то спорили. И папа, как ей показалось, плакал, не переставая говорить, что что-то закончилось, уже ничего не вернуть и завтра будет конец света. — А если случилось что-то плохое? — она в страхе приложила свободную ладошку ко рту. — Ничего плохого случиться не могло, — попытался успокоить ее Скорпиус, продолжив движение к спальне родителей. — А если и случилось, то папа все исправит. Ты же знаешь — нет ничего, с чем бы он не разобрался. — Верно, — всхлипнув, кивнула Лира. — Папа всегда мне помогает найти пропавших кукол. — А мне с домашней работой по основам травологии, — добавил Скорпиус, замечая впереди нужную дверь и оборачиваясь к сестре. — Веди себя тихо, — для пущего эффекта он приложил палец к губам, и Лира вновь кивнула. — И не шаркай! Нас не должны услышать. — Да, — так же шепнула Лира, следуя шаг в шаг за любимым братом, стараясь повыше поднимать ножки. Она всегда строго выполняла просьбы Скорпиуса — он был на два года старше нее, а значит, считался почти взрослым. Все же целых шесть лет. Они бесшумно подошли к двери и, встав по обе стороны от нее, прислушались. Ни звука не просочилось сквозь дорогое дерево, и Лира грустно вздохнула. — Ничего не слышно, — разочарованно покачала она головой, на что Скорпиус усмехнулся: — Сейчас все узнаем, — и вытащил из кармана пижамных штанов Удлинители ушей, подаренные дядей Джорджем на Рождество. Скорпиус, когда паникующая Лира вбежала к нему, быстро принял решение, что делать, и прихватил все самое важное для шпионажа. Не только сестренка переживала за папу — тот уже неделю ходил будто чем-то опечаленный и немного нервный. Словно боялся чего-то. И Скорпиус не меньше Лиры хотел узнать, в чем дело. И помочь. Он протянул ей наушник, и они вновь прислушались к тому, что происходило в спальне. На этот раз тихие голоса просочились через дверь, будто находились совсем рядом. — Драко, — словно успокаивая того, произнесла мама, — ну сколько можно? Все не так плохо, как тебе кажется. — Не так плохо? — услышали они папу, говорившего с явной обидой в голосе. — Не так плохо? — еще громче повторил он. — Да, это не так плохо — это ужасно, Гермиона! Неужели ты не видишь? — Я же говорила! — прошептала Лира, заглядывая в глаза Скорпиусу, нервно прикусившему нижнюю губу. — Что-то произошло. — Посмотри! — продолжал паниковать папа. — Вот здесь, видишь? — Драко! — судя по всему, мама не выдержала и громко рассмеялась. — Ну какие у тебя седые волосы? Ты шутишь? Как ты вообще выискиваешь их у себя? У тебя они сами по себе белые! — Нет! — оборвал ее папа. — Вот здесь, посмотри! Новые седые пряди! Я старею, Гермиона. Даже не так — я уже старый! — Да прекрати уже, — фыркнула мама, продолжая посмеиваться. — Тебе исполняется всего лишь тридцать, а не триста. — Целых тридцать лет! — взвизгнул папа, и глаза Лиры в страхе округлились. — А тридцать — это сколько? — шепотом спросила она у Скорпиуса. — Много, — коротко ответил он, стараясь сильнее прислушаться. Получается, папа грустил только из-за возраста? Что за глупости? Скорпиус, к примеру, был бы только рад стать старше — можно в любое время есть сладкое и не спрашивать разрешения. Взрослые такие странные. — Драко, — вновь усмехнулась мама. — Ты, конечно, всегда был королевой драмы, но тебе не кажется, что сейчас ты сильно перегибаешь? — Нет! — Как папа может быть королевой, если он мальчик? — стараясь, чтобы родители ее не услышали, поинтересовалась Лира у брата. — Не знаю, — так же удивился Скорпиус, переводя взгляд на нее. Нет, все же он никогда не поймет этих взрослых. — Нет, Драко, правда, — продолжала стоять на своем мама. — Ты истеришь сильнее, чем когда думал, что лысеешь. — У меня появилась проплешина! Вот тут, смотри! — Что такое проплесина? — задала очередной вопрос брату Лира. — Вещь для игры в квиддич, — ответил Скорпиус, на самом деле не имея ни малейшего понятия, что это такое. Но в глазах сестры не хотел выглядеть неучем, поэтому сказал первое, что пришло в голову. — И почему папа не рад этой проплесине? — удивилась она. — Он же любит квиддич. Скорпиус лишь молча пожал плечами и продолжил подслушивать оживленный диалог родителей. — А когда ты вдруг решил, что потолстел? — не унималась мама, в ее голосе отчетливо слышалось веселье. Она явно не переживала так, как папа, что немного успокаивало Скорпиуса. Значит, все не так страшно, как им изначально показалось. — Мои брюки не налезли мне на задницу! — не прекращал убеждать ее папа. Лира тихонько, чтобы ее не услышали за дверью, посмеялась в ладошку из-за плохого слова. — Да они просто сели после стирки! Мы забыли предупредить нового эльфа о ручной стирке твоих костюмов. — Я поправился на четыре фунта! — не унимался он. Скорпиус никогда не слышал и не видел отца в таком состоянии. Значит, когда он приходил жаловаться папе, что ему не дают съесть кусочек торта на завтрак, тот не понимал всей трагедии ситуации, а из-за каких-то фунтов устроил такую истерику? И это родители считали бедой? Скорпиус не понимал, почему взрослые проблемы такие детские. — Да перестань уже, милый, — вовсю забавлялась мама, совсем не перенимая переживания папы. — Глубоко вдохни, медленно выдохни, прибери за собой в постели и иди спать. — Что прибрать в постели? — не понял он. — Песочек, а то после тебя вся простыня в нем, — громко рассмеялась мама под обиженный бубнеж папы. — Песок? — возмутился Скорпиус, легонько топнув ногой. — А нам в обуви запрещают залезать на кровать! — Нечестно! — согласилась с ним Лира, не отрывая уха от двери. — Я не хочу стареть, — всхлипнул из-за стены папа. — Я хочу всегда быть молодым, красивым и богатым. Я хочу еще детей! Лира и Скорпиус переглянулись и одновременно обиженно поджали губы. Значит, когда они просили гиппогрифа на Рождество, им сказали, что это большая ответственность и они к ней не готовы. А ребенка, оказывается, можно! Несправедливо! Родители были обязаны обсудить это с ними! — А что, после тридцати невозможно завести ребенка, что ли? — Шансов меньше! Ведь мои шустрики будут уже не такими шустрыми! — Что за шустрики? — задала очередной вопрос Лира, с любопытством смотря на брата. Скорпиус нахмурился и постарался припомнить, где же уже слышал это. Кажется… Да, точно! — Так называют садовых гномов, — повторил он слова Джеймса, к которому они ездили на прошлые выходные. Именно так обзывал этих паразитов Джеймс, когда бабушка Молли отправила их очищать сад. — Тогда почему папа переживает, что они станут медленными? Это же, наоборот, хорошо — их легче поймать. Скорпиус ничего не ответил и лишь недоуменно пожал плечами. Он абсолютно точно никогда не поймет взрослых. Почему они так грустят из-за каких-то глупостей? — Драко, мы все равно можем, если захотим, завести еще ребенка. — Но мы уже будем старыми! Если только… — Если только что, Драко? — Мы успеем до полуночи? Сейчас половина двенадцатого, если поторопимся, можем зачать до моего тридцатилетия. Пока я еще молодой. — Драко, — рассмеялась мама, — боюсь, это не так работает. Да и не будет разницы, сейчас мы сделаем ребенка или завтра. — Завтра я буду уже старым! — Почему папа переживает? — тихо спросила Лира, наклоняясь ближе к Скорпиусу. — Он же и так старый. — Не знаю, — честно ответил тот, продолжая вслушиваться в происходящее за дверью. С каждой новой папиной фразой Скорпиус все сильнее убеждался — он совершенно точно никогда не сможет понять этих взрослых! Их проблемы слишком детские. — Ты просто пока не видишь! — все не останавливался причитать папа. — А я чувствую это! Чувствую, как старею, как моя кожа становится дряхлой, а тяжесть разносится по всему телу, волной накрывая меня. — Ты преувеличиваешь масштабы трагедии, — вновь захихикала мама, и Лира подхватила ее смешок. — Преувеличиваю? Преувеличиваю? — видимо, папа подошел к книжному шкафу, потому что его голос стал как будто ближе. — Возможно, это наш последний шанс родить ребенка, а ты говоришь, что я преувеличиваю? — Но разве детей приносят не из больницы святого Мунго? — спросила Лира, присаживаясь на пол и вновь припадая к двери. Она устала столько стоять. — Нет, — покачал головой Скорпиус, так же опускаясь вниз. — Из детского дома, — он вспомнил, как Джеймс часто жаловался ему, что Альбус, его младший брат, точно из какого-то детского дома. — А мама говорила, что из больницы, — задумчиво протянула Лира. — Возможно, в детском доме дети дешевле. Все же родители Джеймса не такие богатые, как наши. — Может, — согласилась Лира, и на ее лице расцвела улыбка. — Но наш братик или сестренка точно будет из больницы. Папа говорит, что у Малфоев все самое дорогое. — Драко, ну перестань ты переживать! Мне давно уже тридцать, ты же не считаешь меня старой, — продолжала успокаивать папу мама. Скорпиус и Лира прижались теснее к двери, стараясь услышать ответ, но его не было долго. Слишком долго. — Драко?.. — с устрашающей для детей интонацией протянула мама. Обычно такой тон не предвещал ничего хорошего. Таким тоном мама их отчитывала, когда замечала с печеньем перед обедом. — Ты считаешь меня старой? — настолько зловеще прошипела мама, что даже Лира со Скорпиусом вздрогнули. — Кажется, у папочки будут проблемы, — испугалась Лира, со страхом смотря на дверь. — Эм-м, — замялся папа. Странное шуршание сопровождало его непонятный ответ. — Вот что ты все о себе? Завтра у меня будет траур. Давай говорить обо мне! — Завтра у тебя будет не траур, а похороны, если ты не ответишь правильно на мой вопрос. Ты считаешь, что я старая, потому что мне уже тридцать? — Мерлин, — вдруг как-то облегченно выдохнул папа, что показалось детям очень странным — никто так не реагировал на злую маму. — Тебе же уже тридцать! — Да, — на манер змеи прошипела мама в ответ. — И ты… — Ты можешь рассказать, как там! — Где «там»? — В старости, — хлопнул в ладони папа, но дальше, судя по его вскрику, мама по нему тоже чем-то хлопнула. — Ай! — воскликнул он, из-за чего Лира со Скорпиусом испуганно переглянулись. — Осторожнее, ведьма. Мои кости уже не такие крепкие, как в молодости! — Это твои нервы не такие крепкие, как в молодости, — съязвила мама, и ее голос стал сопровождаться еще каким-то звуком. Видимо, она куда-то отошла. — Попробуй вязание — отлично успокаивает. Как раз развлечение для твоего возраста. — Странно, что тебе не помогает. Ай! Не трогай мою задницу, женщина! — кажется, папу снова чем-то хлопнули. — Поговоришь так еще, и я тебя свяжу. — Ух, — как-то неожиданно папин тон стал куда веселее. — Будь я помоложе, был бы только рад. Кстати! — вдруг воскликнул он. — Тебе же и правда давно уже тридцать! — У нас разница девять месяцев! — вскрикнула мама. Скорпиус и Лира уже по интонации понимали, что большой шанс, что папу еще не раз за вечер хлопнут по попе. — Неважно, — все с тем же энтузиазмом ответил он. — Скажи, правда, что старички каждое раннее утро куда-то торопятся? Это обязательно или можно иногда пропускать дни? — Драко! — Вновь что-то хлопнуло, и вновь папа вскрикнул. Дети уже начали переживать за здоровье отца, но вовсе не из-за его старости. — Я каждое утро просыпаюсь рядом с тобой! — Ну мало ли… — задумался тот. — Может, ты успеваешь вернуться до того, как я проснусь. Все же молодые по статистике спят дольше стариков. И снова папа вскрикнул, но на этот раз сильнее. Скорпиус не удивился бы, если бы мама сейчас угрожала ему ремнем — он слышал, у маглов такое практиковалось. Хорошо, что их семья наполовину чистокровная. — Прекрати меня бить, женщина! — возмутился папа, но в его голосе, как показалось Скорпиусу, тоже стали проскакивать веселые нотки. — У меня уже спина болеть начала. Кстати, не подскажешь мазь для согревания? Точно скоро пригодится. Новый хлопок оказался самым громким из всех. Лира подумала, что никогда больше не будет злить маму и всегда с первого раза начнет убирать игрушки с пола — она не хотела, что б по ней так же хлопали. Скорпиус решил, что папа не заслуживал такого наказания за такой невинный вопрос. Нет, ну родители вели себя очень-очень странно. Нужно будет утром с ними серьезно поговорить. И о ненормальном поведении, и о новом ребенке, и об обуви в постели — все это казалось несправедливым! — Юные мистер и мисс, — пропищала Мисси, их домовой эльф и по совместительству няня, проходившая мимо по коридору с корзиной грязного белья. — Почему вы не спите? — она с недоумением и некоторым недовольством округлила глаза и, поставив ношу на пол, уперла кулачки в бока. — Немедленно по кроватям! Хорошие дети уже спят в такое время! Скорпиус знал, что раньше эльфы очень боялись своих хозяев и никогда не смели им указывать, но потом мама «наворотила делов», домовики стали свободными, и теперь они «вели себя слишком дерзко» — так говорил папа. — Мисси, мы… — Лира поднялась на ноги и постаралась объясниться, но ее перебили: — И вы, мистер Скорпиус. — Тот так же встал с пола и отряхнул штаны от несуществующей грязи — все же домовики отлично справлялись со своей работой и все вокруг сверкало чистотой. — Вам обоим давно пора спать. — Но… — попытался спорить с ней Скорпиус, однако эльфийка отказывалась слушать. Она начала отрицательно качать головой, отчего ее ушки смешно стукались по щекам, и сказала: — Ничего не хочу слушать. Если вы сейчас же не пойдете по своим спальням, я расскажу вашим родителям о том, что вы гуляете по ночам, — и подошла к двери, предупреждающе занося к ней кулак. Лира со Скорпиусом переглянулись и, безмолвно решив, что лучше сделать как велят, чем на неделю в качестве наказания остаться без сладкого, синхронно кивнули, развернулись и пошли в сторону своих спален. — Не понимаю, — вернув наушник брату, продолжала щебетать Лира. Она вообще была очень болтливой девочкой. Папа говорил, что это у нее от мамы. — Папа и так старенький, почему он так грустит из-за этого? — Взрослые слишком много нервничают. И иногда ведут себя как дети, — заметил Скорпиус, беря сестренку за руку, когда она чуть было не свернула не в ту сторону. — А тридцать — это много? — все не унималась Лира, не отводя любопытного взгляда от брата. — Много, — кивнул Скорпиус, придерживая ее, когда она споткнулась на ровном месте. — Сколько? Сто? — Это самое большое число, что она знала, но считать до него еще не умела. Ее голос стал звучать тише по мере отдаления от спальни родителей. — Почти, — уже совсем издалека прозвучал ответ. Мисси, удовлетворенно кивнув, подняла корзину и уже собиралась уходить, как остановилась и на мгновение задумалась. Дети хозяина Драко и хозяйки Гермионы были очень веселыми и шебутными, но за ночными прогулками и подслушиванием ранее не замечались. Быть может, у их родителей какие-то проблемы. Минуту борясь с любопытством, Мисси все же сделала шаг обратно к двери и приложила большое ухо к ней. Благо эльфийская магия помогала ей слышать все, что происходило в другой комнате. — Что это, Драко? — судя по интонации, хозяйка Гермиона была немного не в настроении. — Я подготовился! — с явной гордостью в голосе, ответил ей хозяин Драко. — Список… Что за список, Мисси не услышала — слова потерялись в шуме перелистывания пергаментов. Мисси не понимала, что происходит. Хозяева уже должны были лечь спать. Завтра важный праздник, и приступить к подготовке к нему должны были в шесть утра. Неужели они решили начать с вечера? Даже списки какие-то достали. Вообще, она считала людей немного странными. Они часто переживали из-за каких-то глупостей, которые Мисси казались пустяковыми, но хозяева почему-то продолжали нервничать из-за них. Она давно перестала забивать свои мысли этим, зная, что все равно не поймет их, и лишь голова после долгих размышлений заболит. Но сейчас любопытство взяло верх — стало интересно, что же на этот раз являлось поводом для бессонницы хозяев. А то обычно они переживали из-за каких-то глупостей. Вот у нее сейчас настоящие проблемы — новые скатерти не подходили по цвету к шторам и привезли не тот сорт вина к завтрашнему празднику. И как успеть со всем разобраться? — Итак, — начал хозяин Драко, и Мисси сильнее прижалась к двери. Кажется, сейчас она наконец узнает, какие проблемы у людей считались серьезными. — Расскажи мне, как правильно записываться к терапевту?